Решение по делу № 2-1-1/2026 от 27.01.2026 | Инзенский районный суд (Ульяновская область)

Дело №2-1-1/2026

73RS0008-01-2025-000538-66

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

15 января 2026 года г. Инза Ульяновской области

Судья Инзенского районного суда Ульяновской области Росляков В.Ю.,

при секретаре Просвирниной Н.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению здравоохранения «Инзенская районная больница» о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Государственному учреждению здравоохранения «Инзенская районная больница» о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью.

В исковом заявлении указал, что на протяжении длительного времени страдает **, с 2019 года - ** типа, до 4 января контролировал уровень сахара лекарственными препаратами (без применения инсулина).

2 января 2024 года почувствовал себя плохо, было высокое давление и высокий сахар в крови. 4 января 2024 года около 15-30 ч. вызвал бригаду Скорой медицинской помощи, около 18 часов того же дня был доставлен в ГУЗ «ФИО2». В приемном покое был осмотрен дежурным врачом и госпитализирован в анестезиолого-реанимационное отделение. Никаких свежих телесных повреждений на момент госпитализации в ГУЗ «Инзенская районная больница» у него не было, в том числе в подмышечных областях, обе руки функционировали нормально.

В реанимации истца зафиксировали на кровати в области запястий ремнями и начали прокапывать системы. При этом не давали воды, еды.

Там же, в реанимационном отделении, после того, как истца туго зафиксировали простыней, нарушилось кровоснабжение в руках, медицинский персонал не мог ввести лекарственные препараты внутривенно, в связи с чем ему установили подключичный катетер справа. Через катетер истцу продолжали вводить лекарственные препараты. При этом место введения катетера никто ни разу не обработал, он даже не был надлежащим образом зафиксирован.

Сначала руки в области подмышек болели, а затем онемели, истец их перестал чувствовать. Развязали простынь лишь 08 января 2024 года утром, когда такое указание дал заведующий отделением. Ему принесли еду, однако самостоятельно поесть истец не смог, поскольку обе руки не работали вообще, он их просто не чувствовал. Правая рука была отечная. На простыни, которую развязали, были следы сукровицы, гноя.

9 января 2024 года истца перевели в терапевтическое отделение ГУЗ «ФИО2».

Место, где был установлен подключичный катетер, было воспаленным, вплоть до шеи покраснело, истец ощущал сильное жжение, вводить лекарственные препараты через катетер в терапии он не разрешил.

10.01.2024 катетер сняли, в области его введения сформировался абсцесс, который 11.01.2024 был вскрыт под общим наркозом. С этого же времени у истца стала подниматься температура тела до 38,5, стала беспокоить боль в правой ягодице, пропал аппетит, началась бессонница. Вечером 15.01.2024 ухаживающая за истцом жена тактильно нащупала у него на **, о чем сообщили лечащему врачу. При этом инъекции в ягодичные мышцы ему не делали ни в реанимации, ни в терапии. 16 января 2024 года истца перевели в хирургическое отделение ФИО2, где под общим наркозом был вскрыт **. В хирургическом отделении ему вводили антибиотики, другие препараты. Однако состояние истца стремительно ухудшалось, правая рука продолжала оставаться отечной, обе руки не работали, отекли голени и стопы обеих ног, вздулся живот. Плечи, предплечья, голени и стопы покрылись **. Температура тела поднялась до 38,5-39,5, его лихорадило. Истец испытывал слабость, головокружение, начал задыхаться. В ** областях были обширные раны. Обрабатывать их начали лишь в хирургическом отделении и то не сразу, а где-то с 19-20 января. При этом медицинские препараты приобретались истцом за свой счет.

На общем фоне ухудшения состояния 26.01.2024 на машине «Скорой медицинской помощи» с диагнозом «**?», «**» истец был переведен в хирургическое отделение ГУЗ «Ульяновская областная клиническая больница», где находился на лечении с 26.01.2024 по 11.03.2024. Ему были выставлены диагнозы: в качестве основных: **, **; **; **, **, **, **, более выраженным справа, болевым синдромом. В качестве сопутствующих заболеваний указаны: **, **.

07.02.2024 под общим наркозом проведена операция: дренирование абсцесса печени.

В условиях стационара истцу 05.03.2024 проведена **, в результате которой выявлены признаки выраженного **, **. Снижена **, сенсорный ответ при исследовании **.

По хирургическим показаниям на амбулаторном лечении истец находился до 27.04.2024.

С 02.05.2024 до 21.07.2025 истец находился на амбулаторном лечении по неврологическим показаниям (исключая время нахождения на стационарном лечении в ГУЗ УОКБ).

С 15 по 30 мая 2024 года, а затем с 14 по 29 января 2025 года находился на стационарном лечении в неврологическом отделении ГУЗ «УОКБ» с диагнозом **, **. **. Нарушение функций **, ****. ** **

Игольчатая электромиография (ЭМГ) от 25.04.2024 выявила признаки **. Сенсорный ответ при исследовании срединных и локтевых нервов не получен.

Игольчатая электромиография от 23.01.2025 выявила признаки **, **. Сенсорный ответ при исследовании правого лучевого нерва не получен. Признаки поражения **, **.

В результате последнего лечения состояние истца осталось без положительной динамики: сохраняется **, **, нарушение функций **, **.

22.07.2025 года заключением ФКУ «ГБ МСЭ по Ульяновской области» Минтруда России (Бюро № 18) истцу установлена третья группа инвалидности по общему заболеванию на срок до 01.08.2026.

По поводу причинения вреда здоровью истец обращался с заявлением о привлечении к уголовной ответственности в правоохранительные органы. На основании постановления заместителя руководителя Карсунского МРО СУ СК РФ по Ульяновской области ФИО3 от 03.07.2024 была назначена судебно-медицинская экспертиза в отдел сложных (комиссионных) экспертиз в ГКУЗ «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы.

Согласно выводам указанной экспертизы, производство которой было окончено 24.03.2025, **, **, **, в результате сдавления, трения, **), двусторонняя плечевая плексопатия с преимущественным поражением нижнего пучка сплетения больше справа, с дистальным парезом рук, наиболее выраженным справа, с нейропатическим болевым синдромом, нарушением функций верхних конечностей и самообслуживания могли быть причинены ФИО1 в результате фиксации через подмышечные впадины при нахождении в отделении анестезиологии и реанимации, что сопровождалось чрезмерным сдавлением кожи и нервных стволов.

Комиссия экспертов пришла к выводам, что медицинская помощь в отделении анестезиологии и реанимации была оказана истцу с недостатками (дефектами), в том числе при фиксации в функциональной кровати; в части принятия решения о **, в части обработки области введения катетера и ведения соответствующей документации; отслеживания **; не проведены консультации офтальмолога и эндокринолога; истцу был назначен лишь **; при том, что целевой уровень **, с 07.01.2024 истец был переведен на подкожное введение **; ** купирован не был.

