Решение по делу № 2-709/2023 от 28.11.2023

Дело №2-709/2023

УИД58RS0005-01-2023-000016-97

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Бессоновка 28 ноября 2023 года

Бессоновский районный суд Пензенской области в составе председательствующего судьи Гусаровой Е.В.,

при секретаре Михотиной И.Ф.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующего на основании доверенности № от 05 сентября 2022 года, представителя ответчика НАО «Пансионат «Лучезарный» ФИО3, действующего на основании доверенности от 15 августа 2023 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда в с. Бессоновка гражданское дело по иску ФИО1 к НАО «Пансионат Лучезарный» о защите прав потребителей,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным иском, указав, что 15 марта 2022 года между ней и НАО «Пансионат Лучезарный» в лице представителя ФИО4 были заключены договоры купли-продажи: нежилого помещения №, расположенного по адресу: <адрес>, в нежилом здании с кадастровым номером №, нежилого помещения №, расположенного по адресу: <адрес> в нежилом здании с кадастровым номером №.

В соответствии с п.1.4 вышеуказанных договоров ответчик обязался передать в собственность истца указанные объекты после производства в них ремонтно-отделочных работ не позднее 01 квартала 2022 года, то есть до 01 апреля 2022 года.

Однако в установленный договорами срок объекты не были переданы истцу.

Просила суд со ссылкой на нормы закона «О защите прав потребителей», взыскать с НАО «Пансионат Лучезарный» в свою пользу неустойку за нарушение предусмотренных договорами от 13 мая 2022 года № срока передачи объектов недвижимости за период с 01 апреля 2022 года по 28 июля 2022 года в сумме 29 686 037, 50 руб., денежную компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., штраф, предусмотренный п.6 ст.13 Закона «О защите прав потребителей» в размере 50 % от суммы, присужденной судом в пользу истца.

31 января 2023 года от истца ФИО1 поступило заявление об увеличении исковых требований, согласно которому она просила взыскать с ответчика в свою пользу неустойку за нарушение предусмотренных договорами от 13 мая 2022 года № и № срока передачи объектов недвижимости за период с 01 апреля 2022 года по 28 июля 2022 года в сумме 29 686 037, 50 руб., денежную компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., штраф, предусмотренный п.6 ст.13 Закона «О защите прав потребителей» в размере 50 % от суммы, присужденной судом в пользу истца; признать недействительным условие о рассмотрении споров в суде по месту нахождения продавца, установленное пунктом 10.4 в договорах купли-продажи от 13 мая 2022 года № нежилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, корпус №, пом№ и нежилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>

03 марта 2023 года от представителя истца ФИО2, действующего на основании доверенности №, поступило заявление об уточнении исковых требований, согласно которому, увеличивая исковые требования, в просительной части были допущены технические ошибки в п.1 вместо даты договоров 15 марта 2022 года указано 13 мая 2022 года и в п.2 – отсутствует указание № договора купли-продажи. Окончательно просил взыскать с ответчика в пользу ФИО1 неустойку за нарушение предусмотренных договорами от 15 марта 2022 года № и № сроков передачи объектов недвижимости за период с 01 апреля 2022 года по 28 июля 2022 года в сумме 29 686 037,50 руб., денежную компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., штраф, предусмотренный п.6 ст.13 Закона «О защите прав потребителей» в размере 50 % от суммы, присужденной судом в пользу истца; признать недействительным условие о рассмотрении споров в суде по месту нахождения продавца, установленное пунктом 10.4 в договорах купли-продажи от 15 марта 2022 года № № нежилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, и нежилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>

19 июня 2023 года от представителя истца ФИО2 поступило заявление об увеличении исковых требований, в котором он просил взыскать с ответчика неустойку за нарушение предусмотренных договорами от 15 марта 2022 года №№ сроков передачи объектов недвижимости за период с 01 апреля 2022 года по 13 апреля 2023 года в сумме 49 892 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, штраф, предусмотренный п.6 ст.13 Закона «О защите прав потребителей» в размере 50 % от суммы, присужденной судом в пользу истца; признать недействительным условие о рассмотрении споров в суде по месту нахождения продавца, установленное пунктом 10.4 договоров купли-продажи от 15 марта 2022 года №

