Дело № 37RS0002-01-2025-000046-44.

Производство № 2-98/2025.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации.

Город Вичуга, Ивановской области. 10.03.2025 год.

Вичугский городской суд Ивановской области в составе председательствующего судьи Беззубова В.Н.,

с участием истца ФИО1 и его представителя адвоката Морокина И.В., представителя третьего лица - прокуратуры Ивановской области ФИО2,

при секретаре судебного заседания Петуховой А.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, предъявленному к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ивановской области о возмещении морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ивановской области о взыскании компенсации морального вреда. Иск мотивирован тем, что 29.08.2019 года в отношении ФИО1 следственным отделом по городу Вичуга Следственного управления Следственного комитета (СО СУ СК) РФ по Ивановской области в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ, и осуществлялось уголовное преследование. В ходе уголовного преследования изменялась квалификация преступления, в отношении ФИО1 избиралась мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. 12.08.2020 года Вичугским городским судом в отношении ФИО1 постановлен, и впоследствии отменен оправдательный приговор. 09.11.2021 года уголовное дело возвращено судом Вичугскому межрайонному прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ. Затем производство по уголовному делу неоднократно прекращалось по не реабилитирующим основаниям. 05.08.2024 года следователем СО СУ СК по г. Вичуга в отношении ФИО1 вынесено постановление о прекращении уголовного дела по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1, ч. 2.2. ст. 27 УПК РФ в связи с непричастностью обвиняемого к совершению преступления. ФИО1 сообщил, что его незаконное уголовное преследование продолжалось в течение пяти лет, в связи с избранием меры пресечения он был лишен возможности свободного передвижения, в период нахождения на лечении являлся по вызовам следователя под страхом применения к нему более строгой меры пресечения. Он очень переживал, появилась бессонница, стойкое тревожное состояние, он принимал лекарственные препараты для коррекции артериального давления, появилось чувство беспомощности перед государством, службе которому в качестве работника правоохранительных органов он сам отдал почти 20 лет. Эти обстоятельства причинили ему нравственные страдания, моральный вред. Истец ФИО1 просил взыскать с Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в его пользу компенсацию морального вреда 1000000 рублей.

Истец ФИО1 иск поддержал по изложенным в нем основаниям и сообщил, что в связи с незаконным уголовным преследованием ему были причинены нравственные страдания. По состоянию на 29.08.2019 года он работал в должности <данные изъяты>, но после возбуждения в отношении него уголовного дела был уволен в связи с утратой доверия. На день увольнения в связи с льготным исчислением срока службы, у него имелась необходимая выслуга лет для назначения пенсии, однако по причине ошибки работника кадровой службы льготный порядок исчисления стажа учтен не был. Соответствующий зачет был произведен и пенсия назначена после предъявления иска, который был рассмотрен Ивановским областным судом, по решению которого пенсия ему была назначена со дня увольнения, однако на это ушло почти семь месяцев. Службу в органах внутренних дел он проходил в небольшом поселке <адрес>, где проживал с рождения. Привлечение его к уголовной ответственности сказалось на отношении к нему жителей поселка. Некоторые из них были рады этому обстоятельству, высказывали ему свое мнение, что вот, наконец, пришла и его очередь быть привлеченным к уголовной ответственности. В сети Интернет была опубликована статья о том, что двое работников правоохранительных органов из <адрес> привлекаются к уголовной ответственности, при этом являлось очевидным, что одним из этих работников является он, поскольку других работников правоохранительных органов в <адрес> на тот момент не имелось.

Уголовное преследование в отношении него осуществлялось впервые, весь период службы в органах внутренних дел он привлекался только к дисциплинарной ответственности, имел № выговоров. Сразу после увольнения возник вопрос о содержании семьи, в которой на тот момент было № несовершеннолетних детей, над ним нависла угроза расторжения брака. Возможность трудоустройства была серьезно ограничена, он обращался на текстильные фабрики в <адрес> и <адрес>, первыми с кем он общался, были руководитель служб безопасности, которые выяснив, что в отношении него осуществляется уголовное преследование, отказывали в возможности работы на предприятии. С трудом ему удалось устроиться на работу в <адрес>, но для убытия к месту работы ему приходилось отпрашиваться у следователя. Следователь отпускал его без документального оформления, но всякий раз упоминал, что если он не явится по первому звонку, будет решаться вопрос об изменении меры пресечения на более строгую. В связи с длительным уголовным преследованием у него стала проявляться бессонница, повышаться артериальное давление. В течение 2-х лет по совету жены и без назначения врача он принимал таблетки, названия которых не помнит, в медицинские учреждения не обращался, просил иск удовлетворить.

