Решение по делу № 2-5/2023 от 03.03.2023 - о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия и компенсации морального вреда.

Дело (УИД) № 60RS0002-01-2022-001457-38

Производство № 2-5/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

3 марта 2023 года г. Великие Луки

Великолукский городской суд Псковской области в составе:

председательствующего судьи Ивановой Е.В.,

при секретаре Матвеевой С.В.,

с участием представителей истца ФИО1 и ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО4 к ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО4 обратился в суд с иском к ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

В обоснование иска указано, что в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ у <адрес> по вине ответчика, который управлял транспортным средством марки <данные изъяты>, автомобиль истца <данные изъяты>, получил технические повреждения.

Согласно заключению эксперта стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца составляет 1749 859 руб., а также 161600 руб. – утрата товарной стоимости, то есть ему причинен ущерб на общую сумму 1911459 руб. По ОСАГО истцу выплачено страховое возмещение в размере 400 000 рублей. Просит взыскать с ФИО5 в счет возмещения ущерба 1511459 руб., судебные расходы по оплате транспортировки неисправного транспортного средства 37000 руб., расходы по составлению экспертного заключения - 9000 руб., расходы по уплате государственной пошлины – 15987 руб.

В ходе судебного разбирательства, с учетом уточнения исковых требований, истец просил взыскать с ответчика также компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., так как автомобиль ему необходим для посещения медицинского учреждения в <адрес> в связи с имеющимся у него заболеванием, а также уменьшил исковые требования в части имущественного взыскания на сумму утраты товарной стоимости автомобиля – 161600 руб., и окончательно просил взыскать материальный ущерб в размере 1349859 руб., а также судебные расходы.

В судебное заседание истец ФИО4 не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался надлежащим образом, воспользовался правом вести дела в суде через представителей.

Представители истца ФИО6 и ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме, пояснив, что технические ошибки в отчете о стоимости ущерба не влияют на его содержание, так как в данном документе имеется свидетельство о регистрации транспортного средства, что позволяет его идентифицировать. Стоимость ущерба может быть взыскана по отчету, так как такой способ выбрал для себя истец.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, полагая, что вина ФИО5 в ДТП не доказана, что подтверждается отменой постановления о привлечении его к административной ответственности. Считает, что в данном ДТП имеется вина водителя, управлявшего автомашиной ФИО4, который двигался через перекресток <адрес> в прямом направлении с левой полосы движения, в нарушение ПДД РФ, при наличии дорожного знака о движении с данной полосы только налево, двигаясь с ускорением под зеленый мигающий сигнал светофора. ФИО5 совершал маневр, который не запрещен ПДД РФ, будь то поворот или разворот. Считает, что заключение автотехнической экспертизы не может быть принято во внимание судом, так как в нем отсутствуют замеры расстояний, расчет скорости движения, выводы эксперта предположительны и основаны на недопустимом доказательстве – видеозаписи, которая приобщена к материалам дела об административном правонарушении без запроса уполномоченного должностного лица, то есть, получена с нарушением закона. На данной записи невозможно идентифицировать транспортные средства, их марки, модели, регистрационные знаки. Отображаемая на записи дорожная ситуация противоречит обстоятельствам ДТП, в том числе схеме, подписанной всеми участниками. ФИО5 начал совершать маневр, убедившись, что не создает помех транспортным средствам, находящимся в его видимости и пользующимся преимуществом. Также ссылался на то, что экспертное заключение о стоимости ущерба имуществу истца является недопустимым доказательством, поскольку в нем неверно указаны идентификационные данные транспортного средства, дата ДТП, а также имеется ссылка на недействующие Методические рекомендации для экспертов 2013 года, то есть размер ущерба истцом не доказан. Единственной неоспариваемой оценкой ущерба является стоимость, определенная страховой компанией Евроинс в суме 705132 руб., с учетом износа – 600002,03 руб. Моральный вред не подлежит возмещению истцу, так как такое возмещение морального вреда по имущественным требованиям не предусмотрено законом.

