САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 33-15298/2023

УИД: 78RS0002-01-2022-004019-50

Судья: Николаева А.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

Председательствующего

Барминой Е.А.

судей

ФИО1

ФИО2

при секретаре

ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании 14 сентября 2023 г. гражданское дело № 2-6172/2022 по апелляционной жалобе Государственного учреждения – Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области на решение Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 9 августа 2022 г. по иску Государственного учреждения – Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области к ФИО4 о взыскании неосновательно полученных сумм.

Заслушав доклад судьи Барминой Е.А., выслушав представителя истца - ФИО5, ответчика ФИО4, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Государственное учреждение – Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (далее - ОПФР по Санкт-Петербургу и Ленинградской области) обратилось в Выборгский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО4, в котором просило взыскать необоснованно полученную сумму компенсационной выплаты в размере 70 000 руб.

В обоснование заявленных требований истец ссылался на то, что по заявлению ФИО4 была назначена компенсационная выплата, как неработающему трудоспособному лицу, осуществляющему уход за ребенком-инвалидом - С.., в соответствии с пп. «а» п. 1 Указа Президента Российской Федерации от 26 февраля 2013 г. № 175 «О ежемесячных выплатах лицам, осуществляющим уход за детьми-инвалидами и инвалидами с детства 1 группы». При проведении проверки истцом выявлен факт несоблюдения ответчиком обязанности извещения пенсионного органа об обстоятельствах, влекущих прекращение компенсационной выплаты, а именно факт осуществления ФИО4 трудовой деятельности в период с 1 июля 2020 г. по 31 января 2021 г., в связи с чем образовалась переплата ежемесячной выплаты в заявленном размере.

Решением Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 9 августа 2022 г. в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с указанным решением суда, истцом ОПФР по Санкт-Петербургу и Ленинградской области была подана апелляционная жалоба, в которой истец ставит вопрос об отмене решения суда ввиду его незаконности и необоснованности, принятии по делу нового решения об удовлетворении иска, ссылаясь на то, что выводы суда первой инстанции основаны не на объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Со стороны ответчика ФИО4 представлены возражения на апелляционную жалобу, по доводам которых ответчик просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 22 ноября 2022 г., решение суда от 9 августа 2022 г. оставлено без изменения.

Определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 5 апреля 2023 г., апелляционное определение от 22 ноября 2022 г. отменено, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение.

В данном определении суд кассационной инстанции указал, что отсутствие получения дохода по месту работы, на что ссылались судебные инстанции, не свидетельствует об отсутствии у ответчика трудовых отношений. В ходе рассмотрения дела при разрешении спора не были определены в качестве имеющих значение для дела все необходимые обстоятельства (в частности, добросовестность действий со стороны ответчика, наличие или отсутствие факта трудоустройства ответчика, совершение истцом действий по разъяснению последствий не соблюдения ответчиком обязанности по предоставлению сведений о трудоустройстве) и соответственно не были истребованы у сторон доказательства, подтверждающие данные обстоятельства. Также указано на то, что судами первой и апелляционной инстанции не достаточно исследован вопрос по доводам истца о том, что переплата произошла по вине ФИО4, своевременно не сообщившего пенсионному органу о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение осуществления ежемесячной выплаты, в связи с чем, ответчик обязан возвратить необоснованно начисленные ему денежные средства.

На основании ч. 4 ст. 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, указания вышестоящего суда о толковании закона являются обязательными для суда, вновь рассматривающего дело.

Протокольным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 13 июля 2023 г. по настоящему делу в порядке процессуального правопреемства в связи с реорганизацией произведена замена истца на Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (далее – ОСФР по Санкт-Петербургу и Ленинградской области).

Изучив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении», решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии с положениями ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Таких оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного постановления в апелляционном порядке по доводам апелляционной жалобы, изученным материалам дела, не имеется.

Как следует из материалов дела, и было установлено судом первой инстанции, по заявлению от 14 ноября 2019 г. ФИО4 была назначена ежемесячная выплата неработающему трудоспособному лицу, осуществляющему уход за ребенком-инвалидом С.., <дата> г.р., в возрасте до 18 лет.

По заявлению ФИО4 от 25 августа 2020 г. указанная выплата была возобновлена; при этом, согласно заявлению, ФИО4 предупрежден о необходимости в течение 5 рабочих дней извещать территориальный орган ПФР об обстоятельствах, влекущих за собой прекращение осуществления компенсационной выплаты, в том числе, о выполнении лицом, осуществляющим уход, оплачиваемой работы.