10 июля 2023 года представитель истца ФИО2 уточнил исковые требования в части взыскания неустойки, просил суд взыскать с ответчика неустойку за нарушение предусмотренных договорами от 15 марта 2022 года № и № сроков передачи объектов недвижимости за период с 01 апреля 2022 года по 13 апреля 2023 года в размере 30 112 000 руб. и 19 780 500 руб. соответственно.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте судебного заседания извещена своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки суду сообщено не было.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании заявленные требования, уточнения и возражения, поданные стороной истца, поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить. Дополнительно суду пояснил, что согласно условиям договора объекты недвижимости должны были быть переданы истцу в срок до 01 апреля 2022 года. Это сделано не было. Указание в договоре на то, что срок может быть продлен на три месяца до 01 июля 2022 года, нарушает права ФИО1 Ответчик не извещал ФИО1 о готовности объектов недвижимости к сдаче. Указание ответчика на то, что акты приема-передачи передавались истцу через Ш.А.Г., не соответствуют действительности, так как передавался пакет документов, который не включал акты приема-передачи. ФИО1 в свою очередь обращалась с претензией после того, как в июле 2022 года Ш.А.Г. зафиксировал факт неготовности объектов к передаче. В сентябре 2022 года в адрес ответчика были направлены дополнения к претензиям, ответ на которые не поступал. Переписку, представленную стороной ответчика, истец не признает. Пояснил, что до настоящего времени один из объектов недвижимости не освобожден для его использования по назначению, что подтверждается представленными фотоснимками от ноября 2023 года. На фотоснимках видно, что в данном помещении находятся третьи лица, а также имеется не принадлежащее истцу имущество. Указал, что неисполнение своих обязательств по договору не может свидетельствовать о злоупотреблении правом со стороны истца на получение лично документов по передаче квартиры. Ответчика сторона истца в заблуждение не вводила. Указал, что пункты договоров о рассмотрении дела по месту нахождения ответчика противоречит действующему законодательству и нарушает права истца, поэтому они подлежат признанию недействительными. Мораторий на взыскание неустойки к данным правоотношениям применим быть не может, поскольку в возражениях на частную жалобу об отказе в наложении ареста на имущество ответчика НАО «Пансионат Лучезарный» указывал на то, что финансовых трудностей у организации нет. Ответчиком тяжелое материальное положение не доказано. Пояснил, что акты о недостатках объектов не составлялись, направлялись только претензии. Протокол разногласий, предложение составить акт приема-передачи с указанием недостатков в адрес ответчика не направлялись, поскольку ответчик, исходя из Закона «О защите прав потребителей» более сильная сторона правоотношений. Указал, что ФИО1 не получала акты приема-передачи для подписания до апреля 2023 года. Указание представителей ответчика относительно даты готовности спорных объектов постоянно меняется. Доказательств готовности объектов в сентябре 2022 года сторона ответчика не представила. Ответчик предусмотренные п. 10.1 договоров условия о направлении извещений посредством почты не исполнил.

30 января 2023 года от генерального директора НАО «Пансионат Лучезарный» ФИО5 поступил отзыв на исковое заявление, из которого следует, что сроки сдачи объектов недвижимости ответчиком не нарушены. Срок передачи объекта по договору с учетом положений п. 1.4 договоров - до 30 июня 2022 года, нарушение срока передачи объекта должно исчисляться с 01 июля 2022 года. 15 июня 2022 года в адрес истца было направлено уведомления № о необходимости явки для приема помещений. В уведомлении также указано, что в случае неисполнения обязанности по подписанию акта, либо отказа от его подписания, продавец по истечению 10 рабочих дней вправе составить односторонний акт, либо иной документ, подтверждающий приемку помещения и ремонтно-отделочных работ. С июля 2022 года истец неоднократно откладывала даты прибытия для приемки помещения под предлогом занятости и невозможности прибытия, после чего сообщили о передаче полномочий по приемке помещений лицам, указанным в доверенности. С сентября 2022 года по 30 декабря 2022 года уполномоченное лицо дважды посещал объект с целью приемки, не выявил недостатков, однако не подписал предоставленные документы, что свидетельствует о недобросовестности действий истца. Указал, что ответчиком не допущено просрочки исполнения обязательства, что исключает факт наступления вины и начисления штрафных санкций. В период с 01 апреля 2022 года по 01 октября 2022 года неустойка в соответствии с Постановлением Правительства № 497 от 28 марта 2022 года не начисляется. Просили отказать в удовлетворении иска.

