Мотивированное апелляционное определение изготовлено 04.09.2023

Дело № 2-815/2022 (№ 33-10930/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

04.08.2023

г. Екатеринбург

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего

ФИО1

судей

ФИО2

ФИО3

при помощнике судьи Бочкаревой В.С.

при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи рассмотрела в открытом судебном заседании в помещении суда 04.08.2023 дело

по иску ФИО4 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в связи с реабилитацией

по апелляционным жалобам сторон на решение Серовского районного суда Свердловской области от 17.10.2022.

Заслушав доклад председательствующего, объяснения представителя третьего лица прокуратуры Свердловской области – ФИО5, возражавшей относительно доводов апелляционных жалоб, судебная коллегия

установил а:

ФИО4 обратился с иском к Министерству финансов Российской Федерации, в котором просил взыскать компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 2500000 руб., указав в обоснование, что 27.04.2019 в отношении него возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации. Приговором Серовского районного суда от 04.12.2019 он признан виновным в совершении указанного преступления, ему назначено наказание в виде 7 (семи) лет лишения свободы. Апелляционным постановлением Свердловского областного суда от 25.06.2020 приговор Серовского районного суда отменен, дело направлено на новое рассмотрение. Приговором Серовского районного суда от 11.01.2021 он признан виновным, назначено наказание, не связанное с лишением свободы. 02.03.2021 апелляционным постановлением Свердловского областного суда в отношении него вынес оправдательный приговор (л.д. 6-12).

Определением Серовского районного суда Свердловской области от 04.08.2022 в порядке ст. 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ФКУЗ МСЧ 66 филиал медчасти № 22 (л.д. 71-75).

Решением Серовского районного суда Свердловской области от 17.10.2022 иск удовлетворен частично, взыскана с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО4 компенсация морального вреда в связи с реабилитацией в размере 700000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано (л.д. 99-105).

Не согласившись с постановленным решением, истец представил апелляционную жалобу, в которой просит решение изменить, иск удовлетворить в полном объеме, полагает незаконным уменьшение размера компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование (л.д. 137-138).

В апелляционной жалобе Министерство финансов России просит решение суда изменить в части суммы компенсации морального вреда, принять новый судебный акт, снизив размер взыскания до уровня, соразмерного степени и характеру физических и нравственных страданий, причиненных истцу уголовным преследованием, с учетом требований разумности и справедливости (л.д. 137-140).

Определением Серовского районного суда Свердловской области от 07.02.2023 Министерству финансов Российской Федерации восстановлен пропущенный процессуальный срок на подачу апелляционной жалобы на решение Серовского районного суда Свердловской области от 17.10.2022 (л.д. 155).

В заседание судебной коллегии не явились извещенные надлежащим образом истец ФИО4, представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации, представитель третьего лица ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России по СО, в связи с чем судебная коллегия, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в отсутствие возражений со стороны лиц, принимавших участие в апелляционном разбирательстве, с учетом наличия сведений об извещении отсутствующих участников гражданского процесса о времени и месте апелляционного разбирательства по правилам ст.ст. 113 – 116 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определила о рассмотрении дела в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела в пределах доводов апелляционных жалоб в соответствии со ст.ст. 327 и 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены решения суда первой инстанции.

Согласно ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

На основании ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (ч. 1).

Право на реабилитацию, в том числе, право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в силу п. 3 ч. 2 ст. 133 данного кодекса имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п. п. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и п. п. 1 и 4 - 6 ч. 1 ст. 27 данного кодекса.

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 данного кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно абз. 3 ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2).

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Как разъяснено в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм гл. 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Вместе с тем, определяя размер компенсации морального вреда, суд, применяя ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, должен исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что 27.04.2019 в отношении ФИО4 возбуждено уголовное дело по подозрению в совершении особо тяжкого преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.

19.07.2019 ФИО4 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

30.07.2019 заместителем Серовского городского прокурора в отношении ФИО4 утверждено обвинительное заключение по обвинению в совершении особо тяжкого преступления, дело направлено на рассмотрение в Серовский районный суд Свердловской области.

С 26.10.2019 ФИО4 находился под стражей по решению суда о розыске.

Приговором Серовского районного суда Свердловской области от 04.12.2019 ФИО4 признан виновным в совершении особо тяжкого преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, приговорен к наказанию в виде лишения свободы на срок 7 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима (л.д. 13-14).

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 25.06.2020 приговор Серовского районного суда Свердловской области от 04.12.2019 отменен, уголовное дело возвращено на новое рассмотрение в ином составе суда, мера пресечения ФИО4 изменена с заключения под стражу на подписку о невыезде и надлежащем поведении (л.д. 15-16).

