21RS0023-01-2023-002766-63
Дело № 2-2770/2023
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
09 октября 2023 года г. Чебоксары
Калининский районный суд города Чебоксары Чувашской Республики под председательством судьи Мартьяновой А.В., при ведении протокола помощником судьи Шипеевым А.Д., с участием представителя истца ФИО1,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,
установил:
В ходе рассмотрения <данные изъяты> районным судом <адрес> уголовного дела в отношении ФИО3 по <данные изъяты> УК РФ потерпевшей ФИО2 предъявлен гражданский иск к ФИО3 о взыскании имущественного ущерба в размере 26990 руб., компенсации морального вреда в размере 100000 руб.
Апелляционным постановлением Верховного Суда Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ приговор <данные изъяты> районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в части разрешения исковых требований ФИО2 отменен с передачей на новое судебное разбирательство в порядке гражданского судопроизводства.
ФИО2 в <данные изъяты> районный суд <адрес> предъявлен уточненный иск к ФИО3 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в размере 100000 руб., взыскании судебных расходов в размере 15000 руб.
Уточненные исковые требования мотивированы тем, приговором Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч<данные изъяты> УК РФ. Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ, находясь возле магазина «Смак» по адресу: <адрес> ФИО3, действуя из корыстных побуждений, выхватил из рук ФИО2 сотовый телефон марки «<данные изъяты> 10». В результате преступных действий ФИО3 истцу причинены физические и нравственные страдания, выразившиеся в сильном эмоциональном потрясении. ФИО2 указывает, что в момент совершения преступления она была напугана, в ходе расследования уголовного дела отец ФИО3 – ФИО4 оказывал на нее психологическое двление, в связи с чем она боялась за свою безопасность и безопасность своих детей. ФИО2 работает медсестрой, неоднократно была вынуждена отпрашиваться на работе для явки в полицию, в связи с чем у нее ухудшились отношения с руководством больницы. После рассмотрения уголовного дела ФИО2 возвращен похищенный сотовый телефон, однако с него были удалены личные данные истца, фотографии, видеозаписи ФИО2 и ее близких, что также вызвало у истца сильные переживания. В результате действия ФИО3 истец испытала негативные эмоции, сердечную боль, депрессию, у ФИО2 нарушился сон. Кроме того, истец не обладает юридическими познаниями, в связи с чем для составления искового заявления была вынуждена обратиться к юристу, стоимость услуг которого составила 15000 руб.
Определением <данные изъяты> районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о компенсации морального вреда передано по подсудности в Калининский районный суд <адрес>.
В судебное заседание истец ФИО2 не явилась, извещена надлежащим образом, реализовала право на участие через представителя.
Представитель истца ФИО1 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал, просил их удовлетворить. Указал, что в совокупности преступные действия ФИО3 причинили истцу моральный вред, размер которого она оценивает в 100000 руб.
Ответчик ФИО3, отбывающий наказание в виде лишения свободы в ФКУ <данные изъяты>, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, представил заявление о рассмотрении дела без его участия.
Заслушав объяснения представителя истца, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.
Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты>., ФИО3, находясь возле магазина «Смак», расположенного по адресу: <адрес>, действуя из корыстных побуждений, с прямым умыслом, направленным на открытое хищение чужого имущества, выхватил из рук ФИО2 принадлежащий ей сотовый телефон марки <данные изъяты>» стоимостью 4449,08 руб., а также находящуюся под чехлом телефона банковскую карту ПАО «Сбербанк России», не представляющую материальной ценности, после чего, удерживая вышеуказанное имущество, скрылся с места совершения преступления, тем самым причинив потерпевшей ФИО2 материальный ущерб на общую сумму 4449,08 руб.
Данные обстоятельства установлены приговором <данные изъяты> районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ, ему назначено наказание в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении. Отказано в удовлетворении заявленных требований потерпевшей ФИО2 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда в размере 100000 руб., имущественного вреда в размере 1990 руб. отказано.
Апелляционным постановлением Верховного Суда Чувашской Республики от ДД.ММ.ГГГГ приведенный выше приговор изменен, из описательно-мотивировочной части исключены ссылка на заявление ФИО2 о смене сим-карты и детализацию телефонных соединений абонентского номера <***> как на доказательства вины осужденного ФИО3, указание о том, что преступление представляет повышенную социальную опасность. Признаны в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО3 в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, раскаяние в содеянном, наличие на иждивении престарелых родственников, снижено назначенное по ч. 1 ст. 161 УК РФ наказание до 1 года 3 месяцев лишения свободы. Этот же приговор в части разрешения исковых требований потерпевшей ФИО2 о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда отменен с передачей материала на новое судебное разбирательство в тот же суд в порядке гражданского судопроизводства. В остальной части приговор оставлен без изменения, а апелляционные жалобы осужденного и потерпевшей – без удовлетворения.
В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Таким образом, судом установлено, что вступившим в законную силу приговором суда ответчик ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ (грабеж), отнесенного уголовным законом к преступлениям против собственности, а истец ФИО2 является потерпевшей по данному уголовному делу.
