Дело № 2а-225/2023

УИД 51RS0009-01-2023-000025-33

Мотивированное решение изготовлено 22 марта 2023 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 марта 2023 года город Кандалакша

Кандалакшский районный суд Мурманской области в составе:

судьи Рубана В.В.,

при секретаре Корнеевой Н.А.,

с участием административного истца ФИО1,

представителя административных ответчиков Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области, Федерального казенного учреждения «Колония-поселение № 20 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области» ФИО2,

рассмотрев в помещении Кандалакшского районного суда в открытом судебном заседании дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Колония-поселение № 20 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении,

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным иском к Федеральному казенному учреждению «Колония-поселение № 20 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области» (далее – ФКУ КП-20, учреждение), Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области (далее - УФСИН по Мурманской области), Федеральной службе исполнения наказаний России (далее - ФСИН России) о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении.

В обоснование указал, что с <дата> по <дата> находился в ФКУ ИК-20, в указанный период в <дата> по решению администрации учреждения был помещен в ШИЗО на 13 суток, где содержался в условиях, унижающих человеческое достоинство: отсутствовал бачок для питьевой воды; отсутствовали унитаз и приватность в помещении санузла, поскольку он не был оборудован кабиной, дверью; на проверках отсутствовал медицинский работник; между полом и стенкой отсутствовал утеплитель и влагосборник «шунгизит»; не соответствовало установленным требованиям освещение камеры; в большом количестве присутствовали грызуны (мыши), соответствующая санитарная обработка не производилась; в камере отсутствовала радиоточка; отсутствовала кнопка вызова дежурного, вызывная сигнализация, как световая, так и звуковая; отсутствовали системы вентиляции и вытяжки; отсутствовало горячее водоснабжение.

Просит восстановить срок для подачи административного заявления, признать условия содержания в исправительном учреждении ненадлежащими и взыскать с административного ответчика компенсацию в размере 130 000 рублей.

Административный истец ФИО1 в судебном заседании участвовал посредством видеоконференцсвязи, поддержал заявленные требования по основаниям, изложенным в административном иске.

Представители ФСИН России в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Представитель административных ответчиков УФСИН России по Мурманской области, ФКУ КП № 20 УФИН России по Мурманской области ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала по основаниям, изложенным в возражениях на административный иск.

Представители заинтересованного лица – Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Мурманской области в судебном заседании участия не принимали, о времени и месте рассмотрения дела уведомлены надлежащим образом, представили возражения на административное исковое заявление ФИО3, в котором полагали требования административного истца удовлетворению не подлежащими, полагали, что ФИО1 пропущен срок на обращение в суд с административным исковым заявлением.

Суд, заслушав административного истца, представителя административного ответчика, свидетеля, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам.

В части заявленного административным истцом ходатайства о восстановлении пропущенного срока на обращение в суд с настоящим иском суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1.1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если настоящим Кодексом или другим федеральным законом не установлено иное, административное исковое заявление об оспаривании бездействия органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа либо организации, наделенной отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего может быть подано в суд в течение срока, в рамках которого у указанных лиц сохраняется обязанность совершить соответствующее действие, а также в течение трех месяцев со дня, когда такая обязанность прекратилась.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе право на доступ к правосудию (статья 46 Конституции Российской Федерации), право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (пункт 2), а, проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности (пункт 12).

Отказ в удовлетворении административного иска только по мотиву пропуска процессуального срока обращения в суд без установления иных обстоятельств, предусмотренных частью 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, может фактически повлечь отказ в защите нарушенного права без проверки законности оспариваемого бездействия.

Из приведенных законоположений следует обязанность суда первой инстанции при решении вопроса о пропуске срока обращения в суд в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации выяснять причины такого пропуска.

В силу части 7 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации пропущенный по уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено настоящим Кодексом.

Кроме того, согласно пунктам 2 и 4 статьи 3 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации задачами административного судопроизводства являются защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, укрепление законности и предупреждение нарушений в сфере административных и иных публичных правоотношений.