При новом рассмотрении уголовного дела Серовским районным судом Свердловской области от 11.01.2021 в отношении ФИО4 постановлен обвинительный приговор по ч. 1 ст. 228 Уголовного кодекса Российской Федерации, назначено наказание в виде лишения свободы 1 год условно с испытательным сроком 1 год (л.д.17-20).

Апелляционным приговором судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 02.03.2021 ФИО4 оправдан в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, за отсутствием в его действиях данного состава преступления в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за ним признано право на реабилитацию (л.д. 21-27).

Обращаясь с иском о компенсации морального вреда, требуемую сумму в размере 2500000 руб. истец обосновывал длительностью уголовного преследования, длительностью ограничения и лишения свободы, нравственными переживаниями в связи с этим за себя, свою семью, а также физическими страданиями, так как на момент задержания он был травмирован, а должного лечения в период нахождения под стражей не получал (исковое заявление - л.д. 6-12, письменные объяснения – л.д. 82-87).

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции, руководствуясь ст.ст. 151, 1070, 1071, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из незаконного уголовного преследования истца за совершение преступления, предусмотренного п. «б» ч. 3 ст.228.1.УК РФ, нарушения его личных неимущественных прав, с учетом обстоятельств дела компенсация морального вреда определена судом в размере 700000 руб.

Приходя к выводу о необходимости присуждения денежной компенсации в указанной сумме, суд первой инстанции принял во внимание то, что уголовное преследование по составу преступления, за которое осужден истец, относилось к категории особо тяжких преступлений, предусматривает максимально строгое наказание в виде лишения свободы, все те ограничения, которые имели место в отношении истца в период предварительного расследования, были обусловлены уголовным преследованием в целом: в отношении истца незаконно было возбуждено уголовное дело, незаконно предъявлено обвинение, избрана в отношении него мера пресечения в виде подписки о невыезде, истец незаконно был осужден к наказанию в виде лишения свободы.

Учтено судом первой инстанции и то обстоятельство, что истец испытывал стресс, страх, опасения, что его задержат, возьмут под стражу, несправедливо осудят, так как инкриминируемое преступление относилось к категории особо тяжких, тогда как истец имел непогашенную судимость. Предварительное следствие по уголовному делу длилось 2 месяца 28 дней. Общий срок незаконного уголовного преследования по обвинению ФИО4 в совершении особо тяжкого преступления составил около 2 лет. Из указанного срока он незаконно был лишен свободы в течение 8 месяцев 3 дней (с 26.10.2019 по 29.06.2020). Находясь в местах лишения свободы, ФИО4 тяжело переживал за свою семью, так как имеет на иждивении троих малолетних детей (... года рождения, ... года рождения, ... года рождения), был лишен возможности общения с семьей, нахождение ФИО4 под стражей длительный период лишило его семью источника дохода, он не мог их обеспечивать материально, кроме этого, он был полностью ограничен в своих правах, вынужден был подчиняться правилам отбывания наказания в условиях строгого режима.

Кроме того, судом первой инстанции было учтено, что на момент задержания 26.10.2019 и заключения под стражу у ФИО4 была тяжелая травма обеих нижних конечностей в области пяточных костей, полученная при обнаружении ФИО4 сотрудниками полиции 20.10.2019, когда он от них скрылся по причине страха за вменение преступления и лишение свободы на длительный срок. Соответственно, в период нахождения под стражей, на протяжении 8 месяцев, истец испытывал сильные боли из-за травмы.

При этом суд не согласился с доводами истца о том, что он не получал необходимого лечения в связи с нахождением в местах лишения.

Как установлено в судебном заседании, ФИО4 с 01.11.2019 до вынесения в отношении него оправдательного приговора находился в ПФРСИ при ФКУ ИК-54. При прибытии в ПФРСИ при ИК-54 из ИВС МО МВД России «Серовский» он осмотрен фельдшером филиала «Медицинская часть № 22». По результатам медицинского осмотра ФИО4 установлен диагноз: закрытый перелом пяточных костей со смещением. На момент осмотра ФИО4 в госпитализации не нуждался. ФИО4 с учетом установленного медицинского диагноза неоднократно оказывалась медицинская и консультативная помощь, назначалось и корректировалось медикаментозное лечение, которое им получено в полном объеме. Фактов отказа в оказании медицинской помощи и предоставлении медицинских услуг при содержании ФИО4 в ПРФСИ при ИК-54 не установлено. С обращениями о ненадлежащем оказании медицинских услуг У.М.АБ. в органы прокуратуры не обращался. Каких-либо доказательств, подтверждающих наличие причинно-следственной связи между ухудшением здоровья истца, в том числе возникновением заболевания «очаговый туберкулез в С2 слева», и осуществлением в отношении него уголовного преследования, не представлено. Невозможность обращения за лечением заболевания, выявленного до уголовного преследования, само по себе не свидетельствует об указанном.