Обращаясь в суд с иском о компенсации морального вреда, ФИО2 указывает, что в результате преступных действий ФИО3 ей причинены нравственные страдания, выразившиеся в сильном эмоциональном потрясении, она испытывала негативные эмоции, сердечную боль, депрессию, нарушение сна.
Положениями абзаца 1 ст. 151 ГК РФ предусмотрено, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные права, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (абз. 1 ст. 151 ГК РФ).
В силу п. 2 ст. 1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации только в случаях, предусмотренных законом.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, в силу пункта 2 статьи 1099 ГК РФ подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (например, статья 15 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-I "О защите прав потребителей", далее - Закон Российской Федерации "О защите прав потребителей", абзац шестой статьи 6 Федерального закона от 24 ноября 1996 года N 132-ФЗ "Об основах туристской деятельности в Российской Федерации"). В указанных случаях компенсация морального вреда присуждается истцу при установлении судом самого факта нарушения его имущественных прав.
Постановлением Конституционного Суда РФ от 26.10.2021 N 45-П часть первая ст.151 ГК РФ признана не соответствующей Конституции Российской Федерации, ее статьям 21 (часть 1), 45 (часть 1), 46 (часть 1), 52 и 56 (часть 3), в той мере, в какой она - по смыслу, придаваемому ей судебным толкованием (в том числе во взаимосвязи с пунктом 2 статьи 1099 данного Кодекса), - служит основанием для отказа в компенсации морального вреда, причиненного гражданину совершенным в отношении него преступлением против собственности, в силу одного лишь факта квалификации данного деяния как посягающего на имущественные права потерпевшего, без установления на основе исследования фактических обстоятельств дела того, причинены ли потерпевшему от указанного преступления физические или нравственные страдания вследствие нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага.
В п.п. 17, 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» содержатся разъяснения, согласно которым факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, в том числе преступления против собственности, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.
В соответствии со статьей 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Таким образом, действующее правовое регулирование не предполагает безусловного отказа в компенсации морального вреда лицу, которому физические или нравственные страдания были причинены в результате преступления, в силу одного лишь факта квалификации данного деяния как посягающего на имущественные права.
При этом в соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст.12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Установленный действующим законодательством механизм защиты личных неимущественных прав и нематериальных благ, предоставляя гражданам возможность самостоятельно выбирать способы судебной защиты, не освобождает их, по общему правилу, от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации.
Из материалов дела усматривается, что ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ, то есть в совершении преступления против собственности, где объектом преступления является исключительно собственность потерпевшего, то есть его материальное благо, и не затрагивается такой объект преступного посягательства как личность потерпевшего.
Согласно разъяснениям, изложенным в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2020 N 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», по смыслу положений пункта 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданский иск о компенсации морального вреда (физических или нравственных страданий) может быть предъявлен по уголовному делу, когда такой вред причинен потерпевшему преступными действиями, нарушающими его личные неимущественные права (например, права на неприкосновенность жилища, частной жизни, личную и семейную тайну, авторские и смежные права) либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности и др.). Исходя из положений части 1 статьи 44 УПК РФ и статей 151, 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи гражданский иск о компенсации морального вреда подлежит рассмотрению судом и в случаях, когда в результате преступления, посягающего на чужое имущество или другие материальные блага, вред причиняется также личным неимущественным правам либо принадлежащим потерпевшему нематериальным благам (например, при разбое, краже с незаконным проникновением в жилище, мошенничестве, совершенном с использованием персональных данных лица без его согласия). Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.
В данном случае обстоятельства дела не свидетельствуют о причинении физических или нравственных страданий потерпевшей ФИО2 от преступления против собственности, поскольку действия ФИО3 явным образом не нарушают личные неимущественные права ФИО2, а были направлены на завладение имуществом последней – сотовым телефоном.
В пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» содержатся разъяснения, согласно которым судам следует учитывать, что в случаях, если действия (бездействие), направленные против имущественных прав гражданина, одновременно нарушают его личные неимущественные права или посягают на принадлежащие ему нематериальные блага, причиняя этим гражданину физические или нравственные страдания, компенсация морального вреда взыскивается на общих основаниях. Например, умышленная порча одним лицом имущества другого лица, представляющего для последнего особую неимущественную ценность (единственный экземпляр семейного фотоальбома, унаследованный предмет обихода и др.).
При этом в порядке ст. 56 ГПК РФ доказательства тому, что похищенный у ФИО2 сотовый телефон, который был возвращен потерпевшей, имел для нее какую-либо значимую ценность, а также доказательства безвозвратного уничтожения личных данных истца с сотового телефона (фотографии, видеозаписи, заметки), суду не представлены.
Таким образом, при рассмотрении иска о компенсации морального вреда, причиненного преступлением против собственности, судом не установлена необходимая совокупность обстоятельств для возмещения ответчиком морального вреда, в связи с чем суд отказывает в удовлетворении исковых требований ФИО2 в полном объеме.
Поскольку истцом отказано в удовлетворении иска ФИО2, в силу ст. 98 ГПК РФ не подлежат возмещению и судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 15000 руб.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,
решил:
В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда в размере 100000 руб., судебных расходов, отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Чувашской Республики через Калининский районный суд <адрес> Республики в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ
Судья А.В. Мартьянова