Представитель истца – адвокат Морокин И.В. иск поддержал и сообщил, что квалификация преступления, в совершении которого подозревался и обвинялся ФИО1, периодически менялась со статьи 293 УК РФ на статью 286 УК РФ, не исключалась возможность предъявления обвинения по более тяжкой статье 285 УК РФ, поэтому не была исключена возможность применения более строгой меры пресечения. Незаконное уголовное преследование в отношении ФИО1 продолжалось на протяжении пяти лет, в течение всего этого времени он испытывал нравственные страдания. Просил иск удовлетворить.

Представитель ответчика - Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ивановской области в соответствии с частью 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ) просил о рассмотрении дела в его отсутствие, представил отзыв на иск, в котором сообщил, что согласно исковому заявлению постановлением следователя СО по г. Вичуга СУ СК России по Ивановской области от 05.08.2024 уголовное преследование ФИО1 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ, прекращено на основании п. 1 ч. 1 ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ, в связи с непричастностью обвиняемого к совершению преступления, этим постановлением за ФИО1 признано право на реабилитацию, поэтому истец имеет право на компенсацию морального вреда. В своем иске ФИО1 указывает, что он испытывал моральные страдания в связи с тем, что длительное время находился в психотравмирующей ситуации. Несправедливое обвинение в преступлении сказалось на состоянии здоровья, из-за переживаний у него поднималось артериальное давление, появилась раздражительность, бессонница. Однако эти доводы ничем не подтверждены. Истцом не доказано, что сотрудники правоохранительных органов, производя следственные действия, выходили за рамки возложенных на них законом полномочий либо бездействовали. Не представлено доказательств того, что истец обращался с жалобами на действия следователя к руководителю следственного органа, в прокуратуру, и факт ненадлежащего исполнения полномочий был подтвержден. Доказательств совершения должностными лицами государственных органов в отношении Фомичева действий, превышающих обычную степень неудобств, связанных с уголовным преследованием, не имеется. Для соблюдения баланса между интересами потерпевшего и лица, подозреваемого в совершении преступления, правоохранительные органы обязаны провести полную всестороннюю проверку для установления всех обстоятельств дела и принятия решения по существу. Именно участие в следственных действиях дало истцу возможность доказать свою невиновность.

В ходе уголовного преследования по уголовному делу в отношении ФИО1 была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Согласно статье 102 УПК РФ, подписка о невыезде и надлежащем поведении состоит в письменном обязательстве подозреваемого или обвиняемого не покидать постоянное или временное место жительства без разрешения дознавателя, следователя или суда. В системе мер пресечения подписка о невыезде и надлежащем поведении относится к числу самых необременительных мер процессуального принуждения. Эта наименее строгая мера пресечения, которая выражается в минимально возможном вторжении в сферу прав подозреваемого, обвиняемого и наименее заметном контроле его поведения. В случае необходимости выехать за пределы места жительства, в том числе для трудоустройства, истец мог обратиться к следователю или к суду с соответствующим ходатайством, доказательств того, что он обращался с данными ходатайствами, и ему было отказано, ФИО1 не представлено. Кроме того, согласно первоначальному приговору суда, ФИО1 является пенсионером. Данных, подтверждающих, что истцу поступали предложения о работе, находящейся за пределами Ивановской области, не имеется. Также не имеется доказательств, что отказ в приеме на работу был связан с уголовным преследованием истца и его нахождением под подпиской о невыезде и надлежащем поведении.

