Решение по делу № 2-4035/2023 от 07.08.2023

УИД 31RS0016-01-2023-004676-80 Дело № 2-4035/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 августа 2023 года г. Белгород

Октябрьский районный суд города Белгорода в составе

председательствующего судьи Супрун А.А.

при секретаре Усиковой Я.А.

с участием прокурора Шумовой И.Ю., истца ФИО14., представителя истца по доверенности ФИО1, в отсутствие представителя ответчика ООО ТД «ФИО43»

рассмотрев, в открытом судебном заседании, гражданское дело по иску ФИО14 к ООО ТД «ФИО43» о признании незаконным приказа о простое; признании незаконным увольнения с работы; восстановление на работе в прежней должности; взыскание недополученной заработной платы и взыскание заработной платы за время вынужденного прогула; компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился с названными требованиями в суд, сославшись на следующие обстоятельства.

Он, ФИО14., с 18 июля 2016 года работал в розничном отделе Обособленного подразделения в г. Белгороде (адрес: г. Белгород. <данные изъяты>) ООО «№Торговый дом «ФИО43» на территории г. Белгорода.

Последняя занимаемая должность - директор салона в розничном отделе данного подразделения в г. Белгороде (адрес: г. <данные изъяты>).

Приказом от 19 апреля 2023 года № 322 истец был уволен на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (сокращением штата работников организации).

Считает, свое увольнение 19.04.2023 года незаконным, произведенным с нарушением требований, установленных трудовым законодательством Российской Федерации, по следующим основаниям.

01 февраля 2023 года работодателем был издан приказ № 6 о ликвидации обособленного подразделения и сокращения численности сотрудников, в соответствии с которым с 10 февраля 2023 года его должность директора в розничном отделе Обособленного подразделения в г. Белгороде, пр. <данные изъяты> исключалась из организационно-штатной структуры ответчика.

02 февраля 2023 года был издан приказ № 9 о простое по вине работодателя, в соответствии с которым истцу был объявлен простой с 02.02.2023 года по 18.04.2023 года.

В период со 02 по 03 февраля 2023 года у Обособленного подразделения в г. Белгороде (г. <данные изъяты>) ООО “ТД “ФИО43” была снята касса и изъят кассовый аппарат, что сделало невозможным выполнение, по мнению истца, своих должностных обязанностей.

В период со 02 по 07 февраля 2023 года с территории Обособленного под-разделения в г. Белгороде (г. Белгород, <данные изъяты>) ООО “ТД “ФИО43” все оборудование и весь товар был переведен в другие обособленные подразделения в г. Белгороде ООО “ТД “ФИО43” (имеется еще 3 обособленных подразделения), что не только сделало невозможным выполнение истцом своих должностных обязанностей, но и лишило его рабочего места.

Истец указывает, что, обособленное подразделение, возглавляемое им, в спешном порядке было ликвидировано, и с 08 февраля 2023 года у него отсутствовало рабочее место, предусмотренное трудовым договором; отсутствовали какие-либо возможности выполнять свои должностные обязанности, т.е. он фактически не был допущен к исполнению своих трудовых обязанностей.

Далее указывает, что 08.02.2023 года издано Уведомление № 22 о прекращении трудового договора в связи с сокращением штата работников организации. С данным уведомлением истец был ознакомлен 17.02.2023 года.

Истец утверждает, как следует из указанных выше документов, ответчик своими действиями фактически побуждал его к увольнению, после того как 01.02.2023 года принял решение о ликвидации в срок до 10.02.2023 года обособленного подразделения, руководимого истцом и фактическом сокращении занимаемой им должности. Это подтверждается и тем, что режим простоя был введен только для одного сотрудника обособленного подразделения- истца.

Приказом от 01.02.2023 года № 6 с 10.02.2023 года Обособленное подразделение в г. Белгороде (адрес: г. <данные изъяты>) ликвидировано, в том числе с указанной даты исключена из штатного расписания должность директора салона в розничном отделе данного Обособленного подразделения, которую занимал истец.

Истец указывает и то, что дата 10.02.2023 года, установленная для ликвидации Обособленного подразделения в г. Белгороде (адрес: г. <данные изъяты>), и сокращения занимаемой истцом должности, установленная ответчиком приказом от 01.02.2023 года № 6, ответчиком не изменялась и не продлевались.

В соответствии с представленными документами истцу, 02 февраля 2023 был объявлен простой по вине работодателя с 02.02.2023 года по 18.04.2023 с оплатой периода простоя в размере двух третей заработной платы, согласно ч. 1 ст. 157 ТК РФ.

Приказ о прекращении простоя по вине работодателя ответчиком не отменялся. В период простоя истец в соответствии с приказом на рабочем месте не находился, трудовые функции в соответствии с трудовым договором и должностными обязанностями не выполнял в связи с ликвидацией ответчиком его рабочего места до вручения уведомления от 08.02.2023 года № 22.

Истец считает, что ответчик объявил простой ему, истцу, с целью сокращения издержек, связанных с выплатами работнику компенсаций, предусмотренных ТК РФ при ликвидации организации и увольнению работника по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, т.к. работодатель с начала произвел ликвидацию обособленного подразделения, затем оформил простой, перевел работников на оплату в размере 2/3 оклада и только потом уведомил о предстоящем сокращении штата или численности работников (п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ).

