61RS0017-01-2025-001737-75
№ 2-903\2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
23 сентября 2025 года г. Зверево
Красносулинский районный суд в составе председательствующего судьи Самойленко М.Л.,
при секретаре Иньковой Н.С.,
с участием зам. прокурора г. Зверево Говорковой Л.А.,
истца ФИО1., ее представителя ФИО2.,
представителя ответчика ФИО3,
рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к АО «Донуголь» о взыскании компенсации морального вреда вследствие профессионального заболевания,
Руководствуясь 194-198 ГПК РФ, суд,
УСТАНОВИЛ:
Истец обратился в Красносулинский районный суд с иском с учетом его уточнения) к АО «Донуголь» о взыскании компенсации морального вреда по тем основаниям, что 17.07.2019 года во время работы у ответчика в должности «машинист сортировок 4 разряда» ей впервые установлен заключительный диагноз профессионального заболевания: « Хроническая обструктивная болезнь легких первой-второй стадии. Эмфизема легких. Дыхательная недостаточность первой-второй степени».
Профессиональное заболевание возникло в результате длительной работы в организации ответчика, в условиях вредных производственных факторов.
При исполнении трудовых обязанностей работодателем не были созданы, в соответствии со ст.212 ТК РФ, условия труда, исключающие повреждение здоровья и это привело к повреждению здоровья профессиональным заболеванием, в связи с чем решением Бюро МСЭ от 14.11.2019 ей впервые установлено 30% утраты профтрудоспособности. При очередном освидетельствовании 28.11.2022 ей впервые было установлено 40% утраты профтрудоспособности. и третья группа инвалидности. 27.11.2023 истцу повторно установлено 40% утраты профтрудоспособности. и третья группа инвалидности.
Выявленное у неё профессиональное заболевание, причинившее вред её здоровью, причинило ей моральный вред, выразившийся не только в физических страданиях, но и в нравственных переживаниях и страданиях, а именно: постоянно мучает отдышка, физическая нагрузка затруднительно, при незначительных физнагрузках трудно дышать, тяжело выполнять работу потдомуе, тяжело подниматься на этажи, нарушен полноценный сон, постоянно вынуждена принимать лекарства,
22.11.2019 г. была вынуждена уволится. По состоянию здоровья продолжать работу на прежнем рабочем месте не имеет возможности. В настоящее время не работает. Устроится на подходящую работу не имеет возможности, ввиду отсутствия подходящей работы, которая соответствовала бы состоянию здоровья.
Из-за болезни вынужден большую часть времени и средств тратить на лечение.
05.12.2019 года ответчиком произведена выплата морального вреда в размере 55 980,00 рублей, в соответствии с условиями п. 10.1.2 Коллективного договора. Однако, считает размер выплаченной компенсации чрезмерно заниженным, не соответствующим принципам справедливости и соразмерности
На основании вышеизложенного, просит суд взыскать с АО «Донуголь» в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 1 127 791,36 рублей,
В судебном заседании истец, представитель истца заявленные исковые требования поддержали в полном объеме мотивируя доводами, изложенными в иске.
Представитель ответчика АО «Донуголь» - ФИО3 заявленные исковые требования не признала по основаниям, изложенным в отзыве и пояснила, что истцу была выплачена компенсации, в соответствии с п. 10.1.2. Коллективного договора АО «ДОНУГОЛЬ», действующего в период получения профзаболевания и установления степени утраты трудоспособности Истцу. 05.12.2019г. общество выплатило денежные средства в счет компенсации морального вреда в размере 55 980,00 рублей. По мнению представителя ответчика, данная сумма соразмерна степени морального вреда, причиненного истцу в результате несчастного случая на производстве. Кроме того истцу было предложен перевод на другую работу, в соответствии с рекомендациями, указанными в программе реабилитации профессионального заболевания, однако истец от данного предложения отказался. Указала на тяжелое материальное положение АО «Донуголь» по причине дефицита денежных средств и низкой платежеспособности, вызванное геополитическими событиями, введением жестких, незаконных санкций со стороны запада по отношению к Российской Федерации.
Прокурор в заключении полагал, что исковые требования законными и обоснованными, подлежащими удовлетворению, размер компенсации морального вреда просил установить на усмотрение суда.