Эксперты усмотрели наличие прямой причинно-следственной связи между ненадлежащей фиксацией истца в функциональной кровати через подмышечные впадины и ухудшением состояния его здоровья, выразившимся в образовании ** **, **, с **, наиболее выраженным справа, с **, нарушением функций верхних конечностей и самообслуживания. Указанные повреждения квалифицированы в комплексе как средний тяжести вред, причиненный здоровью человека по признаку утраты общей трудоспособности от 10 до 30% включительно (25% справа и 15 % слева).

В терапевтическом отделении ГУЗ ФИО2 были также допущены дефекты в диагностике и лечении, основными из которых являются следующие: не назначена и не проведена консультация невролога; не купирован **; при наличии местной инфекции, связанной с центральным венозным катетером, установленным в правую **, не заподозрена катетер-ассоциированная **, как следствие не выполнен ряд диагностических следований** **, **, не выполнено бактериологическое исследование ** («**») с определением чувствительности возбудителя к антибиотикам и другим лекарственным препаратам.

В хирургическом отделении ГУЗ ФИО2 были допущены дефекты в диагностике и лечении, основными из которых являются следующие: не выполнено ** (пунктата **, **) с определением чувствительности возбудителя к антибиотикам и другим лекарственным препаратам; при подозрении с 22.01.2024 у пациента ** не выполнен ряд диагностических исследований для подтверждения диагноза и оценки тяжести органной дисфункции, в том числе исследование крови на уровень С- реактивного белка и/или прокальцитонина, бактериологическое исследование. Оценка состояния пациента при подозрении на ** с ** не верно расценено как относительно удовлетворительное.

Многочисленные недостатки в диагностике в условиях терапевтического и хирургического отделений ГУЗ ФИО2 не позволили экспертам достоверно установить очаг инфекции, явившейся источником **:

-**, установленный в правую подключичную вену (катетер-ассоциированная инфекция кровотока);

-**, связанная с центральным венозным катетером);

-местная инфекция в ране входного отверстия катетера (**);

-**;

-**.

По данным причинам комиссия экспертов пришла к выводу о невозможности установления прямой причинно-следственной связи между дефектами, допущенными при оказании истцу медицинской помощи в ГУЗ ФИО2 и развитием ** состояний и не определила степень тяжести вреда, причиненного здоровью.

Между тем в своем заключении эксперты указали, что перечисленные выше дефекты оказания медицинской помощи создали риск прогрессирования ** с образованием отдаленных ** (абсцесс **, **).

Более того, не установив прямой причинной связи между дефектами в ходе оказания истцу медицинской помощи, эксперты в своем заключении отметили следующее: внутрисосудистые катетеры связаны с риском инфицирования пациента, поскольку создают возможность прямого доступа микроорганизмов в системный кровоток, минуя основные естественные механизмы защиты. Пункция сосудов сопряжена с риском развития инфекционных осложнений, клинические проявления которых разнородны и проявляются в виде локального воспаления в месте введения катетера, так и в виде более тяжелой формы ** - **.

Развитию инфекционного процесса, связанного с эксплуатацией сосудистого катетера, предшествует колонизация сосудистого устройства микроорганизмами из **.

При анализе особенностей течения ** выявлено, что заболевание у данной категории лиц протекает на фоне поражения **. Это утяжеляет инфекционный процесс, обуславливает возникновение различных осложнений, удлинение сроков госпитализации, что приводит к высокой летальности.

Более высокая частота инфекций у пациентов с ** обусловлена **, которая благоприятствует иммунной дисфункции, микро- и макроангиопатиями, **, ** вмешательств у этих пациентов. Инфекции поражают все органы и системы.

Имеющееся у истца заболевание **-го типа с ** в условиях ГУЗ ФИО4 ** в значительной степени способствовало развитию и тяжелому течению **.

Таким образом, эксперты фактически пришли к выводу, что причиной ** в большей вероятности является **.

Истец не согласен с выводами экспертов в том, что допущенные дефекты при оказании ему медицинской помощи в условиях ГУЗ ФИО2 не явились причиной ** и, соответственно, причинением ему тяжкого вреда здоровью.

Полагает, что в результате дефектов оказания медицинской помощи в ГУЗ ФИО2 истцу был причинен средний и тяжкий вред здоровью. Заключение экспертизы в части отсутствия прямой причинной связи между ненадлежащее оказанной ему медицинской помощью и развитием сепсиса, считает необоснованным и просит назначить в данной части повторную комиссионную судебно-медицинскую экспертизу в ином экспертном учреждении в ином субъекте РФ.

В результате недостатков и дефектов оказания истцу медицинской помощи он длительное время был не только нетрудоспособным, но и лишился элементарных навыком самообслуживания: не мог самостоятельно кушать, одеваться, выполнять элементарные гигиенические процедуры, за ним постоянно ухаживала жена. В настоящее время правая рука функционирует не в полном объеме; ограничена в движении, он не могу писать, ест преимущественно левой рукой, нейропатический болевой синдром не проходит, отсутствует тактильность, он утратил возможность вести прежний образ жизни, находится в депрессивном состоянии.

Кроме того, в связи с длительным амбулаторным лечением истец за свой счет приобретал лекарственные препараты, рекомендованные неврологом: ** (** или **), **, ** (**), ** (**), ** (** или **).

Кроме того для перевязок вынужден был приобретать за свой счет перекись водорода, **, мази **, **, стерильные повязки «**» (в подмышечных областях применяемые в медучреждениях средства просто не фиксировались), пластырь.

После ** вынужден был приобрести бандаж послеоперационный. Поскольку боли в руках были невыносимые, приобретал обезболивающие препараты **, **, мазь **. На приобретение лекарственных препаратов затрачено 61433,85 руб.

Поскольку в ГУЗ ФИО2 нет невролога, истец 18.11.2024 принимался платно у невролога ФИО5, стоимость приема составила 800 руб.

12.04.2024 истцом заключен договор на оказание платных услуг - магнитотерапия 10 процедур с ГУЗ ФИО2 стоимость услуг 600 руб.

В условиях стационара (неврологического отделения ГУЗ УОКБ) ему назначались платные процедуры, а именно электростимуляция мышц 5 процедур, стоимость услуги 1285 руб. (договор от 17.05.2024), электростимуляция мышц 5 процедур, стоимость услуги 1285 руб. (договор от 21.05.2024).

Стоимость платных медицинских услуг составила 3970 руб.

В связи с тем, что у истца отсутствовали навыки самообслуживания, за ним в ГУЗ ФИО2, а затем в ГУЗ УОКБ постоянно ухаживала жена, отлучаясь только в случаях необходимости.

