Судья Соболева О.О. Дело № 33-18866/2023

Уникальный идентификатор дела

50RS0042-01-2022-002406-74

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Цуркан Л.С.,

судей Рыбкина М.И., Мизюлина Е.В.,

при помощнике судьи Гуляеве А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 10 июля 2023 г. апелляционную жалобу ФИО1 на решение Сергиево-Посадского городского суда Московской области от 24 марта 2023 г. по делу по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Инндента» о защите прав потребителя, взыскании денежных средств, уплаченных за стоматологические услуги ненадлежащего качества, компенсации морального вреда, обязании опубликовать информацию о разрешении дела в социальной сети «Вконтакте»,

заслушав доклад судьи Рыбкина М.И.,

объяснения истца, представителя ответчика,

заключение помощника прокурора Коростелевой А.В.,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «Инндента» о защите прав потребителя, взыскании денежных средств, уплаченных за стоматологические услуги ненадлежащего качества, компенсации морального вреда, обязании опубликовать информацию о разрешении дела в социальной сети «Вконтакте», указав, что обратилась к ответчику в ноябре 2020 года за лечением (изготовлением зубных коронок) зубов. При обращении в клинику истцу не был выдан экземпляр договора на оказание платных медицинских (стоматологических) услуг, а также не выдавались документы, подтверждающие оплату оказанных услуг. При этом оплата ею по просьбе ответчика производилась на счет третьего лица. После нескольких месяцев лечения ФИО1 установили зубные коронки в количестве 12 штук на верхнюю челюсть и ей проведено лечение 6 нижних зубов. В процессе лечения ФИО1 обратила внимание медперсонала клиники на причиняемые протезами неудобства и боли. Лечащий врач ФИО2 подточил один зуб, а коронку на другой вернул на доработку, установив на зуб временный материал, который до настоящего момента не заменен на постоянную коронку. В ходе лечения ФИО1 сообщила врачу, что вместо 10 коронок ей установили 12, в том числе 2 на здоровые зубы, не требующие установки коронки. В течение нескольких месяцев ФИО1 испытывала боли и неудобство, обращалась в клинику повторно для устранения недостатков лечения, но ответчик отказался проводить дальнейшее лечение и уволил лечащего врача. Обратиться в другие медицинские учреждения истец не имеет возможности ввиду отсутствия у нее денежных средств. За лечение истец заплатила ответчику 200 000 рублей, возвратить данные средства ООО «Инндента» отказывается. В декабре 2021 года ФИО1 узнала, что лицензия на право осуществления медицинской деятельности выдана ответчику 21.05.2021 года, тогда как лечение начато и проводилось с ноября 2020 года. С учетом изложенного истец просила суд взыскать с ООО «Инндента» в плату за некачественно оказанные услуги в размере 200 000 рублей, 500 000 рублей в счет компенсации морального вреда, возложить на ответчика ООО «Инндента» обязанность в 10-дневный срок с момента вступления решения по настоящему делу в законную силу опубликовать информацию о решении по делу, включая в полном неизменном виде резолютивную часть решения по делу, в социальной сети «Вконтакте».

Решением Сергиево-Посадского городского суда Московской области от 24 марта 2023 г. постановлено исковые требования ФИО1 удовлетворить частично. С ООО «Инндента» в пользу ФИО1 взыскано в счет некачественно выполненных стоматологических услуг по зубопротезированию 8 610 рублей 25 коп., компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, штраф в порядке защиты прав потребителя в размере 9 305 рублей 13 коп. В удовлетворении требований о взыскании платы за оказанные стоматологические услуги на сумму 191 389 рублей 75 коп., компенсации морального вреда в размере 490 000 рублей, а также требований об обязании опубликовать информацию о разрешении дела в социальной сети «Вконтакте» отказано. С ООО «Инндента» в пользу ООО «Институт Судебной Медицины и Патологии» в счет оплаты услуг судебной экспертизы взыскано 10 488 рублей 59 коп. С ФИО1 в пользу ООО «Институт Судебной Медицины и Патологии» в счет оплаты услуг судебной экспертизы взыскано 233 141 рубль 81 коп.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, как незаконное и необоснованное.