Согласно сведениям о трудовой деятельности, предоставляемым из информационных ресурсов Пенсионного фонда Российской Федерации, в соответствии с приказом от 20 июня 2020 г. ФИО4 принят на должность генерального директора ООО «Металлгрупп», единственным учредителем (участником) которого является ответчик.

Согласно расчету истца переплата за период с 1 июля 2020 г. по 31 января 2021 г. составила 70 000 руб.

Установив указанные обстоятельства, оценив представленные в материалах дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований, поскольку при рассмотрении дела не было установлено обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности действий ФИО4 при получении ежемесячной выплаты, учитывая также, что в спорный период заработная плата истцу работодателем не начислялась и не выплачивалась, соответственно, выполняемая им фактически работа не может быть отнесена к числу оплачиваемых, истцом обратное доказано не было.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены решения суда об отказе в иске, исходя из следующего.

В соответствии со ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие в Российской Федерации по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, при этом в соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно статье 7 Конституции Российской Федерации Российская Федерация - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства, детства, инвалидов и пожилых людей, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты.

Указом Президента Российской Федерации от 26 февраля 2013 г. № 175 «О ежемесячных выплатах лицам, осуществляющим уход за детьми-инвалидами и инвалидами с детства I группы», установлены ежемесячные компенсационные выплаты неработающим трудоспособным лицам (родителю (усыновителю) или опекуну (попечителю)), осуществляющим уход за ребенком-инвалидом в возрасте до 18 лет или инвалидом с детства I группы. Ежемесячные выплаты производятся к установленной ребенку-инвалиду или инвалиду с детства I группы пенсии в период осуществления ухода за ним (п. 3). Ежемесячные выплаты устанавливаются одному неработающему трудоспособному лицу в отношении каждого ребенка-инвалида или инвалида с детства 1 группы на период осуществления ухода за ним (п. 4).

Правила осуществления ежемесячных выплат неработающим трудоспособным лицам, осуществляющим уход за детьми-инвалидами в возрасте до 18 лет или инвалидами с детства 1 группы, утвержденные Постановлением Правительства Российской Федерации от 2 мая 2013 г. № 397, предусматривают ежемесячные выплаты исключительно для неработающих трудоспособных граждан, способных к труду, но оставивших работу ввиду необходимости осуществления ухода за нетрудоспособными лицами и не имеющими вследствие этого какого-либо дохода в виде заработка либо пенсии (пособия).

Подпунктом «д» пункта 12 указанных Правил (в редакции, действующей на дату возникновения спорных отношений) предусмотрено, что осуществление ежемесячной выплаты прекращается, в том числе, при выполнении лицом, осуществляющим уход, оплачиваемой работы.

В соответствии с пунктом 13 Правил лицо, осуществляющее уход, обязано в течение 5 дней известить орган, осуществляющий выплату пенсии, о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение осуществления ежемесячной выплаты в соответствии с пунктом 12 настоящих Правил. Извещение может быть представлено в форме электронного документа с использованием информационно-телекоммуникационных сетей общего пользования, включая единый портал государственных и муниципальных услуг.

Вопреки выводам суда первой инстанции, судебная коллегия полагает, что отсутствие надлежащим образом оформленного трудового договора с юридическим лицом, в котором истец является учредителем и генеральным директором, а также отсутствие доказательств фактического получения истцом дохода от осуществления полномочий учредителя и генерального директора, в данном случае правового значения для рассмотрения вопроса о праве ФИО4 на получение ежемесячной выплаты, предусмотренной Указом Президента Российской Федерации от 26 февраля 2013 г. № 175 «О ежемесячных выплатах лицам, осуществляющим уход за детьми-инвалидами и инвалидами с детства I группы», не имеют, поскольку сам факт регистрации ФИО4 в качестве учредителя и генерального директора юридического лица предполагает отнесение истца к работающим лицам, которые не приобретают право на получение данной ежемесячной выплаты.

Положения ст. 7 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» (в редакции действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) определяет круг лиц, считающихся подлежащими обязательному пенсионному страхованию, в число которых входят граждане, работающие по трудовому договору, в том числе руководители организаций, являющиеся единственными участниками (учредителями), членами организаций, собственниками их имущества, поскольку такие граждане осуществляют деятельность, носящую возмездный характер и предполагающую извлечение дохода, в связи с чем, устанавливает, что эти лица не имеют права на получение ежемесячной выплаты.

