Дело № 22-1320/2023

Председательствующий Распевалова Ю.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Абакан 23 августа 2023 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Хакасия в составе:

председательствующего судьи Нуртынова В.Н.

судей: Апосовой И.В., Пекарского А.А.

при секретаре Гомоновой И.А.

с участием прокурора Кандрашовой Т.А.

адвоката Лыткина О.П.

ФИО3

представителей потерпевшего ООО « »: ФИО1, ФИО2

рассмотрела материалы уголовного дела по апелляционной жалобе представителя потерпевшего ФИО2 на постановление Черногорского городского суда Республики Хакасия от 20.06.2023, с возражениями ФИО3 и государственного обвинителя Рудакова Д.О. на апелляционную жалобу представителя потерпевшего, которым в отношении:

ФИО3, несудимого,

удовлетворено ходатайство государственного обвинителя, принята предложенная государственным обвинителем квалификация действий ФИО3, постановлено считать ФИО3 обвиняемым по ч. 1 ст. 330 УК РФ - самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается организацией, если такими действиями причинен существенный вред.

Прекращено в отношении ФИО3 уголовное преследование по ч. 1 ст. 330 УК РФ на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Гражданский иск представителя потерпевшего ФИО2 оставлен без рассмотрения.

Также постановлением определена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Нуртынова В.Н., выслушав представителей потерпевшего ФИО1, ФИО2, поддержавших доводы жалобы, мнение ФИО3, адвоката Лыткина О.П., прокурора Кандрашовой Т.А. об оставлении постановления без изменения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

Органом предварительного следствия ФИО3 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ, а именно кражи, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенной в особо крупном размере в период с 01.01.2018 по 06.04.2020 по адресу:

Согласно обвинительному заключению, ФИО3 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ, а именно в краже, то есть тайном хищении чужого имущества, совершенной в особо крупном размере, при следующих обстоятельствах.

В период времени с 01.01.2018 до 06.04.2020 ФИО3, фактически исполняя трудовые функции работника Общества на складе « », расположенном по адресу: , в часы его работы с 09 часов 00 минут до 18 часов 00 минут, будучи уполномоченным на получение денежных средств, в силу выполняемой им работы, получал от клиентов ООО « » денежные средства за выполненные «Обществом» услуги, после чего, воспользовавшись тем, что за его преступными действиями никто не наблюдает, а руководство указанного «Общества» не осуществляет надлежащего контроля за его работой, получением им денежных средств и учетом грузов находящихся на складе, имея умысел на систематическое тайное хищение чужого имущества в особо крупном размере, действуя из корыстных побуждений, с целью личного обогащения, систематически тайно похищал, обращая денежные средства, принадлежащие «Обществу», полученные им от клиентов «Общества» за оказанные «Обществом» услуги в свою пользу, а всего тайно похитил обратив в свою пользу денежные средства в общей сумме рублей копейки, сокрыв от руководства ООО « » факт их получения.

В ходе судебного разбирательства по делу в суде первой инстанции по ходатайству государственного обвинителя действия ФИО3 были переквалифицированы на ч. 1 ст. 330 УК РФ - как самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается организацией, если такими действиями причинен существенный вред, и уголовное дело в отношении ФИО3 прекращено в связи с истечение сроков давности уголовного преследования на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего ФИО2 считает постановление суда незаконным и необоснованным, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в постановлении, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, неправильным применением уголовного закона, просит постановление отменить, направить дело на новое рассмотрение в ином составе суда.

Считает, что обжалуемым постановлением нарушены права и законные интересы потерпевшего, что выражается в том, что ФИО3 фактически не понес наказание за совершение инкриминируемого преступления, потерпевший не согласен с квалификацией, предложенной государственным обвинителем и примененной в конечном итоге судом, при этом мнение стороны потерпевшего относительно переквалификации действий подсудимого не выяснялось.

Приводит в жалобе положения ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

Отмечает, что ФИО3 вменялось хищение денежных средств в сумме рублей копейки. Указанные денежные средства подсудимый в период с 01.01.2018 по 06.04.2020 тайно оставлял в «своем кармане», путем сокрытия от уполномоченных лиц Общества с ограниченной ответственностью « » сведений о полученных клиентами грузах, а точнее, о получении от таких клиентов денежных средств за доставленные грузы.

