Изготовлено в окончательной форме 24 июля 2025 г.

Дело № 2 –760/2025

УИД 51RS0006-01-2025-001311-52

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Мончегорск 23 июля 2025 года

Мончегорский городской суд Мурманской области в составе

председательствующего судьи Архиповой Н.С.,

при секретаре Александровой Е.В.,

с участием старшего помощника прокурора г. Мончегорска Клец А.С.,

представителя истца ФИО1,

представителя ответчиков ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Колабыт», акционерному обществу «Кольская горно-металлургическая компания» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья,

установил:

ФИО3 обратился суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Колабыт» (далее - ООО «Колабыт»), акционерному обществу «Кольская горно-металлургическая компания» (далее - АО «Кольская ГМК») о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья.

В обоснование требований указал, что в период с <дд.мм.гггг> по <дд.мм.гггг> (10 лет 05 месяцев 27 дней) работал в АООТ «Комбинат Североникель» в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных факторов в профессии «аппаратчик-гидрометаллург», <дд.мм.гггг> уволен из АООТ «Комбинат «Североникель» в связи с переводом в АО «Кольская ГМК».

Вследствие реорганизации правопреемником АО «Комбинат «Североникель» с 09.04.2015 является ООО «Колабыт».

В период с <дд.мм.гггг> по <дд.мм.гггг> (25 лет 05 месяцев 29 дней) работал в АО «Кольская ГМК» в условиях воздействия вредных веществ в неблагоприятных производственных факторов, в профессии «....», <дд.мм.гггг> уволен, в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением, п.8 ст. 77 Трудового кодекса РФ.

Согласно медицинскому заключению НИЛ ФБУН «СЗНЦ» гигиены и общественного здоровья» от <дд.мм.гггг> №.... у него впервые установлены профессиональные заболевания: .....; .....

Указанным медицинским заключением установлена причинно-следственная связь заболеваний с его профессиональной деятельностью в профессии «....».

Вредными производственными факторами, присутствующими при осуществлении профессиональной деятельности в указанной профессии, связанными с профессиональными заболеваниями, являются производственные аэрозоли сложного состава, обладающие аллергенным действием.

Согласно выписке из истории болезни от <дд.мм.гггг>, в связи с профессиональными заболеваниями ему противопоказана работа в контакте с пылью, токсическими и раздражающими веществами, аллергенами, рекомендуется рациональное трудоустройство.

Решением МСЭ № 6 ФГУ «ГБ МСЭ по Мурманской области» с <дд.мм.гггг>

ему установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности, в том числе 20% - по профзаболеванию «....», 10% - по профзаболеванию ...., связанному с воздействием аэрозолей химических веществ сложного состава. Дата очередного освидетельствования – <дд.мм.гггг>.

Из актов о случае профессионального заболевания № №...., №.... от <дд.мм.гггг> следует, что причиной возникновения у него профессиональных заболеваний стал длительный стаж работы в контакте с вредными производственным фактором- производственные аэрозоли сложного состава, обладающие аллергенным действием. В воздухе рабочей зоны установлено превышение никеля, никеля оксидов, никеля соли в виде гидроаэрозоля от 1,4 раз до 28,8 раз. Его вины в установлении указанных профзаболеваний установлено не было.

Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда от <дд.мм.гггг> №.... следует, что условия его труда в профессии «аппаратчик-гидрометаллург» не соответствуют требованиям таблицы 2.1, пункта 35 раздела 5, таблицы 5.2 раздела 5 СанПин 1.2.3685-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» по содержанию вредных веществ в воздухе рабочей зоны, уровню шума и по показателям микроклимата.

Установленные у него профессиональные заболевания привели к снижению его бытовой активности и качеству жизни.

....

....

Связанные с профессиональными заболеваниями проблемы со здоровьем причиняют ему не только физические, но и нравственные страдания, так как он ощущает себя человеком с ограниченными физическими возможностями, что подтверждается п. 33 программы реабилитации, из которого следует, что продолжение профессиональной деятельности возможно при снижении квалификации и уменьшении объема (тяжести) работ и при изменении условий труда. Нравственные страдания вызывает также то обстоятельство, что профессиональные заболевания носят хронический характер, в связи с чем выздоровление невозможно.

Указывает, что при поступлении на работу он не соглашался на причинение вреда его здоровью, не нарушал правила техники безопасности, применял предоставленные работодателем средства индивидуальной защиты, и своими действиями не способствовал возникновению у него профзаболеваний.