Уголовное преследование невиновного влечет привлечение ему морального вреда. Однако, индивидуальные качества личности и обстоятельства конкретного дела, определяющие размер причиненного вреда, различны и подлежат доказыванию в установленном законом порядке. Длительность уголовного преследования была вызвана спецификой преступления, в котором вместе с истцом обвинялся ещё один фигурант, необходимостью большого количества процессуальных действий. Существенное значение для определения размера компенсации морального время имеет личность истца, который являлся сотрудником правоохранительных органов около 20 лет, был осведомлен о процессе расследования уголовных дел и имел возможность правильно оценить происходящее. Работа в правоохранительных органах требует выдержки и стрессоустойчивости, поэтому истец умеет справляться со стрессами и различного рода переживаниями гораздо лучше, чем обычный человек. В обоснование компенсации морального вреда истец ссылается на ухудшение состояния его здоровья в связи с уголовным преследованием, однако медицинских документов, подтверждающих ухудшение здоровья, не представлено. При определении суммы компенсации морального вреда необходимо не только максимально возместить вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения последнего. Заявленная ФИО1 сумма компенсации морального вреда не соответствует степени его физических и нравственных страданий, требованиям разумности и справедливости и явно завышена. Иск может быть удовлетворен частично на сумму, не превышающую 300000 рублей (л.д. 99-101).

Представитель третьего лица – Следственного Управления Следственного Комитета Российской Федерации по Ивановской области при надлежащем извещении в судебное заседание не прибыл, в соответствии с частью 3 статьи 167 ГПК РФ дело рассмотрено судом в его отсутствие.

Представитель третьего лица - Прокуратуры Ивановской области ФИО2 представил возражения на иск, в которых сообщил, что в отношении ФИО1 29.08.2019 года было возбуждено уголовное дело и осуществлялось уголовное преследование, которое впоследствии прекращено за его непричастностью к совершению преступления. В связи с незаконностью уголовного преследования ФИО1 имеет право на реабилитацию и взыскание компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда следует учитывать категорию преступления, в совершении которого подозревался и обвинялся истец, данные о его личности, степень причиненных нравственных страданий и другие обстоятельства, на что указано в п. 21 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 29.11.2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве». Сам по себе факт нахождения истца под подпиской о невыезде не является основанием для взыскания денежных средств. При разрешении спора необходимо учитывать требования разумности и справедливости, обеспечить баланс частных и публичных интересов, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала права других категорий. Следует учитывать, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам. Представитель прокуратуры Ивановской области сообщил, что заявленный размер компенсации морального вреда подлежит существенному снижению с учетом требований разумности и справедливости.

Заслушав участников судебного разбирательства, изучив материалы дела, суд приходит к следующему. ФИО1 родился ДД.ММ.ГГГГ в д. <адрес>, зарегистрирован по адресу: <адрес>, что подтверждается данными его паспорта <данные изъяты> (л.д. 107-108).

Ответчик – Министерство финансов Российской Федерации, ОГРН: <***>, находится по адресу: <...>. Действующее в интересах ответчика Управление Федерального казначейства по Ивановской области, ОГРН <***>, находится по адресу: <...>, что подтверждается выписками из ЕГРЮЛ.

Сведения об этапах расследования возбуждавшегося в отношении ФИО1 уголовного дела содержатся в самом исследованном судом уголовном деле, а также в имевшемся в Вичугском городском суде производстве № 4/17-9/2025 по заявлению ФИО1 о возмещении имущественного вреда, причиненного уголовным преследованием.

Уголовное дело № возбуждено 29.08.2019 г. в отношении ФИО1 и иного лица, являвшихся сотрудниками МО МВД России «Вичугский» по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ, по сообщению о непринятии ими 10.05.2019 года мер к пресечению совершения преступления, что повлекло хищение имущества. 27.07.2019 года при проведении проверки, предшествовавшей возбуждению уголовного дела, от ФИО1 получено объяснение (л.д. 126-129).

11.09.2019 года и 16.09.2019 года в качестве подозреваемого по данному уголовному делу допрошен ФИО1 06.12.2019 года с участием ФИО1 проведено 2 очных ставки.