Истец и ответчик в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены, воспользовались своим правом ведения дела в суде через представителей.

Третье лицо ФИО7 и представители третьих лиц САО «РЕСО-Гарантия», ООО «РСО Евроинс» в суд не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, просмотрев видеозаписи, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии со ст.1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В п. 1 ст. 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ у <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) с участием транспортного средства <данные изъяты> принадлежащего истцу ФИО4, под управлением водителя ФИО7, и транспортного средства <данные изъяты>, принадлежащего ФИО5, под его управлением. В результате ДТП автомобиль истца получил механические повреждения.

Постановлением ГИБДД ОМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО5 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.13 КоАП РФ.

Данное постановление ФИО5 обжаловал начальнику ГИБДД ОМВД России по г. Великие Луки ДД.ММ.ГГГГ, решением которого от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении жалобы отказано.

ДД.ММ.ГГГГ решением Великолукского городского суда <адрес> отменено решение начальника ГИБДД ОМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ с направлением материала проверки по факту ДТП в ОГИБДД ОМВД России по <адрес> для рассмотрения по существу жалобы ФИО5, поданной на вышеуказанное постановление ДД.ММ.ГГГГ, в связи с нарушением должностным лицом процессуальных требований.

Из объяснений водителя ФИО7, данных им ДД.ММ.ГГГГ при опросе по факту ДТП, усматривается, что он на автомобиле БМВ №) следовал по <адрес> в прямом направлении. Подъезжая к перекрестку <адрес>, продолжил движение на разрешающий зеленый сигнал светофора из правого ряда. Впереди него автомобиль поворачивал направо, он объехал данный автомобиль и продолжил движение в прямом направлении.

Из объяснений водителя ФИО5, данных им ДД.ММ.ГГГГ при опросе по факту ДТП, следует, что он на автомобиле Хонда (№) двигался по <адрес> заблаговременно включил левый поворот, выехал на перекресток и начал уступать дорогу автомашинам. Когда загорелся мигающий зеленый сигнал светофора, он стал совершать маневр налево на <адрес>, после чего увидел двигающийся ему навстречу автомобиль со стороны <адрес>.

В связи с тем, что ФИО5 оспаривал свою вину в ДТП, по ходатайству представителя истца судом назначена автотехническая экспертиза.

В соответствии с заключением эксперта ФИО9 <данные изъяты>» от ДД.ММ.ГГГГ № установлен наиболее вероятный механизм ДТП, в котором участвовали автомобили БМВ и Хонда: транспортные средства изначально двигались в противоположных направлениях по <адрес> – автомобиль БМВ – в сторону <адрес>, автомобиль Хонда – со стороны проспекта Ленина с маневром поворота налево в сторону <адрес>. Водитель БМВ выехал на зеленый мигающий сигнал светофора, водитель автомобиля Хонда, находясь третьим в колонне ТС, водители которых собирались совершить маневр поворота налево, предпринимает маневр поворота налево, срезая угол и двигаясь в сторону полосы встречного движения проспекта Гагарина, выезжает на перекрестке на полосу встречного движения <адрес>, по которой уже двигается автомобиль БМВ. Водитель автомобиля БМВ, реагируя на опасность для движения, предпринимает торможение с последующим поворотом вправо, водитель автомобиля Хонда продолжил движение в сторону встречной полосы проспекта Гагарина, после чего произошло столкновение автомобилей.

Этим же заключением эксперта установлено, что водитель автомобиля Хонда должен был руководствоваться требованиями пункта 1.3. ПДД РФ в части требований пунктов 13.4 и 8.6 Правил, а именно должен был уступить дорогу водителю автомобиля БМВ и на перекрестке при выезде с пересечения проезжих частей выехать в правую сторону <адрес>.