В соответствии с пп. 2 п. 2 ст. 32, пп. 4 п. 2 ст. 33, ст. 39 п. 1 ст. 40 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», рассмотрение вопросов об избрании единоличного исполнительного органа общества и досрочном прекращении его полномочий отнесено к компетенции общего собрания участников, а в обществе, состоящем из одного участника – к компетенции единственного участника.

Главой 43 Трудового кодекса Российской Федерации установлены особенности регулирования труда руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации.

Статьей 273 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что положения вышеуказанной главы распространяются на руководителей организаций независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности, за исключением тех случаев, в том числе, когда руководитель организации является единственным участником (учредителем), членом организации, собственником ее имущества.

Основой данной нормы является невозможность заключения договора с самим собой, поскольку подписание трудового договора одним и тем же лицом от имени работника и работодателя не допускается.

Таким образом, решение единственного участника общества о возложении на себя функции единоличного исполнительного органа является документом, подтверждающим наличие трудовых отношений с руководителем организации. Управленческая деятельность в этом случае осуществляется без заключения какого-либо договора в том числе, трудового.

Учитывая изложенное, судебная коллегия полагает, что если руководитель организации, являющийся ее единственным учредителем, состоит с данной организацией в трудовых отношениях без заключения договора, то такое лицо, в соответствии с нормами Федерального закона от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» относится к работающему застрахованному лицу.

Кроме того, согласно ст. 1 Закона Российской Федерации от 19 апреля 1991 г. № 1032-1 «О занятости населения в Российской Федерации», занятостью признается деятельность граждан, связанная с удовлетворением личных и общественных потребностей, не противоречащая законодательству Российской Федерации и приносящая, как правило, им заработок, трудовой доход.

В соответствии со ст. 2 Закона Российской Федерации от 19 апреля 1991 г. № 1032-1 «О занятости населения в Российской Федерации», занятыми считаются, в том числе, граждане, являющиеся учредителями (участниками) организаций, за исключением учредителей (участников) некоммерческих организаций, организационно-правовая форма которых не предполагает права учредителей (участников) на получение дохода от деятельности этих организаций, включая членов товариществ собственников жилья, а также членов жилищных, жилищно-строительных, гаражных кооперативов и иных специализированных потребительских кооперативов, создаваемых в целях удовлетворения потребностей граждан, которые не получают доход от их деятельности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 25 мая 2010 г. № 11-П, участники общества с ограниченной ответственностью, осознанно избрав такую форму реализации права на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, как создание коммерческой организации и участие в ее деятельности своим капиталом, самостоятельно принимают на себя и бремя заботы о собственном благополучии, в силу которого они несут риск неэффективности экономической деятельности общества, в том числе в случае отсутствия у него дохода либо его получения в размере, не обеспечивающем достойный уровень жизни участников общества.

Формируя правовой статус участников хозяйственных обществ, законодатель вправе учитывать эти обстоятельства и исходить из того, что избранная ими и самостоятельно осуществляемая экономическая деятельность, направленная на получение прибыли от использования своих способностей и имущества в процессе организации и управления производством, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг, предпринимается на собственный риск, что в системе действующего правового регулирования не предполагает дополнения их правового статуса гарантиями социальной защиты на случай отсутствия у общества дохода.

Исходя из вышеуказанных правовых норм и разъяснений относительно их применений, судебная коллегия отмечает, что участник общества с ограниченной ответственностью, независимо от ведения обществом хозяйственной деятельности и получения дохода, не вправе получать ежемесячную выплату лицам, осуществляющим уход за детьми-инвалидами и инвалидами с детства I группы как неработающее трудоспособное лицо.

Кроме того, из представленной истцом в суд апелляционной инстанции информации из Государственного информационного ресурса бухгалтерской (финансовой) отчетности, находящейся в открытом доступе, в 2020 г. у ООО «Металлгрупп», где генеральным директором являлся ответчик ФИО4, имелась прибыль, наличие у ООО «Металлгрупп» денежных средств в 2020 г. подтверждается также представленной ответчиком выпиской по расчетному счету организации. Судебная коллегия при этом учитывает, что полномочия по распределению прибыли организации, в том числе по выплате заработной плате сотрудникам организации, принадлежат генеральному директору юридического лица, которым в спорный период являлся ФИО4

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции о том, что неначисление истцу заработной платы в спорный период является основанием для освобождения ответчика от возврата неосновательно полученных денежных средств.