Представитель ответчика НАО «Пансионат «Лучезарный» ФИО3 в судебном заседании с заявленными требованиями не согласился, поддержал отзыв, указал, что какие-либо убытки стороной истца понесены не были, поскольку за один год стоимость объектов недвижимости увеличилась более чем в два раза. В сентябре 2022 года представитель истца Ш.А.Г. приезжал для принятия объектов недвижимости, однако, акты приема-передачи не подписал, указав, что их необходимо переделать на собственника. После того, как акты были переделаны, их передали Ш.А.Г. с курьером. Данные обстоятельства подтверждаются пояснениями свидетеля М.Е.М. и перепиской в мессенджере «WhatsApp». Подписанные акты не возвращались ответчику. Представленные стороной истца фотографии при рассмотрении дела не могут быть доказательствами, подтверждающими состояние объектов недвижимости, поскольку определить, когда, где и при каких обстоятельствах они сделаны, невозможно. Доводы представителя истца о том, что объекты недвижимости должны были быть переданы в срок до 01 апреля 2022 года, не соответствуют п. 1.4 договоров. Указание в данном пункте на то, что если акт приема-передачи не будет подписан в течение данного срока, срок автоматически продлевается на три месяца, соответствует законодательству, в том числе, Закону о защите прав потребителей. Просил применить ст. 333 ГК РФ. Объекты к передаче были готовы в сентябре 2022 года, однако, направление уведомлений о готовности объектов подтвердить невозможно. Те письма, которые были направлены в адрес ФИО1, были отправлены без описи вложений. В одностороннем порядке подписание акта приема-передачи законодательством не предусмотрено. Пояснил, что дополнительные соглашения о продлении срока передачи объектов недвидимости в июне 2022 года направлялись по другому корпусу, ФИО1 указанные соглашения были направлены ошибочно. Фактически акты приема-передачи были подписаны 13 апреля 2023 года. С сентября 2022 года по апрель 2023 года ответчик предпринимал попытки для подписания актов приема-передачи. М.Е.М. неоднократно связывалась со стороной истца. Уведомления не направлялись в адрес истца, поскольку ответчик проводит политику клиентоориентированности. Кроме того, отсутствие уведомлений о необходимости явки на приемку связано с недоработками в организационной структуре общества. Указал, что отдельно договор на обслуживание апартаментов, как указывает свидетель Ш.А.Г. и представитель истца ФИО2, не могли передаваться истцу, поскольку данные договоры подписываются только после передачи объектов собственнику. Просил применить к данным правоотношениям мораторий на начисление неустойки, указав, что СВО, пандемия, увеличение ключевой ставки негативно отразились на строительной отрасли, в том числе, на деятельности ответчика, поскольку увеличились затраты, уменьшилось количество лиц, желающих работать в данной сфере. Пояснил, что показания индивидуальных счетчиков и их номера в акте приема-передачи указывается всегда, в представленных стороной ответчика актах от сентября 2022 года данные сведения не указаны, так как нет специальной нормы законодательства, которая предписывала бы вносить данные сведения, а также, вероятно, в связи с тем, что счетчики менялись. У Ш.А.Г. отсутствует специальное строительное образование, позволяющее определить, готов ли объект к сдаче, либо нет.

Ранее в судебном заседании представитель НАО «Пансионат «Лучезарный» ФИО6, действующая на основании ордера № от 27 февраля 2023 года, с заявленными требованиями не согласилась, поддержала отзыв на иск. Указала, что 15 июня 2022 года в адрес истца были направлены почтой уведомления о готовности спорных объектов недвижимого имущества. Ш.А.Г. дважды выезжал на объекты, ему передавались акты приема-передачи, которые стороной истца не были подписаны.

Ранее в судебном заседании представитель НАО «Пансионат «Лучезарный» ФИО7 с заявленными требованиями не согласилась, просила в их удовлетворении отказать. Пояснила, что первоначально общение ответчика по поводу приемки спорных объектов проводилось со Ш.А.Г., который телефон истца не предоставлял. Также взаимодействии осуществлялось с внуком ФИО1 в апреле, мае, июне, ноябре 2022 года. У Ш.А.Г. полномочия на подписание актов приема-передачи в доверенности были предусмотрены. Полагает, что истица и ее представители действовали недобросовестно, злоупотребляли правами, в результате чего срок подписания акта приема-передачи был увеличен по надуманным обстоятельства. 17 июня 2022 года в адрес истца было направлено письмо с указанием предложения о приемки помещений.

Свидетель М.Е.М. ранее в судебном заседании показала, что в период с апреля по ноябрь 2022 года осуществляла взаимодействие с покупателями апартаментов <адрес>, она была менеджером по работе с собственниками. В ее полномочия входила встреча собственников, подписание договоров и актов приема-передачи. Ш.А.Г. был доверенным лицом истца, он приезжал на объекты первоначально летом 2022 года, затем в сентябре 2022 года, однако, от подписи актов приема-передачи отказался, указав, что необходимо согласовать их подписание со ФИО1 Затем он сообщил, что ФИО1 желает лично их подписать, поэтому акты были переделаны, после чего с курьером 19 сентября 2022 года переданы Ш.А.Г., который обязался передать их собственнику. При этом общение со Ш.А.Г. осуществлялось в мессенджере «WhatsApp». Подписание актов откладывалось. В ноябре 2022 года она связывалась со Ш.А.Г., который пояснил, что акты переданы собственнику, почему не переданы подписанные собственником акты, ему неизвестно. Акт приема-передачи был подписан 13 апреля 2023 года Ш.А.Г. и представителем застройщика, при этом велась видеозапись и документы направлялись в г. Пензу для их согласования собственником и другим доверенным им лицом. Фактически объекты были приняты стороной истца в сентябре 2022 года, когда приезжал к ответчику Ш.А.Г. Претензий по объектам недвижимости у Ш.А.Г. в сентябре 2022 года не было, помещения передавались с черновой отделкой. О том, поступали ли от ФИО1 претензии, ей неизвестно, так как этим занимается юридический отдел. На 01 июля 2022 года оба объекта недвижимости, которые принадлежат ФИО1, были готовы, уведомления активно рассылались собственникам.