Одним из принципов административного судопроизводства являются законность и справедливость при рассмотрении и разрешении административных дел, которые обеспечиваются не только соблюдением положений, предусмотренных законодательством об административном судопроизводстве, точным и соответствующим обстоятельствам административного дела правильным толкованием и применением законов и иных нормативных правовых актов, в том числе регулирующих отношения, связанные с осуществлением государственных и иных публичных полномочий, но и получением гражданами судебной защиты путем восстановления их нарушенных прав и свобод (пункт 3 статьи 6, статья 9 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Как следует из пояснений истца, о возможности защиты своих нарушенных прав он узнал только отбывая наказание в ФКУ ИК-23 после общения с другими осужденными и сразу обратился в суд.

Согласно сведениям ИЦ УМВД по Мурманской области ФИО1 осужден 27 января 2014 года Арзамасским городским судом Нижегородской области к 2 годам лишения свободы, освобожден <дата> из <данные изъяты>, <адрес> по отбытию срока; 05 апреля 2017 года осужден Мытищинским городским судом Московской области к 9 годам лишения свободы (л.д. 35об.).

Принимая во внимание факт нахождения ФИО1 в условиях изоляции от общества и отсутствия возможности своевременно получать информацию, в том числе знакомиться с нормативно-правовыми актами, суд полагает возможным в порядке, предусмотренном частью 6 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, признать причины пропуска срока уважительными и удовлетворить требование административного истца о его восстановлении.

В части заявленных требований о компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении суд, заслушав участвующих в деле лиц, свидетеля, изучив материалы дела, находит иск не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В силу положений статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Рим, 04 января 1950 года) и части 2 статьи 21 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Согласно статье 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Права и свободы человека и гражданина согласно статье 18 Конституции РФ являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии с частью 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном главой 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации (части 1, 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Частью 3 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации установлено, что администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

В соответствии с пунктами 4, 6 Положения о Федеральной службе исполнения наказания (ФСИН России), утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 года № 1314, одними из основных задач ФСИН России являются: обеспечение правопорядка и законности в учреждениях, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы или в виде принудительных работ (далее - учреждения, исполняющие наказания), и в следственных изоляторах, обеспечение безопасности содержащихся в них осужденных, лиц, содержащихся под стражей, а также работников уголовно-исполнительной системы Российской Федерации (далее - уголовно-исполнительная система), должностных лиц и граждан, находящихся на территориях этих учреждений и следственных изоляторов; создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Согласно частям 1 и 2 статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение. Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя, с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

В соответствии со статьей 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5473-I «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

В соответствии с пунктом 3 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

Основные положения материально-бытового обеспечения осужденных регламентируются статьей 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации.

Судом установлено и из материалов административного дела следует, что ФИО1 отбывал наказание в виде лишения свободы в ФКУ КП-20 УФСИН России по Мурманской области с <дата> по <дата> (освобожден по отбытию срока наказания). <дата> постановлением начальника колонии был водворен в штрафной изолятор на 13 суток (камера № 7) (л.д. 39).

Согласно приказу ФСИН России № 187 от 31 марта 2011 года учреждение именовалось ФКУ ИК № 20 УФСИН по Мурманской области, согласно приказу № 240 от 27 марта 2017 года переименовано в ФКУ КП № 20 УФСИН России по Мурманской области.

Как следует из административного искового заявления и пояснений административного истца в камере № 7 ШИЗО, в которой он содержался, отсутствовал бочок для питьевой воды.

Вместе с тем, согласно приложению № 2 к Приказу ФСИН России от 27 июля 2006 года № 512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы», раздел II. Помещение камерного типа и штрафного (дисциплинарного в воспитательной колонии) изолятора (в колонии-поселении только штрафного изолятора), камера штрафного (дисциплинарного) изолятора, одиночная камера в исправительной колонии особого режима оборудуется следующими предметами: откидная металлическая кровать с деревянным покрытием (1 шт. на человека); стол для приема пищи (1 шт.); тумба для сидения (1 шт. на чел.); умывальник (рукомойник) (1 шт.). Согласно пункту 8 указанного раздела, баком для питьевой воды с кружкой и тазом надлежит оборудовать хозяйственную комнату для хранения столовой посуды и раздачи пищи. Таким образом, оборудование камеры ШИЗО баком для питьевой воды не предусмотрено действующими нормами.