Суд первой инстанции также отклонил доводы ответчика о том, что истцом не представлено доказательств несения нравственных страданий, указав, что личные неимущественные права истца были нарушены самим фактом незаконного привлечения к уголовной ответственности.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что факт нарушения личных неимущественных прав истца нашел подтверждение в судебном заседании, поскольку незаконное уголовное преследование свидетельствует о нарушении его личных неимущественных прав, таких как достоинство личности, право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступления, которых он не совершал.

При определении размера компенсации морального вреда, суд первой инстанции, как следует из решения, в полной мере выполнил требования ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации и учел характер и степень причиненных потерпевшему страданий, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, требования разумности и справедливости и иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе личность истца, его индивидуальные особенности, длительность незаконного уголовного преследования и обоснованно взыскал с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 700000 руб.

В апелляционной жалобе истец полагает, что такой размер компенсации морального вреда не отвечает сроку преследования по особо тяжкому преступлению, в отношении которого был оправдан (суд посчитал достаточной компенсации около 900 руб. за каждый день незаконного уголовного преследования, включая время нахождения в местах лишения свободы, которая в три раза меньше заявленной истцом суммы при ее расчете за каждый день более 3000 руб.), не учтен длительный срок психотравмирующей ситуации (дважды был осужден судом, восемь месяцев три дня был незаконно лишен свободы), преследование по статье, привлечение по которой составило бы значительную часть срока отбывания наказания.

Предложенный истцом вариант расчета при определении им размера компенсации морального вреда, предусматривающий одинаковую сумму за каждый день уголовного преследования, не может быть принят за основу как формальный, поскольку не учитывает конкретные обстоятельства дела, так как часть указанного периода истец не подвергался каким-либо ограничениям, часть подвергался ограничениям в виде подписки о невыезде, часть подвергался лишению свободы, пребывая под стражей.

Определенный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда, по мнению судебной коллегии, с учетом установленных по делу обстоятельств и наступивших для истца последствий в наибольшей степени соответствует требованиям разумности и справедливости, характеру перенесенных нравственных и физических страданий, индивидуальным особенностям истца, а также способствует восстановлению нарушенных незаконным уголовным преследованием прав истца.

Учитывая изложенное, оснований для отмены или изменения решения суда в соответствии с положениями ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не имеется, а само по себе не согласие с размером компенсации морального вреда не может явиться основанием для изменения решения суда в части размера компенсации морального вреда, поскольку именно суд в силу представленных ему законом дискреционных полномочий определяет размер компенсации морального вреда, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что доказательств в обоснование доводов о наступлении каких-либо негативных последствий в виде физических и нравственных страданий вследствие уголовного преследования в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не было представлено (при рассмотрении уголовного дела истец признал свою вину, тем самым способствовал увеличению срока расследования дела и вводил органы расследования в заблуждение, мера пресечения заключения под стражу применена в результате действий самого истца, так как ФИО4 скрывался от следствия, в связи с чем был объявлен в розыск, суд не учел, что истец ранее был судим и не осуществлял должное воспитание своих детей, не работал, следовательно, он фактически не обеспечивал материально семью, вред здоровью истец причинил сам себе, спрыгивая с лестницы), отклоняются как безосновательные и опровергаемые материалами дела и содержанием обжалуемого судебного постановления.

Факт незаконного уголовного преследования истца нашел свое подтверждение в процессе рассмотрения дела и является достаточным основанием для удовлетворения заявленных требований лица.

Взысканная судом компенсация в полной мере отвечает физическим и нравственным страданиям истца, в связи с чем вопреки доводам жалобы ответчика у судебной коллегии отсутствуют основания для снижения размера взысканной компенсации, безосновательное ее снижение недопустимо, сумма компенсации должна быть адекватной и реальной.

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия не усматривает оснований, влекущих удовлетворение апелляционных жалоб сторон и отмену обжалуемого решения суда первой инстанции, поскольку судом первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда, с которым не согласились обе стороны, соблюден баланс интересов частного (истца) и публичного (ответчика).

Нарушений норм процессуального права, которые в силу ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются безусловными основаниями к отмене решения суда первой инстанции, в ходе рассмотрения дела судом допущено не было.

Руководствуясь п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определил а:

решение Серовского районного суда Свердловской области от 17.10.2022 оставить без изменения, апелляционные жалобы истца ФИО4 и ответчика Министерства финансов Российской Федерации – без удовлетворения.

Председательствующий

ФИО1

Судьи

ФИО2

ФИО3