Свидетель Ш.А.Г. ранее допрошенный в судебном заседании пояснил, что по рабочим вопросам часто бывает на территории <адрес>. Его непосредственный руководитель попросил его оказать содействие ФИО1 в просмотре апартаментов в <адрес> края. В сентябре 2022 года, после того как ему была предоставлена доверенность, он связался с менеджером ответчика М.Е.М. и согласовал дату визита на территорию НАО «Пансионат «Лучезарный». В ходе осмотра апартаментов истца он снимал видео, которое направил ФИО1 Затем спустя пару недель ему передали документы для направления ФИО1, был большой пакет документов, что именно там находилось, ему точно неизвестно, он видел только договоры с управляющей компанией. Факт переписки в мессенджере «WhatsApp» с М.Е.М. не отрицал, указав, что на его телефоне данная переписка не сохранилась, но по стилистике сообщений похоже на его стиль общения. При посещении комплекса в сентябре 2022 года в апартаментах ФИО1 велись работы. М.Е.М. сообщила, что помещения будут готовы к концу 2022 года. Доверенность на его имя была выписана после того, как его не пустили на территорию комплекса, так как документы, подтверждающие его полномочия отсутствовали. Доверенность предусматривала полномочия на подписание актов приема-передачи спорных объектов, но от ФИО1 в сентябре 2022 года он такого поручения не получал, поэтому акты не подписал. Объекты не были готовы: стояки общедомовых труб не были зашиты, отсутствовали радиаторы отопления, по периметру здания стояли строительные леса, входные двери были деревянными. Из представленной переписки с М.Е.М. не следует, что ему передавались акты. В январе 2023 года было согласовано с ответчиком, что приемка будет в апреле 2023 года, почему именно в апреле, он не знает. В апреле 2023 года он подписал акты приема-передачи. Уведомления о готовности объектов и необходимости их приемки ему не вручались.

Суд находит возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося истца ФИО1

Выслушав стороны, исследовав материалы дела и представленные суду доказательства, суд приходит к следующему:

Статья 549 ГК РФ устанавливает, что по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Согласно ст. 556 ГК РФ передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляются по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче. Если иное не предусмотрено законом или договором, обязательство продавца передать недвижимость покупателю считается исполненным после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.

Судом установлено, что 15 марта 2022 года между НАО «Пансионат Лучезарный» в лице представителя ФИО4, именуемое в дальнейшем «продавец», и ФИО1, именуемой в дальнейшем «покупатель», был заключен договор купли-продажи нежилого помещения №, предметом которого является нежилое помещение № с кадастровым номером №, общей площадью 58,1 кв.м., расположенное на 2 этаже по адресу: <адрес>, в нежилом здании с кадастровым номером № (т. 1 л.д.<данные изъяты>).

Согласно п.1.4 договора покупатель уведомлен о предстоящих ремонтно-отделочных работах помещения, дает свое согласие на осуществление ремонтно-отделочных работ помещения. Продавец обязуется выполнить ремонтно-отделочные работы помещения своими силами и/или силами и средствами третьих лиц в срок не позднее 1 квартала 2022 года в соответствии со спецификацией, являющейся Приложением №1 к настоящему договору. При этом, в случае если в течение указанного срока акт приема-передачи помещения с ремонтно-отделочными работами не будет подписан, указанный срок автоматически продлевается на 3 месяца. При этом ответственным лицом перед покупателем за своевременность и качество выполнения ремонтно-отделочных работ помещения в любом случае является продавец.

В силу п.2.1.1 договора продавец обязуется передать помещение с выполненными ремонтно-отделочными работами в сроки и на условиях, предусмотренных договором.

Согласно п.3.1. договора стоимость помещения составила 30112 000 рублей.

Покупатель до подписания договора оплатил сумму, указанную в п.3.1. договора, в полном объеме (п.3.2. договора).

В соответствии со спецификацией к договору купли-продажи нежилого помещения № от 15 марта 2022 года продавец обязуется выполнить следующие виды ремонтно-отделочных работ: работы по чистовой отделке балкона; работы по черновой стяжке пола с разводкой сетей отопления и водоснабжения; в санузлы выведены трубы водоснабжения и канализации, стяжка в санузле не выполняется; вывод силового электрического кабеля от счетчика в МООП; вывод кабеля для сети СКС; установка фрионопровода и дренажа для кондиционера (внутренние блоки кондиционеров передаются при подписании акта приема-передачи); сети пожарной сигнализации и СОУЭ выполняются открытым способом по потолку (датчики и динамики передаются при подписании акта приемки-передачи).