Транспортные расходы в связи с поездками в лечебные учреждения составили 6707,50 руб.

Общая сумма материального ущерба составила 72 111,35 руб.

На основании изложенного, просил суд взыскать с Государственного учреждения здравоохранения Инзенская районная больница в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 (один миллион) рублей, материальный ущерб в сумме 72111 руб. 35 коп.

В судебном заседании от 27 августа, 2 сентября 2025 г. истец ФИО1, его представитель адвокат Дунина И.Ю. заявленные требования уточнили, указав на следующее.

Размер первоначально заявленных требований о взыскании материального вреда составил 72 111 руб. 35 коп.

В настоящее возникла необходимость в уточнении исковых требований.

Как указано в первоначальном исковом заявлении, в период с 14 по 29 января 2025 года истец находился на стационарном лечении в неврологическом отделении ГУЗ УОКБ.

В условиях стационара истцу также назначались платные процедуры, а именно электростимуляция мышц 5 процедур, стоимость услуги 1285 руб.; гибербарическая оксигенация при заболеваниях периферической нервной системы 5 процедур, стоимость услуги 1925 руб.; парафино-озокеритовая аппликация 5 процедур, стоимость услуги 1275 руб. (договор от 18.01.2025).

Стоимость платных медицинских услуг по данному договору составила 4485 руб.

Также за свой счет истцом приобретались лекарственные препараты, рекомендованные неврологами:

по чеку от 20.09.2024 препарат ** на сумму 344,85 руб., ** на сумму 154,85 руб., сумма чека 499,7 руб.;

по чеку от 21.09.2024 препарат ** на сумму 591,66 руб.;

по чеку от 13.07.2025 препарат ** на сумму 709,65 руб., препарат ** на сумму 453,15 руб., сумма чека 1162,80 руб.;

по чеку от 06.08.2025 препарат ** на сумму 762,85 руб., препарат ** на сумму 709,65 руб., сумма чека 1472,50 руб.;

по чеку от 06.08.2025 препарат ** (2 упаковки) на сумму 883,50 руб., препарат ** на сумму 807,5 руб., препарат ** на сумму 709,65 руб., сумма чека 2400,65 руб.

Итого лекарственных препаратов дополнительно приобретено на сумму 6127,31 руб.

На приобретение лекарственных препаратов затрачено всего 67561,16 руб.

Общая стоимость платных медицинских услуг составила 8455 руб.

Таким образом, сумма материального ущерба увеличивается на сумму 10612,31 руб. (6127,31+4485) и составит 82723,66 руб. (72 111,3 5+10612,31).

В судебном заседании от 12, 15 января 2026 г. истец ФИО1, его представитель адвокат Дунина И.Ю. заявленные требования уточнили, указав на следующее.

В качестве доказательства первоначально стороной истца было предъявлено в суд заключение судебно-медицинской экспертизы ГКУЗ «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» от 24.03.2025 (назначалась Карсунским МСО СУ СК РФ по Ульяновской области в ходе доследственной проверки).

Согласно выводам обеих экспертиз (в том числе назначенной судом) пролежни в подмышечных областях слева и справа, двусторонняя плечевая плексопатия с преимущественным поражением нижнего пучка сплетения больше справа, с дистальным парезом рук, наиболее выраженным справа, с нейропатическим болевым синдромом, нарушением функций верхних конечностей и самообслуживания могли быть причинены ФИО1 в результате некорректной фиксации в функциональной кровати через подмышечные впадины при нахождении в отделении анестезиологии и реанимации, что сопровождалось чрезмерным сдавлением кожи и нервных стволов.

Между дефектом оказания медицинской помощи в виде некорректной фиксации в функциональной кровати через подмышечные впадины фиксирующим материалом и ухудшением состояния здоровья в виде образования пролежней и развитием двусторонней плечевой плексопатии имеется прямая причинно-следственная связь. При этом неблагоприятный исход оказания медицинской помощи оценивается как вред, причиненный здоровью человека, и квалифицируется в совокупности как причинивший средней тяжести вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности менее чем на одну треть (стойкая утрата общей трудоспособности от 10 до 30% включительно).

Обе экспертизы указали, что остальные дефекты (указаны в первоначальной иске) могли создать условия для прогрессирования сепсиса с образованием гнойных очагов (**, **, **) однако не явились причиной его развития, не вызвали нового патологического состояния, а потому не состоят в прямой причинно-следственной связи в с каким-либо из видов неблагоприятного исхода. Часть дефектов, в том числе, невыполнение бактериологического исследования отделяемого из гнойно-воспалительных очагов (**, **, **) бактериологического исследования крови на **, микробиологического исследования ** 10.01.2024 сосудистого катетера не позволили экспертам достоверно установить первичный очаг (входные ворота) инфекции и вид возбудителя, явившегося источником **.

Учитывая изложенное, размер требований о компенсации морального вреда истцом уменьшается до 600 000 руб., при этом просит учесть, что по данному заболеванию ему установлена 3 группа инвалидности, движение и чувствительность в обеих руках до настоящего времени не восстановлены, болевой синдром обеих рук не купирован. Истец продолжает испытывать существенный дискомфорт, а, следовательно, физические и нравственные страдания, до настоящего времени находится в депрессивном состоянии.

Полагает, что ответ судебно-медицинской экспертизы от 12.12.2005 №78-к на вопрос №2 о нуждаемости лекарственных препаратах: ** (** или тиоктовая кислота), ** (**), ** (**), ** (** или **) в связи с наличием у него **, а не для лечения плечевой **, а применение препарата Дузофарм для улучшения ** противоречит первоначальным медицинским документам, а именно стационарным картам и выписным эпикризам от 11.03.2024, 30.05.2024, 29.01.2025 ГУЗ «Ульяновская областная клиническая больница», рекомендациям врачей неврологов от 20.09.2024, 18.11.2024.

Истцом произведена оплата судебно-медицинской экспертизы в размере 123143 руб. (чек от 14.10.2025). Указанные расходы просит взыскать с ответчика в полном объеме.

На основании изложенного, просили суд взыскать с Государственного учреждения здравоохранения Инзенская районная больница в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 600 000 рублей, материальный ущерб в сумме 82 723 руб. 66 коп., расходы по оплате судебно-медицинской экспертизы в размере 123 143 рубля.

Представитель ответчика – ГУЗ «Инзенская районная больница» в судебное заседание не явился, ранее представил возражения на иск, в которых указал, что заявленный размер компенсации морального вреда является завышенным.

Третье лицо – заведующий анестезиолого-реанимационным отделением ГУЗ «ФИО2» в судебное заседание не явился, представил заявление, в котором просил рассмотреть дело в свое отсутствие.