Вместе с тем, указанные ошибочные выводы суда первой инстанции не привели к вынесению незаконного решения, поскольку правовых оснований для удовлетворения заявленных требований у суда первой инстанции не имелось, исходя из следующего.

Нормы, регулирующие обязательства вследствие неосновательного обогащения, установлены главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 данного кодекса.

Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, в частности: заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки (подп. 3 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из изложенного следует, что неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований, то есть неосновательным обогащением является чужое имущество, включая денежные средства, которые лицо приобрело (сберегло) за счет другого лица (потерпевшего) без оснований, предусмотренных законом, иным правовым актом или сделкой. Неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица произведено в отсутствие правовых оснований, то есть не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке.

По смыслу положений подп. 3 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности: заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Закон устанавливает исключения из этого правила, а именно излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки.

При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме денежные суммы, лежит на стороне, требующей возврата таких денежных сумм.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 26 февраля 2018 г. № 10-П, содержащееся в главе 60 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (ч. 3 ст. 17); соответственно, данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям.

Таким образом, эти нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении и недопустимости возврата определенных денежных сумм могут применяться, в частности, в рамках правоотношений, связанных с реализацией прав граждан на пенсионное обеспечение.

При этом, законодательством Российской Федерации, действовавшим как на момент назначения ФИО4 ежемесячной выплаты, так и в последующий период, на гражданина, обратившегося в пенсионный орган с заявлением о назначении такой выплаты, возлагалась обязанность представлять достоверные сведения в подтверждение права на указанную выплату пенсионному органу, а после принятия пенсионным органом решения о назначении гражданину ежемесячной выплаты - безотлагательно извещать пенсионный орган о наступлении обстоятельств, влекущих за собой прекращение выплаты. В случае установления недобросовестных действий пенсионера, направленных на получение ежемесячной выплаты без установленных законом оснований, с него как с лица, получавшего и пользовавшегося спорной выплатой в отсутствие предусмотренных законом оснований, неосновательно полученные суммы подлежат взысканию по правилам статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации как неосновательное обогащение.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26 февраля 2018 г. № 10-П отмечено, что судебные органы, рассматривая в каждом конкретном деле вопрос о наличии оснований для взыскания денежных сумм в связи с перерасходом средств Пенсионного фонда Российской Федерации, обусловленным выплатой пенсии, назначенной на основе решения уполномоченной организации, признанного впоследствии недействительным ввиду допущенных при его принятии процедурных нарушений, обязаны, не ограничиваясь установлением одних лишь формальных условий применения взыскания, исследовать по существу фактические обстоятельства данного дела, свидетельствующие о наличии либо отсутствии признаков недобросовестности (противоправности) в действиях лица, которому была назначена пенсия. Это соответствует правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной им в постановлениях от 6 июня 1995 г. № 7-П, от 13 июня 1996 г. № 14-П, от 28 октября 1999 г. № 14-П, от 22 ноября 2000 г. № 14-П, от 14 июля 2003 г. № 12-П, от 12 июля 2007 г. № 10-П и др. Иной подход приводил бы к нарушению вытекающих из статей 1 (часть 1), 2, 7, 18, 19 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принципов справедливости, правовой определенности и поддержания доверия граждан к действиям государства, препятствуя достижению баланса частных и публичных интересов, и в конечном итоге - к несоразмерному ограничению конституционного права на социальное обеспечение (статья 39, части 1 и 2, Конституции Российской Федерации) (абзац девятый пункта 4 Постановления).

Исходя из вышеизложенных правовых норм и разъяснений относительно их применения, излишне выплаченные ФИО4 суммы ежемесячной выплаты, предусмотренной Указом Президента Российской Федерации от 26 февраля 2013 г. № 175, в силу пункта 1 статьи 1102 и подпункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации могли быть возвращены получателем в случае установления недобросовестности с его стороны, в данном случае недобросовестности ФИО4 - лица, которому эта ежемесячная выплата была назначена, или счетной ошибки.

Учитывая, что на наличие счетной ошибки пенсионный орган в ходе рассмотрения дела не ссылался, по данному делу юридически значимым являлось установление недобросовестности в действиях ФИО4 при получении им сумм спорной ежемесячной выплаты в спорный период.