15 марта 2022 года между НАО «Пансионат Лучезарный» в лице представителя ФИО4, именуемое в дальнейшем «продавец», и ФИО1, именуемой в дальнейшем «покупатель», был заключен договор купли-продажи нежилого помещения №, предметом которого является нежилое помещение № с кадастровым номером №, общей площадью 44,9 кв.м., расположенное на 1 этаже по адресу: <адрес> в нежилом здании с кадастровым номером № (т. 1 л.д.<данные изъяты>).

Согласно п.3.1. договора стоимость помещения составила 19780500 рублей. Покупатель до подписания договора оплатил сумму, указанную в п.3.1. договора, в полном объеме (п.3.2. договора).

Согласно Выпискам из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ № и № ФИО1 является собственником нежилых помещений с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, и с кадастровым номером № по адресу: <адрес> (т.1 л.д.<данные изъяты>).

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что в срок, установленный договорами купли-продажи от 15 марта 2022 года №, нежилые помещения не были переданы истцу.

29 июля 2022 года истцом в адрес ответчика в связи с нарушением сроков передачи объектов направлены претензии с требованием выплаты неустойки за период с 01.04.2022 по 28.07.2022 в размере 11 769397,50 руб., штрафа, предусмотренного п.6 ст.13 Закона «О защите прав потребителей», компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей по договору купли-продажи от 15 марта 2022 года №; неустойки за период с 01.04.2022 по 28.07.2022 в размере 17916640 руб., штрафа, предусмотренного п.6 ст.13 Закона «О защите прав потребителей», компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей по договору купли-продажи от 15 марта 2022 года №- (т. 1 л.д. <данные изъяты>).

В ходе рассмотрения дела стороной ответчика была представлена переписка между менеджером М.Е.М. и представителем истца Ш.А.Г. в мессенджере «WhatsApp». Свидетель М.Е.М. подтвердила принадлежность данной переписки, допрошенный в качестве свидетеля Ш.А.Г. в судебном заседании не отрицал факт переписки с менеджером М.Е.М. Как следует из переписки и представленного на флеш-карте архивированного текста переписки с медиа-файлами 09 сентября 2022 года Ш.А.Г. были направлены скан-копии актов приема-передачи спорных объектов. (т. 2 л.д. <данные изъяты>).

При этом документального подтверждения направления ФИО1 распечатанных и подписанных стороной ответчика актов приема-передачи НАО «Пансионат «Лучезарный» представлено не было. Доказательств, подтверждающих пояснения представителя ответчика ФИО3, что данные акты были переданы Ш.А.Г. курьером для дальнейшей отправки ФИО1, также представлено не было. В судебном заседании Ш.А.Г. указывал на то, что в представленных для передачи ФИО1 документах акты приема-передачи он не видел.

Принимая во внимание, что ответчик является юридическим лицом, в штате которого имеются юристы, обладающие специальными познаниями в области юриспруденции, в отсутствие иных доказательств ссылка ответчика как на подтверждение исполнения своих обязательств по передаче объектов недвижимости по договорам, заключенным с истцом, на переписку в мессенджере «WhatsApp» менеджера общества с представителем истца, надлежащим доказательством, подтверждающим данное юридически значимое обстоятельство, не является.

Стороной ответчика также не представлено доказательств, подтверждающих направление истцу по почтовым адресам в соответствии с условиями, предусмотренными п. 10.1 договоров от 15 марта 2022 года, уведомлений о готовности объектов к приемке. Препятствий для направления указанных уведомлений в ходе рассмотрения дела установлено не было.

30 декабря 2022 года ответчиком в адрес ФИО1 было направлено уведомление о приемке помещений, из которого следует, что срок передачи объекта по договору - до 30 июня 2022 года. 15 июня 2022 года истцу было направлено уведомление о готовности передачи помещения с 27 июня 2022 года. С сентября по 30 декабря 2022 года уполномоченное лицо дважды посещал объект с целью приемки, однако не подписывал документы по приемке помещения. Продавцом составлен односторонний акт от 01 августа 2022 года о передаче помещения покупателю (т.1 л.д. <данные изъяты>). При этом данное уведомление не содержит указание на то, когда необходимо прибыть стороне истца для приемки помещений.

Доказательств направления 15 июня 2022 года истцу уведомлений о готовности к передаче помещений с 27 июня 2022 года также не представлено. Почтовые квитанции о направлении писем в адрес истца 17 июня 2022 года содержат описи вложения письма, датированного 17 июня 2022 года, о предложении ФИО1 продления срока передачи объектов недвижимости в связи с невозможностью их передачи в срок, установленный договорами.