Для водителя БМВ экспертом рассмотрено два варианта развития событий:

1 – по ходу движения автомобиля БМВ перед перекрестком установлены Дорожные знаки 5.15.1, нанесена видимая дорожная разметка 1.18 (направление движения по полосам), нанесена видимая дорожная разметка 1.1. и 1.5, которые обозначают ширину полос для движения. При указанных обстоятельствах водитель автомобиля БМВ для движения в прямом направлении должен был использовать только первую (правую) полосу движения данного направления. По левой полосе двигаться только налево;

2 - по ходу движения автомобиля БМВ перед перекрестком не установлены Дорожные знаки 5.15.1 (их фиксация на момент осмотра отсутствует). Дорожная разметка 1.18 (направление движения по полосам) отсутствует или не видна под снегом, дорожная разметка 1.1. и 1.5, которая обозначает количество и ширину полос для движения, также отсутствует. При указанных условиях водитель БМВ должен был руководствоваться требованиями пункта 9.1 ПДД РФ и для движения в прямом направлении мог использовать любую полосу движения данного направления. С момента обнаружения опасности для движения согласно требованиям п. 10.1 ПДД снижать скорость вплоть до остановки. При заданных в данном варианте условиях каких-либо несоответствий в действиях водителя требованиям Правил с технической точки зрения не усматривается.

Оценив данное заключение эксперта в совокупности с материалами дела, в том числе письменными объяснениям сторон, данными ими непосредственно после ДТП, видеозаписью, представленной в материалы дела, материалом проверки по факту ДТП и другими доказательствами, суд приходит к выводу, что непосредственной причиной ДТП явились действия водителя ФИО5, и принимает выводы данной экспертизы в качестве доказательства по делу. При этом, действия водителя автомобиля БМВ суд оценивает по второму варианту заключения эксперта, так как эти обстоятельства подтверждаются совокупностью доказательств по делу. Так, проезжая часть дороги в момент ДТП была заснежена, в связи с чем, дорожная разметка на ней не видна.

Таким образом, суд находит установленной вину ответчика ФИО5 в причинении ущерба имуществу истца.

Доводы представителя ответчика ФИО8 о том, что сотрудниками ГИБДД в момент оформления ДТП не выявлено нарушений в части дорожной разметки, то есть, по его мнению, она соответствует схеме организации движения и размещения дорожных знаков и разметки на данном участке дороги, являются ошибочными. Поскольку схемой ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, подписанной всеми участниками ДТП, в том числе ФИО5, наличие видимой дорожной разметки не зафиксировано.

Ссылка представителя ответчика на то, что водитель БМВ двигался на запрещающий сигнал светофора, опровергается материалами дела, из которых следует, что водитель ФИО7 проезжал перекресток на мигающий зеленый сигнал светофора.

Согласно п. 6.2. ПДД РФ зеленый мигающий сигнал разрешает движение и информирует, что время его действия истекает и вскоре будет включен запрещающий сигнал (для информирования водителей о времени в секундах, остающемся до конца горения зеленого сигнала, могут применяться цифровые табло).

Довод представителя ответчика о том, что данное экспертное заключение не содержит размеров, расчетов, не определена скорость движения транспортных средств, не свидетельствует о недопустимости экспертного заключения, которое в установленном законом порядке ответчиком не опровергнуто.

Довод представителя ответчика о том, что представленная истцом видеозапись является недопустимым доказательством по делу, так как получена сотрудниками ГИБДД в материалы дела об административном правонарушении с нарушениями закона, суд находит ошибочным.

В силу части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Согласно статье 59 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

Таким образом, в силу ст. 55 ГПК РФ видеозапись может являться доказательством по делу.

Просмотрев видеозаписи, представленные в материалы дела, сопоставив их с другими доказательствами, в том числе с заключением эксперта, суд находит, что они являются относимыми доказательствами по делу. При этом, суд учитывает, что представитель ответчика в своих пояснениях сам неоднократно ссылался на данную видеозапись, в том числе, как подтверждающую правильность действий ответчика.