То обстоятельство, что ему были известны вредные факторы, связанные с работой, не свидетельствует о том, что он был согласен получить профессиональные заболевания. Медицинские осмотры он проходил своевременно и к работе по профессии был допущен, своего состояния здоровья от врачей и работодателей не скрывал, от работы по состоянию здоровья не отстранялся, в связи с чем у него не было оснований требования от работодателей иного рационального трудоустройства.

До обращения в суд он не обращался к работодателям с заявлением о выплате ему компенсации морального вреда. Установленный действующим Коллективным договором АО «КГМК» размер компенсации морального вреда при установлении профессиональных заболеваний он считает заниженным, не соответствующим тяжести причиненного вреда его здоровью.

В связи с тем, что утрата его здоровью носит невосполнимый характер, профессиональные заболевания ограничивают его в быту и ухудшают качество жизни, просит взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда в общем размере 700 000 руб., из них с ООО «Колабыт» - 210 000 руб., с АО «Кольская ГМК» - 490 000 руб., а также судебные расходы в общей сумме 25 000 руб., в том числе 7500 руб. – с ООО «Колабыт», 17 500 руб. - с АО «Кольская ГМК».

В судебном заседании истец ФИО3 участия не принимал, представил заявление, в котором просил рассмотреть дело в его отсутствие с участием его представителя – адвоката Хоменко Т.В.

Представитель истца Хоменко Т.В. в судебном заседании исковые требования поддержала по изложенным в иске основаниям.

Представляя интересы АО «Кольская ГМК», ФИО2 заявленные требования признала частично, указала, что при трудоустройстве на работу истец был осведомлен о наличии вредных факторов на рабочем месте, не просил перевести его на работу с более благоприятными условиями, в соответствии с требованиями законодательства на протяжении трудовой деятельности в ООО «Колабыт» истец проходил ежегодные периодические осмотры, допуск к работе во вредных условиях у истца имелся. ФИО3 был обеспечен специальной одеждой, обувью и другими средствами индивидуальной защиты. За вредные условия труда истец получал надбавку, лечебно-профилактическое питание, ему предоставлялись дополнительные рабочие дни к ежегодному отпуску, был установлен сокращенный рабочий день. АО «Кольская ГМК» соблюдало все предусмотренные законодательством требования и меры по защите здоровья работника, защите от воздействия вредных факторов во время исполнения трудовых обязанностей. Указала, что размер компенсации морального вреда, в соответствии с коллективным договором АО «Кольская ГМК» на 2023 – 2025 гг., установленным в размере 780 000 руб. при полной (100%) утрате трудоспособности, должен быть не более 234 000 руб., который будет соответствовать требованиям закона, принципам разумности и справедливости, соразмерен характеру и объему нравственных страданий, которые претерпевает истец. Представила письменный отзыв, изложенные в нем доводы, поддержала в судебном заседании.

Представляя интересы ООО «Колабыт» ФИО2 заявленные требования не признала, указав, что профзаболевания ФИО3 установлены спустя более 26 лет после увольнения из АО «Комбинат Североникель». В процессе трудоустройства по профессии «аппаратчик-гидрометаллург» истец был осведомлен о наличии вредных факторов на рабочем месте, не просила перевести его на работу с более благоприятными условиями. На протяжении трудовой деятельности в АО «Комбинат Североникель» истец проходил ежегодные периодические осмотры, имел допуск к работе во вредных условиях труда, был обеспечен специальной одеждой, обувью и другими средствами индивидуальной защиты. За вредные условия труда истец получал надбавку, лечебно-профилактическое питание, ему предоставлялись дополнительные рабочие дни к ежегодному отпуску, был установлен сокращенный рабочий день. АО «Комбинат Североникель» соблюдало все предусмотренные законодательством требования и меры по защите здоровья работника, защите от воздействия вредных факторов во время исполнения трудовых обязанностей. Указала, что период работы истца в АО «Комбинат Североникель» до 3 августа 1992 г. подлежит исключению из расчета периода причинения вреда здоровью, поскольку действовавший ранее Гражданский кодекс РСФСР не предусматривал возможности компенсации морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания. Отношения, связанные с возмещением морального вреда, не были урегулированы и нормами трудового законодательства до введения в действие Трудового кодекса РФ, то есть до 1 февраля 2002 г. Ссылаясь на отсутствие со стороны ООО «Колабыт» неправомерных действий в отношении истца, в соответствии с п. 3 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, просила отказать в иске в полном объеме. Представила письменный отзыв, изложенные в нем доводы, поддержала в судебном заседании.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, медицинские документы ФИО3, заслушав заключение прокурора, полагавшего необходимым удовлетворить исковые требования о взыскании компенсации морального вреда частично, с учетом требований разумности и справедливости, суд находит иск подлежащим частичному удовлетворению.