Кроме того, как следует из пояснений представителя административного истца и подтверждается показаниями свидетеля П.Р.С., который в период отбывания административным истцом наказания в ФУ ИК № 20, в частности, в период его нахождения в ШИЗО, занимал должность младшего инспектора по ШИЗО и младшего инспектора отдела безопасности, снабжение осужденных кипяченой водой в камерах ШИЗО осуществлялось согласно распорядку дня при проведении массовых мероприятий «завтрак», «обед», «ужин» силами дежурной смены.

Административный истец также заявил о ненадлежащих условиях его содержания в помещении ШИЗО в связи с отсутствием подвода горячей воды к умывальнику в камере, отсутствии в камере унитаза, необеспечением приватности посещения санузла, находящегося в камере.

Согласно копии технического паспорта, составленного по состоянию на 04 июля 2009 года:

здание ШИЗО, расположенное в строении <номер> по <адрес> в п.г.т. <адрес> построено в 1960 году, группа капитальности I, благоустройство здания: водоотвод (426,3 кв.м), канализация (426,3 кв.м), отопление – местная Котельная (426,3 кв.м), горячее водоснабжение от местной котельной (426,3 кв.м).

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 2, 3, 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц.

О наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать в числе прочих и невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены.

В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).

В силу пунктов 19.2.1 и 19.2.5 Свода Правил 308.1325800.2017 «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденного приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20 октября 2017 года № 1454/пр, здания исправительных учреждений должны быть оборудованы горячим водоснабжением согласно требованиям СП 30.13330, СП 31.13330, СП 32.13330, СП 118.13330, а также действующим нормативным документам. Подводку горячей воды следует предусматривать к санитарным приборам, требующим обеспечения горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены ранее действующей Инструкцией по проектированию исправительных учреждений и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденной Приказом Минюста России от 02 июня 2003 года № 130-дсп, признанной утратившей силу Приказом Минюста России от 22 октября 2018 года № 217-дсп, а также в соответствии с требованиями СНиП 2.04.01-85, 2.04.02-84, 208.02 -89, ВСН 01-89, ВСН 15-89.

С учетом выше приведенных положений законодательства, обеспечение помещений исправительных учреждений горячим водоснабжением является обязательным.

По смыслу приведенных законоположений и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации компенсаторный механизм присуждения компенсации за нарушение условий содержания, в числе прочего ввиду невозможности осужденным поддержания в удовлетворительной степени личной гигиены в связи с отсутствием горячего водоснабжения, подведенного к умывальникам в отряде в конкретный период, не безусловен, а возможен при наличии доказательств, свидетельствующих о бесчеловечном и унижающем достоинство обращении с осужденным и отсутствии доказательств соразмерно восполняющих допущенные нарушения.

Административный ответчик, возражая относительно заявленных административных требований, в ходе рассмотрения настоящего дела указал, что обеспечение осужденных горячей водой, которая могла быть использована для проведения гигиенических процедур, принятия лекарств, осуществлялось в обязательном порядке в ходе мероприятий «подъем» и «отбой», а также при приеме пищи осужденными, который, в соответствии с действовавшими в период отбывания административным истцом наказания в ФКУ ИК № 20 Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утверждёнными Приказом Минюста России от 03 ноября 2005 № 205, пункт157, осуществлялся в камерах. Кроме того, раз в неделю, помывка осужденных, находящихся в ШИЗО, осуществлялась в душевых, подвод горячей воды к которым осуществлялся от местной котельной.

Указанные обстоятельства подтвердил допрошенный в судебном заседании свидетель П.Р.С., оснований не доверять которому у суда не имеется.

Суд считает необходимым также отметить, что нахождение ФИО1 в ШИЗО в отсутствие горячего водоснабжения в течение 13 суток, принимая во внимание действия сотрудников исправительного учреждения по обеспечению осужденного горячей водой, по мнению суда, не свидетельствует о существенном нарушении условий содержания в исправительном учреждении, учитывая продолжительность пребывания в данных условиях и наличие душевой с горячим водоснабжением, в которой осужденным предоставлялась помывка 1 раз в неделю.