Возможное нарушение порядка получения видеозаписи в материалы дела об административном правонарушении не свидетельствует о ее недопустимости при разрешении гражданского дела.

В подтверждение своей позиции по спору, судом представителю ответчика было предложено ходатайствовать о проведении дополнительной или повторной экспертизы, от чего последний отказался.

ООО РСО «Евроинс», в котором на момент ДТП была зарегистрирована гражданская ответственность водителя ФИО5, выплатило истцу по полису ОСАГО страховое возмещение в размере 400000 руб., что подтверждается платежным поручением от ДД.ММ.ГГГГ №.

В силу подп. б) ст. 7 Закона «Об ОСАГО» страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 тысяч рублей.

Таким образом, истец ФИО4 получил страховое возмещение в максимальном размере, и обязательства страховщика по отношению к нему являются исполненными, что стороны не оспаривали.

Вместе с тем, полагая указанную сумму недостаточной для полного возмещения причиненного ущерба, ФИО4 обратился в ООО «<данные изъяты>» для оценки рыночной стоимости восстановительного ремонта своего автомобиля.

Согласно экспертному заключению № от ДД.ММ.ГГГГ стоимость обязательства по возмещению ущерба транспортного средства истца в связи с ДТП, произошедшим с участием ФИО5, составила 1749859 руб. С учетом полученного по ОСАГО страхового возмещения – 400000 руб., истец просил взыскать с ответчика 1349859 руб.

Представитель ответчика ФИО3 с указанным заключением не согласился, пояснив, что в экспертном заключении <данные изъяты>» неверно указаны идентификационные данные транспортного средства истца, а именно VIN номер, дата ДТП – ДД.ММ.ГГГГ, а также имеется ссылка на недействующие Методические рекомендации для экспертов 2013 года. В подтверждение своих доводов представил заключение специалиста от 16-ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> согласно которому экспертное заключение о стоимости ущерба, представленное истцом, выполненное <данные изъяты>», нарушает требования, предъявляемые к экспертному заключению в РФ, выводы эксперта в данном заключении вызывают сомнение в объективности и достоверности.

Как указано в пункте 11 и пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Оценивая доводы представителя ответчика, суд полагает, что неверное указание идентификационных данных транспортного средства истца, а именно VIN номера, и даты ДТП – ДД.ММ.ГГГГ, вместо правильной – ДД.ММ.ГГГГ, является технической ошибкой заключения ООО «<данные изъяты> №, которая не повлияла на результат проведенного исследования, поскольку, как следует из данного заключении, эксперту было предъявлено свидетельство о регистрации транспортного средства 9922316323, которое подтверждает объект исследования. К указанному заключению приложена телеграмма, в которой ФИО5 предлагается прибыть для осмотра автомобиля истца, указывающая на то, что данное заключение составлено именно в связи с ДТП, произошедшим с участием ФИО5, то есть ДД.ММ.ГГГГ. Ссылка на Методические рекомендации 2013 года не свидетельствует о недостоверности оценки.

Таким образом, экспертное заключение <данные изъяты>» является письменным доказательством по делу, заключение содержит акт осмотра транспортного средства, фотографии, калькуляцию, то есть содержит исследование объема повреждений транспортного средства, относящихся к заявленному событию, в связи с чем, суд признает его допустимым доказательством.

Доводы представителя ответчика о завышенном объеме повреждений автомобиля истца в акте осмотра, в частности, наличие в нем сведений о необходимости замены лобового стекла, опровергается актом осмотра транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, составленного представителем страховщика/экспертом – техником САО «РЕСО-Гарантия» при обращении ФИО4 за страховым возмещением (т. 2 л.д. 116-120), где также зафиксировано данное повреждение.

Согласно ч. 1 ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Вопреки предусмотренной ст. 1064 ГК РФ и пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" обязанности доказывания, возложенной на ответчика, ФИО5 и его представителем не представлено иной оценки заявленного ущерба. От проведения оценочной экспертизы сторона ответчика отказалась.