20.12.2019 года ФИО1 предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 286 УК РФ, он допрошен в качестве обвиняемого, в отношении него избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. По состоянию на 20.12.2020 года ФИО1 являлся нетрудоспособным вследствие заболевания, что подтверждается листком нетрудоспособности (л.д. 130-133, 176-178).

28.01.2020 года и 06.03.2020 года обвиняемый ФИО1 ознакомлен с постановлениями о назначении экспертиз.

06.03.2020 года ФИО1 предъявлено обвинение в новой редакции в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ и он допрошен в качестве обвиняемого (л.д. 134-135).

10.03.2020 года ФИО1 уведомлен об окончании следственных действий и 12.03.2020 года ознакомился с материалами уголовного дела (л.д. 136-137).

09.04.2020 года в отношении ФИО1 Вичугским межрайонным прокурором утверждено обвинительное заключение, 28.04.2020 года уголовное дело поступило в Вичугский городской суд для рассмотрения по существу (л.д. 138).

29.05.2020 года, 08.06.2020 года, 2, 8, 13, 14, 15, 16, 20, 21, 29, 30 июля 2020 года, 3, 6, 10, 12 августа 2020 года по уголовному делу состоялись судебные заседания.

12.08.2020 года Вичугским городским судом постановлен оправдательный приговор в отношении ФИО1 (л.д. 142-143).

17.11.2020 года апелляционным постановлением Ивановского областного суда оправдательный приговор в отношении ФИО1 оставлен без изменения ( л.д. 144).

26.08.2021 года кассационным определением Второго кассационного суда общей юрисдикции приговор Вичугского городского суда Ивановской области в отношении ФИО1 отменен, уголовное дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции (л.д. 145).

10.10.2021 года постановлением Вичугского городского суда по уголовному делу назначено предварительное слушание.

09.11.2021 года постановлением Вичугского городского суда уголовное дело в отношении ФИО1 возращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ (л.д. 146-147).

27.12.2021 года обвиняемый ФИО1 принял участие в рассмотрении Ивановским областным судом апелляционного представления прокурора на вышеназванное постановление Вичугского городского суда от 09.11.2021 года.

12.01.2022 года постановлением Ивановской областного суда постановление Вичугского городского суда оставлено без изменения.

30.12.2022 года постановлением руководителя СО по г. Вичуга СУ СК России по Ивановской области производство предварительного следствия по уголовному делу возобновлено, в тот же день ФИО1 были направлены повестки о вызове к следователю на 09.01.1023 года и на 10.01.2023 года (л.д. 148, 150-151).

09.01.2023 года постановлением руководителя СО по г. Вичуга СУ СК России по Ивановской области преступление в уголовном деле переквалифицировано на ч. 1 ст. 293 УК РФ (л.д. 152-153).

13.01.2023 года ФИО1 дополнительно допрошен в качестве обвиняемого (л.д. 149).

27.01.2023 года постановлением заместителя руководителя СО по г. Вичуга СУ СК России по Ивановской области уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено в связи с истечением срока давности уголовного преследования (л.д. 154-155).

30.01.2023 года постановлением руководителя СО по г. Вичуга СУ СК России по Ивановской области постановление о прекращении уголовного дела отменено, предварительное следствие возобновлено.

28.02.2023 года постановлением руководителя СО по г. Вичуга СУ СК России по Ивановской области уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено в связи с истечением срока давности уголовного преследования (л.д. 156).

19.06.2023 года постановлением и.о. Вичугского межрайонного прокурора вышеуказанное постановление руководителя следственного органа отменено.

12.09.2023 года постановлением руководителя СО по г. Вичуга СУ СК России по Ивановской области производство предварительного следствия по уголовному делу возобновлено.

12.09.2023 года ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ и он был дополнительно допрошен в качестве обвиняемого (л.д. 157-159).

11.10.2023 года постановлением следователя СО по г. Вичуга СУ СК России по Ивановской области уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено в связи с истечением срока давности уголовного преследования (л.д. 160-161).