Суд, выслушав стороны, мнение прокурора, изучив материалы дела, считает, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.
В силу ст. ст. 20, 41 Конституции РФ, ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.
Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ причинение вреда здоровью дает потерпевшему право на компенсацию морального вреда.
Согласно ч.3 ст. 37 Конституции РФ каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.
Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.
В силу ч. 2 ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условия условий труда возлагается на работодателя.
При этом, в силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Суд при разрешении требований о взыскании компенсации морального вреда, причиненного работнику вправе как согласиться с размером компенсации, исчисленной в порядке, определяемом сторонами трудовых отношений, так и прийти к выводу об определении размера компенсации, отличной от условий, предусмотренных в коллективном (трудовом) договоре.
Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний").
Из разъяснений, данных в п.63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового Кодекса Российской Федерации", следует, что в соответствии со ст.237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
В судебном заседании установлено, что истец работал в АО «ДОНУГОЛЬ» в период с 03.12.2007 по 31.12.2010 в качестве бункеровщика, с 01.01.2011 по 22.11.2019 в качестве машиниста сортировок 4 разряда.
22.11.2019 года в связи с отказом от перевода на другую работу в соответствии с медицинским заключением, трудовой договор между работником и работодателем был расторгнут, что подтверждается приказом № 4195-к от 22.11.2019..
Также в судебном заседании установлено, что в период работы истца в АО «Донуголь» ею получено профессиональное заболевание – « Хроническая обструктивная болезнь легких первой-второй стадии. Эмфизема легких. Дыхательная недостаточность первой-второй степени».
Названные обстоятельства подтверждаются копией справкой серии МСЭ-2022 № 00229167от 27.11.2023 со сроком переосвидетельствования 29.11.2024 ( л.д.31), справкой серии МСЭ-2023 № 0347524 от 27.11.2023 со сроком переосвидетельствования 29.11.2024 ( л.д.32), актом № 28-52\5910 от 28.10.2019 о случае профессионального заболевания, санитарно-гигиенической характеристикой условий труда истца № 28-52\4605 от 15.08.2019, медицинскими документами, представленными истцовой стороной в качестве доказательств.
Из акта о случае профессионального заболевания следует, что профессиональное заболевание у истца возникло в условиях длительного воздействия вредных производственных факторов в результате его работы в том числе, АО «Донуголь». Вышеназванным актом подтверждена причинно-следственная связь выявленного у истца профессионального заболевания с вредными условиями труда, длительностью их воздействия по месту её работы.
Доказано, что истец испытывал воздействие вредных факторов при исполнении трудовых обязанностей в период работы у ответчика и что профессиональное заболевание впервые установлено ему в период работы именно в АО «Донуголь».
Также из материалов дела следует, что в АО «ДОНУГОЛЬ» действует Коллективный договор, заключенный на период с 20.03.2019 года по 19.03.2022 года, который прошел уведомительную регистрацию в Управлении по труду Министерства труда и социального развития Ростовской области, регистрационный № 10975/19-1067, срок действия которого продлен до 19.03.2025 года Дополнительным соглашением № 1, прошедшим уведомительную регистрацию в Управлении по труду Министерства труда и социального развития Ростовской области, регистрационный № 16917/22-375.
Согласно п. 10.1.2. Коллективного договора АО «ДОНУГОЛЬ», действующего в период получения травмы на производстве и установления степени утраты трудоспособности истцу, предусмотрено, что работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный здоровью в вследствие профессионального заболевания, связанного с производством, пи условии установления даты заболевания в период работы в АО «Донуголь», в размере 2000 рублей за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности, с учетом периода работы в АО «Донуголь».
Ответчиком 05.12.2019 г. произведена единовременная выплата в счет компенсации морального вреда истцу в размере 55 980,00 рублей, исходя из условий пункта 10.1.2 Коллективного договора на 2019-2025 годы, с учетом периода работы.
На основании статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации в соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров.
Коллективный договор - правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения в организации или у индивидуального предпринимателя и заключаемый работниками и работодателем в лице их представителей (часть 1 статьи 40 Трудового кодекса Российской Федерации).