Согласно пункту 14.53 Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исправительной системы Министерства юстиции Российской Федерации (сп-17-02 Минюста России), утвержденной Приказом Минюста Российской Федерации от 02 июня 2003 года № 130-ДСП, в режимных зданиях камеры оборудуются унитазами (напольными чашами) и умывальниками. Тип санитарного прибора конкретизируется заданием на проектирование. В камерах на 2 и более мест напольные чаши (унитазы) и умывальники размещаются в отдельных кабинах с дверьми, открывающимися наружу. Кабины должны иметь перегородки высотой 1 м от пола уборной. Допускается в камерах на 2 и более мест в кабине размещать только напольные чаши (унитазы), умывальники – за пределами кабины.

Вместе с тем, как следует из пояснений представителя административного истца, которые в судебном заседании также подтвердило свидетель П.Р.С., в период с <дата> по <дата> год камера ШИЗО № 7, в которой в период с <дата> по <дата> содержался административный истец, являлась одноместной, была оборудована напольным унитазом по типу «Чаша Генуя», для улучшения условий проживания в камере № 7 санитарный узел был оборудован перегородками, кроме того, располагался слева от входной двери, при входе в камеру, что, вопреки доводам административного истца, исключало возможность увидеть его через смотровое окно.

Административный истец также указал на отсутствие в камере ШИЗО вентиляции, радиоточки.

Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 10 июня 2010 года № 64 утвержден СанПиН 2.1.2.2645-10, который введен в действие с 15 августа 2010 года и отменен с 1 марта 2021 года, в соответствии с указанным СанПиН естественная вентиляция жилых помещений должна осуществляться путем притока воздуха через форточки, фрамуги, либо через специальные отверстия в оконных створках и вентиляционные каналы.

Свод правил - СП 308.1325800.2017 также предусматривает оборудование зданий исправительного учреждения системой вентиляции.

В соответствии с п. 19.3.5, 19.3.6 Свод правил в помещениях зданий ИУ в зависимости от их назначения следует предусматривать приточно-вытяжную вентиляцию с механическим и естественным побуждением. Во всех спальных комнатах спальных помещениях, одноместных помещениях безопасного места, камерах, палатах здании медицинского назначения следует предусматривать приточную вентиляцию с механическим или естественным побуждением, при этом естественный приток воздуха обеспечивается через регулируемые оконные створки, фрамуги, форточки, клапаны или другие устройства, в том числе автономные стеновые воздушные клапаны с регулируемым открыванием.

Согласно пункту 20.17 приказа Минюста России от 02 июня 2003 года № 130-ДСП «Об утверждении Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации» предусмотрено требование о наличии в общежитиях с комнатной системой содержания или общими спальными помещениями вентиляции с естественным побуждением.

Согласно представленному техническому паспорту здание ШИЗО (строение 11) оборудовано при проектировании приточно-вытяжной вентиляцией.

Кроме того, свидетель П.Р.С. пояснил, что в камерах ШИЗО естественная вентиляция обеспечивалась и путем проветривания, конструкция окон позволяла осужденным самостоятельно открывать форточки.

Наличие вентиляции также подтверждается фотоматериалами, на которых видно, что над дверью в камеры расположены вентиляционные отверстия, закрытые металлическими решетками, кроме того, административным ответчиком представлена фотография окна, оборудованного открывающейся форточкой.

Согласно пункту 15.26 Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исправительной системы Министерства юстиции Российской Федерации (сп-17-02 Минюста России), утвержденной Приказом Минюста Российской Федерации от 02 июня 2003 года № 130-ДСП, радиоприемники в камерах следует размещать в нишах над дверью и ограждать их металлическими решетками. Вместе с тем, согласно приложению № 2 к Приказу ФСИН России от 27 июля 2006 года № 512, обеспечение камер штрафного изолятора репродукторами не предусмотрено, репродуктор надлежит размещать в комнате младшего инспектора.

Как следует из пояснений представителя административного ответчика, здание ШИЗО оборудовано сетями проводного радиовещания при строительстве здания. Данные сети отдельным объектом бухгалтерского учета не числятся, являются неотъемлемой частью здания как электро- и теплосети. Приемник в камере ШИЗО № 7, в которой содержался административный истец, предположительно был размещен над дверью с левой стороны и огражден металлической решеткой. В настоящее время радиоприёмник демонтирован, указанная камера переоборудована в помещение для приема осужденных по личным вопросам.