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части первой статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть вторая статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу 214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствие каждого рабочего места государственным нормативным требованиям охраны труда; разработку мер, направленных на обеспечение безопасных условий и охраны труда, оценку уровня профессиональных рисков перед вводом в эксплуатацию производственных объектов, вновь организованных рабочих мест; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, соблюдением работниками требований охраны труда, а также за правильностью применения ими средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на их рабочих местах, о существующих профессиональных рисках и их уровнях, а также о мерах по защите от воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов, имеющихся на рабочих местах, о предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты, об использовании приборов, устройств, оборудования и (или) комплексов (систем) приборов, устройств, оборудования, обеспечивающих дистанционную видео-, аудио- или иную фиксацию процессов производства работ, в целях контроля за безопасностью производства работ.

Согласно части первой статьи 216.2 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на получение актуальной и достоверной информации об условиях и охране труда на его рабочем месте, о существующих профессиональных рисках и их уровнях, а также о мерах по защите от воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов, имеющихся на рабочем месте, о предоставляемых ему гарантиях, полагающихся ему компенсациях и средствах индивидуальной защиты, об использовании приборов, устройств, оборудования и (или) комплексов (систем) приборов, устройств, оборудования, обеспечивающих дистанционную видео-, аудио- или иную фиксацию процессов производства работ, в целях контроля за безопасностью производства работ.

Обязанность предоставления указанной в настоящей статье информации возлагается на работодателя, а также на соответствующие государственные органы и общественные организации при наличии у них такой информации (часть 2).

Работодатель обязан незамедлительно проинформировать работника об отнесении условий труда на его рабочем месте по результатам специальной оценки условий труда к опасному классу условий труда (часть 3).

В соответствии с пунктом 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998г. № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве и профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

На основании части 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (часть 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании установлено, что ФИО3, <дд.мм.гггг>., в период с <дд.мм.гггг> по <дд.мм.гггг> работал в АО «Комбинат «Североникель» в профессии «аппаратчик-гидрометаллург гидрометаллургического отделения (л.д. 54-55).

<дд.мм.гггг> уволен из АО «Комбинат «Североникель», в связи с переводом в ОАО «Кольская ГМК» по согласованию между руководителями, в соответствии с п. 5 ст. 29 КзОТ РФ.

В период с <дд.мм.гггг> по <дд.мм.гггг> истец работал в ОАО «Кольская ГМК» в профессии «.... (л.д. 57-61), что подтверждается копиями трудовой книжки, приказа о приеме на работу №.... от <дд.мм.гггг>., трудового договора.

На основании приказа №.... от <дд.мм.гггг> о прекращении (расторжении) трудового договора, истец уволен из АО «Кольская ГМК», в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением, пункт 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д. 63).

В период с <дд.мм.гггг> по <дд.мм.гггг> ФИО3 проходил обследование в стационарном отделении клиники НИЛ ФБУН «Северо-Западный научный центр гигиены и общественного здоровья» (г. Кировск), при котором ему впервые установлены профзаболевания: ...., что подтверждается выпиской из истории болезни от <дд.мм.гггг> (л.д. 22-23).

Согласно медицинскому заключению о наличии профессионального заболевания от <дд.мм.гггг> №...., установлена причинно-следственная связь заболеваний:.... (л.д. 21).

Из актов о случае профессионального заболевания №...., №.... от <дд.мм.гггг> следует, что профессиональные заболевания – .... возникло у истца в период его работы в течение 34 лет 11 месяцев 4 дней под воздействием вредного производственного фактора: производственные аэрозоли сложного состава, обладающие аллергенным действием. Наличие вины работника не установлено (л.д. 36-38,39-41).

Доказательств вины работника в возникновении у него указанных профзаболеваний работодатель не представил.

ФГУ «ГБ МСЭ по Мурманской области» Минтруда России, в связи с профессиональными заболеваниями истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности в общем размере 30% (л.д. 29,30).

Согласно санитарно-гигиенической характеристике от <дд.мм.гггг> №...., условия труда ФИО3 в профессии .... основной схемы очистки растворов гидрометаллургического отделения №2 цеха электролиза никеля АО «Кольская ГМК» не соответствуют требованиям п.2.1 СанПин 1.2.3685-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» по содержанию вредных веществ в воздухе рабочей зоны; требованиям п. 35 раздела 5 СанПин 1.2.3685-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» по уровню шума; требованиям таблицы 5.2 раздела 5 СанПин 1.2.3685-21 «Гигиенические нормативы и требования к обеспечению безопасности и (или) безвредности для человека факторов среды обитания» по показателям микроклимата (л.д. 42-53).