Конечной целью указанных действий ответчика является сокращения издержек связанных с выплатами работнику компенсаций, предусмотренных ТК РФ ликвидации организации и увольнению работника по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК.

Утверждает, что его увольнение незаконно потому, что простой введен специально увольнения конкретного работника с наименьшими выплатами, а не по экономическим и иным причинам.

Просит, уточнив требования в суде: признать незаконным и отменить приказ ООО «Торговый дом «ФИО43» о простое по вине работодателя от 02.02.2023 года №2.

Взыскать с ООО «Торговый дом «ФИО43» в пользу ФИО43 недополученную в период с 02.02.2023г. по 19.04.2023г. заработную плату в размере 75882 рубля 73 коп.

Признать увольнение с работы ФИО43 незаконным и отменить приказ о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 19.04.2023 года № 322.

Обязать ООО «Торговый дом «ФИО43» восстановить ФИО43 в должности директора салона розничного отдела обособленного подразделения г. Белгород (адрес: г. <данные изъяты>).

Взыскать с ООО «Торговый дом «ФИО43» в пользу ФИО43 заработную плату за время вынужденного прогула в сумме в сумме 325210 руб. 60 коп. с 20 апреля 2023г. по 07.08.2023г., компенсацию морального вреда в сумме 100000 рублей.

Представитель ответчика в судебном заседании 31.07.2023г. (проводилось с помощью ВКС) по доверенности ФИО85. и в письменных отзывах на исковое заявление считает заявленные исковые требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Представитель ответчика ссылается на то, что 01.02.2023г. Генеральным директором ООО «ТД «ФИО43» - ФИО86., был издан Приказ № 6 «О прекращении деятельности Обособленного подразделения по адресу: г. <данные изъяты>», которым было предписано ликвидировать указанное подразделение, в срок до 10.02.2023 г. В связи с этим были подготовлены и направлены сотрудникам уведомления об увольнении в связи с ликвидацией.

В том числе 08.02.2023. в адрес ФИО14., было передано уведомление о предстоящем увольнении, что подтверждается копиями прилагаемых документов.

Также были предприняты иные действия связанные с прекращением деятельности указанного обособленного подразделения, в том числе расторгнут договор аренды и 09.02.2023. подписан акт сдачи-приемки помещения, в которых располагалось обособленное подразделение по адресу: г. Белгород, <данные изъяты>.

На момент увольнения истца, остальные сотрудники уже были уволены или переведены в другие обособленные подразделения, штатные единицы обособленного подразделения по адресу: г. Белгород, <данные изъяты> были исключены, что подтверждается приложенными копиями штатных расписаний, по состоянию на 01.02.2023., 07.02.2023., 19.04.2023.,03.07.2023.

Согласно Уведомлению ИФНС № 697377565 от 08.06.2023., обособленное подразделение по адресу: г. Белгород, ул. <данные изъяты> было снято с учета.

Полагает, что увольнение ФИО14. было осуществлено ответчиком в соответствии с условиями абз. 2 ст. 180 ТК РФ, по истечении двух месяцев с момента соответствующего уведомления.

В указанный период, во исполнение абз. 1 ст. 180 ТК РФ, работнику были предложены имеющиеся в ООО «ТД «ФИО43» открытые вакансии (в Белгородской области и в других регионах РФ), которые ФИО14. мог бы занять с учетом его опыта и квалификации, в том числе предложена вакансия менеджера по продажам в Розничном отделе ОП по адресу: Белгородский p-он, <данные изъяты>»), но истец от предложенных вакансий отказался.

Данный факт признается работником в иске, а также подтверждается доказательствами, представленными со стороны ответчика.

Указывает, что заявленные истцом доводы в обоснование требований, не основаны на фактических обстоятельствах и опровергаются представленными ответчиком доказательствами, нарушения, которые законом определяются как основания для признания увольнения незаконным, ООО «ТД «ФИО43» не допущены.

Далее представитель ответчика указывает, что нарушения в части введения простоя ООО «ТД ФИО43» также не допущены. Простой по вине работодателя был вызван фактической невозможностью обеспечить сотрудников работой, так как обособленное подразделение было ликвидировано в связи с его нерентабельностью. Истцу было предложено перейти на работу в другое обособленное подразделение, от чего он отказался. В дальнейшем ответчик выполнил обязательства, возложенные на него законом в части уведомления работника об увольнении не менее чем за два месяца. В этот период ответчик вынужден был ввести режим простоя по вине работодателя и оплачивать Истцу такой простой в размере 2/3 от среднего заработка, в соответствии с условиями ст. 157 ТК РФ.

Так как неправомерные действия или бездействие работодателем в отношении ФИО14. не допущено, основания для удовлетворения заявленного требования о возмещении морального вреда, по условиям ст. 237 ТК РФ не возникло.

Просит суд отказать истцу в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме.

Суд, исследовал обстоятельства по представленным доказательствам, выслушав заключение прокурора об отказе истцу в удовлетворении заявленных исковых требованиях, приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что ФИО43, с 18 июля 2016 года работал в розничном отделе Обособленного подразделения в г. Белгороде (адрес: <данные изъяты>) общества с ограниченной ответственностью “Торговый дом “ФИО43”, сокращенное наименование ООО “ТД “ФИО43” на территории г. Белгорода.

Последняя занимаемая должность – директор салона в розничном отделе Обособленного подразделения в г. Белгороде (адрес: г. <данные изъяты>).