Выслушав истца, представителя ответчика, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора, судебная коллегия приходит к следующему.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» разъяснил, что решение должно быть законным и обоснованным (часть 1 статьи 195 ГПК РФ). Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Эти требования при вынесении решения судом первой инстанции в полной мере не соблюдены.

На основании представленных по делу доказательств и с учетом проведенной по делу судебно-медицинской экспертизы ООО «Институт Судебной медицины и Патологии» от 15.03.2023 г. № 057Э/22 судом установлено, что истцу ФИО1 в стоматологической клинике ответчика ООО «Инндента» в период времени с 05.11.2020 года по 28.03.2021 года оказаны следующие услуги: эндодонтическое лечение зубов 47, 48, 26, 27, 11, 23; лечение неосложненного кариеса зубов 34, 35 (препарирование кариозной полости с последующей установкой постоянной пломбы «Эстелайт»); замена старой пломбы на новую в связи с прогрессированием кариеса на зубе 37; замена временной пломбы на постоянную на зубе 13 после эндодонтического лечения по поводу кариеса, выполненного в другой клинике; протезирование раздельными металлокерамическими коронками зубов верхней челюсти 16, 15, 14, 13, 12, 11, 21, 22, 23, 24, 25, 26 с препарированием собственных зубов.

Большинство диагнозов и состояний установлено ФИО1 правильно, на основании зафиксированной в медицинской карте клинической симптоматики, за исключением противоречащих рентгенологическим данным (ОПТГ от 29.09.2020 года) диагнозам и состояниям: 13, 45 – состояние после эндодонтического лечения, которое не является диагнозом, а относится к отражению ранее проведенного лечения зуба, и 26 хронический гранулематозный периодонтит, 27 хронический фибринозный периодонтит.

При оказании медицинской помощи ФИО1 в ООО «Инндента» допущены следующие дефекты: диагностики и тактики: при первом посещении 05.11.2020 года не установлен диагноз, не проведена диагностика состояния зубочелюстной системы в целом (КТ, ОПТГ), не составлен согласованный с пациенткой план лечения (протезирования), в зубной формуле ошибочно указан отсутствующий зуб 45, необоснованно установлены диагнозы: 13, 45 – состояние после эндодонтического лечения, которое не является диагнозом, а относится к отражению ранее проведенного лечения зуба, и 26 хронический гранулематозный периодонтит, 27 хронический фибринозный периодонтит; лечения: фиксации коронки на зуб 16 (зуб с хроническим периодонтитом) без предварительного лечения/удаления зуба; ведения медицинской документации: отсутствие информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и результатов рентгенологических исследований (снимков), записи сделаны не в хронологическом порядке.

Учитывая наличие ряда дефектов оказания медицинских услуг ФИО1 в ООО «Инндента», в том числе дефект ведения медициной документации, судебные медицинские эксперты пришли к выводу о том, что обследование и лечение в связи с этим не может быть признано правильным, своевременным и оказанным в полном объеме, поскольку объем согласованных сторонами услуг не представляется возможным установить. При этом, комиссия экспертов подчеркнула, что в целом протезирование зубов верхней челюсти ФИО1 проведено правильно, за исключением зуба 16.

Никаких неблагоприятных последствий лечения в ООО «Инндента» на момент осмотра ФИО1 в ходе проведения экспертизы не выявлено, коронки установлены правильно и функционируют более 1,5 лет (за исключением коронки на зуб 16).

Несмотря на наличие ряда дефектов диагностики и лечения, пациентке в целом проведено качественное протезирование, никаких неблагоприятных последствий экспертная комиссия не усмотрела.

Зуб 16 удален 01.12.2022 года по причине обострения хронического периодонтита, который имелся у ФИО1 до лечения в ООО «Инндента», его удаление комиссия не связывает с последствиями лечения ФИО1, проведенного в ООО «Инндента», данное удаление как устранение дефекта на момент экспертного исследования уже произведено в другой клинике.