Ссылается на судебно-бухгалтерскую экспертизу и повторную в суде, которой была установлена сумма похищенных ФИО3 денежных средств, и которая не вызывала сомнений ни у потерпевшей стороны, ни у суда первой инстанции, при этом в описательно-мотивировочной части решения не приведены мотивы отклонения судом данного экспертного заключения, и выражает несогласие с переквалификацией действий ФИО3 с п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ на ч. 1 ст. 330 УК РФ.

Полагает, что имеющиеся в уголовном деле доказательства, позволяли суду первой инстанции прийти к выводу о наличии в действиях ФИО3 состава преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ, а не ч. 1 ст. 330 УК РФ.

Считает, что судом необоснованно оставлен без рассмотрения гражданский иск, поскольку гражданско-правовая ответственность, также является определенной законом мерой ответственности, наряду с уголовно-правовыми последствиями для лица, в отношении которого инициировано уголовное преследование.

В возражениях на апелляционную жалобу ФИО3 просит оставить постановление суда без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Считает постановление суда законным, выводы суда сделаны объективно, исходя из доказательств, относящихся к делу, верно установлены все обстоятельства, которые несли юридическую ценность для рассмотрения дела.

Указывает, что апелляционная жалоба представителя потерпевшего ФИО2 не основана на конкретных актах и законодательных нормативах, не имеет ссылок на конкретные доказательства, тем самым является безосновательной.

Обращает внимание на то, что обстоятельства уголовного дела, изложенные в апелляционной жалобе представителя потерпевшего, не соответствуют обвинительному заключению «... тайно оставлял в «своем кармане» путем сокрытия». Вопросы, изложенные в апелляционной жалобе, не относятся к рассматриваемым обстоятельствам. Жалоба в большей степени описывает позицию потерпевшего и несогласие с выводами государственного обвинителя и суда, но не безусловные процессуальные нарушения.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Рудаков Д.О. отмечает, что суд после исследования доказательств обоснованно принял предложенную государственным обвинителем квалификацию, и в связи с истечением сроков давности уголовного преследования правильно прекратил дело на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Считает постановление суда в отношении ФИО3 законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции:

- представители потерпевшего ФИО1, ФИО2 поддержали доводы жалобы, просили об отмене постановления;

- ФИО3, адвокат Лыткин О.П., прокурор Кандрашова Т.А. полагали постановление законным, а доводы жалобы, не подлежащей удовлетворению.

Судебная коллегия, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав выступление представителей потерпевшего, возражения ФИО3, его защитника и прокурора, приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 38915 УПК РФ, основанием отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенное нарушение уголовно- процессуального закона, неправильное применение уголовного закона, несправедливость приговора.

В соответствии с п. 3 ч. 8 ст. 246 УПК РФ государственный обвинитель до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора может изменить обвинение в сторону смягчения путем переквалификации деяния в соответствии с нормой УК РФ, предусматривающей более мягкое наказание.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, по смыслу ст. 246 УПК РФ полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства либо изменение им обвинения в сторону смягчения предопределяют принятие судом соответствующего решения (Определение от 10.02.2016 № 226-О и др.).

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, содержащимися в п. 29 постановления от 05.03.2004 № 1 «О применении судами норм УПК РФ», суду надлежит рассмотреть предложения государственного обвинителя об изменении обвинения в сторону смягчения в судебном заседании с участием сторон обвинения и защиты на основании исследования материалов дела, касающихся позиции государственного обвинителя, и итоги обсуждения отразить в протоколе судебного заседания.

В силу п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 254 УПК РФ, суд прекращает уголовное дело в судебном заседании в случаях, если во время судебного разбирательства будут установлены обстоятельства, указанные в пп. 3 - 6 ч. 1 ст. 24 и пп. 3 - 6 ч. 1 ст. 27 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

По настоящему уголовному делу указанные требования закона судом соблюдены.

