РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 июля 2025 года <адрес>

Усольский городской суд <адрес> в составе председательствующего судьи Норкиной М.В., при секретаре судебного заседания Ф.И.О11, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело (данные изъяты) по исковому заявлению Ф.И.О1 к Ф.И.О2, Ф.И.О3, Ф.И.О4 о признании фактическим воспитателем погибшего военнослужащего,

установил:

в обоснование исковых требований истцом указано, что ДД.ММ.ГГГГ при исполнении обязанностей военной службы в зоне специальной военной операции в <адрес> погиб Ф.И.О5. Законодательством предусмотрен ряд мер социальной поддержки членам семей военнослужащих, погибших при исполнении специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины. Указанные выплаты в равных долях производятся членам семьи погибшего участника СВО, круг которых определен действующим законодательством. На сегодняшний день право на получение выплат имеют мать погибшего Ф.И.О5 - Ф.И.О2, его отец Ф.И.О3 и его супруга Ф.И.О4. Он и Ф.И.О2 заключили брак ДД.ММ.ГГГГ, на момент заключения брака и создания семьи у Ф.И.О2 имелся несовершеннолетний сын Ф.И.О6, ДД.ММ.ГГГГ, т.е. в возрасте 5,5 лет, брак с отцом которого Ф.И.О3 был расторгнут ДД.ММ.ГГГГ. После создания семьи жена с сыном переехали в его квартиру по адресу: <адрес> где и проживали все вместе до переезда в <адрес> в 2010 году. Таким образом, он с 2000 года воспитывал и содержал ребенка до его совершеннолетия в 2012 году, т.е. на протяжении 12 лет. Он работал на горнодобывающем предприятии, имел хорошую высокую заработную плату, которая и составляла основной доход семьи. Отношения были родственные и Ф.И.О3 называл его отцом, а он его сыном, хотя официально процедуры усыновления не было. В 2013 году Ф.И.О10 даже переменил фамилию с Ф.И.О14 на его фамилию «Ф.И.О13».

Просит признать его фактическим воспитателем Ф.И.О5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, погибшего ДД.ММ.ГГГГ при исполнении обязанностей военной службы в зоне специальной военной операции.

Истец Ф.И.О1 в судебное заседание не явился по заявлению о рассмотрении дела в своё отсутствие.

Ответчики Ф.И.О2, Ф.И.О3 в судебное заседание не явились по ходатайству о рассмотрении дела в своё отсутствие, исковые требования признали, просили удовлетворить.

Ответчик Ф.И.О4, представители третьих лиц военного комиссариата <адрес> и <адрес>, Министерства обороны Российской Федерации, войсковой части (данные изъяты) в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещались надлежащим образом.

Исследовав в совокупности письменные доказательства по делу, и оценив их в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ), суд приходит к следующим выводам.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья (абзац второй пункта 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 года № 22-П).

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу, как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части1 и 2) и 71 (пункты «в», «м»), обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2002 года № 17-П, от 20 октября 2010 года № 18-П, от 17 мая 2011 года № 8-П, от 19 мая 2014 года № 15-П, от 17 июля 2014 года № 22-П, от 19 июля 2016 года № 16-П).

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство также принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус произведен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности (абзац четвертый пункта 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 года № 22-П).

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 24 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»), страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации») и такие меры социальной поддержки, как единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 - 10 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», единовременная выплата, установленная Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей».

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Такое правовое регулирование, гарантирующее членам семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 года № 22-П, от 19 июля 2016 года № 16-П).

Пунктом 4 части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», вступившим в силу с 11 августа 2020 года, к членам семьи военнослужащего, имеющим право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности отнесены лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактические воспитатели).

Категории членов семей, имеющие право на получение выплат в соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от 19 июля 2011 года № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и частью 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», к числу которых отнесены лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения ими совершеннолетия.

Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 22 ноября 2013 года № 25-П выражена позиция, согласно которой любая дифференциация, приводящая к различиям в правах граждан в той или иной сфере правового регулирования, должна отвечать требованиям Конституции Российской Федерации, в том числе ее статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3), в силу которых такие различия допустимы, если они объективно оправданы, обоснованны и преследуют конституционно значимые цели, а используемые для достижения этих целей правовые средства соразмерны им; из конституционных принципов справедливости, равенства и соразмерности вытекает обращенный к законодателю запрет вводить различия в правовом положении лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях).

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2017 года № 29-П указано, что федеральный законодатель не освобождается от обязанности соблюдать конституционные принципы равенства и справедливости, поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, которые, помимо прочего, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, требуют для субъектов права при равных условиях равного положения, означают запрет вводить не имеющие объективного и разумного оправдания различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории (постановления от 24 мая 2001 г. № 8-П, от 5 апреля 2007 г. № 5-П, от 3 февраля 2010 г. № 3-П, от 27 февраля 2012 г. № 3-П, от 15 октября 2012 г. № 21-П и др.).

Из приведенных нормативных положений и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, в том числе военнослужащим, принимавшим участие в специальной военной операции, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членам семьи военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы.

Таким образом, исходя из содержания вышеприведенных норм и позиций Конституционного Суда РФ следует, что лица, фактически воспитывавшие и содержавшие военнослужащего (погибшего при выполнении обязанностей военной службы), имеют право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой же статьи при условии, если такие лица воспитывали и содержали будущего военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия.

Судом установлено и материалами дела подтверждено, что ДД.ММ.ГГГГ рядовой Ф.И.О5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, стрелок – помощник гранатометчика парашютно – десантного взвода парашютно – десантной роты парашютно – десантного батальона войсковой части (данные изъяты), погиб вследствие ранений, полученных при выполнении задач специальной военной операции в <адрес>, что подтверждается извещением (данные изъяты) от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 9), свидетельством о смерти III-СТ (данные изъяты) от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 10).

Родителями Ф.И.О5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являются Ф.И.О3 и Ф.И.О7, что подтверждается свидетельством о рождении I-СП (данные изъяты) от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 14).

ДД.ММ.ГГГГ между Ф.И.О1 и Ф.И.О14 (после заключения брака Ф.И.О13) Ф.И.О8, был заключен брак, что подтверждается свидетельством о заключении брака I-СП (данные изъяты) от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 11).

Из искового заявления следует, что на момент заключения брака и создания семьи у Ф.И.О2 имелся несовершеннолетний сын Ф.И.О6, ДД.ММ.ГГГГ, т.е. в возрасте 5,5 лет, брак с отцом которого Ф.И.О3 был расторгнут ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о расторжении брака I-СП (данные изъяты) от ДД.ММ.ГГГГ. После создания семьи жена с сыном переехали в его квартиру по адресу: <адрес> где и проживали все вместе до переезда в <адрес> в 2010 году. Таким образом, он с 2000 года воспитывал и содержал ребенка до его совершеннолетия.

Кроме этого, отношения между истцом и погибшим были родственные и Ф.И.О3 называл его отцом, а он его сыном, в 2013 году Ф.И.О10 даже переменил фамилию с Ф.И.О14 на его фамилию «Ф.И.О13», что подтверждается свидетельством о перемене имени I-СТ (данные изъяты) от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 13).

Оценив письменные доказательства в их совокупности, мнение ответчиков Ф.И.О2, Ф.И.О3, признавших исковые требования и подтвердивших обстоятельства, изложенные в иске, суд считает, что имеются основания полагать, что Ф.И.О1 фактически воспитывал и содержал Ф.И.О5 с 6 лет и до его совершеннолетия, то есть более пяти лет до достижения последним совершеннолетия.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования удовлетворить.

Признать Ф.И.О1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, фактическим воспитателем Ф.И.О5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, погибшего ДД.ММ.ГГГГ при исполнении обязанностей военной службы в зоне специальной военной операции.

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в Иркутский областной суд через Усольский городской суд.

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья М.В. Норкина