Разрешая спор по существу, суд с учетом выводов судебно-медицинской экспертизы исходил из того, что лечение с точки зрения качества оказанной истцу ответчиком медицинской помощи проведено в целом верно и качественно, виновных действий (бездействия) медицинским персоналом ООО «Инндента» при лечении и зубопротезировании ФИО1 не допущено, равно как и не установлено причинения вреда здоровью истца, подтверждены лишь незначительные дефекты лечения и диагностики, не повлекшие вреда здоровью.

Определяя сумму возмещения расходов по оплате некачественно оказанных медицинских услуг, суд исходил из того, что дефект лечения был допущен лишь в отношении одного зуба (16), поэтому с ответчика подлежит взысканию стоимость лечения этого зуба, состоящая из стоимости изготовления диагностической модели зуба в размере 750 руб. и стоимости протезирования зуба металлокерамической коронкой в размере 7 860 руб. 25 коп., всего на сумму 8 610 руб. 25 коп.

Поскольку судом при разрешении спора установлен факт нарушения прав ФИО1 как потребителя оказываемых ООО «Инндента» медицинских услуг в части надлежащего информирования путем правильного ведения медицинской документации, а также дефекта лечения одного зуба, не повлекшее причинение вреда здоровью, суд пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда с учетом степени причиненных истцу неудобств, связанных с неправильным лечением, в размере 10 000 руб.

Поскольку судом установлено нарушение права истца как потребителя, суд на основании пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей» взыскал с ООО «Инндента» в пользу ФИО1 штраф в размере 9 305 руб. 13 коп.

Кроме того, суд, руководствуясь положениями статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, взыскал с каждой из сторон стоимость проведенной по делу судебно-медицинской экспертизы пропорционально удовлетворенным требованиям.

Отказывая в удовлетворении иска ФИО1 в части понуждения опубликовать информацию о разрешении дела в социальной сети «Вконтакте», суд указал на ненадлежащий способ защиты по данной категории дел.

Судебная коллегия находит решение суда в части размера взысканных с ООО «Инндента» в пользу ФИО1 денежных средств в счет некачественно выполненных стоматологических услуг по зубопротезированию, компенсации морального вреда, в части взыскания с ООО «Инндента» в пользу ФИО1 штрафа в порядке защиты прав потребителя, а также в части распределения судебных расходов по оплате стоимости проведенной по делу судебно-медицинской экспертизы основанным на неправильном применении норм материального и процессуального права, а также не соответствующим фактическим обстоятельствам дела.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарнопротивоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния; медицинская организация - юридическое лицо независимо от организационно-правовой формы, осуществляющее в качестве основного (уставного) вида деятельности медицинскую деятельность на основании лицензии, предоставленной в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о лицензировании отдельных видов деятельности. Положения настоящего Федерального закона, регулирующие деятельность медицинских организаций, распространяются на иные юридические лица независимо от организационно-правовой формы, осуществляющие наряду с основной (уставной) деятельностью медицинскую деятельность, и применяются к таким организациям в части, касающейся медицинской деятельности. В целях настоящего Федерального закона к медицинским организациям приравниваются индивидуальные предприниматели, осуществляющие медицинскую деятельность (пункты 3, 9, 11 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»),

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации (часть первая статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части второй статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части второй и третьей статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с абзацем 3 пункта 1 статьи 29 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе потребовать соответствующего уменьшения цены выполненной работы (оказанной услуги).

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела (статья 59 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (статья 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть 2).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3).

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4).

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства. Дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными.

Если судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 1 части 1 статьи 330 ГПК РФ), то суду апелляционной инстанции следует поставить на обсуждение вопрос о представлении лицами, участвующими в деле, дополнительных (новых) доказательств и при необходимости по их ходатайству оказать им содействие в собирании и истребовании таких доказательств (пункт 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 N 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции»).