Таким образом, доказательств исполнения обязательств по договорам, заключенным со ФИО1 в срок до 13 апреля 2023 года, ответчиком не представлено.

Данное обстоятельство подтверждается представленными суду актами приема-передачи помещения от 13 апреля 2023 года № и №, подписанными сторонами, согласно которым нежилое помещение № с кадастровым номером №, общей площадью 44,9 кв.м., расположенное на 1 этаже по адресу: <адрес>, и нежилое помещение № с кадастровым номером №, общей площадью 58,1 кв.м., расположенное на 2 этаже по адресу: <адрес>, в нежилом здании с кадастровым номером № были переданы ФИО1 только 13 апреля 2023 года.

Сторона ответчика, подписав указанные акты, фактически подтвердила факт нарушения срока передачи объектов недвижимости истцу. Судом не установлено злоупотребление истцом своими правами в этой части.

Довод ответчика о готовности объектов к передаче истцу в июне -сентябре 2022 года (позиция ответчика относительно даты готовности объектов при рассмотрении дела неоднократно изменялась) и уклонении истца от приемки объектов недвижимости, отклоняются судом как не подтвержденные документально, противоречащие установленным судом обстоятельством.

При рассмотрении дела свидетель Ш.А.Г. суду пояснил, что на момент осмотра в сентябре 2022 года в спорных объектах проводились ремонтные работы, данные пояснения подтверждаются и фотоснимками, которые обозревались при рассмотрении дела. На претензию и дополнение к претензии, в которых указывалось на неготовность объектов к приемке, сторона ответчика не ответила. В суд ответчик к истцу с какими-либо требованиями также не обращался.

26 сентября 2022 года в адрес ответчика истцом были направлены дополнения к претензии, в которых истец указывает на то, что спорные объекты недвижимости не готовы, в выполненных работах имеются дефекты и отклонения от строительных норм.

Ответ на данную претензию направлен ФИО1 не был, что не оспаривается стороной истца.

Согласно ст. 23.1 Закона РФ «О защите прав потребителей» договор купли-продажи, предусматривающий обязанность потребителя предварительно оплатить товар, должен содержать условие о сроке передачи товара потребителю. В случае, если продавец, получивший сумму предварительной оплаты в определенном договором купли-продажи размере, не исполнил обязанность по передаче товара потребителю в установленный таким договором срок, потребитель по своему выбору вправе потребовать: передачи оплаченного товара в установленный им новый срок; возврата суммы предварительной оплаты товара, не переданного продавцом. При этом потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему вследствие нарушения установленного договором купли-продажи срока передачи предварительно оплаченного товара. В случае нарушения установленного договором купли-продажи срока передачи предварительно оплаченного товара потребителю продавец уплачивает ему за каждый день просрочки неустойку (пени) в размере половины процента суммы предварительной оплаты товара. Неустойка (пени) взыскивается со дня, когда по договору купли-продажи передача товара потребителю должна была быть осуществлена, до дня передачи товара потребителю или до дня удовлетворения требования потребителя о возврате ему предварительно уплаченной им суммы. Сумма взысканной потребителем неустойки (пени) не может превышать сумму предварительной оплаты товара. Требования потребителя о возврате уплаченной за товар суммы и о полном возмещении убытков подлежат удовлетворению продавцом в течение десяти дней со дня предъявления соответствующего требования. Требования потребителя, установленные пунктом 2 данной статьи, не подлежат удовлетворению, если продавец докажет, что нарушение сроков передачи потребителю предварительно оплаченного товара произошло вследствие непреодолимой силы или по вине потребителя.

Согласно положениям п.1 ст.330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пени) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения обязательства.

Истец просит взыскать с ответчика неустойку по договорам от 15 марта 2022 года № в размере 30 112 000 рублей и № в размере 19 780 500 рублей за период с 01 апреля 2022 года по 13 апреля 2023 года, то есть за 378 дней, исходя из цены договоров. Истцом проверен представленный расчет, суд признает его арифметически верным.

Суд приходит к выводу о том, что требования ФИО1 о взыскании неустойки являются законными и обоснованными и подлежат частичному удовлетворению.

При этом период, за который подлежит взысканию неустойка с учетом положений п. 1.4. договоров, суд считает необходимым определить с 01 июля 2022 года по 12 апреля 2023 года.

Указание стороны ответчика на необходимость применения к данным правоотношениям Постановления Правительства № 497 от 28 марта 2022 года, согласно которому установлен мораторий на начисление неустойки в период с 01 апреля 2022 года по 01 октября 2022 года, основано на неверном толковании закона.

В соответствии с п. 1 ст. 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами (далее для целей данной статьи - мораторий), на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации.

В акте Правительства Российской Федерации о введении моратория могут быть указаны отдельные виды экономической деятельности, предусмотренные Общероссийским классификатором видов экономической деятельности, а также отдельные категории лиц и (или) перечень лиц, пострадавших в результате обстоятельств, послуживших основанием для введения моратория, на которых распространяется действие моратория.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 28 марта 2022 года № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей. Указанное постановление вступило в законную силу со дня его официального опубликования, то есть с 01 апреля 2022 года и действует в течение 6 месяцев до 01 октября 2022 года.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24декабря 2020 года № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что целью введения моратория, предусмотренного указанной статьей, является обеспечение стабильности экономики путем оказания поддержки отдельным хозяйствующим субъектам.

В силу пп. 2 п. 3 ст. 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают последствия, предусмотренные абзацами пятым и седьмым - десятым п. 1 ст. 63 названного закона.

В частности, не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей (абзац десятый п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пункте 7 упомянутого выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, неустойка (статья 330 Гражданского кодекса Российской Федерации), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве). В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория. Лицо, на которое распространяется действие моратория, вправе заявить возражения об освобождении от уплаты неустойки (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве) и в том случае, если в суд не подавалось заявление о его банкротстве.

Согласно разъяснениям, изложенным в ответе на вопрос 10 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 апреля 2020 года, одним из последствий введения моратория является прекращение начисления неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежных обязательств и обязательных платежей по требованиям, возникшим до введения моратория (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве). По смыслу пункта 4 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации этот же правовой режим распространяется и на проценты, являющиеся мерой гражданско-правовой ответственности.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их совокупности следует, что в отношении организаций с момента введения моратория, т.е. с 01 апреля 2022 года на 6 месяцев прекращается начисление неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежных обязательств и обязательных платежей по требованиям, возникшим до введения моратория.

Поскольку спорные правоотношения возникли после введения моратория, положения, установленные Постановлением Правительства № 497 от 28 марта 2022 года, в данном случае применяться не могут.

Рассматривая ходатайство ответчика о применении ст. 333 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

На основании пункта 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

В качестве критерия для установления несоразмерности подлежащей взысканию неустойки последствиям нарушения обязательств должны учитываться конкретные обстоятельства дела, в том числе, цена договора, длительность периода и причины нарушения обязательств застройщиком, принятие застройщиком мер к завершению строительства, исполнение застройщиком своих обязательств, последствия для покупателя нарушения продавцом срока передачи объекта строительства и иные обстоятельства.

Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

Гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что положения п.1 ст. 333 ГК РФ содержат обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба. Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования ч.3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в п.1 ст. 333 ГК РФ речь идет не о праве, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба (п.2 Определения от 21 декабря 2000 года № 263-О).

Принимая во внимание компенсационную природу неустойки, период и причины просрочки исполнения обязательств, отсутствие доказательств о наступлении тяжких последствий для истца, степень вины ответчика, установив баланс интересов, суд полагает, что заявленная истцом неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и в соответствии со ст. 333 ГК РФ считает необходимым снизить размер взыскиваемой в пользу истца неустойки по договорам купли-продажи нежилого помещения от 15 марта 2022 года № до 1000 000 рублей и по договору № до 700 000 рублей, полагая, что такая неустойка соразмерна последствиям допущенных ответчиком нарушений и соответствует принципам разумности, справедливости и балансу интересов обеих сторон.

Требования истца о признании недействительным условия о рассмотрении споров в суде по месту нахождения продавца, установленного пунктом 10.4 в договорах купли-продажи нежилых помещений от 15 марта 2022 года № и №, подлежат удовлетворению по следующим основаниям:

В соответствии с п. 10.4 договоров купли-продажи нежилых помещений от 15 марта 2022 года № все споры, не урегулированные договором, будут разрешаться в соответствии с законодательством Российской Федерации по месту нахождения продавца.

Пунктом 2 статьи 17 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что иски о защите прав потребителей могут быть предъявлены по выбору истца в суд по месту: нахождения организации, а если ответчиком является индивидуальный предприниматель, - его жительства; жительства или пребывания истца; заключения или исполнения договора.

Согласно преамбуле этого закона потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

На основании пункта 1 статьи 1 Закона о защите прав потребителей отношения в области защиты прав потребителей регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации, данным Законом, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

При этом, в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что в соответствии с пунктом 2 статьи 17 Закона о защите прав потребителей исковые заявления по данной категории дел предъявляются в суд по месту жительства или пребывания истца, либо по месту заключения или исполнения договора, либо по месту нахождения организации (ее филиала или представительства) или по месту жительства ответчика, являющегося индивидуальным предпринимателем. Суды не вправе возвратить исковое заявление со ссылкой на пункт 2 части 1 статьи 135 ГПК РФ, так как в силу частей 7, 10 статьи 29 ГПК РФ выбор между несколькими судами, которым подсудно дело, принадлежит истцу.

Исходя из положений ст.17 Закона о защите прав потребителей и ч.7 ст.29 ГПК РФ независимо от установления договорной подсудности у потребителя сохраняется предоставленное законом право выбора суда при обращении в суд за защитой своих прав, которое не может быть отменено или изменено договором.

Поскольку из искового заявления усматривается, что помещения приобретались истцом для нужд семьи – для личного проживания и проживания внуков, доказательств приобретения спорных помещений для осуществления предпринимательской деятельности, не имеется, следовательно, к спорным правоотношениям применимы положения Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей».

Таким образом, положения пунктов 10.4 договоров купли-продажи нежилых помещений от 15 марта 2022 года №СК7-8 и №СК8-4 являются ничтожными и подлежат признанию недействительными в силу положений п. 1 ст. 16 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей», согласно которым недопустимыми условиями договора, ущемляющими права потребителя, являются условия, которые нарушают правила, установленные международными договорами Российской Федерации, настоящим Законом, законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей. Недопустимые условия договора, ущемляющие права потребителя, ничтожны.

Рассматривая требование истца о взыскании денежной компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17, при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Учитывая, что истец выступала с ответчиком в рассматриваемых правоотношениях как потребитель, по делу доказано нарушение ответчиком прав истца, с ответчика в пользу истца на основании ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей», с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий, исходя из принципа разумности и справедливости подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 2000 рублей.

В соответствии с положениями п. 6 ст. 13 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду. Если с заявлением в защиту прав потребителей выступают общественные объединения потребителей (их ассоциации, союзы) или органы местного самоуправления, 50% суммы взысканного штрафа перечисляются указанным объединениям (их ассоциациям, союзам) или органам.

Учитывая, что в добровольном порядке требования истца о взыскании неустойки удовлетворены не были (претензии о выплате неустойки направлялись в адрес ответчика), с ответчика в пользу истцов подлежит взысканию штраф за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя в размере 50 %, а именно в размере 851 000 руб.(1000000+700000+2000)/2).

Оснований для снижения размера штрафа в порядке ст. 333 ГПК РФ суд не находит. Вышеуказанный размер штрафа отвечает его задачам, установленным законодательством о защите прав потребителей, соответствует обстоятельствам дела, характеру спорных правоотношений и, исходя из степени недобросовестности ответчика, а также с учетом последствий для потребителя в результате нарушения его прав, не нарушает баланс интересов сторон.

Согласно ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец была освобождена, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов в федеральный бюджет, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством РФ.

Истец в силу пп.4 п.2 ст. 333.36 НК РФ при подаче иска от уплаты госпошлины освобожден на сумму, не превышающую 1000000 руб., поэтому суд считает необходимым взыскать государственную пошлину, исчисленную из указанной суммы, с ответчика, что составляет 13200 руб., а также взыскать с ответчика госпошлину в размере 300 рублей за требование неимущественного характера о взыскании денежной компенсации морального вреда, а всего взыскать с ответчика госпошлину в размере 13500 руб. в доход местного бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к НАО «Пансионат Лучезарный» о защите прав потребителей удовлетворить частично.

Признать недействительным п. 10.4 договора купли-продажи нежилого помещения от 15 марта 2022 года № заключенного между ФИО1 и НАО «Пансионат Лучезарный», в части указания о подсудности споров по месту нахождения продавца.

Признать недействительным п. 10.4 договора купли-продажи нежилого помещения от 15 марта 2022 года №, заключенного между ФИО1 и НАО «Пансионат Лучезарный», в части указания о подсудности споров по месту нахождения продавца.

Взыскать с НАО «Пансионат Лучезарный» ОГРН №, ИНН № в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт гражданина РФ ДД.ММ.ГГГГ, неустойку по договору купли-продажи нежилого помещения № от 15 марта 2022 года в размере 1000 000 (одного миллиона) рублей, неустойку по договору купли-продажи нежилого помещения № от 15 марта 2022 года в размере 700 000 (семисот тысяч) рублей, денежную компенсацию морального вреда в размере 2000 (двух тысяч) рублей, штраф в размере 851 000 (восьмисот пятидесяти одной тысячи) рубля.

Взыскать с НАО «Пансионат Лучезарный» ОГРН №, ИНН № государственную пошлину в доход муниципального образования Бессоновский район Пензенской области в размере 13500 (тринадцати тысяч пятисот) рублей.

В удовлетворении остальной части иска ФИО1 к НАО «Пансионат Лучезарный» о защите прав потребителей отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пензенский областной суд через Бессоновский районный суд Пензенской области в течение месяца с даты изготовления мотивированного текста судебного решения, которое изготовлено 05 декабря 2023 года.

Судья Е.В. Гусарова