Содержание и структура коллективного договора определяются сторонами (часть 1 статьи 41 Трудового кодекса Российской Федерации). В коллективный договор могут включаться обязательства работников и работодателя, в том числе по выплате пособий и компенсаций, экологической безопасности и охране здоровья работников на производстве, другие вопросы, определенные сторонами (часть 2 статьи 41 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу п.1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ (ст. 1064-1101) и ст. 151 ГК РФ.
Согласно ч.3 ст. 55 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных ст.55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно не могут ограничивать это право и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.
Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд исходит из того, что факт причинения вреда здоровью истца вследствие профессионального заболевания подтвержден материалами дела.
Как видно из материалов дела, истец испытывает физическую боль и нравственные страдания, в связи с необходимостью периодически обращаться за медицинской помощью, переживаниями по поводу состояния своего здоровья, невозможностью выбирать работу по своему усмотрению и невозможностью трудоустроиться в связи с имеющимся заболеванием, необходимостью постоянно проходить курсы лечения и реабилитации, материально обеспечивать семью.
Причинителем вреда здоровью истца, в данном случае, является ответчик, во время работы у которого у истца установлено профессиональное заболевание, а также утрата трудоспособности вследствие профессионального заболевания, не обеспечивший здоровые, безопасные условия труда для подземных работников.
Изложенное подтверждается и актом № 28-52\5910 от 28.10.2019 о случае профессионального заболевания, в котором указано, что профессиональное заболевание у истца возникло, в том числе, в связи с его работой на предприятии ответчика, указан стаж работы и условия работы истца на всех предприятиях, где работал истец, при этом, никаких ссылок на долевую ответственность работодателей ответчиком не сделано.
Согласно имеющимся в деле медицинским документам сведений об установлении ФИО1. ранее профессионального заболевания не имеется.
В судебном заседании установлено, что при прохождении периодических медицинских осмотров за время работы ФИО1 у ответчика, она была признана годной к работе по профессии.
Исходя из этого, следует учесть 100% вины ответчика в причинении вреда здоровью ФИО1
Согласно разъяснениям, изложенным в п. 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33), разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).
Между тем, тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда.
Таким образом, принимая во внимание вышеизложенное, суд, учитывая фактические обстоятельства, подлежащие установлению при определении размера компенсации морального вреда с учетом положения ст.151 Гражданского кодекса РФ, приходит к выводу о том, что в данном случае размер единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в связи с полученным профессиональным заболеванием подлежит определению не только с учетом положений п. п.10.1.2 ФИО4 «Донуголь», но и с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, характера причиненного вреда, индивидуальных особенностей истца, обстоятельств установления профессионального заболевания, в связи с чем, взысканию с АО «Донуголь» в пользу ФИО1 подлежит единовременная выплата в счет компенсации морального вреда, не считая выплаченных ответчиком истцу денежных сумм в связи с утратой профессиональной трудоспособности, в сумме 300 000 руб., как соответствующая степени нравственных страданий истца, а также отвечающая требованиям разумности и справедливости.
При рассмотрении вопроса о взыскании понесенных по делу судебных расходов, суд исходит из того, что данный вопрос регулируется нормами гражданско-процессуального законодательства, а именно, положениями ст. ст. 94,98, 100 ГПК РФ.
Пунктом 11 того же Постановления Пленума Верховного Суда РФ разъяснено, что, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.
На основании ст. 333.19 ч.1 п.3 НК РФ, суд также взыскивает с ответчика госпошлину в доход местного бюджета в размере 3000 рублей.
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с АО «Донуголь» в пользу ФИО1 компенсацию в счет возмещения морального вреда, в связи с утратой профтрудоспособности по причине установленного профзаболевания в размере 300 000 рублей 00 коп
В остальной части заявленных исковых требований отказать.
Взыскать с АО «Донуголь» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 3000 рублей 00 копеек.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд, через Постоянное судебное присутствие в г. Зверево Красносулинского районного суда Ростовской области в течение месяца со дня принятия судьей решения в окончательной форме.
В окончательной форме решение изготовлено 30.09.2025.
Судья: М.Л. Самойленко