Из совокупности представленных в дело актов выполненных работ следует, что общая стоимость лечения 12 зубов ФИО1 в ООО «Инндента» составила 154 008 руб. (т. 1, л.д. 33-69).

С учетом доводов апелляционной жалобы ФИО1 и возникшими сомнениями в правильности определенной судом стоимостью лечения одного (16-го) зуба судебная коллегия в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и пунктом 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 N 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» предложила представителю ответчика представить полный расчет стоимости лечения зуба.

Во исполнение судебного запроса представителем ответчика представлен расчет стоимости лечения одного зуба в размере 10 180 руб. (изготовление диагностических моделей, снятие оттисков с зубов обеих челюстей 740 руб. за 1 зуб + коронка, винир, зуб пластмассовый изготовленный прямым методом материал «LuxaTemp» 1 580 руб. за 1 зуб + установление коронок металлокерамических 7 860 руб. за 1 зуб).

Данный расчет не может быть признан достоверным, поскольку не учитывает стоимость приемов врача, стоимость сопутствующих услуг и процедур, из которых складывается общая стоимость лечения в размере 154 008 руб., что ответчиком не опровергнуто.

Размер уменьшения цены выполненной работы (оказанной услуги) должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу абзаца 3 пункта 1 статьи 29 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» в удовлетворении требования об уменьшении цены выполненной работы (оказанной услуги) не может быть отказано только на том основании, что ее точный размер невозможно установить. В этом случае размер уменьшения цены выполненной работы (оказанной услуги) определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Учитывая изложенное, судебная коллегия полагает возможным определить стоимость лечения одного зуба ФИО1 в ООО «Инндента» с разумной степенью достоверности, с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению путем деления общей стоимости лечения на количество зубов, в отношении которых ответчиком производилось лечение, чему соответствует сумма в размере 12 834 руб. (154 008 руб. / 12).

Поскольку судебно-медицинской экспертизой установлены дефекты лечения 16-го зуба, а также принимая во внимание доводы истца о том, что лечение 2-х зубов оказано без ее согласия (просила вылечить 10 зубов, включая 16-й зуб, однако медицинские услуги оказаны в отношении 12 зубов), при этом данные доводы истца ответчиком допустимыми доказательствами не опровергнуты, подписанные истцом документы о согласии лечения 12-ти зубов (договор об оказании медицинских услуг, план лечения, информированное согласие и т.п.) не представлены, судебная коллегия взыскивает с ответчика в пользу истца стоимость стоматологических услуг по лечению 3-х зубов в сумме 38 502 руб. (12 834 руб. х 3).

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Абзацем вторым статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33).

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Руководствуясь приведенными нормами материального права о компенсации морального вреда и разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации о их применении, принимая во внимание степень причиненных истцу физических и нравственных страданий вследствие некачественного оказания медицинской помощи и нарушения прав истца как потребителя, характер допущенных нарушений и их последствия, учитывая длительность лечения и последующего восстановления, а также учитывая степень вины ответчика в оказании истцу медицинской помощи ненадлежащего качества, судебная коллегия приходит к выводу о том, что требованию разумности и справедливости отвечает компенсация морального вреда в размере 100 000 руб.

При таких обстоятельствах решение суда в части размера стоимости стоматологических услуг, подлежащих взысканию в пользу истца, и в части размера компенсации морального вреда подлежит изменению.

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

ФИО1 обратилась к ООО «Инндента» с требованием о взыскании стоимости некачественно оказанных стоматологических услуг, ссылаясь на положения статьи 29 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», согласно которой потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе потребовать соответствующего уменьшения цены выполненной работы (оказанной услуги).

Из приведенной нормы закона следует, что стоимость услуги подлежит уменьшению при наличии недостатков оказанной услуги. Размер же подлежащих взысканию денежных средств определяется судом после установления в судебном порядке факта нарушения прав потребителя, наличия недостатков оказанной услуги.

Возражая против иска ФИО1, ответчик ООО «Инндента» утверждал, что права истца, как потребителя медицинских услуг, не нарушены, медицинская помощь истцу была оказана надлежащего качества. В подтверждение данного довода ответчиком представлены имеющиеся у него медицинские документы.