Приказом от 19 апреля 2023 года № 322, истец был уволен на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) – сокращение штата работников организации.

Истец ФИО43 считает, что решение работодателя о сокращении штата работников Обособленного подразделения в г. Белгороде (адрес: г. <данные изъяты>) было принято произвольно, не в интересах производства, а с целью избавиться от неугодного работника.

В судебных решениях неоднократно указывалось (Определение Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 06.09.2022 по делу N 88-24576/2022; Определение Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 23.11.2021 по делу N 88-23008/2021; Определение Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 27.01.2022 N 88-2888/2022), что решение работодателя о сокращении штата работников и как следствие - одностороннее изменение работодателем условий трудового договора в самой острой его форме, нарушающей конституционное право работника на труд - в форме расторжения трудового договора, недопустимо в произвольной форме и должно быть доказано работодателем ссылками на влияние на производственный процесс экономических, технических, организационных и иных факторов.

Одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений является запрещение дискриминации в сфере труда (ст. 2 ТК РФ).

Дискриминация в сфере трудовых отношений представляет собой действие, направленное на ущемление трудовых прав и свобод работника или лица, принимаемого на работу. Правовое регулирование вопросов, связанных с дискриминацией, закреплено в ст. 19 Конституции РФ, ТК РФ, Конвенции N 111 Международной организации труда "Относительно дискриминации в области труда и занятий" (принята в г. Женеве 25.06.1958 на 42-й сессии Генеральной конференции МОТ) (далее - Конвенция N 111). Лица, считающие, что они подверглись дискриминации в сфере труда, вправе обратиться в суд с заявлением о восстановлении нарушенных прав, возмещении материального вреда и компенсации морального вреда. За дискриминацию предусмотрена административная (ст. 5.62 КоАП РФ) и уголовная (ст. 136 УК РФ) ответственность.

Дискриминация - нарушение прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в зависимости от его пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам (ст. 5.62 КоАП РФ, ст. 136 УК РФ).

В части 4 статьи 3 Трудового кодекса закреплено, что лица, считающие, что они подверглись дискриминации в сфере труда, вправе обратиться в суд с заявлением о восстановлении нарушенных прав, возмещении материального вреда и компенсации морального вреда.

Однако в данном случае суд не находит оснований для признания факта дискриминации работодателем в отношении работника ФИО14., связанного с его увольнением с работы.

Одновременно суд приходит к выводу, что увольнение истца 19.04.2023г. является незаконным, произведенным с нарушением требований, установленных трудовым законодательством Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации, в том числе о сокращении вакантных должностей, относится к исключительной компетенции работодателя.

При этом расторжение трудового договора с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации (пункт 2 части 1 статьи 81 ТК РФ) допускается лишь при условии соблюдения порядка увольнения и гарантий, предусмотренных в части 3 статьи 81, части 1 статьи 179, частях 1 и 2 статьи 180 ТК РФ (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 24 апреля 2018 года N 930-О, от 28 марта 2017 года N 477-О, от 29 сентября 2016 года N 1841-О, от 19 июля 2016 года N 1437-О, от 24 сентября 2012 года N 1690-О и др.).

В судебном заседании на основании доказательств, представленным сторонами установлено, что фактически в начале было ликвидировано обособленное подразделение, а только затем ФИО14. был уведомлен о его ликвидации и своем сокращении.

Так, 01 февраля 2023 года был издан приказ № 6 о ликвидации обособленного подразделения и сокращения численности сотрудников, в соответствии с которым с 10 февраля 2023 года должность директора в розничном отделе Обособленного подразделения в г. Белгороде, пр. <данные изъяты> исключалась из организационно-штатной структуры ответчика.

Однако ответчиком суду представлена штатная расстановка ООО “Торговый дом “ФИО43” на 17 февраля 2023 года, где штатная единица директора Обособленного подразделения в г. Белгороде (г. Белгород, пр. <данные изъяты>), занимаемая ФИО14. числится не исключенной и занимаемой истцом, что противоречит требованиям приказа № 6 от 01.02.2023 года.

Далее установлено, что 02 февраля 2023 года был издан приказ № 9 о простое по вине работодателя, в соответствии с которым истцу был объявлен простой с 02.02.2023 года по 18.04.2023 года.

В период со 02 по 03 февраля 2023 года у Обособленного подразделения в г. Белгороде (г. Белгород, <данные изъяты> ООО “ТД “ФИО43” была снята касса и изъят кассовый аппарат.

Следовательно обоснован довод стороны истца, что в связи с указанными действиями работодателя (ответчика) истец ФИО14. не имел возможности выполнять свои должностные обязанности.

Согласно пояснениям истца и представителя ответчика в период со 02 по 07 февраля 2023 года с территории Обособленного подразделения в г. Белгороде (г. Белгород, <данные изъяты>) ООО “ТД “ФИО43” все оборудование и весь товар был переведен в другие обособленные подразделения в г. Белгороде ООО “ТД “ФИО43” (имеется еще 3 обособленных подразделения).

В связи с этим истец в суде обосновано утверждал, что он не имел возможности не только выполнять свои должностные обязанности, но и с 08 февраля 2023г. у истца отсутствовало рабочее место, установленное Приказом об установлении места осуществления трудовых функций от 01.11.2021 года № ТД-442-т.

Обособленное подразделение, возглавляемое истцом, в течение семи дней было ликвидировано.

08.02.2023 года издано Уведомление № 22 о прекращении трудового договора в связи с сокращением штата работников организации.