05.07.2024 года постановлением руководителя СО по г. Вичуга СУ СК России по Ивановскойобласти постановление о прекращении уголовного дела отменено, предварительное следствие возобновлено.

05.08.2024 года постановлением старшего следователя СО по г. Вичуга СУ СК России по Ивановской области уголовное дело прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено на основании п. 1 ч. 1, ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ (л.д. 12-93, 139-141).

20.01.2021 года ФИО1 обращался в Вичугский городской суд с иском о взыскании компенсации морального вреда 200000 рублей (гражданское дело № 2-101/2021) в связи с его незаконным уголовным преследованием (л.д. 174-175).

19.03.2021 года по гражданскому делу № 2-101/2021 проведено судебное заседание, в качестве свидетелей допрошены ФИО3 и ФИО4. Свидетель ФИО8 (сослуживец истца) характеризовал ФИО1 как порядочного человека, надежного и ответственного работника <данные изъяты>, показал, что в связи с незаконным уголовным преследованием ФИО1 сильно переживал, будучи уволенным с работы не имел возможности нормально содержать свою семью. Свидетель ФИО9 (родственник истца) показал, что ФИО1 сильно переживал в связи с возбуждением в отношении него уголовного дела, ухудшилось состояние его здоровья, повышалось артериальное давление, в связи с увольнением со службы у него появились материальные проблемы, он принимал успокоительные средства (л.д. 179-185).

19.03.2021 года по гражданскому делу № 2-101/2021 принято решение, которым иск ФИО1 был удовлетворен частично, с Министерства финансов Российской Федерации, за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 была взыскана компенсация морального вреда в сумме 150000 рублей (л.д. 186-190).

18.10.2021 года апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Ивановского областного суда решение Вичугского городского суда от 19.03.2021 года отменено по причине отмены постановленного в отношении ФИО1 оправдательного приговора Вичугского городского суда от 12.08.2020 года и утраты в связи с этим права на реабилитацию (л.д. 191-192).

Представитель истца также сообщил, что моральный вред ФИО1 причинен и тем, что дважды было отказано в принятии к рассмотрению его жалоб на постановления о прекращении в отношении него уголовного преследования, в связи с имевшими место отменами этих постановлений руководителями СО по г. Вичуга СУ СК по Ивановской области и прокурором, не получено ответа на адвокатский запрос в следственные органы. ФИО1 пришлось возвращать денежные средства в сумме <данные изъяты>, ранее взысканные в его пользу судебные расходы в связи с вынесением судом оправдательного приговора. Соответствующие постановления, запрос и чеки по банковским операциям судом исследованы.

В соответствии со статьей 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. Статьей 133 УПК РФ установлено, что право на реабилитацию включает в себя устранение последствий морального вреда. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с непричастностью к совершению преступления. Аналогичная правовая позиция содержится в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве».

В силу статей 1069-1071 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, возмещается за счет казны Российской Федерации в полном объеме, независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В случаях, когда в соответствии с ГК РФ или другими законами, причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступают соответствующий финансовый орган.

Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых уголовному преследованию, порядок компенсации морального вреда определен Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации в статьях 133-139, 397, 399. Исходя из содержания этих статей известно, что право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов, осуществляющих уголовное преследование, возникает при наличии реабилитирующих оснований (в том числе в случае прекращения уголовного преследования).

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, её размер определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пункте 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъясняется, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

Безусловно, уголовное преследование невиновного истца, избрание в отношении него меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, принуждение к участию в следственных действиях влекло причинение ему морального вреда. В связи с проживанием истца в небольшом поселке факт привлечения его к уголовной ответственности стал достоянием широкого круга лиц. Отдельного внимания заслуживает срок, в течение которого в отношении истца осуществлялось уголовное преследование – с 2019 по 2024 год.

Суд соглашается с тем, что сама по себе длительность уголовного преследования, неоправданно большие промежутки времени между принятием следственными органами процессуальных решений, причиняли истцу нравственные страдания. В периоды таких промежутков истец находился в неведении относительно своего правового и процессуального статуса. Представитель истца сообщил, что на соответствующий запрос его, как защитника ФИО1 от 08.01.2024 года, на имя руководителя СО по г. Вичуга СУ СК РФ по Ивановской области ответа не последовало.