Таким образом, вопрос о качестве оказанной ФИО1 медицинской помощи в ООО «Инндента» разрешен лишь в процессе судебного разбирательства на основании проведенной по делу судебно-медицинской экспертизы, размер подлежащих удовлетворению требований истца определен судом после исследования и установления всех юридически значимых обстоятельств (оказания ФИО1 некачественной медицинской помощи, вины медицинской организации в оказании некачественной медицинской помощи).

Следовательно, вывод суда о том, что требования ФИО1 о компенсации морального вреда, возврате стоимости услуги подлежали удовлетворению в добровольном порядке, противоречит нормам материального закона и фактическим обстоятельствам дела.

При таких обстоятельствах основания для взыскания с ООО «Инндента» в пользу ФИО1 штрафа, предусмотренного пунктом 6 статьи 13 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», отсутствуют, поскольку оснований для добровольного удовлетворения требований истца у ответчика не имелось, такие основания установлены лишь по результатам судебного разбирательства на основании проведенной по делу судебно-медицинской экспертизы.

В связи с этим решение суда в части взыскания с ответчика в пользу истца штрафа подлежит отмене.

Кроме того, решение суда в части распределения между сторонами расходов по оплате стоимости проведенной по делу судебно-медицинской экспертизы основано на неправильном применении норм процессуального права.

В соответствии со статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суммы, подлежащие выплате экспертам, относятся к издержкам, связанным с рассмотрением дела.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда) (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Из материалов дела следует, что в целях установления юридических значимых обстоятельств, в том числе факта оказания истцу медицинских услуг ненадлежащего качества, судом по делу назначена экспертиза.

Стоимость судебно-медицинской экспертизы от 15.03.2023 г. № 057Э/22, проведенной ООО «Институт Судебной медицины и Патологии», составила 243 630 руб. 40 коп.

С учетом приведенных норм процессуального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации указанная стоимость судебной экспертизы подлежит взысканию с ответчика в полном объеме без применения положений процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек, поскольку истцом было заявлено, в том числе имеющее денежную оценку требование неимущественного характера, направленное на защиту личных неимущественных прав - требование о компенсации морального вреда вследствие оказания медицинских услуг ненадлежащего качества и связанных с этим физических и нравственных страданий (физической боли), и данное требование удовлетворено исходя из конкретных обстоятельств дела, принципов разумности и справедливости.

В соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ООО «Инндента» в доход бюджета городского округа Сергиево-Посад Московской области взыскивается государственная пошлина в размере 1 655 руб. 06 коп

На основании изложенного и руководствуясь статьями 327-328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Сергиево-Посадского городского суда Московской области от 24 марта 2023 г. в части взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Инндента» в пользу ФИО1 в счет некачественно выполненных стоматологических услуг по зубопротезированию 8 610 руб. 25 коп., компенсации морального вреда в размере 10 000 руб., в части взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Инндента» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Институт Судебной Медицины и Патологии» в счет оплаты услуг судебной экспертизы 10 488 руб. 59 коп. изменить; в части взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Инндента» в пользу ФИО1 штрафа в порядке защиты прав потребителя в размере 9 305 рублей 13 коп., в части взыскания с ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Институт Судебной Медицины и Патологии» в счет оплаты услуг судебной экспертизы 233 141 рубль 81 коп. отменить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Инндента» в пользу ФИО1 в счет уменьшения стоимости стоматологических услуг сумму в размере 38 502 руб., компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Инндента» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Институт Судебной Медицины и Патологии» в счет оплаты услуг судебной экспертизы 243 630 руб. 40 коп.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Инндента» в доход бюджета городского округа Сергиево-Посад Московской области государственную пошлину в размере 1 655 руб. 06 коп.

В остальной части решение суда оставить без изменения.

Апелляционную жалобу ФИО1 удовлетворить частично.

Председательствующий

Судьи