Таким образом, иск к ФИО10 в части имущественного ущерба подлежит удовлетворению в полном объеме.

Ссылку представителя ответчика ФИО3 на то, что единственно верной оценкой ущерба, представленной в материалы дела, является калькуляция о стоимости ремонта (т. 1 л.д. 126), суд находит ошибочной, так как истец на данную оценку в обоснование своих требований к ответчику не ссылался.

Довод представителя ФИО5 ФИО3 о том, что ущерб может быть взыскан по фактическому ремонту, противоречит праву истца на выбор способа защиты своего права, предусмотренного ст. 12 ГК РФ.

Равно как и участие автомобиля истца в двух ранее произошедших ДТП, не исключает права истца на возмещение убытков и не свидетельствует о завышении стоимости ущерба, при том, что иной оценки ответчиком суду не представлено.

Разрешая требование о компенсации морального вреда, суд находит его не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как разъяснено в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, в силу пункта 2 статьи 1099 ГК РФ подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (например, статья 15 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-I "О защите прав потребителей", далее - Закон Российской Федерации "О защите прав потребителей", абзац шестой статьи 6 Федерального закона от 24 ноября 1996 года N 132-ФЗ "Об основах туристской деятельности в Российской Федерации").

Доводы ФИО4 о нравственных страданиях не нашли своего подтверждения в судебном заседании, нарушение каких-либо нематериальных благ истца, подлежащих восстановлению путем их компенсации в денежном выражении, при рассмотрении дела не установлено.

Учитывая отсутствие совокупности всех элементов для привлечения ответчика к ответственности в виде выплаты компенсации морального вреда, основания для удовлетворения требований истца отсутствуют.

Отказывая в удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда, суд исходит из непредоставления истцом доказательств, подтверждающих причинение ему физических и нравственных страданий действиями ответчика, а также доказательств нарушения ответчиком личных неимущественных прав истца или других нематериальных благ, принимая во внимание то обстоятельство, что возникший между сторонами спор носит имущественный характер, а положения статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации не содержат норм, предусматривающих возможность компенсации морального вреда при нарушении имущественных прав гражданина в сфере указанных отношений.

В силу части 1 статьи 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (часть 1 статьи 88 ГПК РФ).

Согласно статье 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в числе прочих: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

На основании ст.ст.94, 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы в общей сумме 57949 рублей: по транспортировке транспортного средства истца по месту ремонту в <адрес> (по месту регистрации истца) – 37000 руб., по оплате оценки убытков – 6000 руб. и 14949 руб. – по оплате государственной пошлины в соответствии со ст. 333.19 НК РФ, исходя из размера удовлетворенных судом требований.

Довод представителя ответчика ФИО3 о том, что расходы на эвакуацию не могут быть взысканы, поскольку автомобиль не перемещался в <адрес>, ничем не подтверждены. Истец зарегистрирован по месту жительства в <адрес>, поэтому доставка автомобиля по месту регистрации истца не может быть признана неправомерной.

Ссылка представителя ответчика на то, что автомобиль эксплуатировался в г. Великие Луки, не может ограничивать право истца на возможность его эксплуатации в других городах, в том числе <адрес>.

На основании изложенного, и, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск индивидуального предпринимателя ФИО4 к ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, и компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО5, водительское удостоверение №, в пользу ФИО4, паспорт гражданина РФ №, денежные средства в возмещение материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 1349859 (один миллион триста сорок девять тысяч восемьсот пятьдесят девять) рублей 00 коп., а также судебные расходы в сумме 57 949 (пятьдесят семь тысяч девятьсот сорок девять) рублей 00 коп.

В остальной части иска индивидуального предпринимателя ФИО4 к ФИО5 отказать.

Решение может быть обжаловано в Псковский областной суд через Великолукский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий: Е.В. Иванова

Решение в окончательной форме составлено ДД.ММ.ГГГГ

Судья: Е.В. Иванова