Поскольку добросовестность гражданина (в данном случае ФИО4) презюмируется, бремя доказывания недобросовестности ответчика при получении спорной ежемесячной выплаты в спорный период возлагается на пенсионный орган.

Кроме того, в силу ст. 39 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом. Государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом.

Согласно п.п. 1, 2, 9 и 11 Положения о Пенсионном фонде Российской Федерации, утвержденного постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. № 2122-I (действующего в период спорных правоотношений), Пенсионный фонд Российской Федерации осуществляет государственное управление финансами пенсионного обеспечения в Российской Федерации. Пенсионный фонд Российской Федерации и его денежные средства находятся в государственной собственности Российской Федерации. Пенсионный фонд Российской Федерации ведет свою деятельность через региональные отделения.

Пенсионный фонд Российской Федерации обеспечивает разъяснительную работу среди населения и юридических лиц по вопросам, относящимся к компетенции Пенсионного фонда Российской Федерации (п. 3 Положения о Пенсионном фонде Российской Федерации).

Исходя из изложенного выше реализация целей социальной политики Российской Федерации, как они определены Конституцией Российской Федерации, является одной из основных конституционных обязанностей государства, осуществляемых им через соответствующие органы.

Обязанности по реализации социальной политики Российской Федерации в области государственного пенсионного обеспечения возложены на Пенсионный фонд Российской Федерации, в рамках исполнения которых Пенсионный фонд Российской Федерации и его региональные отделения в числе прочего обеспечивают разъяснительную работу среди населения по вопросам, относящимся к компетенции Пенсионного фонда Российской Федерации.

Следовательно, гражданин, претендующий на получение ежемесячных выплат неработающим трудоспособным лицам, осуществляющим уход за детьми-инвалидами, при обращении в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации по вопросам социального обеспечения или в связи с иными жизненными событиями имеет право на получение от пенсионного органа информации о его правах и обязанностях, в том числе, о порядке назначения ежемесячной выплаты и обстоятельствах, являющихся основанием для прекращения такой выплаты, и этому праву корреспондирует обязанность пенсионного органа предоставить гражданину указанную информацию.

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами при рассмотрении настоящего спора является также установление факта разъяснения пенсионным органом ответчику при обращение с заявление о назначении ежемесячных выплат его прав и обязанностей, связанных с социальным обеспечением, в частности, разъяснения конкретных обстоятельств, при которых такая выплата может быть прекращена, и возможных последствий по взысканию неосновательного обогащения, с целью своевременной реализации гражданином своих прав и обязанностей.

Данные разъяснения должны носить четкий, недвусмысленный характер, позволяющий гражданину, не обладающему специальными познаниями в области социального обеспечения, в полном объеме понимать и осознавать обстоятельства, влекущие прекращение права на получение ежемесячных выплат и возможность наступления для гражданина негативных последствий в виде взыскания неосновательно полученных денежных средств.

Невыполнение пенсионным органом названной обязанности, приведшее к формированию у гражданина ошибочного представления относительно его права на ежемесячные выплаты и к несвоевременному исполнению гражданином своих обязанностей по предоставлению в пенсионный орган необходимых сведений, не может свидетельствовать о недобросовестных действиях гражданина.

Оценивая действия пенсионного органа в части предоставления ответчику необходимой информации о порядке и условиях назначения ежемесячных выплат, а также действия ответчика по несообщению пенсионному органу сведений о своем трудоустройстве, судебная коллегия принимает во внимание, что Постановлением Правительства Российской Федерации от 27 февраля 2021 г. № 278 в Правила осуществления ежемесячных выплат неработающим трудоспособным лицам, осуществляющим уход за детьми-инвалидами в возрасте до 18 лет или инвалидами с детства 1 группы, утвержденные Постановлением Правительства Российской Федерации от 2 мая 2013 г. № 397, были внесены изменения, вступившие в силу с 10 марта 2021 г.

Подпунктом «д» пункта 12 указанных Правил, в редакции, действующей до 101 марта 2021 г., было предусмотрено, что осуществление ежемесячной выплаты прекращается, в том числе, при выполнении лицом, осуществляющим уход, оплачиваемой работы.

Формулировка данного пункта Правил о том, что осуществление ежемесячной выплаты прекращается, в том числе, при выполнении лицом, осуществляющим уход, работы и (или) иной деятельности, в период которой указанное лицо подлежит обязательному пенсионному страхованию в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», введена в действие только с 10 марта 2021 г.