Представитель третьего лица – Минздрава Ульяновской области в судебное заседание не явился, представил отзыв на иск, в соответствии с которым при определении компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Просил учесть, что на момент госпитализации истец страдал рядом тяжелых хронических заболеваний, которые сами по себе могли способствовать развитию осложнений.

Заслушав истца, его представителя, прокурора, полагавшего что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В силу статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Из материалов дела следует, что 4 января 2024 года около 15-30 ч. Бригадой скорой помощи истец доставлен в ГУЗ «ФИО2», где был госпитализирован в анестезиолого-реанимационное отделение.

В реанимации истца зафиксировали на кровати в области запястий и начали прокапывать системы, отчего у него нарушилось кровоснабжение в руках.

9 января 2024 года истца перевели в терапевтическое отделение ГУЗ «ФИО2».

10.01.2024 в области ранее введенного подключичного катетера его введения сформировался **, который 11.01.2024 был вскрыт под общим наркозом. С этого же времени у истца стала подниматься температура тела.

16 января 2024 года истца перевели в хирургическое отделение ФИО2, где под общим наркозом был вскрыт **.

На общем фоне ухудшения состояния 26.01.2024 на машине «Скорой медицинской помощи» с диагнозом «** «**» истец был переведен в хирургическое отделение ГУЗ «Ульяновская областная клиническая больница», где находился на лечении с 26.01.2024 по 11.03.2024.

07.02.2024 под общим наркозом проведена операция: **.

По хирургическим показаниям на амбулаторном лечении истец находился до 27.04.2024.

С 15 по 30 мая 2024 года, а затем с 14 по 29 января 2025 года находился на стационарном лечении в неврологическом отделении ГУЗ «УОКБ» с диагнозом **, наиболее **. **. Нарушение функций **, самообслуживания. **. **

Полагая, что действиями сотрудников ГУЗ «Инзенская районная больница» истцу причинен тяжкий вред здоровью, истец обратился с заявлением о привлечении к уголовной ответственности виновных лиц в Карсунский межрайонный отдел СУСК РФ по Ульяновской области.

По его заявлению следственным органом была проведена проверка в порядке статей 44-45 УПК РФ, по результатам которой в возбуждении уголовного дела было отказано.

Согласно выводам проведенной в рамках проверки экспертизы, установлено наличие прямой причинно-следственной связи между ненадлежащей фиксацией истца в функциональной кровати через подмышечные впадины в ГУЗ «Инзенская районная больница» и ухудшением состояния его здоровья, выразившимся в образовании ** в подмышечных областях, **, с **, наиболее выраженным справа, с **, нарушением **. Указанные повреждения квалифицированы в комплексе как средний тяжести вред, причиненный здоровью человека по признаку утраты общей трудоспособности.

В связи с изложенным, а также в связи с тем, что истец не согласился с выводами доследственной экспертизы в части тяжести причиненного ему вреда здоровью сотрудниками Инзенской районной больницы, полагая, что его здоровью был причинен тяжкий вред, ФИО1 обратился в суд с рассматриваемым иском.

По ходатайству истца в рамках рассматриваемого дела судом была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено экспертам БУ «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения Чувашии.

На основании проведенного исследования комиссия экспертов пришла к следующим выводам:

Ответ на вопрос №1: «Имеется ли прямая причинная связь между недостатками (комплексом недостатков) при оказании ФИО1 медицинской помощи в ГУЗ «Инзенская районная больница» в период времени с 4 января 2024 г. по 26.01.2024 и образованием у пациента абсцессов в подключичной области справа, в области ягодицы слева, на печени справа, пролежней в подмышечных областях с развитием сепсиса? Какова степень тяжести указанных повреждений?»