С указанным уведомлением ФИО14. был ознакомлен только 17.02.2023 года.

В судебном заседании представитель ответчика не отрицал данное обстоятельство.

Указанные выше действия по фактической ликвидации Обособленного подразделения в г. Белгороде (г. <данные изъяты>) до уведомления ФИО14. о сокращении подтверждаются документами представленными ответчиком, не отрицаются представителем ответчика.

Истец обратил внимание суда о представлении ответчиком доказательств, подтверждающих то, что решение о ликвидации обособленного подразделения, возглавляемого истцом, а также соответственно о сокращении должности истца и невозможности осуществлять трудовую деятельность в соответствии с трудовым договором, фактически было принято ответчиком не позднее 10.01.2023 года (письмо о расторжении договора аренды № 37/18 от 01.11.2018 года).

При этом приказ № 6 “О прекращении деятельности Обособленного подразделения по адресу: г. Белгород, ул. <данные изъяты> был издан только 01.02.2023 года, а уже 09.02.2023 года в соответствии с Актом сдачи-приемки истец не имел возможности исполнять трудовые обязанности в соответствии с трудовым договором в связи с отсутствием рабочего места, что подтверждает фактическое сокращение 09.02.2023 года до выдачи истцу уведомления о прекращении трудового договора в связи с сокращением штата работников организации (ознакомлен 17.02.2023 года).

Истец считает, что ответчик своими действиями фактически побуждал его, ФИО14., к увольнению, после того как 01.02.2023 года принял решение о ликвидации в срок до 10.02.2023 года обособленного подразделения, руководимого истцом и фактическом сокращении занимаемой им должности.

Этот факт подтверждается также тем, что режим простоя был введен только для одного сотрудника обособленного подразделения – истца, с 02.02.2023 года, несмотря на то, что менеджер по продажам ФИО97 также была лишена своего рабочего места, а на новое место работы была переведена только с 10.02.2023 года.

Из материалов дела следует, что 02 февраля 2023 года был объявлен простой по вине работодателя с 02.02.2023 года по 18.04.2023 года с оплатой периода простоя в размере двух третей заработной платы, согласно ч. 1 ст. 157 ТК РФ. В период простоя истец в соответствии с приказом на рабочем месте не находился, трудовые функции в соответствии с трудовым договором и должностными обязанностями не выполнял в связи с ликвидацией ответчиком его рабочего места до вручения уведомления от 08.02.2023 года № 22.

Приказ о прекращении простоя по вине работодателя ответчиком не отменялся, ответчику до дня увольнения не было представлено рабочее место и возможность исполнения им своих должностных обязанностей.

Более того, обоснован довод истца, что в соответствии с расчетным листом за апрель 2023 года ФИО14. не был оплачен последний день работы за 19.04 2023 года, что прямо указывает на его фактическое увольнение 18.04.2023 года, т.е. в период простоя. А в соответствии с представленным ответчиком табелем учета рабочего времени, уже с 16.04.2023 года указанный табель в отношении истца перестал вестись.

В соответствии с частью 3 статьи 72.2 ТК РФ под простоем понимается временная приостановка работы по причинам экономического, технологического, технического или организационного характера. При этом обязанность доказать наличие указанных обстоятельств возлагается на работодателя (п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

Однако ответчик уклонился от предоставления в суд документов, доказывающих наличие указанных в части 3 статьи 72.2 ТК РФ обстоятельств, т. е. суду не представлено доказательств о введении простоя по экономическим причинам.

Исходя из судебной практики, позиция судов носит следующий характер: если работодатель уже принял решение о сокращении, введение простоя будет неправомерным.

Простой – временная приостановка работы по экономическим, техническим или организационным причинам (ч. 3 ст. 72.2 ТК РФ). Срок простоя может быть определен либо календарной датой, либо наступлением конкретного события.

Если же работодатель не предоставляет работнику работу вплоть до самого увольнения, то критерий временности не соблюдается. Фактически работодатель заведомо знал, что предоставить работнику работу он никогда уже не сможет, и не планировал этого делать. Простоем такая ситуация не является, и оплачиваться как простой соответствующие периоды непредоставления работнику работы не могут… Проведение работодателем организационно-штатных мероприятий в период предупреждения работников об увольнении по сокращению штата не может являться основанием к оплате их труда в размере двух третей средней заработной платы в соответствии с положениями ст. 157 ТК РФ. (Обзор практики Пермского краевого суда по гражданским делам за второе полугодие 2015 года, определение Курского областного суда от 19 апреля 2018 г. № 33-1164/2018, определение Ставропольского краевого суда от 18 ноября 2015 г. № 33-7340/2015, определение Челябинского областного суда от 3 февраля 2014 г. № 11-355/2014, определение Мурманского областного суда от 6 июня 2012 г. № 33-1378).

Учитывая, приведенные обстоятельства, судом отклоняются как несостоятельные доводы стороны ответчика, что ФИО14., находясь в режиме простоя, получая 2/3 от среднего заработка, в отсутствие обязанности присутствовать на рабочем месте, находился, очевидно, в более благоприятных условиях, чем, нежели в отсутствие такого режима, поскольку введенный режим простоя обязал работодателя выплачивать истца 2/3 от среднего заработка с 02.02.2023г. по 19.04.2023г., что значительно больше того если бы не был введен режим простоя.