Именно о необходимости известить пенсионный орган «о выполнении неработающим трудоспособным лицом, осуществляющим уход, оплачиваемой работы» ответчик ФИО4 был письменно предупрежден при подаче заявления о назначении ежемесячных выплат 14 ноября 2019 г. (л.д. 31).

Однако, доказательств того, что пенсионным органом надлежащим образом было разъяснено ФИО4 понятие «оплачиваемой работы», в материалах дела не представлено, в связи с чем, судебная коллегия полагает допустимым, что при отсутствии надлежащего информирования со стороны пенсионного органа и ссылок ответчика на то, что в спорный период он не получал заработную платы, у него сложилось ошибочное заблуждение о том, что исполнение обязанностей генерального директора, при отсутствии факта выплаты заработной платы, не соответствует критериям оплачиваемой работы, что не может свидетельствовать о недобросовестности гражданина.

Судебная коллегия также отмечает, что пункт 19 Правил от 2 мая 2013 г. № 397, установивший, что в случае если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений для назначении и осуществления ежемесячной выплаты повлекло за собой перерасход средств на ее выплату, виновные лица возмещают причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, включен в указанные Правила только с 10 марта 2021 г. на основании Постановлением Правительства Российской Федерации от 27 февраля 2021 г. № 278. До 10 марта 2021 г. такие нормы о возмещении причиненного ущерба в Правилах от 2 мая 2013 г. № 397 отсутствовали.

Кроме того, из материалов дела усматривается, что уже после назначения ответчику ежемесячной выплаты, 25 августа 2020 г. ФИО4 было подано истцу заявление о продолжении осуществления ухода неработающим трудоспособным лицом за нетрудоспособным гражданином (л.д. 49-51), согласно которому он также был предупрежден о необходимости в течение пяти рабочих дней извещать территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации об обстоятельствах, влекущих за собой прекращение осуществления компенсационной выплаты, в том числе, о выполнении нетрудоспособным гражданином либо лицом, осуществляющим уход, оплачиваемой работы.

Однако, из материалов дела следует, что после подачи ФИО4 указанного заявления, в этот же день 25 августа 2020 г. сотрудником пенсионного органа из Информационного портала клиентской службы ПФР были распечатаны сведения на ФИО4, которые содержали информацию о трудоустройстве ответчика в ООО «Металлгрупп» с июня 2020 г. (л.д. 52-53).

Таким образом, по состоянию на 25 августа 2020 г. пенсионный орган располагал сведениями о трудоустройстве истца с июня 2020 г., однако, даже при наличии данных сведений, пенсионным органом было принято решение о продолжении выплаты, которая осуществлялась по 31 января 2021 г.

Исходя из вышеуказанной распечатки, ФИО4 предоставлялись сведения о своей работе в пенсионный орган посредством соответствующей отчетности по ООО «Металлгрупп» за июнь-июль 2020 г., в котором он является учредителем и генеральным директором.

Следовательно, ФИО4 при осуществлении деятельности в качестве учредителя и генерального директора юридического лица своевременно сообщал данную информацию в пенсионный орган посредством предоставления соответствующей отчетности, в том числе, сведений о работе. Тем самым, он уведомил пенсионный орган о наступлении события, являющегося основанием для прекращения осуществления ему ежемесячной выплаты.

Кроме того, как было указано выше, в день подачи заявления о продлении осуществления выплаты - 25 августа 2020 г. пенсионный орган при проведении проверки по заявлению ФИО4 располагал сведениями о работе ответчика с июня 2020 г., однако, принял решение о продолжении ежемесячных выплат.

Из указанных обстоятельств усматривается отсутствие в действиях ФИО4 недобросовестности при получении ежемесячной выплаты, обратное истцом не доказано.

При этом, из представленных материалов усматривается ненадлежащее исполнение своих обязанностей именно со стороны пенсионного органа, который получая сведения о ФИО4 как о работающем лице и достоверно зная о том, что ФИО4 не имеет права на спорную ежемесячную выплату, тем не менее на протяжении длительного времени продолжал осуществлять данную выплату.

При таких обстоятельствах, вопреки доводам апелляционной жалобы, оснований для удовлетворения исковых требований не имеется, а потому обжалуемое решение суда подлежит оставлению без изменения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Выборгского районного суда Санкт-Петербурга от 9 августа 2022 г., - оставить без изменения, апелляционную жалобу, - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: