Дело №2-432/2025
УИД 03RS0011-01-2025-000006-52
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
30 мая 2025 года город Ишимбай
Ишимбайский городской суд Республики Башкортостан в составе
председательствующего судьи Шагизигановой Х.Н.
при секретаре Бадртдиновой Д.Н.,
с участием представителя истца ФИО1,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения,
УСТАНОВИЛ :
ФИО2 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО3, с учетом уточнения исковых требований в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) от 21.04.2025 просила взыскать с ответчика в свою пользу неосновательное обогащение в размере 3800000 руб., вложенное в строительство жилого дома по адресу: <...>.
В обоснование иска указала, что ДД.ММ.ГГГГ умерла ее мать ФИО4 При жизни ей принадлежали на праве собственности жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес> На основании договора дарения от 20.09.2016 права на указанное имущество матери перешли к ФИО3 – дочери истца, внучке ФИО4, о чем была сделана запись о переходе прав в ЕГРП. После смерти ФИО4 другие наследники первой очереди - дети умершей 13.09.2019 обратились в суд с иском о признании недействительными договора дарения дома и земельного участка, завещаний, о применении последствий недействительности сделки и включении недвижимого имущества в наследственную массу (дело № 2-5/2021).
Дом, который мать подарила внучке, был старый, ремонтировать его на 2015 г. было нецелесообразно, финансово не выгодно, поэтому при жизни ФИО4 в 2015 г. истец начала строительство нового дома на этом земельном участке и полностью финансировала это строительство, предполагалось, что дом или его большая доля будет оформлена в будущем на ее имя. Она хотела строить дом в Уфе, но мама сказала, что у нее дом уже старый, земли достаточно - бери и строй себе, поэтому она начала строительство нового дома с ее согласия. Данные обстоятельства подтверждаются материалами проверки № ОМВД по России по Ишимбайскому району (л.д. 54), в которых указано, что 16.08.2017 была допрошена мать истца ФИО4, которая сообщила, что она в 2016 г. лично оформила дарственную на имя внучки ФИО3, что с ее согласия началось строительство нового жилого дома, которое осуществляется дочерью ФИО2 Истцы по спору об оспаривании сделок оспаривали сделку о переходе права на старый дом. Вопросы о строительстве нового дома, финансирования его строительства, оформления прав на новый дом, раздела дома или иное при рассмотрении дела не рассматривался, хотя старый дом был снесен еще в августе 2017 г. (при жизни матери истца).
После сноса старого дома ФИО4 некоторое время проживала с ответчиком в городе <адрес>, где была признана <данные изъяты>, а затем уже в новом доме, который имел частичную готовность и постепенно достраивался внутри. Оформлением всех документов занималась ответчик. После сноса старого дома для получения разрешения на газификацию и подсоединение к иным коммуникациям (свету, воде, канализации) нового дома, нужно было его зарегистрировать. Ответчик сказала, что пока оформит недостроенный дом на себя, а потом перепишет на истца. Поэтому ответчик зарегистрировала новый еще недостроенный дом в ЕГРН.
В этом доме также проживал сын истца, который помогал в строительстве. Истец фактически проживала в <адрес>, осуществлять контроль строительства, закупать необходимые строительные материалы и рассчитываться со строителями ей было затруднительно, поэтому контроль за ходом строительства и расчетами с работниками, закупкой материалов осуществляла ответчик. Ей истец передала банковскую карту, доверила распоряжение своими денежными средствами, постоянно пополняла карту за счет своих собственных средств по месту своего фактического проживания и работы, а ответчик распоряжалась ими на территории Республики Башкортостан. В строительство нового дома она вложила много своих сил и денежных средств. Но все отпуска истец проводила по месту строительства нового дома и для осуществления ухода за престарелой матерью.
Согласно выписке из ЕГРН кадастровая стоимость нового дома составляет 1927915,01 руб., но на строительство нового дома она затратила намного большую сумму. Ею были произведены затраты на строительство фундамента нового дома в размере 350000 руб., оплаченные наличными денежными средствами строителям. В 2017 г. она заказала изготовление лестницы на второй этаж, за что оплатила 90000 руб., оплатила подключение, подведение коммуникаций к дому, иные строительные работы, покупку материалов. С ее же карты ответчик расходовала денежные средства не только на строительство, но и на питание, лекарства для бабушки и пр.
Для осуществления строительства истцом были также использованы кредитные средства на общую сумму 2727742 руб. :
1. В сентябре 2015 г. нужно было срочно поднять крышу, чтобы стены не стояли под открытым небом, поэтому 07.09.2015 взяла кредит в сумме 158150 руб., который закрыла только 07.09.2020, оплатив при этом проценты банку в размере 23 474,77 руб;
2. 14.07.2016 взяла кредит в сумме 700 000 руб. под залог своей недвижимости (квартиры), сроком на 60 месяцев, который погасила путем открытия нового кредита в январе 2019 г. в другом банке путем рефинансирования. На момент рефинансирования помимо основного долга были выплачены проценты в размере 211 513,78 руб.;
3. 12.07.2017 брала кредит в сумме 335 010 руб. сроком на 60 месяцев, остаток которого погасила путем открытия нового кредита в январе 2019 г. в другом банке путем рефинансирования. На момент рефинансирования, помимо основного долга, были уплачены проценты банку в размере 88 812,56 рублей.
4. Для проведения рефинансирования, я взяла кредит 30.01.2019 года на сумму 652 127 руб., сроком на 60 месяцев, который закрыла только 20.02.2021. Помимо основного долга банку были оплачены также проценты в размере 115 901,97 руб.
Но так как выплачивать было трудно, денег не хватало, пришлось взять еще один потребительский кредит от 26.06.2019 на сумму 343 200 руб., которым закрыла предыдущий кредит от 30.01.2019, и который она смогла закрыть только в 2022 году.
Между тем, при рассмотрении в суде гражданского дела № 2-5/2021 отношения с ответчиком совсем испортились. В декабре 2019 года ответчик выгнала из нового дома своего старшего брата (сына истца). Затем и ее перестала пускать на порог. Второй этаж дома так и остался недостроенным, т.к. она приостановила финансирование. Ответчик в период активного строительства дома практически жила за ее счет. Она подрабатывала на нескольких подработках, чтобы завершить строительства дома, в котором планировала в дальнейшем проживать. Но ответчик в 2021 году перестала ее пускать в этот дом. Поэтому она вынуждена была уже в тот момент обратиться к юристам для взыскания с ответчика своих денежных средств, которые постоянно ей перечисляла и/или передавала ответчику на строительство нового дома, на иные нужды, т.к. ответчик дом на нее не переписала, не выделила доли в этом доме, не сдержала своего обещания.
Ею был заключен договор от 26.03.2021 на оказание юридических услуг по разрешению спора, связанного с неосновательным обогащением. Именно истец осуществляла финансирование строительства и тот факт, что новый дом оформлен в собственность ответчика, никак не может умалять право истца на возврат своих вложений, т.к. у ответчика собственные денежные средства на строительство дома отсутствовали. Поэтому истец хотела либо вернуть себе дом, либо денежные средства.
Однако юридические услуги ИП ФИО5 не были оказаны надлежащим образом, она уверяла, что направила в суд необходимые документы (исковое заявление о взыскании неосновательного обогащения, оплатила госпошлину, провела оценку рыночной стоимости имущества и пр.), однако все оказалось фикцией, что привело к нарушению ее прав, новому обращению за защитой в мировой суд. Решением мирового судьи судебного участка № 5 по Ишимбайскому району и г. Ишимбаю РБ от 10.12.2024 исковые требования ФИО2 к ФИО5 были удовлетворены частично, с ФИО5 в пользу ФИО2 взысканы денежные средства, уплаченные по договору на оказание юридических услуг от 26.03.2021, в размере 50 000 руб., компенсация морального вреда - 3000 руб.; проценты в порядке ст. 395 ГПК РФ - 3550,55 руб.; штраф за несоблюдение требований потребителя - 28 275,27 руб.; судебные расходы на оплату услуг представителя по договору на оказание юридических услуг - 40000 руб.
Всего истцом было вложено в строительство и на затраты ответчика около 7 000 000 руб. Согласно приложенной истцом справке оценщика о возможной средней рыночной стоимости имущества – дома рыночная стоимость составляет 3800000 руб. В связи с чем, считает эту сумму неосновательным обогащением, т.к. ответчик своих денег в строительство дома не вкладывала, никакой доли в праве собственности на новый дом истцу не выделила, получая денежные средства на строительство, живя при этом практически за счет истца, оформив право собственности на новый дом в единоличную собственность, получила неосновательное обогащение в виде нового дома и/или его стоимости.
На судебное заседание не явились истец ФИО2, ответчик ФИО3, надлежаще и своевременно извещены, не представили суду доказательства уважительности причин неявки, не просили отложить судебное заседание, в связи с чем на основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.
Представитель истца ФИО1 в судебном заседании поддержала уточненные исковые требования, просила их удовлетворить, в своих пояснениях подтвердила изложенные в исковом заявлении обстоятельства. Пояснила, что у ФИО6 на руках было завещание матери, она полагала, что на основании завещания ей перейдет право собственности на дом, поэтому она начала строить. У ФИО3 таких оснований не было, т.к. договор дарения 2016 года. Ответчик заявила о сроке исковой давности. Шел спор по предыдущему делу, мог поменяться собственник жилого дома, поэтому до разрешения спора истец не могла обратиться в суд с иском. В случае, если суд придет к выводу о пропуске срока исковой давности, просила восстановить срок. Представитель истца ФИО5 обманывала клиента, она и ее муж участвовали в предыдущем деле. ФИО5 в переписках обманывала, что она подала иск в суд, отложили судебное заседание, хотя в суд иск не подавала. ФИО6 переводила деньги и на госпошлину, на экспертизу, на бензин. Мировой судья признал, что услуги не были оказаны, взыскал. Поэтому с 2021 год срок растянулся. Неосновательность обогащения доказывается тем, что ответчик не предоставил доказательства о вложении в строительство, выписки - когда, сколько денежных средств и на что были потрачены, - не сохранились, они были переданы ФИО5, не вернула, письменных доказательств нет, карта была у ответчика. Имеются свидетельские показания.
ФИО2 в судебном заседании 20.05.2025 поддержала исковые требования, пояснила, что когда мама умерла, ФИО3 выгнала сына в мороз. Она (истец) приехала, ответчик вызвала полицию - когда были Куштауские события, и ей пришлось уехать. Она обратилась к юристу ФИО5, собрала документы. А сейчас этих документов нет, сейчас у них только с 2019 года. Ответчик сказала, что этот дом ей бабушка подарила, она новый дом построила. Она (истец) строила дом для себя, а сейчас не может попасть в дом. Не было договоренности с мамой о том, что она будет строить дом. Но мать написала ей завещание. Она хотела купить земельный участок под строительство, но мать сказала, если она сделает завещание, построит ли она здесь дом? Она сказала матери: «да». Они съездили к нотариусу ФИО13 и оформили завещание. Первый строитель был ФИО22, у него она купила проект за 15000 руб., по проекту строила. Были чеки, она их не увидела. ФИО7 живет в этом доме. Сын на <данные изъяты>. К дому она подойти не может. Строили с 2015 года. В августе 2017 года они зашли в дом, перетащили вещи, решили, что ломают старый дом. В ДД.ММ.ГГГГ году мать умерла. Когда мать умерла, у нее было много кредитов, она сказала дочери ФИО3 - живи на свои деньги, после чего отношения испортились. Мать умерла ДД.ММ.ГГГГ, после этого сестры подали иск. Договоренности с ответчиком о создании совместной собственности на жилой дом не было. Зять сказал - заеду, буду работать. Хотели на нее оформить, строила для себя. С мамой устная договоренность была, т.к. у нее было завещание. О договоре дарения она узнала позже, уже дом был поднят, из судебного спора. Сестры ей отправили участкового, участковый пришел и сказал, что дом на ФИО7 оформлен, - когда они вошли в дом - в августе-сентябре 2017 года.
В своем письменном возражении ответчик ФИО3 просила отказать в иске за пропуском срока исковой давности, т.к. из искового заявления следует, что истец знал о нарушении его прав уже более девяти лет, поскольку строительство дома началось было в 2015-2017 годах, следовательно, срок исковой давности истек в 2020 году. Довод Истца о том, что в 2021 году у Истца был заключен договор на сказание юридических услуг с ИП ФИО5 не может служить основанием для продления срока исковой давности, т.к. к тому моменту срок исковой давности уже был пропущен. Также указывает, что согласно исковому заявлению в отсутствие письменной договоренности сторон о создании совместной собственности и каких-либо обязательств перед ответчиком, в том числе по строительству жилого дома, Истец оказывал помощь в строительстве жилого дома на не принадлежащем ей земельном участке (земельный участок принадлежал бабушке ФИО4, а затем ФИО3). Вместе с тем, факт отсутствия между сторонами договоренности о создании совместной собственности при участии в строительстве жилого дома в собственных интересах, в связи с чем истец добровольно, безвозмездно, в отсутствие каких-либо обязательств, нес расходы на строительство жилого дома, исключает возможность требовать обратно.
Свидетель ФИО23. в судебном заседании 20.05.2025 суду показал, что у него работал парень ФИО24, он живет в с. <адрес>, занимались лестницами. С его стороны подошли и заказали лестницу. Он выехал в <адрес> осмотрел. В доме была бабушка старая и Фания, это было в 2017 году, размеры посмотрел. Дом был построен, 2 этажа, внутренняя отделка не была сделана. Фания, по разговорам, работала на севере, строила дом, она оплачивала. Они с ней выехали в с. Стерлитамак, покупали материалы на лестницу. Расплачивалась за лестницу 90000 руб. Фания, строительные материалы покупала сама. Был письменный договор. Он сам ставил лестницу, были бабушка и Фания. Вдвоем с ФИО25 вмонтировали.
Согласно показаниям свидетеля ФИО26. в судебном заседании 14.03.2025 он строил дом северянам в деревне - в <адрес> за мечетью. Подошла ФИО2 в начале июня 2015 года, сказала, что ей нужно строить дом, родственники сломают сарай. ФИО6 дала ему деньги, он съездил, заказывал бетон. Потом она уехала, сказала, что карта будет у дочери М-ны. ФИО7 с карты деньги снимала и платила. У кого он строил, дом, ему дали копию проекта, этот проект он отдал ей, чтобы деньги не платить. Они только залили фундамент дома. Бабушка была живая, бросала копейки в фундамент. Как залили фундамент, она позвонила ФИО6, будут ли они продолжать строить. Она сказала, что ФИО7 нашла каменщиков. Чеки он не нашел, где купил, организация ликвидировалась. 220000 руб. ушло на материал и на все, общая сумма. Бетона много ушло, работа – не так уж. Дальше строили другие, ФИО7 решила так.
Согласно показаниям свидетеля ФИО27. в судебном заседании 14.03.2025 он является <данные изъяты> ФИО3 Его просили помочь. Строительством занималась Фания апай. Дом двухэтажный, это был 2017-ый год. Он делал полностью натяжные потолки на первом этаже. Лестница была, на второй этаж не поднимались. С сестрами были тяжелые отношения из-за земельного участка. Когда они начали строительство, сообща хотели что-то делать, у них начался конфликт. Когда дом построили, мать (бабушка) и ФИО4 заехали в дом, с сестрами начались конкретные разногласия, в суд обратились. Бабушка была на пенсии, не знает, - вкладывалась ли она в дом. Было завещание, что дом остается ФИО4, они пытались сделать, что бабушка не в своем уме, до суда дошло. Мать ФИО6 умерла, сестры смирились с тем, что дом ей достается, но сейчас с Мариной спор. Лично с ним рассчиталась ФИО2 и за материалы, и за работу, около 45000 руб., точную сумму сказать не может. ФИО2 на севере работала, ФИО7 - юристом. Она здесь живет в настоящее время, и в то время жила. Дом большой, 2 этажа. В 2017 году он сделал потолки, дом был жилой, они уже заехали, кухонный гарнитур заказывали, мебель не была доставлена. Бабушка уже там жила. Светильники подключали, это было летом 2017 года, отопление на втором этаже делали.
Согласно показаниям свидетеля ФИО28. в судебном заседании 14.03.2025 она является троюродной сестрой. В <адрес> жила мать ФИО8, Фания приезжала их <адрес>. Она хотела под Уфой сроить, но мать сказала, вот же земля есть, тут и строй. Вот она и попала. Сначала разобрали сарай, где новый дом строили. Старый дом разобрали. Сын им натяжные потолки делал. Она сама заходила к ним в гости. Первый этаж у них был основательно сделан, бабушка была жива. Когда бабушка умерла, был второй этаж, полов не было. Последний раз к ним заходила в июле 2024 года. Фания давала деньги. Бабушка умерла, ФИО7 выгнала брата ФИО29, он иногда выпивал. Потом Фания приехала, она плакала и рассказывала, что ФИО7 полицию вызвала и выгнала. На счет финансирования не знает. Фания работала в <адрес>, она перечисляла на карту деньги. ФИО7 руководила строительством. К моменту смерти бабушки и мебель купила, вода, газ, канализация были. Второй этаж не был доделан. Когда бабушка умерла, сестры подали в суд, хотя знали, что сестра вкладывалась. Сначала Фания и ФИО7 были вместе, против сестер судились. Бабушка то на одну сестру, то на другую завещание оформляла, а когда умерла, оказалось, что ФИО7 дарственную оформила. А ФИО2 думала, что завещание на нее, поэтому и вкладывалась, кредиты брала на строительство дома, до этого видимо были накопления. ФИО7 работала №, не может сказать - в состоянии ли была строить дом. Сейчас у нее маленький ребенок, на дому работает. Она знает, что ФИО7 покупала лекарства бабушке, материалы покупала с ее карты. Фания сама приехала, оплатила операцию матери. Она Фание говорила - сначала с документами разберись, потом строй. Она думала – дом построит, вернется и будет жить.
Выслушав представителя ответчика, ответчика, свидетелей, исследовав материалы дела, суд считает иск не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.
Как установлено ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Согласно п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 этого кодекса.
Для возникновения обязательства из неосновательного обогащения необходимо одновременное наличие трех условий: 1) наличие обогащения; 2) обогащение за счет другого лица; 3) отсутствие правового основания для такого обогащения. В связи с этим юридическое значение для квалификации отношений, возникших из неосновательного обогащения, имеет не всякое обогащение за чужой счет, а лишь неосновательное обогащение одного лица за счет другого.
Правила, предусмотренные главой 60 данного кодекса, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).
Согласно разъяснениям, данным судам в п. 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019, по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.
По смыслу пункта 4 статьи 1109 ГК РФ неосновательное обогащение не подлежит возврату, если воля лица, передавшего денежные средства или иное имущество, была направлена на передачу денег или имущества в отсутствие обязательств, то есть безвозмездно и без какого-либо встречного предоставления в дар, либо в целях благотворительности. При предъявлении иска о возврате неосновательного обогащения бремя доказывания наличия обстоятельств, в силу которых неосновательное обогащение не подлежит возврату, либо того, что денежные средства или иное имущество получены правомерно и неосновательным обогащением не являются, возложено на приобретателя.
В соответствии со статьей 1103 ГК РФ, поскольку иное не установлено данным кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные главой 60, подлежат применению также к требованиям: 1) о возврате исполненного по недействительной сделке; 2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; 3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; 4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.
Для правильного разрешения спора по такой категории дел следует устанавливать, существовали ли между сторонами какие-либо отношения или обязательства, знал ли истец о том, что денежные средства им передаются в отсутствие каких-либо обязательств в случае, если их наличие не установлено, а также доказано ли ответчиком наличие законных оснований для приобретения этих денежных средств либо предусмотренных статьей 1109 ГК РФ обстоятельств, в силу которых эти денежные суммы не подлежат возврату.
В силу части 1 статьи 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.
Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств (часть 1 статьи 57 ГПК РФ).
В соответствии с ч. 2 ст. 13 ГПК РФ вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.
Согласно ч. 2 ст. 61 данного кодекса обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. В силу ч. 2 ст. 209 этого же кодекса после вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут вновь заявлять в суде те же исковые требования, на том же основании, а также оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты и правоотношения.
Аналогичные разъяснения даны в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении".
Приведенные положения процессуального закона и разъяснения Верховного Суда Российской Федерации направлены на обеспечение обязательности вступивших в законную силу судебных постановлений и законности выносимых судом постановлений в условиях действия принципа состязательности.
Вступившим в законную силу решением Ишимбайского городского суда от 26.03.2021 по гражданскому делу №2-5/2021 исковые требования ФИО9, ФИО10, ФИО11 к ФИО3, ФИО2 о признании недействительными завещаний ФИО4 от 23.05.2013 и от 23.03.2015, о признании недействительным договора дарения от 17.09.2016 жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, заключенного между ФИО4 и ФИО3, применении последствий недействительности сделки, включении в наследственную массу вышеуказанных жилого дома и земельного участка оставлены без удовлетворения.
Указанным решением, в котором участвовали те же лица (ФИО2, ФИО3 были ответчиками) было установлено, что в собственности ФИО4 при жизни находились жилой дом общей площадью № кв.м, и земельный участок площадью № кв.м, с кадастровым номером № расположенные по адресу: <адрес>
08.02.2016 ФИО4 оформила нотариально удостоверенную доверенность на ФИО3 на оформление и регистрацию права собственности на спорный жилой дом и земельный участок. На основании данной доверенности получено свидетельство о праве собственности на жилой дом и земельный участок от 11.02.2016 на имя ФИО4
17.09.2016 между ФИО3 (внучкой ФИО4) и ФИО4 заключен договор дарения жилого дома с земельным участком, согласно которому Даритель ФИО2 передала, а Одаряемая ФИО3 приняла в дар жилой дом общей площадью № кв.м. и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес> приобретает право собственности на жилой дом и земельный участок с момента государственной регистрации перехода права собственности в Управлении Росреестра по РБ и с момента внесения соответствующих записей в ЕГРП (п.7). После проведения правовой экспертизы Управлением Росреестра по РБ 20.09.2016 произведена регистрация в ЕГРН перехода права собственности и регистрация права собственности ФИО3 на них (за №№ выдана выписка из ЕГРН от 20.09.2016, согласно которой ФИО3 является правообладателем объектов недвижимости.
Как установлено судом из пояснений сторон, их представителей, решения Ишимбайского городского суда РБ от 31.01.2017 года по делу 2-109/2017, на земельном участке по адресу: <адрес> в 2015-2016 годах был построен жилой дом общей площадью № кв.м., право собственности на него решением Ишимбайского городского суда РБ от 31.01.2017 по делу 2-109/2017 признано за ФИО3 как на самовольную постройку.
Данное решение суда вступило в законную силу 07.03.2017, стало обязательным к исполнению для всех государственных органов и граждан, истцами по данному делу, истцами, ответчиком ФИО2, а также при жизни самой ФИО4 не обжалован. Как установлено в указанном решении суда, жилой дом построен на земельном участке с кадастровым номером № находящимся в собственности ФИО3 на основании договора дарения от 17.09.2016, выписки из ЕГРН от 20.09.2016; согласно техническому паспорту от 28.07.2016 жилой дом литера Б построен в 2016 году, общая площадь объекта составляет № кв.м.
Судом из пояснений сторон, их представителей установлено, что старый жилой дом с кадастровым номером № был снесен в 2018-2019 годах после окончания строительства нового дома на том же земельном участке с кадастровым номером №, по данному факту между сторонами спора, расхождений не было.
Судом была дана оценка доводу второго ответчика ФИО2 о том, что она строила новый дом, перечисляя денежные средства дочери ФИО3: «данный довод допустимыми доказательствами не подтвержден и правого значения по данному делу не имеет, поскольку ею исковые требования к ФИО3 не заявлены, к предмету иска о признании завещаний и договора дарения старого дома недействительными отношения не имеет».
ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 умерла.
Тем же решением установлено, что при жизни ФИО4 оформила 2 оспариваемых нотариально заверенных завещания: 1) удостоверенное нотариусом г. Ишимбай РБ ФИО12, зарегистрированное в реестре № завещание от 23.05.2013, в соответствии с которым ФИО4 завещала принадлежащее ей на праве собственности жилой дом с надворными постройками и земельный участок, находящиеся по адресу: <адрес>, в равных долях ФИО2 и ФИО10; 2) удостоверенное нотариусом г. Ишимбай РБ ФИО13, зарегистрированное в реестре за № завещание от 23.03.2015, в соответствии с которым ФИО4 завещала оспариваемый жилой дом с надворными постройками и земельный участок, находящиеся по адресу<адрес>, ФИО2 Суд при этом не нашел оснований для признания их недействительными сделками.
Суд посчитал важными доказательствами прижизненные письменные объяснения самой ФИО4 по данному вопросу, содержащиеся в материалах проверки по заявлениям ФИО9 и других. Так, в своем письменном объяснении от 27.05.2017 (материал КУСП №№ от 05.05.2017 л.д. 24) она пояснила, что проживает по вышеуказанному адресу (<адрес>); у нее есть внучка ФИО3, которая ухаживает за ней постоянно, приезжает к ней, привозит ей продукты питания, лекарства; в сентябре 2016 года она добровольно оформила договор дарения и право собственности на дом и земельный участок по указанному адресу. При дополнительном опросе (л.д. 54) ФИО4 пояснила: «В 2016 году мной лично была оформлена дарственная на имя моей внучки ФИО3 на земельный участок с домом и надворными постройками, расположенными по адресу: <адрес>. Также с моего согласия началось строительство нового жилого дома на моем земельном участке по вышеуказанному адресу, которое осуществляется моей дочерью ФИО2 – матерью Швецовой Марины. ФИО3 и ФИО4 ухаживают за мной, при болезнях оказывают всяческую помощь, претензий к ним не имею. Считаю, что моя дочь ФИО9 с другими сестрами просто завидуют старшей дочери ФИО6 Фание и поэтому жалуются во все инстанции…», т.к. постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 19.08.2017 по данному материалу проверки, в котором также изложено содержание объяснений ФИО4, не обжаловано заявителем ФИО9, вступило в силу.
Установив вышеизложенные обстоятельства, суд пришел к выводу об отсутствии предусмотренных законом оснований для признания завещаний и договора дарения недействительными, применении последствий недействительности сделок (в данном случае указанные в уточненном исковом заявления последствия - как прекращение права собственности ФИО3 на возведенный ею жилой дом и земельный участок, включение вновь построенного жилого дома и земельного участка в наследственную массу при сносе предмета договора дарения – жилого дома, снятии его с кадастрового учета и строительстве нового объекта недвижимости не соответствуют вышеприведенным требованиям ГК РФ), в связи с чем отказал в удовлетворении их исковых требований в полном объеме.
Эти установленные судом обстоятельства не подлежат доказыванию вновь.
В соответствии со статьей 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые по закону должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.
По данному делу суду не представлены допустимые, относимые, объективные и достоверные доказательства возникновения неосновательного обогащения за счет истца у ответчика в пределах срока исковой давности. Поскольку цена иска превышает 10000 руб. и истец утверждает о несении расходов на строительство жилого дома на значительную сумму (выше 10000 руб., о передаче этих сумм своей дочери для вложения в строительство дома, то данные обстоятельства, данный довод должны быть подтверждены письменными доказательствами (ст. 161 ГК РФ).
Выписки по банковскому счету без указания – кем и на что потрачено, справки и доходах, кредитные договоры и справки о задолженностях и об уплаченных по кредитным договорам суммам без указания в самих кредитных договорах в разделе «Цель использования кредита» - на строительство жилого дома, а с указанием - на цели личного потребления, справка о периодах отпуска истца допустимыми, относимыми и достоверными доказательствами несения расходов на строительство жилого дома, вложения в строительство жилого дома по ул. <адрес> не являются.
Суду представлена копия договора на оказание услуг от 04.07.2017 между ФИО2 и ФИО14 на установку, изготовление лестничного марша в доме <адрес>, в которой адрес: <адрес> зачеркнут и дописан на «<адрес> без каких-либо пометок «исправленному верить», цена договора - 90000 руб., издержки исполнителя 20000 руб., вознаграждение исполнителя - 30000 руб. ФИО14 в своих показаниях подтвердил заключение договора с ФИО2 в 2017 года, выполнение работ, установку лестницы и оплату материалов и его услуг, работы ФИО2, оснований не доверять его показаниям у суда не имеется.
Свидетели ФИО30. в своих показаниях также подтвердили, что они производили работы в доме по <адрес> (делали натяжные потолки в 2017 году, построил фундамент дома в 2015 году) по просьбе ФИО2 и что истец расплачивалась лично за их работу. Письменной распиской ФИО15 от 27.05.2025 подтверждается, что за возведение фундамента вышеуказанного жилого дома он получил от ФИО2 220000 руб. В своей расписке от 27.05.2025 ФИО16 подтвердил, что за работу по установке натяжных потолков в доме ФИО2 рассчиталась с ним наличными денежными средствами в районе 45000 руб.
Иных надлежащих и достоверных доказательств вложения в строительство жилого дома истцом не представлено.
Таким образом, судом по данному делу из пояснений сторон, показаний свидетелей, материалов ранее рассмотренных гражданских дел установлено, что ФИО2, зная, что старый жилой дом и земельный участок не принадлежат ей, а принадлежали ранее матери, затем по договору дарения - своей дочери ФИО3, соответственно она в отсутствие письменного договора или соглашения о создании совместной собственности на объект недвижимости с собственниками земельного участка не могла рассчитывать на оформление новостроящегося жилого дома на себя лишь на основании завещания, которое в любой момент при жизни завещателя могло быть отменено, изменено, а объекты недвижимости - отчуждены, о чем ее предупреждала свидетель ФИО16, добровольно безвозмездно в отсутстиве каких-либо обязательств помогала в строительстве жилого дома своей дочери ФИО3, и несла расходы, что (оказание матерью добровольной безвозмездной помощи в строительстве дома) признается ответчиком. Ответчик не признает, что дом строился ФИО2 на свои личные средства и для нее самой, что была какая-либо договоренность, соглашение об оформлении в дальнейшем всего дома или его части на ФИО2, а истцом такие доказательства, отвечающие требованиям допустимости, относимости, объективности и достоверности, суду не представлены, соответственно данный довод истца не доказан, подлежит отклонению.
Кроме того, довод истца о том, что ответчик не имела дохода и не могла сама за счет личных средств строить жилой дом опровергается истребованными судом сведениями о доходах сторон. Согласно сведениям о доходах с Межрайонной ИФНС России №25 по Республике Башкортостан от 15.05.2025, сведений из ОСФР по Республике Башкортостан от 14.05.2025 у ФИО2 за 2016 год доход составлял 411622.17 руб., за 2017 год - 382053.26 руб., за 2018 год – 439807.57 руб., за 2019 год - 475369.04 руб., за 2020 год - 57375.34 руб. + 611258.47 руб., а у ФИО3 за февраль-март 2015 года доход составлял 236400 руб. + 52200 руб., за 2016 год - 372578.50 руб., за 2017 год - 451026.25 руб. + 9085.52 руб., за 2018 год - 474466.50 руб., за 2019 год - 3274.83 руб. + 4463.48 руб. + 155604.25 руб., за 2020 год - 4617 руб. + 54278.49 руб. Эти официально полученные сведения свидетельствуют о том, что у сторон в период строительства дома были примерно одинаковые доходы, у ответчика в 2017 -2018 годах доход намного превышал доход истца.
Далее, ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.
В соответствии со статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Согласно выпискам из ЕГРН право собственности ФИО3 на жилой дом по <адрес> было зарегистрировано за ФИО3 02.10.2017; право собственности на земельный участок по этому же адресу - 20.09.2016. Эти сведения являются общедоступной информацией. Но как указано выше, право собственности на дом решением Ишимбайского городского суда РБ от 31.01.2017 по делу 2-109/2017 признано за ФИО3
Согласно собственным пояснениям истца ФИО2 сестры ей отправили участкового, участковый пришел и сказал, что дом на ФИО7 оформлен, - когда они вошли в дом - в августе-сентябре 2017 года.
Таким образом, начиная с августа –сентября 2017 года ФИО17 знала, кто является надлежащим ответчиком, что и дом, и земельный участок оформлены в собственность ФИО3, соответственно, в отсутствие какой-либо договоренности о переоформлении ей в собственность жилого дома или его части (это истец не отрицает) и наличии предупреждения со стороны свидетеля ФИО31 о необходимости разобраться сначала с документами, прежде чем вкладываться в строительство, срок исковой давности истек в августе-сентябре 2020 года, она обратилась с исковым заявлением только 09.01.2025 - за пределами срока исковой давности. При этом допустимые доказательства вложения своих денежных средств после 2017 года – в 2018-2019 годах истец суду не предоставила.
Какие-либо доказательства о наличии уважительных причин пропуска срока исковой давности, касающиеся личности истца (длительные командировки за границу, тяжелая болезнь и т.д.) или иные обстоятельства, объективно препятствующие истцу обратиться в суд с исковым заявлением к ФИО3 в пределах срока исковой давности, суду также не представлены. Обращение сестер ФИО9, ФИО10, ФИО11 к ФИО3, ФИО2 20.01.2020 в Ишимбайский городской суд с иском о признании недействительными завещаний ФИО4 от 23.05.2013 и от 23.03.2015, о признании недействительным договора дарения от 17.09.2016 жилого дома и земельного участка, далее некачественное оказание юристом ФИО5 юридических услуг с 2021 года не могут быть расценены как уважительные причины пропуска срока.
Обращение сестер с иском об оспаривании сделок никоим образом не препятствовало обращению истца с самостоятельным исковым заявлением к ФИО3 о взыскании суммы неосновательного обогащения, т.к. эти исковые требования никак не связаны, а зарегистрированное право собственности ответчика на дом и земельный участок оставалось действительным, истец с августа-сентября 2017 года достоверно знала, кто конкретно является надлежащим ответчиком (сама об этом пояснила в суде). При этом возможное принятие судом по делу №2-5/2021 решения об удовлетворении исковых требований сестер о признании сделок недействительными и, следовательно, смене собственников жилого дома и земельного участка, в силу положений п. 2 ч. 4 ст. 392 ГПК РФ являлись бы новыми обстоятельствами по делу, влекущими пересмотр решения по взысканию неосновательного обогащения, если бы истец своевременно в пределах исковой давности обратилась в суд и было вынесено решение о неосновательном обогащении. К моменту судебного разбирательства по делу №2-5/2021 еще не истек срок исковой давности, интересы ФИО2 представляли 2 профессиональных юриста, то есть юридическая неграмотность истца также не препятствовала обращению истца в суд с иском о неосновательном обогащении.
В дальнейшем некачественное оказание юристом ФИО5 юридических услуг, обман с ее стороны, установленное решением мирового судьи судебного участка №5 по Ишимбайскому району и г. Ишгимбаю от 10.12.2024 также не влекут восстановление срока исковой давности, т.к., как правильно указано в возражении ответчика, к моменту заключения договора об оказании юридических услуг от 26.03.2021 с ФИО5 уже истек срок исковой давности.
Также несостоятелен довод заявления о восстановлении срока исковой давности о том, что срок исковой давности по требованиям, вытекающим из права на наследственно имущество, следует исчислять с момента принятия наследства. В данном случае, спор не вытекает из права на наследственное имущество (такой спор уже заявлялся истцом по гражданскому делу 2-1554/2024, определением Ишимбайского городского суда от 24.10.2024 оставлено без рассмотрения), т.к. жилой дом, на строительство которого согласно исковому заявлению ФИО2 понесла расходы, не принадлежала наследодателю ФИО4 к моменту смерти на праве собственности.
Таким образом, судом установлено, что истец пропустил срок исковой давности по неуважительной причине, о чем заявила сторона ответчика, суд не нашел оснований для восстановления данного срока, данные обстоятельства являются самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований ФИО2
Кроме того, судом установлено, что истец добровольно по своему усмотрению в отсутствие какого-либо обязательства безвозмездно помогала своей дочери ФИО3 строить вышеуказанный жилой дом, договора, соглашения с ней о создании совместной собственности на объект недвижимости, о возврате ответчиком истцу вложенных ею денежных средств в дальнейшем или, как ссылается представитель истца, заемных отношений между сторонами не было, доказательства обратного истцом суду не представлены, поэтому суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО2 в полном объеме.
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
Решил :
Исковые требования ФИО2 (паспорт <данные изъяты>) к ФИО3 (ИНН № о взыскании неосновательного обогащения в размере 3800000.00 руб. оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан путем подачи апелляционной жалобы через Ишимбайский городской суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме – 18.06.2025 года.
Судья Шагизиганова Х.Н.