В связи с указанными обстоятельствами, прекращением в отношении ФИО1 уголовного преследования по причине его непричастности к совершению преступления, в его пользу с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, за счет казны Российской Федерации подлежит взысканию компенсация морального вреда.

Однако прекращение уголовного преследования не освобождало истца от доказывания в соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК РФ обстоятельств, на которые он ссылался как на основания своих требований. Также при определении суммы компенсации должны учитываться требования разумности и справедливости.

Недостаточно подтвержденными являются доводы истца об ухудшении состояния его здоровья в связи с уголовным преследованием, о повышении из-за соответствующих переживаний артериального давления и бессонницы, об изменившемся к нему отношении жителей поселка. В медицинские учреждения в связи с названными симптомами ФИО1 не обращался, бесспорных доказательств наличия причинно-следственной связи названных симптомов с уголовным преследованием не имеется.

Исходя из материалов уголовного дела, сотрудники правоохранительных органов, производя следственные действия, не выходили за рамки возложенных на них законом полномочий. Вызов истца на допрос в период его нетрудоспособности имел место лишь однажды, по этому вызову ФИО1 явился добровольно, и состояние его здоровья не было к этому препятствием, неблагоприятных последствий не наступило.

С такими жалобами на действия следователя к руководителю следственного органа, в прокуратуру или суд, решение по которым бы было принято в его пользу, ФИО1 не обращался. Должностными лицами государственных органов в отношении ФИО1 не было совершено действий, превышающих обычную степень неудобств, связанных с уголовным преследованием.

Суд соглашается с доводами ответчика о том, что правоохранительные органы обязаны провести всестороннюю проверку для установления обстоятельств дела и принятия решения по существу. Именно проведение следственных действий позволило принять решение о признании истца непричастным к совершению преступления.

В ходе уголовного преследования по уголовному делу в отношении ФИО1 была избрана мера наименее строгая мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Согласно статье 102 УПК РФ, эта мера пресечения состояла в письменном обязательстве подозреваемого или обвиняемого не покидать постоянное или временное место жительства без разрешения дознавателя, следователя или суда. Истец сообщил, что при необходимости выезда за пределы места жительства он обращался к следователю за разрешением, и во всех случаях такое разрешение без каких-либо проблем ему было предоставлено. Факт работы истца за пределами Ивановской области в период уголовного преследования им самим признается, то есть реальных ограничений в передвижении в связи с избранной мерой пресечения у истца не имелось.

ФИО1 около 20 лет являлся сотрудником органов внутренних дел и был осведомлен о процессе расследования уголовных дел. Зная о своей непричастности к преступлению, истец мог объективно оценить судебную перспективу дела. Кроме того, работа в органах внутренних дел способствовала развитию у истца таких качества, как выдержка и спокойствие, что было продемонстрировано им в судебных заседаниях. Истец действительно умеет справляться с различного рода переживаниями гораздо лучше, чем обычный гражданин, в том числе мог правильно оценить изменившееся в связи с уголовным преследованием отношение к нему жителей поселка, о котором он сообщил в судебном заседании.

При определении суммы компенсации морального вреда, следует учитывать, что она взыскивается на счет средств казны РФ, которые также должны направляться и на другие необходимые нужды, в том числе на оборону страны. Поэтому суд, исходя из обстоятельств дела, и, руководствуясь принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина, приходит к выводу, что иск ФИО1 подлежит удовлетворению частично. В пользу Фомичева должна быть взыскана компенсация морального вреда в размере 330000 рублей, эта сумма должна быть взыскана с Российской Федерации за счет казны Российской Федерации. Обязанность по исполнению настоящего решения следует возложить на Министерство финансов Российской Федерации в лице Федерального казначейства по Ивановской области.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 удовлетворить частично. Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 330000 (триста тридцать тысяч) рублей в счет компенсации морального вреда.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд, через Вичугский городской суд Ивановской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме (14.03.2025 года).

Судья В.Н. Беззубов.