Судом установлено, что режим простоя работодателем был введен, в данном случае, в нарушении закона, о чем указано выше по тексту решения.

Также судом установлено, что при увольнении ФИО14. было допущено нарушение условий соблюдения порядка увольнения и гарантий, предусмотренных в части 3 статьи 81, части 1 статьи 180 ТК РФ.

В соответствии с п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации":

в соответствии с частью третьей статьи 81 Кодекса увольнение работника в связи с сокращением численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. Судам следует иметь в виду, что работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. При решении вопроса о переводе работника на другую работу необходимо также учитывать реальную возможность работника выполнять предлагаемую ему работу с учетом его образования, квалификации, опыта работы.

При этом необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора с работником по пункту 2 части первой статьи 81 Кодекса возможно при условии, что он не имел преимущественного права на оставление на работе (статья 179 ТК РФ) и был предупрежден персонально и под роспись не менее чем за два месяца о предстоящем увольнении (часть вторая статьи 180 ТК РФ).

В соответствии с п. 3 "Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с прекращением трудового договора по инициативе работодателя" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 09.12.2020):

при расторжении работодателем трудового договора по пункту 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с сокращением численности или штата работников организации с работником, местом работы которого является филиал или иное обособленное структурное подразделение организации, расположенное вне места ее нахождения, работодатель обязан предложить такому работнику все вакантные должности, соответствующие его квалификации, а также вакантные нижестоящие должности или нижеоплачиваемую работу, имеющиеся как в самой организации работодателя, так и во всех иных ее филиалах и обособленных структурных подразделениях, находящихся в данной местности.

В силу части третьей статьи 81 ТК РФ увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 или пунктом 3 части первой названной статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Так, установлено, что в п. 2.4 приказа от 01 февраля 2023 года № 6 о ликвидации обособленного подразделения и сокращения численности сотрудников указано: «Приказываю: Со дня уведомления и вплоть до дня увольнения предлагать письменно под подпись каждому работнику, занимающему сокращаемую должность, другую имеющуюся работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом состояния здоровья».

Однако обоснован довод истца, что в нарушение трудового законодательства РФ и приказа своего руководства ФИО14. со дня уведомления и вплоть до дня увольнения была предложена только одна вакантная должность по состоянию на 08.02.2023 года – менеджер по продажам в Обособленном подразделении <данные изъяты> Белгородской области.

При этом истец обоснованно обратил внимание суда, что первое уведомление о прекращении трудового договора в связи с сокращением штата работников организации от 01.02.2023 года № 15, которое предъявлялось истцу в виде подписанного неуполномоченным лицом 07.02.2023 года, содержало только одну вакантную должность по состоянию на 01.02.2023 года – менеджер по продажам в Обособленном подразделении <данные изъяты> Белгородской области.

Второе уведомление о прекращении трудового договора в связи с сокращением штата работников организации от 08.02.2023 года № 22, которое предъявлялось истцу 17.02.2023 года, также содержало только одну вакантную должность по состоянию на 08.02.2023 года – менеджер по продажам в Обособленном подразделении <данные изъяты> Белгородской области.

Далее, 28.04.2023 года уже после увольнения, истцом было по почте получено письмо со списком вакансий ООО “Торговый дом “ФИО43” на 07.04.2023 года с большим списком вакансий на территории РФ.

Таким образом, работодателем не была выполнена обязанность о предоставлении ФИО14. списка вакансий в рамках 2-х месячного периода под роспись. Направленное почтовое отправление, было получено ФИО14. в период его хранения на почте до истечения времени на его возврат отправителю.

В суде истец утверждал, что получить указанное письмо ранее не мог по вине почтового отделения, т.к. сотрудники почтового отделения не доставили истцу заказное почтовое отправление, и не оставили в его почтовом ящике каких-либо уведомлений о наличии заказной почтовой корреспонденции, что подтверждается конвертом почтового отправления, приобщенного к материалам дела, где отсутствуют какие-либо отметки о попытке его вручения адресату.

Следовательно, заслуживает внимание суда довод истца, что в 2-х месячный срок другие свободные вакансии имелись, а ФИО14., не смотря на то, что постоянно находился на связи со своим работодателем и всегда по первому звонку прибывал по указанному работодателем адресу для подписания необходимых документов (например, уведомление о прекращении трудового договора, приказа о прекращении трудового договора и др.) не был уведомлен о них работодателем в период со дня уведомления и вплоть до дня увольнения, как это предусмотрено приказом от 01 февраля 2023 года № 6.

Доводы представителя ответчика о том, что указанные вакансии в других местностях работодатель не был обязан предоставлять, входят в противоречие с действующим законодательством в соответствии с которым, предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

В суде представитель ответчика ссылался, что коллективным договором не предусмотрена такая обязанность, однако суду коллективный договор для обозрения и исследования представлен не был.

Следовательно, суд приходит к выводу, что работодатель предоставлял вакансии в других местностях в соответствии с требования внутренней документации компании. Материалами дела данный вывод не оспаривается, а совершение ответчиком данных конклюдентных действий указывают на наличие обязательств о необходимости предложении вакансий в других местностях.

При этом суду ответчиком представлены доказательства, а именно:

- штатная расстановка ООО “Торговый дом “ФИО43” на 01.02.2023 года,

- штатная расстановка ООО “Торговый дом “ФИО43” на 17.02.2023 года,

- штатная расстановка ООО “Торговый дом “ФИО43” на 19.04.2023 года,

- заявление ФИО97 от 07.02.2023 года,

- заявление ФИО105. от 13.02.2023 года.

Но ФИО43 не было предложено ряд вакансий, имеющихся на территории г. Белгорода в период с 01.02.2023 года по 19.04.2023 года.

Так, в соответствии с заявлением ФИО97 от 07.02.2023 года и заявлением ФИО105. от 13.02.2023 года в г. Белгороде имелись две вакансии менеджера по продажам, которые не нашли своего отображение как в уведомлении ФИО14. о прекращении трудового договора в связи с сокращением штата работников организации от 01.02.2023 года № 15, так и во втором уведомление о прекращении трудового договора в связи с сокращением штата работников организации от 08.02.2023 года № 22, содержащих только одну вакантную должность – менеджер по продажам в Обособленном подразделении г. <данные изъяты> Белгородской области.

Ответчиком предоставлены суду кадровые документы на сотрудником ФИО97 и ФИО105., из которых усматривается, что о сокращении штата, сотрудники ФИО97 и ФИО105. были уведомлены 07.02.2023г., но при этом истец был уведомлен 17.02.2023г., что, по мнению суда, ставит в неравнозначное положение истца по сравнению с ФИО97 на принятие предложения занять вакантную должность, поскольку ФИО97 в этот же день написала заявление о переводе ее на единственную открытую (и предложенную ей, а не ей и истцу) вакансию менеджера по продажам в ТЦ «Мега Гринн».

При этом обоснован довод представителя ответчика, что ФИО105., как сотрудник, находящийся в отпуске по уходу за ребенком (увольнение которого не допускается в порядке сокращения по условиям ч.4 ст. 256 ТК РФ и ст. 261 ТК РФ), была переведена по ее заявлению в ТЦ «Сити Молл» в отсутствие имеющейся вакансии.

В соответствии со штатными расстановками, представленными суду работодателем видно, что в период времени с 17.02.2023 года по 19.04.2023 года в связи с увольнением менеджера по продажам ФИО110 стала вакантной еще одна из должностей в Розничном салоне Белгород ТЦ Сити Молл, которая также не была предложена ФИО14..

Стороной истца представлен суду частичный список вакансий ТД “ФИО43” за март, апрель, июль 2023 года с сайта HeadHunter. На стр. 2-3 списка на 10 апреля в г. Белгороде имелась вакансия экспедитора-сборщика мебели, которая не предлагалась ФИО14.

На стр. 1 имеются вакансии директоров салонов в г.<данные изъяты> (29.03.2023 года), <данные изъяты> (09.04.2023 года), <данные изъяты> (18.04) которые полностью соответствуют сокращенной должности ФИО14. и которые также ему не предлагались, несмотря на предложенный список вакансий на 07.04.2023 года, который содержал в себе только нижестоящие должности, что в очередной раз указывает на то, что, по мнению истца, ответчик фактически побуждал истца к увольнению.

Однако суд соглашается с доводами представителя ответчика со ссылкой на п. 55 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10, что распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот) являются допустимыми при условии наличия адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения.

Представленная истцом информация, якобы с сайта HeadHunter, не позволяет проверить её достоверность, так как невозможно определить, когда и при каких условиях была скопирована информация, и вносились ли в неё изменения.

Также обоснованно представитель ответчика обратил внимание суда на то, что ООО «ТД «ФИО43» не имеет заключенного договора с ООО "ХЭДХАНТЕР" на размещение вакансий на сайте HH.RU. Допускается, что общества, входящие в Группу компаний <данные изъяты> (в том числе ООО «ФИО43-Век», ООО «ФИО43-Опт», ООО «ФИО43 Лайф Групп»), являющиеся самостоятельными юридическими лицами, могут иметь соответствующие договоры с ООО "ХЭДХАНТЕР" и размещать вакансии. Но к ООО «ТД «ФИО43» размещенная информация не имеет отношения.

Доказательств обратного суду не представлено.

Далее судом установлено, что при увольнении ФИО14. было допущено нарушение условий соблюдения порядка увольнения и гарантий, предусмотренных в части 1 статьи 179 ТК РФ: при сокращении численности или штата работников преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией.

Как было изложено выше в подразделении, возглавляемом ФИО14., на 01.02.2023 года числилось два менеджера по продажам: ФИО111 и ФИО112, которые были переведены на вакантные должности в других офисах продаж:

- ФИО113 - менеджером по продажам Розничного салона Белгород ТЦ Сити Молл;

- ФИО114 - менеджером по продажам в Розничном отделе Белгород ТЦ Мега Гринн.

В материалах дела отсутствует какая-либо информация о соблюдении при переводе сотрудников на указанные должности выполнение требований части 1 статьи 179 ТК РФ о сравнении производительности труда и квалификации сотрудников Обособленного подразделения в г. Белгороде (адрес: г. <данные изъяты>), в данном случае, ФИО14. и ФИО97

Согласно п. 23 Постановления Пленума ВС РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами РФ ТК РФ" (далее – Постановление № 2) при рассмотрении дел о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения, соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

В соответствии с пунктом 29 Постановления № 2 увольнение работника в связи с сокращением численности или штата работников организации, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу. Судам следует иметь в виду, что работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. При решении вопроса о переводе работника на другую работу необходимо также учитывать реальную возможность работника выполнять предлагаемую ему работу с учетом его образования, квалификации, опыта работы. При этом необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора с работником по пункту 2 части первой статьи 81 Кодекса возможно при условии, что он не имел преимущественного права на оставление на работе (статья 179 ТК РФ).

Согласно пункту 60 Постановления № 2, работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, подлежит восстановлению на прежней работе.

Таким образом, суд приходит к выводу, что увольнение истца ФИО14 было произведено с грубыми нарушениями установленного законом порядка расторжения трудового договора с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации (пункт 2 части 1 статьи 81 ТК РФ), а именно не соблюдения порядка увольнения и гарантий, предусмотренных в части 3 статьи 81, части 1 статьи 179, части 1 статьи 180 ТК РФ, что является основанием для восстановления истца в прежней должности.

Относительно произведенного истцом расчета заявленных исковых требований, суд считает, что такой расчет полностью основан на расчете среднего заработка, произведенному бухгалтерией ответчика (исх. 01.06-33/0392 от 21.04.2023 года) и представленному истцу в ответ на его запрос от 19.04.2023 года.

Представленные же ответчиком позднее еще два разных варианта расчета среднего заработка не соответствуют Постановлению Правительства РФ от 24 декабря 2007 года № 922 “Об особенности порядка исчисления средней заработной платы”, т.к. противоречат п. 5 Правил в котором прямо указано на то, что из расчетного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, если работник не работал в связи с простоем по вине работодателя, т. е., по мнению суда, истец считает правильной сумму среднедневного заработка в размере 2956,46 рублей.

Представленные ответчиком в целях уменьшения среднедневного заработка последующие расчеты имеют такое же оформление, как и представленный истцу по его запросу, также не содержат подписей каких-либо лиц, производящих расчеты и каких-либо иных атрибутов организации.

Суд находит обоснованным и правильным, то, что для расчета истец взял количество календарных дней, а не рабочих связано со спецификой работы истца согласно трудовому договору № <данные изъяты> от 18.07.2023 года в соответствии с которым работнику устанавливается нормированный рабочий день, согласно графику работы, начало и окончание работы Торгового Центра (п. 4.1), т.е. график работы истца не был определен 5-дневной рабочей неделей, а являлся почасовым (способ оплаты - почасовой) и способствовал регулярной переработке, что подтверждается таблицей 2 “Отработанное время”, где количество учтенных дней расчетного периода практически в каждом месяце превосходит норму дней при пятидневке. Например, октябрь, ноябрь 2022 года – по 29 рабочих дней, следовательно, истец практически 2 месяца работал без выходных.

Таким образом, обоснованно утверждение стороны истца, что истец никаким образом не мог посчитать количество рабочих дней, которые он мог отработать за время вынужденного прогула в апреле-июле 2023 года. Каких-либо графиков на данный период ответчик суду также не предоставил.

При этом ответчик не предоставил суду свои расчеты, не возражал против материальных требований истца и порядка их расчета истцом. Представленный в судебном заседании 31.07.2023 года расчет заработной платы за дни вынужденного прогула за период с 20.04.2023 года по 31.07.2023 года принял без возражений.

Относительно довода ответчика о том, что в случае принятия судом решения о признании приказа о сокращении незаконным и восстановлении ФИО14. в должности директора несуществующего обособленного подразделения, сделает невозможным исполнения такого решения, суд обращает внимание ответчика, что такой довод противоречит требованиям действующего законодательства РФ.

При этом суд учитывает, что юридическое лицо ответчика не ликвидировано и продолжает функционировать.

По смыслу ст. 394 ТК РФ работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, подлежит восстановлению на прежней работе, то есть в занимаемой ранее должности (определение Конституционного Суда РФ от 16.02.2006 N 30-О).

В соответствии со ст. 396 ТК РФ и ст. 211 ГПК РФ решение о восстановлении на работе незаконно уволенного работника подлежит немедленному исполнению. Как указано в п. 1 ст. 106 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" (далее - Закон N 229-ФЗ), содержащееся в исполнительном документе требование о восстановлении на работе незаконно уволенного работника считается фактически исполненным, если работник допущен к исполнению прежних трудовых обязанностей и отменен приказ об увольнении работника.

Трудовым кодексом РФ не регламентирован порядок восстановления работника в случае признания судом его увольнения незаконным. Конституционный Суд в своих определениях от 15.07.2008 N 421-О-О, от 15.11.2007 N 795-О-О разъяснил, что исполнение решений о восстановлении на работе считается завершенным после совершения представителем работодателя всех действий, необходимых для обеспечения фактического исполнения работником обязанностей, которые выполнялись им до увольнения. Часть 1 ст. 106 Закона N 229-ФЗ определяет, что требование о восстановлении уволенного работника считается фактически исполненным, если произведена отмена приказа о его увольнении и работник (взыскатель) фактически допущен к исполнению прежних трудовых обязанностей (смотрите также п. 38 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.11.2015 N 50).

Признание увольнения незаконным и удовлетворение судом требования работника о восстановлении на работе означает, что трудовые отношения работодателя и работника продолжаются по той же должности и на тех же условиях, которые определены трудовым договором, заключенным ими до увольнения (смотрите определение Верховного Суда РФ от 26.12.2005 N 55-В05-9).

Вынося решение о восстановлении на работе, суд не занимается трудоустройством работника на имеющейся у работодателя на данный момент вакантной должности, а восстанавливает нарушенное право. То обстоятельство, что занимаемая ранее сотрудником должность в настоящий момент в штатном расписании отсутствует, не может препятствовать исполнению судебного решения. Если работник по решению суда подлежит восстановлению на должности, которая отсутствует в штатном расписании, работодатель все равно обязан допустить его к исполнению прежних обязанностей и отменить приказ об увольнении. Фактически это означает включение в штатное расписание "удаленной" должности, что предполагает издание приказа (распоряжения) об изменении штатного расписания. Последующие изменения в штатном расписании к спору о восстановлении в должности отношения не имеют (смотрите, например, определение СК по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 05 октября 2021 г. по делу N 8Г-14350/2021, апелляционное определение СК по гражданским делам Красноярского краевого суда от 06 апреля 2015 г. по делу N 33-3281/2015, определения Тамбовского областного суда от 01.11.2004 N 33-2016, от 21.04.2003 N 33-665, ответ 1, ответ 2 на портале Роструда "Онлайнинспекция.РФ").

Так, в апелляционном определении СК по гражданским делам Верховного Суда Республики Алтай от 25 ноября 2015 г. по делу N 33-1082/2015 указано, что восстановление на прежней работе подразумевает восстановление трудовых, правоотношений исходя из условий, установленных в трудовом договоре. Следовательно, если на момент восстановления работника должность, которую работник занимал до незаконного увольнения, сокращена, то организации надлежит восстановить также и должность работника путем внесения соответствующих изменений в штатное расписание.

Таким образом, восстановление на работе подразумевает допуск работника к выполнению той трудовой функции, которая указана в трудовом договоре. При этом данная должность должна быть отражена в штатном расписании. Если на момент восстановления работника должность, в которой он восстановлен решением суда, в штатном расписании отсутствует, работодателю необходимо включить в штатное расписание "удаленную" должность.

Если работодатель задержит исполнение решения суда о восстановлении на работе бывшего сотрудника, не предоставив последнему возможности исполнять обязанности по прежней должности, суд, принявший решение, вынесет определение о выплате работнику за все время задержки исполнения решения среднего заработка (ст. 396 ТК РФ).

После восстановления сотрудника и включения его прежней должности в штатное расписание работодатель, при наличии объективных причин, вправе принять решение о сокращении этой должности. Но сделать это необходимо с соблюдением всех требований в отношении процедуры увольнения по п. 2 части первой ст. 81 ТК РФ.

Из содержания пункта 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при определении размера оплаты времени вынужденного прогула средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на суммы заработной платы, полученной у другого работодателя, независимо от того, работал у него работник на день увольнения или нет, пособия по временной нетрудоспособности, выплаченные истцу в пределах срока оплачиваемого прогула, а также пособия по безработице, которое он получал в период вынужденного прогула, поскольку указанные выплаты действующим законодательством не отнесены к числу выплат, подлежащих зачету при определении размера оплаты времени вынужденного прогула.

Таким образом, суд признает заявленные исковые требования истца обоснованными и подлежащими удовлетворению и приходит к выводу:

Признать незаконным и отменить приказ ООО «Торговый дом «ФИО43» о простое по вине работодателя от 02.02.2023 года №2.

Взыскать с ООО «Торговый дом «ФИО43» в пользу ФИО14 недополученную в период с 02.02.2023г. по 19.04.2023г. заработную плату в размере 75882 рубля 73 коп. (семьдесят пять тысяч восемьсот восемьдесят два рубля 73 коп.).

Признать увольнение с работы ФИО14 незаконным и отменить приказ о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 19.04.2023 года № 322.

Обязать ООО «Торговый дом «ФИО43» восстановить ФИО14 в должности директора салона розничного отдела обособленного подразделения г. Белгород (адрес : г. <данные изъяты>).

Решение в части восстановления на работе и взыскание заработной платы в сумме 274167 руб. 78 коп. (двести семьдесят четыре тысячи 167 рублей 78 копеек) подлежит немедленному исполнению ( ст. 211 ТК РФ).

Учитывая приведенные обстоятельства, в силу ст. 237 ТК РФ подлежит удовлетворению требование истца и о взыскания компенсации морального вреда в сумме 30000 рублей, отказав в остальной иска, поскольку истцом не представлено доказательств, причинение такого вреда в требуемом размере.

При этом суд учитывает нарушение трудовых прав ответчика, в результате этого истец перенес значительные нравственные страдания и переживания, вынужден обращаться в суд за защитой нарушенных прав, участвовать в течение двух и более месяцев в судебных заседаниях.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в городской бюджет «Город Белгород» в сумме 8110 руб. 93 коп

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, ст. 211 ТК РФ

РЕШИЛ:

Взыскать с ООО «Торговый дом «ФИО43» в пользу ФИО14 заработную плату за время вынужденного прогула в сумме в сумме 325210 руб. 60 коп. (триста двадцать пять тысяч двести десять рублей 60 коп.), с 20 апреля 2023г. по 07.08.2023г., компенсацию морального вреда в сумме 30000 рублей, отказав в остальной части иска, а также государственную пошлину в городской бюджет «Город Белгород» в сумме 8110 руб. 93 коп. (восемь тысяч сто десять рублей 93 коп.).

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения в судебную коллегию Белгородского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд города Белгорода.

Судья А.А. Супрун

Мотивированный текст решения изготовлен 17 августа 2023 года.

Судья А.А. Супрун