Поскольку обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда положениями действующего трудового законодательства возложена на работодателя, суд приходит к выводу о наличии у истца права на возмещение морального вреда.

Возражения представителя ответчиков АО «Кольская ГМК», ООО «Колабыт» ФИО2 не могут быть приняты судом в качестве основания для отказа в удовлетворении иска, поскольку обязанность обеспечить безопасные условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям к охране труда, лежит на работодателе. В данном случае истцу работодателем безопасные условия труда обеспечены не были.

В ходе судебного разбирательства установлено, что постановлением №.... от <дд.мм.гггг> о внесении в коллективный договор АО «Кольская ГМК на 2023-2025 гг. внесены изменения в Приложение 3 «Условия оплаты труда и порядок предоставления отдельных гарантий, компенсаций и других выплат работникам АО «Кольская ГМК» в части возмещения морального вреда, а именно подпунктом 8.3.1 пункта 8.3 определено, что размер возмещения (компенсации) морального вреда работнику, при утрате им профессиональной трудоспособности, наступившей в результате несчастного случая или профессионального заболевания при исполнении им своих трудовых обязанностей, составляет 780 000 рублей – при полной (100 %) утрате трудоспособности. При частичной утрате трудоспособности – пропорционально степени утраты трудоспособности из расчета 780 000 рублей. Соответственно, за 30 % утраты трудоспособности подлежит возмещению моральный вред в размере 234 000 рублей.

ФИО3 в АО «Кольская ГМК» по вопросу такой выплаты не обращался.

Вместе с тем, как разъяснено в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Принимая во внимание, что исчисленный в соответствии с пунктом 8.3.1 Коллективного договора размер компенсации морального вреда в данном случае не соответствует в полной мере тяжести перенесенных истцом нравственных и физических страданий, принципам разумности и справедливости, учитывая, что вред здоровью ФИО3 причинен в процессе его работы у ответчиков, не обеспечивших безопасные условия труда, оценив страдания истца от полученных им профессиональных заболеваний, состояние его здоровья, отсутствие возможности вести активный образ жизни, суд полагает, с учетом вины каждого из работодателей, длительности периода работы истца у каждого из ответчиков, необходимым взыскать с ответчиков в пользу истца компенсацию морального вреда в общем размере 450 000 рублей: с АО «Кольская ГМК» – 319 500 руб., с ООО «Колабыт» – 130 500 рублей.

Кроме того, в силу части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

На основании статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из представленной квитанции <дд.мм.гггг> от <дд.мм.гггг> следует, что истцом понесены расходы по оплате юридических услуг ФИО1 по составлению искового заявления и представительству в суде в сумме 25 000 рублей (л.д. 20).

Учитывая размеры расходов, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги, объем заявленных требований, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела, указанный размер вознаграждения представителя суд признает разумным и подлежащим взысканию с ответчиков в пользу истца: с ООО «Колабыт» в размере 7250 руб., с АО «Кольская ГМК» – 17 750 000 руб.

Согласно пункту 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с каждого из ответчиков в бюджет муниципального образования – муниципальный округ город Мончегорск с подведомственной территорией подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Колабыт», акционерному обществу «Кольская горно-металлургическая компания» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья – удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Колабыт» в пользу ФИО3 (паспорт №....) в счет компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья 130 500 (сто тридцать тысяч пятьсот) рублей, а также судебные расходы в сумме 7 250 (семь тысяч двести пятьдесят) рублей.

Взыскать с акционерного общества «Кольская горно-металлургическая компания» в пользу ФИО3 (паспорт №....) в счет компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья 319 500 (триста девятнадцать тысяч пятьсот) рублей, а также судебные расходы в сумме 17 750 (семнадцать тысяч семьсот пятьдесят) рублей.

В удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в сумме 250 000 рублей – отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Колабыт» в бюджет муниципального округа город Мончегорск с подведомственной территорией Мурманской области государственную пошлину в сумме 3 000 (три тысячи) рублей.

Взыскать с акционерного общества «Кольская горно-металлургическая компания» в бюджет муниципального округа город Мончегорск с подведомственной территорией Мурманской области государственную пошлину в сумме 3 000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Мончегорский городской суд Мурманской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Н.С. Архипова