Согласно медицинской карте № 17/10/9/42 ГУЗ «Инзенская районная больница» на ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., известно, что пациент поступил по линии «03» в 16:55 04.01.2024г. с диагнозом: «**». При первичном осмотре дежурным врачом отмечены жалобы на повышение температуры тела, слабость, головокружение и одышку в покое. Со слов пациента, ухудшение состояния с 01.01.24г., в течение последних 3-4 дней употреблял алкоголь. Из анамнеза известно, что страдает **. Состояние пациента расценено как тяжелое, отмечено, что кожные покровы бледного цвета, холодные на ощупь, лицо **, видимые слизистые **, **. **. Тоны сердца приглушенные. Пульс 140 ударов в минуту, АД 170/100 мм рт. ст. ЧДД 24 в мин. Выставлен предварительный диагноз: «** **. Осложнения основного заболевания: **». Выполнены: ЭКГ, рентгенография органов грудной клетки, ОАМ, ОАК, сахар крови, б/х крови, УЗДГ сосудов н/к. Госпитализирован в реанимационное отделение. 04.01.2024 Врачом-реаниматологом отмечены жалобы на одышку в покое, головокружение и общую слабость. Отмечено, что осмотр больного затруднен из-за беспокойного поведения, страдает ** в течение 3 лет. В последние дни препараты от ** не употреблял. Состояние тяжелое, уровень сознания по шкале Глазго 15 баллов. Кожные покровы **, больше в области лица, рук. Отеки не определяются. Тоны приглушенные, ЧСС 63 уд/мин. АД 129/89 мм рт. ст. Сатурация 97%. Сахар крови 24,2 ммоль/л. ** резко положительные. Назначения: в/в капельно р-р ** 1л л 500мл, р-р натрия хлорида 0,9% 500 мл, р-р калия хлорида 4% 20 мл, р-р магния сульфата 25% 20 мл в/в ** 5 ед. в час, катетеризация периферической вены. ** ** пузыря. ОАК, сахар крови каждые 2 часа, биохимия крови, коагулограмма крови, ОАМ, кетоновые тела в моче. Р- графия легких, УЗИ органов брюшной полости, почек, ЭКГ». 05.01.2024г. 01:40 пациент предъявлял жалобы на жажду, к своему состоянию не критичен, порывается встать с постели, удалил в/в систему периферическую локтевую. Сахар крови 15,1 ммоль/л. Температура тела 36,7 градусов. ЧСС 110 ударов в мин. АД 130/110 мм рт. ст. ЧД 22 в мин. Сатурация SaO2 96% Диурез 500мл. С целью купирования двигательного возбуждения в/в р- р ** 2,0 мл. Повторно поставить периферический венозный катетер не удалось. Удалось катетеризировать подключичную вену из-за необходимости инфузионной терапии. 05.01.2024 г. 02.00-02.10 проведена операция - катетеризация подключичной вены, а именно, в место пункции справа введен ** 0,25% - 10 мл, в вертикальном направлении произведен ** 0,5-1 см, затем направление иглы под углом 25-45° к ключице и 20-30° к фронтальной плоскости в направлении верхнего края грудинно-ключичного сочленения, яремной вырезки. Игла медленно и плавно проведена между первым ребром и ключицей до появления венозной крови в шприце. В иглу введен без ощущения препятствий проводник, игла извлечена. По проводнику плавно заведен катетер, проводник удален. Внутривенное положение катетера подтверждено свободным обратным током венозной крови. Число попыток пункции вены: 1. Катетер на выходе из кожи фиксирован «бабочкой», подшит к коже лигатурами, вверх наклеена стерильная марлевая салфетка. Осложнений нет. Кровопотери во время оперативного вмешательства нет...Кожа в месте введения катетера ежедневно обрабатывается антисептический раствором. Ежедневно менять асептическую повязку». 05.01.2024г. 05:00 Врачом-реаниматологом отмечено, что агрессивен, встал с постели, вырвал систему (оторвал), матерится, угрожает медицинскому персоналу, дезориентирован, порывается уйти. Фиксирован мягкими повязками и оставлен подключичный катетер, функционирует, целостность не нарушена, кожа вокруг него повторно 2-х кратно обработана антисептиком. ЧСС 91 ударов в мин. АД 180/120 мм рт. ст. ЧД 24 в мин. Сатурация SaCh 88%. В/в с целью купирования острого алкогольного психоза р-р аминазина 2,0. 05.01.2024г. 13:00 В сознании, дезориентирован. Не критичен к состоянию, пытается вставать. Верхние конечности фиксированы (пытается удалить катетер, периодически встает). 06.01.2024г. В сознании, ориентирован, адекватен. Область подключичного катетера без патологических изменений, катетер функционирует. Верхние конечности не фиксированы. Пытается удалить систему для в/в введения. «09.01.2024г. Пациент предъявлял жалобы на сухость во рту, онемение пальцев правой конечности. В дневниковой записи отмечено, что подключичный катетер функционирует, кожа вокруг без признаков воспаления, чистая, швы чистые. Рекомендовано осуществлять уход за подключичным катетером. Пациент переведен из отделения анестезиологии и реанимации в отделение терапии. 09.01.2024г. После перевода пациента в терапевтическое отделение, врачом- терапевтом отмечено, что лицо пастозное, ЧСС (пульс) - 80 ударов в мин., АД 130/80 мм рт. ст., ЧД 18 в мин., сатурация 95%. В локальном статусе отмечено наличие мацерации кожи и гиперемии в подмышечных областях. 10.01.2024 г. при осмотре врачом отмечены жалобы на озноб, на болезненность в области проекции подключичного катетера, чувство холода и дрожь в теле. Состояние пациента расценено как тяжелое, температура тела отмечена на уровне 38 градусов, сатурация 95%, отек правой верхней конечности, болезненная пальпация подключичной области справа, гиперемия. ЧД 20, ЧСС 110 в минуту. АД 160/90 мм.рт.ст. Язык сухой. Вызван врач-реаниматолог на предмет удаления подмьппечного катетера. Подключичный катетер удален (на 6-е сутки). 10.01.2024г. врачом-травматологом отмечено в правой верхней конечности умеренный отек мягких тканей, кожные покровы гиперемированы, горячие на ощупь, движения в правой верхней конечности болезненные, ограничены, чувствительность резко снижена, при осмотре правого надплечья в области периферического катетера визуализируется умеренный отек мягких тканей, при пальпации резкая болезненность, пальпируется уплотнение размером 1,5x1,5 см. Рекомендовано УЗИ мягких тканей правого надплечья». 10.01.2024 г. проведено УЗИ мягких тканей правой подключичной области, выявлена нфильтрация мягких тканей без нагноения (жидкости не выявлено). 11.01.2024 г. 11.50- 11.54 проведена операция (вскрытие абсцесса грудной клетки справа), в месте размягчения рассечены кожа, подкожно-жировая клетчатка, удалено около 5-6,0 мл гноя, ревизия раны пальцем, раневая полсть промыта р-ром перекиси, резиновый дренаж, повязка с бетадином...

13.01.2024 г. врачом отмечены боли в правой руке и подключичной области, слабость, температура тела до 38,2 градусов, ломоту в поясничной области. 15.01.24г. проведено УЗИ вен верхних конечностей, признаков венозного тромбоза не выявлено. 15.01.2024 г. отмечено наличие температуры тела до 39 градусов, болезненность в правой ягодице, в правой ягодичной области умеренная болезненность при пальпации, в ходе проведения УЗИ мягких тканей правой ягодичной области выявлен разлитой отек и инфильтрация мягких тканей со следами жидкости (анэхогенная зона линейной формы). 16.01.24г. пациент переведен в хирургическое отделение для продолжения лечения, пальпаторно на правой ягодице отмечается участок 8x6 см, с размягчением в центре до 3-х см, гиперемии кожи нет. Проведена пункция - получен гной. Проведена операция: Вскрытие **, длиной --5-6 см, выделилось около 20,0 мл густого гноя, ревизия раны пальцем на глубине 5-6 см, **, туалет раны р-ром перекиси, резиновый дренаж. 22.01.2024 г. врачом отмечены наличие температуры тела до 38 градусов, без озноба, умеренный отек правой верхней конечности, в подмышечных областях раны - слева с налетом фибрина, справа - мацерация кожи 8x3 см. Раны в области груди справа и ягодичной области справа чистые, вялая грануляция, без отделяемого. 22.01.2024 г. 11.00-1120 проведена операция - **, туалета раствором перекиси, повязки с **. 26.01.2024 г. По согласованию с хирургом ФИО6. больной переводится в Ульяновскую областную больницу для дальнейшего лечения.

При экспертном анализе оказания медицинской помощи ФИО1 в ГУЗ «Инзенская районная больница» за период времени с 04.01.2024 г. по 26.01.2024 г., экспертной комиссией выявлен деффекты (недостатки):

некорректная показанная фиксация пациента в функциональной кровати за подмышечные области фиксирующим материалом, приведшая к сдавливанию кожи, сосудов и нервов с образованием в последующем у пациента пролежней в области подмышечных впадин и двусторонней плечевой плексопатии (Клинические рекомендации «Психические и поведенческие расстройства, вызванные употреблением психоактивных веществ. Психотическое расстройство», 2020г., «Острая интоксикация психоактивными веществами», 2020г., утверждённые Минздравом РФ);

отсутствие в медицинской карте заполненной формы «Листа наблюдения за пациентом с сосудистым катетером» (Методическое руководство «Эпидемиология и профилактика катетер- ассоциированных инфекций кровотока и уход за центральным венозным катетером», 2023г.);

нарушение кратности проведения экспресс-анализа на глюкозу (с учетом наличия у пациента заболевания - сахарного диабета), а именно, анализ должен проводиться ежечасно до снижения уровня глюкозы в крови до 13 ммоль/л, далее, при стабильных показателях, 1 раз в 3 часа (Алгоритмы специализированной медицинской помощи больным **, под ред. ФИО7, ФИО8, ФИО9, 11-й выпуск, 2023г.);

нарушение кратности проведения анализов мочи или плазмы на кетоновые тела, а именно анализ должен проводиться 2 раза в сутки в первые 2 суток, затем 1 раз в сутки (Алгоритмы специализированной медицинской помощи больным **, под ред. ФИО7, ФИО8, ФИО9, 11-й выпуск, 2023г.);

отсутствие назначения и проведения консультации офтальмолога и эндокринолога (Приказ Минздрава России от 01.10.2020г. № 1054н «Об утверждении стандартов медицинской помощи взрослым при ** 2 тип, осложнение **»);

отсутствуют данные об определении ** в плазме крови, а именно, анализ должен быть проведен 2 раза в сутки до разрешения диабетического кетоацидоза (Алгоритмы специализированной медицинской помощи больным **, под ред. ФИО7, ФИО8, ФИО9, 11-й выпуск, 2023г.);

отсутствуют данные о проведении анализа газового и кислотно-щелочного состава крови (Алгоритмы специализированной медицинской помощи больным **, под ред. ФИО7, ФИО8, ФИО9, 11-й выпуск, 2023г.);

необоснованное назначение пациенту только ** короткого действия с переводом (с 07.01.2024г.) на подкожное введение с учетом недостижения целевого уровня гликемии (Алгоритмы специализированной медицинской помощи больным **, под ред. ФИО7, ФИО8, ФИО9, 11-й выпуск, 2023г.);

не назначена и не проведена консультация офтальмолога и эндокринолога (Приказ Минздрава России от 01.10.2020г. №1054н «Об утверждении стандартов медицинской помощи взрослым при ** тип, осложнение сахарного диабета»);

не проведена регистрация электрокардиограммы (Приказ Минздрава России от 01.10.2020г. № 1054н «Об утверждении стандартов медицинской помощи взрослым при ** тип, осложнение **»);

не назначена и не проведена консультация невролога (Приказ Минздрава России от 07.11.2012г. № 616н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при поражениях отдельных нервов, нервных корешков и сплетений»);

не выполнено бактериологическое исследование отделяемого из гнойно-воспалительного очага (с учетом выставленного диагноза «абсцесс грудной клетки справа постинъекционный») с определением чувствительности возбудителя к антибиотикам (раздел 3.12.2 Приказа Минздрава России от 10.05.2017г. №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»);

с учетом установления катетера в правую подключичную область пациента, при наличии местных инфекционно-воспалительных изменений в области установленного катетера и высокой температуры (около 38 градусов), не заподозрена катетер-ассоциированная инфекция кровотока, и не выполнены бактериологическое исследование крови на стерильность и микробиологическое исследование дистального сегмента удалённого сосудистого катетера (Методическое руководство «Эпидемиология и профилактика катетер-ассоциированных инфекций кровотока и уход за центральным венозным катетером», 2023г.);

не выполнено бактериологическое исследование отделяемого из гнойно-воспалительного очага (с учетом установленного диагноза «абсцесс грудной клетки справа постинъекционный»), пунктата абсцесса правой ягодичной области, некротизированных тканей подмышечных областей с определением чувствительности возбудителя к антибиотикам (раздел 3.12.2 Приказа Минздрава России от 10.05.2017г. №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»);

при подозрении (с 22.01.2024г.) на наличие у пациента сепсиса, не выполнены исследования для подтверждения диагноза и оценки тяжести органной дисфункции: не выполнена оценка состояния и степени тяжести заболевания по шкале SOFA не позднее 1 часа от момента установления диагноза; не выполнено исследование уровня лактата в крови не позднее 1 часа от момента установления диагноза; не выполнено исследование уровня С- реактивного белка и/или прокальцитонина в крови; не выполнено исследование кислотнощелочного состояния крови; не выполнено не менее двух заборов проб крови, взятых из вен разных верхних конечностей, с интервалом 30 минут для бактериологического исследования крови на стерильность с определением чувствительности возбудителя к антибиотикам (раздел 3.1.18 Приказа Минздрава России от 10.05.2017г. №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»);

неверная оценка состояния пациента за период с 22.01.2024г. по 24.01.2024г. и ее несоответствие клиническим данным, а именно - при подозрении на наличие сепсиса у пациента с высокой температурой, общее состояние пациента расценено как «относительно удовлетворительное».

Учитывая:

некорректную фиксацию пациента в функциональной кровати через подмышечные области (впадины), образование пролежней в подмышечных областях и появление клинической картины двусторонней плечевой плексопатии с преимущественным поражением нижнего пучка сплетения больше справа, с дистальным парезом рук, наиболее выраженным справа, нейропатическим болевым синдромом, нарушением функций верхних конечностей после фиксации пациента, экспертная комиссия приходит к выводу о том, что между дефектом (недостатком) оказания медицинской помощи в виде некорректной фиксации пациента в функциональной кровати за подмышечные области фиксирующим материалом и ухудшением состояния здоровья в виде образования пролежней и развитием двусторонней плечевой плексопатии имеется прямая причинно-следственная связь.

Наличие у пациента ** (повреждение плечевых сплетений и их нервов) подтверждается объективными данными, а именно, справа - умеренно выраженная **, боль и ограничение движений в **, снижение ** (слабость) <данные изъяты> (2 балла), нарушение чувствительности в виде гипестезии предплечья и **, умеренное нарушение ** и, по признаку стойкой утраты общей трудоспособности в результате повреждения правого плечевого сплетения и его нервов, повлекшие за собой нарушение их функции, как согласно подпункту 10 (в) Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий воздействия внешних причин (приложение к Медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, утверждённым приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г. № 194н., действовавшим на момент оказания медицинской помощи ФИО1) так и в соответствии с п. 7 (в) Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий воздействия внешних причин (приложение к «Порядку определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом Минздравсоцразвития России от 08.04.2025 г. № 172н, вступившего в действие с 01.09.25г. составляет 25%, что является медицинским критерием квалифицирующих признаков в отношении средней тяжести вреда здоровью;

слева - слабо выраженная **, **, снижение ** (слабость) ** (4 балла - лёгкое снижение силы ** при полном объёме движений), нарушение чувствительности (гипестезия) на наружной ** и, по признаку стойкой утраты общей трудоспособности в результате повреждения **, повлекшие за собой нарушение их функции, как согласно подпункту 10 (б) Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий воздействия внешних причин (приложение к Медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, утверждённым приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г. № 194н., действовавшим на момент оказания медицинской помощи ФИО1), так и в соответствии п. 7 (б) Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий воздействия внешних причин (приложение к «Порядку определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденному Приказом Минздравсоцразвития России от 08.04.2025 г. № 172н, вступившего в действие с 01.09.25г. составляет 15%, что является медицинским критерием квалифицирующих признаков в отношении средней тяжести вреда здоровью.

Согласно п. 25 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека (приложение к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г. №194н., действовавшими на момент оказания медицинской помощи ФИО1) следует, что ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания медицинской помощи, рассматривается как причинение вреда здоровью.

Неблагоприятный исход оказания медицинской помощи, возникновение которого находится в прямой причинно-следственной связи с недостатком (недостатками) оказания медицинской помощи, оценивается как вред, причиненный здоровью человека (в соответствие с п. 18 «Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом Минздравсоцразвития России от 08.04.2025г. № 172н, вступившего в действие с 01.09.25г.).

Таким образом, ** в подмышечных областях, **, с дистальным **, наиболее выраженным справа, с нейропатическим болевым синдромом, нарушением функций верхних конечностей и самообслуживания, образовавшиеся в результате чрезмерного сдавливания кожи и нервных стволов при показанной фиксации ФИО1 через **, квалифицируются в совокупности как причинившая средней тяжести вред, как по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности менее чем на одну треть (стойкая утрата общей трудоспособности от 10 до 30% включительно) (пункт 7.2 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека - приложение к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008г. №194н., действовавшими на момент оказания медицинской помощи ФИО1, так и по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности менее чем на одну треть (стойкая утрата общей трудоспособности от 10 до 30% включительно (пункт 5.2.2. «Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом Минздравсоцразвития России от 08.04.2025 г. № 172н,) вступившего в действие с 01.09.25г.

Остальные дефекты (недостатки), выявленные экспертной комиссией могли создать условия для прогрессирования ** с образованием гнойных очагов (**, **, **), однако не явились причиной его развития, не вызвали развитие нового патологического состояния у ФИО1, а потому в прямой причинно-следственной связи с каким-либо из видов неблагоприятного исхода не состоят.

Отсутствие в медицинской карте «Листа наблюдения за пациентом с венозным катетером» не позволяет экспертной комиссии решить вопрос о надлежащем уходе за венозным катетером в правой подключичной области с соблюдением условий асептики и антисептики.

Кроме того, выявленные экспертной комиссией дефекты (недостатки) в виде невыполнения бактериологического исследования отделяемого из гнойно-воспалительных очагов (**), бактериологического исследования крови на стерильность, микробиологического исследования дистального сегмента удалённого (10.01.2024г.) сосудистого катетера не позволяют экспертной комиссии достоверно установить первичный очаг («входные ворота») инфекции и вид возбудителя, явившейся источником сепсиса.

У пациентов с сахарным диабетом 2 типа (имеющимся у ФИО1) имеются особенности течения **, наличия **, что в свою очередь увеличивает частоту развития и утяжеляет **, а также удлиняет сроки лечения.

Учитывая:

то, что в осмотрах врачей-специалистов в дневниковых записях в описании поражения верхних конечностей преобладает поражение правой верхней конечности,

то, что для алкогольной полинейропатии является характерным два клинических паттерна - **,

то, что для развития алкогольной полинейропатии необходимы длительный алкогольный анамнез, системный характер и длительность употребления алкоголя, свидетельствующие о токсическом действии алкоголя на нервы и нарушению в них обменных процессов, экспертная комиссия приходит к выводу о том, что развившаяся у ФИО1 ** не могла быть вызвана употреблением алкоголя (л.д.214-217).

Суд соглашается с заключением экспертов в указанной части в полном объеме, приведенные выше выводы аргументированы комиссией экспертов и являются научно обоснованными.

При таких обстоятельствах, учитывая, что действия медицинского персонала ГУЗ «Инзенская районная больница» состоят в прямой причиной связи с причинением ФИО1 средней тяжести вреда здоровью, а также принимая во внимание большое количество иных недостатков, имевших место в ходе оказания истцу медицинской помощи, ряд из которых, согласно приведенному выше экспертному заключению, могли создать условия для прогрессирования ** с образованием ** (**), суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 500 000 рублей.

Кроме того, судом перед комиссией экспертов ставились следующие вопросы:

Имелась ли у ФИО1 необходимость в ходе лечения ** в подмышечных областях, **, с ** парезом рук, наиболее выраженным справа, **, нарушения функции верхних конечностей и самообслуживания, **, в приеме лекарственных препаратов **, ** (** или ** кислота), **, ** (**), ** (**), ** (**), **, в приеме обезболивающих препаратов **, **, **, мазь **, в использовании перекиси водорода для перевязок, мази **, **, стерильных повязок «**», пластыря, а также в использовании бандажа послеоперационного? Имелась ли необходимость в приеме невролога 18.11.2024? Имелась ли необходимость в медицинских услугах магнитотерапия, электростимуляция мышц, гибербарическая оксигенация, парафино-озокеритовая аппликация?

Нуждался ли ФИО1 в постороннем уходе во время нахождения в ГУЗ «Ульяновская областная клиническая больница» с 26 января 2024 года по 11 марта 2024 года, в постороннем сопровождении в медицинское учреждение 16 мая 2024 года, если да, что вызвана ли такая необходимость заболеваниями и повреждениями, образовавшимися у ФИО1 в связи с недостатками в оказании медицинской помощи в ГУЗ «Инзенская районная больница»?

В соответствии с выводами экспертизы, с целью лечения ** согласно Приказу Минздрава России от 07.11.2012 N 616н "Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при поражениях отдельных нервов, нервных корешков и сплетений" использовались препараты: **, **, ** (**).

Ввиду наличия у пациента ** согласно Приказу Минздрава России от 24.12.2012 N 1544н "Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при диабетической полиневропатии" в лечении использовались тиоктовая кислота (**), **), **), **). Препарат ** использовался с целью улучшения периферического и мозгового кровообращения. Использование перевязочного материала в послеоперационном периоде также было обоснованным для защиты от внешних загрязнений, I поддержания чистоты и ускорения заживления.

В приказе Министерства здравоохранения РФ от 10 мая 2017 г. № 203н "Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи" и Национальных клинических рекомендациях какой-либо информации по поводу использования физиотерапевтических методов лечения не содержится, однако, экспертная комиссия считает необходимым отметить о том, что медицинские услуги в виде магнитотерапии, электростимуляции мышц, гибербарической оксигенации и парафино-озокеритовой аппликации, являясь вспомогательными методами лечения, с учетом наличия ** у ФИО1, также являлись показанными и обоснованными.

18.11.2024 г. ФИО1 был консультирован врачом-неврологом, на приеме пациент предъявлял жалобы на слабость в конечностях, больше руках, онемение, зябкость в кистях, пальцах, затруднение при вьшолнении движений. В объективном осмотре указано, что сила в правой кисти 0-1 баллов, с лев. кисти - 2-3 балла, гипестезия по типу перчаток, координаторные пробы вьшолняет, хуже правой рукой, в позе Ромберга неустойчив, отеки н/3 нижних конечностей. Выставлен диагноз: «**). **, **». Рекомендовано продолжить ** 200мг - по 1 т. утром 1 месяц.

Учитывая наличие ** у ФИО1, экспертная комиссия приходит к выводу о том, что с целью динамического наблюдения за состоянием пациента и оценки ** в динамике, а также (при необходимости) для коррекции проводимого лечения, ФИО1 нуждался в осмотре врачом - неврологом 18.11.2024г.

Учитывая снижение функции самообслуживания в виду наличия у пациента **, наиболее выраженного справа (согласно первичному осмотру врача-невролога ГУЗ УОКБ от 16.05.24г), отмеченные в дневниковых записей врачей (Медицинская карта за период пребывания с 26.01.2024г. по 11.03.2024г.) сведения о «малоподвижности пациента, общей слабости, из-за слабости в руках не может держать кружку, ложку, нарушено самообслуживание» «не может писать, выполнять бытовые действия, вводить себе **», экспертная комиссия приходит к выводу о том, что ФИО1 нуждался в постороннем уходе во время нахождения в ГУЗ «Ульяновская областная клиническая больница» с 26 января 2024 года по 11 марта 2024 года, а также в постороннем сопровождении в медицинское учреждение 16.05.2024г.

Данная необходимость возникла ввиду наличия нарушений функции верхних конечностей вследствие развившейся у пациента в стационаре лечебного учреждения ** в результате чрезмерного сдавливания кожи и нервных стволов при показанной фиксации ФИО1 через подмьппечные впадины в период пребывания ФИО1 в ГУЗ «Инзенская районная больница» с 04.01.2024 по 26.01.2024г. (л.д.217)

Суд в полном объеме соглашается с выводами экспертов в части нуждаемости истца в постороннем уходе в связи с прохождением лечения в ГУЗ УОКБ с 26 января 2024 г. по 11 марта 2024 г., в постороннем сопровождении в медицинское учреждение 16 мая 2024 г.

Истцом представлены проездные билеты по маршрутам Инза-Ульяновск и Ульяновск-Инза на даты госпитализации и выписки из больницы на себя и свою супругу на общую сумму 6707 рублей 50 копеек. (л.д.113-123). Поскольку поездки истца и его супруги в лечебное учреждение напрямую связаны с причинением вреда здоровью истца в ГУЗ «Инзенская районная больница», указанная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу ФИО1

Вместе с тем, суд не может в полной мере согласиться с заключением экспертизы в части отсутствия нуждаемости истца в ряде лекарственных средств на лечение заболевания «**», возникновение которого состоит в прямой причинной связи с действиями медперсонала ГУЗ «ИРБ» по следующим основаниям.

Согласно части 3 статьи 186 ГПК РФ, заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Согласно выписке из медицинской карты амбулаторного больного от 20.09.2024, врачом-неврологом назначены препараты ** и ** 100 мг 2 раза в день. При это указано, что препараты назначены в соответствии с установленным диагнозом, учитывая действующие клинические рекомендации и стандарты лечения по основной, сопутствующей и фоновой патологией, а также синдромно, в соответствии с инструкцией по применению препарата. При этом диагноз указан: **, наиболее выраженным справа. ** синдромом. Нарушение функций верхних конечностей, самообслуживания.

Такой же диагноз был указан в выписном эпикризе хирургического отделения ГУЗ «Ульяновская областная клиническая больница» от 11.03.2024, в выписных эпикризах неврологического отделения ГУЗ «УОКБ» от 30.05.2024 и от 29.01.2025.

Именно по ** истцу назначались ** 600 мг., ** (эпикриз от 11.03.2024); **), **), **), при болях **) (эпикризы от 30.05.2024 и от 29.01.2025) (л.д.19-32).

Диагноз «**» отсутствовал в эпикризах от 11.02.2024 и от 30.05.2024. Лечения по данном диагнозу истец за указанный период не получал. Впервые данный диагноз был установлен истцу в период нахождения на стационарном лечении в неврологическом отделении ГУЗ «УОКБ» в период с 14.01.2025 по 29.01.2025 в результате обследования нижних конечностей 28.01.2025 (электромиография от 28.01.2025). Лечение истцу было назначено вновь по основному заболеванию — **, наиболее выраженным справа; **; **, самообслуживания.

Таким образом, применение вышеперечисленных препаратов никак не связано с установленным истцу лишь в 2025 году диагнозом - «**».

Таким образом, выводы судебно-медицинской экспертизы в данной части противоречат первичным медицинским документам.

Таким образом, с ответчика в пользу истца следует взыскать стоимость лекарственных препаратов и процедур, которые приобретались ФИО1 для лечения заболеваний, возникших у него в ходе ненадлежащего оказания ему медицинской помощи в ГУЗ «ФИО2» в размере 76016 рублей 16 копеек (61433 руб. 85 копеек – изначальной заявленная стоимость лекарственных средств (л.д.96-99), прием невролога, магнитотерапия, электростимуляция мышц на сумму 3970 руб. (л.д.93-93, 88, 91), 6127 рублей 31 копейка – лекарственные средства по уточненным исковым требованиям, 4485 рублей - стоимость платных медицинских услуг по договору от 18 января 2025 г. по уточненным требованиям).

Итого в счет возмещения материального ущерба с истца с ответчика в пользу истца следует взыскать 82723 рубля 66 копеек (76016,16+6707,5).

В соответстии в частью 1 статьи 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии с подлинником чека по операции, ФИО1 оплачена стоимость проведенной по делу комиссионной судебно-медицинской экспертизы в размере 123 143 рубля.

Принимая во внимание, что экспертным заключением подтвержден факт ненадлежащего оказания ФИО1 медицинской помощи, суд считает целесообразным взыскать указанную сумму с ответчика в пользу истца.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 56, 194-199 ГПК РФ, судья

РЕШИЛ :

Исковые требования ФИО1 к Государственному учреждению здравоохранения «Инзенская районная больница» о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью, удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Инзенская районная больница», ИНН <***>, в пользу ФИО1, паспорт ** в счет возмещения материального ущерба в связи с причинением вреда здоровью 82723 (восемьдесят две тысячи семьсот двадцать три) рубля 66 копеек, а также компенсацию морального вреда в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения «Инзенская районная больница», ИНН <***>, в пользу ФИО1, паспорт ** расходы в связи с проведением по делу медицинской судебной экспертизы в размере 123 143 (сто двадцать три тысячи сто сорок три) рубля.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Инзенский районный суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья

Решение в окончательной форме изготовлено 27 января 2026 г.