В административном исковой заявлении ФИО1 также указал на отсутствие в камере ШИЗО кнопки вызова дежурного, вызывной сигнализации.

В соответствии с подпунктом 11 пункта 32 Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы, утвержденного Приказа Минюста России от 04 сентября 2006 года № 279 "Об утверждении Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы", в камерах ПКТ, ЕПКТ, ШИЗО, ДИЗО, ПФРСИ, ТПП, одиночных камерах в ИК особого режима на стене у двери устанавливается переговорное устройство для осуществления двусторонней связи. В комнатах младших инспекторов дежурной смены, помещении ОД учреждения УИС и заместителя начальника учреждения УИС по безопасности и оперативной работе располагаются пульты системы двусторонней связи.

Административный ответчик указал, что в период отбывания наказания административным истцом в ФКУ ИК № 20 камеры ШИЗО были оборудованы переговорными устройствами, которые в настоящее время демонтированы и заменены на новые. Указанные обстоятельства также подтверждаются показаниями свидетеля П.Р.С. и представленными в материалы дела фотографиями.

Согласно пункту 16.14 Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исправительной системы Министерства юстиции Российской Федерации (сп-17-02 Минюста России), утвержденной Приказом Минюста Российской Федерации от 02 июня 2003 года № 130-ДСП, полы в спальных помещения со строгими условиями содержания и камерах (палатах) режимных зданий следует предусматривать дощатые беспустотные с креплением к трапецевидным лагам, втопленным в бетонную стяжку по бетонному основанию. Полы в камерах по периметру помещений следует крепить деревянными брусьями на болтах.

Таким образом, обработка стыков пола и стен утеплителем строительными нормами, вопреки доводам административного истца, не предусмотрена. На представленной административным ответчиком фотографии камеры № 7 ШИЗО в настоящее время видно, что данное помещение оборудовано деревянным полом. Кроме того, суд считает необходимым отметить, что административный истец не указал, каким образом отсутствие утеплителя шунгизита, при наличии в помещении централизованного отопления, деревянных полов могло повлиять на условия содержания осужденного в камере ШИЗО.

Рассматривая довод административного истца о ненадлежащем уровне освещения помещения камеры, суд приходит к следующему.

В соответствии с подпунктом 13 пункта 60 Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы, утвержденного Приказа Минюста России от 04 сентября 2006 года № 279 "Об утверждении Наставления по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы", в камерах предусматривается общее и дежурное освещение. Общее освещение обеспечивается светильниками с люминесцентными лампами или с лампами накаливания, которые устанавливаются на потолке и ограждаются металлической сеткой. Для дежурного освещения централизованного управления применяются светильники с лампами накаливания мощностью 15 - 25 Вт, которые устанавливаются над дверью и закрываются плафоном с металлической сеткой, предотвращающей доступ к ним.

Согласно пункту 20.31 Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исправительной системы Министерства юстиции Российской Федерации (сп-17-02 Минюста России), утвержденной Приказом Минюста Российской Федерации от 02 июня 2003 года № 130-ДСП, для дежурного освещения используются патроны с лампами накаливания, устанавливаемые в нише над дверью. Для рабочего освещения могут предусматриваться светильники с люминесцентными лампами или с лампами накаливания.

Освещенность камер должна составлять 50 лк – для ламп накаливания (пункт 20.33 указанной Инструкции).

В режимных зданиях управление дежурным и рабочим освещением камер следует осуществлять с поста младшего инспектора-дежурного по зданию (пункт 20.35 указанной Инструкции).

Как следует из пояснений административного ответчика и подтверждается показаниями свидетеля П.Р.С., в камерах ШИЗО в период отбывания наказания ФИО1 в нише над дверью был установлен светильник с 4 лампами накаливания, огражденный металлической сеткой, мощность ламп накаливания для дневного освещения составляла не менее 50 Вт, для освещения в ночное время – не менее 15-25 Вт. Указанные лампы при перегорании своевременно заменялись.

В ходе рассмотрения дела также не нашел своего подтверждения довод административного истца о наличии в камере ШИЗО грызунов (мышей), отсутствии необходимых санитарных обработок.

Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 22 сентября 2014 года № 58 утверждены СП 3.5.3.3223-14 "Санитарно-эпидемиологические требования к организации и проведению дератизационных мероприятий", которые действовали в период нахождения административного истца в ШИЗО. Указанными Правилами установлены обязательные санитарно-эпидемиологические требования к организации и проведению дератизационных мероприятий, направленных на предотвращение или снижение вредоносной деятельности грызунов, имеющих санитарное или эпидемиологическое значение.

Соблюдение санитарно-эпидемиологических правил является обязательным на всей территории Российской Федерации для органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, юридических лиц, граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей (далее - юридические и физические лица) (пункт 1.2 Правил).

Дератизационные мероприятия включают в себя комплекс организационных, профилактических, истребительных мер, проводимых юридическими и физическими лицами, с целью ликвидации или снижения численности грызунов и уменьшения их вредного воздействия на человека и окружающую его среду (пункт 2.1 Правил).

Административным ответчиком представлена копия «Журнала договоров, контрактов, соглашений с юридическими лицами» (регистрационный <номер>) (л.д. 159-164), согласно которому в период с 2014 года по 2015 года учреждение были заключены следующие договоры:

- договор <номер> от <дата> (порядковый <номер>) на оказание услуг по профилактической дератизации и дезинсекции с ООО «Санитарно-эпидемиологический сервис» (л.д. 160об.);

- государственный контракт <номер> от <дата> (порядковый <номер>) на оказание услуг по дератизации с ООО «Санитарно-эпидемиологический сервис» (л.д. 163об., 146-150об.).

Административным ответчиком также представлены доказательства перечисления учреждением денежных средств за услуги по дератизации и дезинсекции (л.д. 133-138, 155-154).

Допрошенный в судебном заседании свидетель П.Р.С., указал, что он никогда не слышал о наличии грызунов в здании ШИЗО.

Административный истец также указывает на отсутствие медицинского работника на ежедневных проверках камер ШИЗО.

Вместе с тем, административным ответчиком представлены копии страниц журнала <номер> посещения ШИЗО, ПКТ ФКУ ИК-20 УФСИН России по Мурманской области, часть 2, из которого следует, что в период с <дата> по <дата> медицинским работником ежедневно проводились осмотры камер ШИЗО, контролировалось их санитарное состояние, о чем имеются соответствующие отметки в журнале (л.д. 178-181).

Из копии медицинской карты ФИО1 следует, что в период его нахождения в ШИЗО за медицинской помощью он не обращался, <дата>, перед помещением в ШИЗО, административный истец осмотрен медицинским работником, противопоказаний к помещению в штрафной изолятор не выявлено (л.д. 50, 51-54).

Кроме того, допрошенный по ходатайству административного ответчика свидетель П.Р.С., вопреки доводам административного истца, показал, что ежедневные осмотры камер ШИЗО проводились комиссией в составе 4 человек (дежурный, медицинский работник, начальник отряда, психолог). При предъявлении осужденными жалоб на плохое самочувствие, их осматривал медицинский работник.

Анализируя установленные по делу обстоятельства, представленные административным ответчиком доказательства, показания свидетеля П.Р.С., суд приходит к выводу, что доводы административного истца о его содержании в ШИЗО в период с <дата> по <дата> в ненадлежащих условиях не нашли своего подтверждения.

Частью 3 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации регламентировано, что обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения административного дела, определяются судом в соответствии с нормами материального права, подлежащими применению к спорным публичным правоотношениям, исходя из требований и возражений лиц, участвующих в деле. При этом суд не связан основаниями и доводами заявленных требований по административным делам об оспаривании нормативных правовых актов, решений, действий (бездействия), соответственно принятых или совершенных органами государственной власти, органами местного самоуправления, иными органами и организациями, наделенными отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностными лицами, государственными или муниципальными служащими, а также по административным делам о защите избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации.

При таких обстоятельствах в удовлетворении административного иска ФИО1 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении административному истцу надлежит отказать.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 180, 227.1, 228 КАС РФ, суд

решил:

Административное исковое заявление ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Колония-поселение № 20 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области», Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Мурманской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд подачей жалобы через Кандалакшский районный суд Мурманской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья В.В. Рубан