Как усматривается из материалов дела, государственным обвинителем после предоставления всех доказательств в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона, заявлено ходатайство о переквалификации действий ФИО3 с п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ на ч.1 ст. 330 УК РФ, поскольку прокурор полагал, что предъявленное подсудимому обвинение и совокупность представленных доказательств подтверждают совершение ФИО3 самоуправства, то есть самовольное, вопреки установленному законом или иным нормативным правовым актом порядку совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается организацией, если такими действиями причинен существенный вред,

Суд первой инстанции, исследовав все собранные по делу и представленные сторонами доказательства, рассмотрев ходатайство прокурора, учел позиции стороны обвинения, а также подсудимого ФИО3 и его защитника, не возражавших против переквалификации деяния и прекращения уголовного дела в связи с истечением сроков давности, обоснованно в соответствии с положениями п. 3 ч. 8 ст. 246 УПК РФ, согласился с предложенной прокурором квалификацией действий ФИО3, а также с учетом требований ч. 2 ст. 27 УПК РФ, прекратил уголовное дело в отношении ФИО3

Выводы суда о переквалификации действий ФИО3 и о прекращении уголовного дела в отношении него надлежащим образом мотивированы, подтверждаются материалами дела, сомнений в своей объективности и правильности у судебной коллегии не вызывают.

Суд первой инстанции согласился с государственным обвинителем Рудаковым Д.О. о том, что в период с 01.01.2018 до 06.04.202 ФИО3 фактически исполнял трудовые функции ООО « » на складе и, будучи уполномоченным на получение денежных средств, в силу выполняемой им работы получал от клиентов ООО денежные средства за выполненные Обществом услуги, имея умысел на самоуправство, а также на причинение существенного вреда Обществу самовольно вопреки установленному порядку завладел денежными средствами ООО в сумме рублей копеек, полагая, что таким образом он получает оговоренную с руководством Общества заработную плату, а также часть полученных от клиентов Общества денежных средств расходовал на обслуживание склада.

Свой отказ государственный обвинитель обосновал анализом материалов дела и исследованных в ходе судебного следствия доказательств. Тем самым государственный обвинитель не только указал на предусмотренные уголовно-процессуальным законом основания прекращения уголовного дела в отношении подсудимого, но и изложил мотивы отказа от обвинения, дав надлежащую оценку как установленным в ходе судебного следствия обстоятельствам, так и доказательствам, представленным органом предварительного расследования.

При этом в судебном заседании были исследованы материалы уголовного дела, в том числе показания подсудимого, потерпевшего, свидетелей, по делу постановлением суда от 07.04.2023 была назначена дополнительная судебно- бухгалтерская экспертиза. Поэтому суждения представителя потерпевшего в апелляционной жалобе на упомянутую экспертизу, которой по его мнению, не дана оценка, как на основание отмены постановления суда, не могут быть признаны обоснованными и являться основанием к отмене судебного решения первой инстанции.

Судебная коллегия находит, что отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства предопределяет принятие судом решения в соответствии с позицией государственного обвинителя, поскольку уголовно-процессуальный закон исходит из того, что уголовное судопроизводство осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон, а формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечивается в любом случае обвинителем.

Все собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ были оценены судом при вынесении постановления. Данных, свидетельствующих о допущенных судом нарушениях уголовно-процессуального закона при исследовании и оценке доказательств, не имеется.

Судебное разбирательство по делу проведено с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, в частности, состязательности и равноправия сторон, которым были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей. При этом ограничений прав участников уголовного судопроизводства во время рассмотрения дела судом первой инстанции допущено не было. Все ходатайства, заявленные сторонами в ходе судебного разбирательства, в том числе ходатайство стороны защиты о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, судом разрешены в соответствии с требованиями закона, каких-либо сведений о предвзятом отношении председательствующего к той или иной стороне протокол судебного заседания, который соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ, не содержит.

Довод апелляционной жалобы потерпевшего о том, что имеющиеся в уголовном деле доказательства позволяли суду первой инстанции прийти к выводу о наличии в действиях ФИО3 состава преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ, основан на субъективном мнении представителя потерпевшего в связи с неправильной трактовкой норм права.

При решении вопроса о прекращении уголовного дела суд правильно руководствовался разъяснениями, содержащимися в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.03.2013 № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», согласно которым, в случае, если во время судебного разбирательства будет установлено обстоятельство, указанное в п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, суд прекращает уголовное дело и (или) уголовное преследование только при условии согласия на это подсудимого. При этом не имеет значения, в какой момент производства по делу истекли сроки давности уголовного преследования.

Поскольку преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 330 УК РФ, относится к категории преступлений небольшой тяжести, в соответствии п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ срок давности уголовного преследования ФИО3 за данное преступление истек, подсудимый выразил свое согласие на прекращение уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования добровольно и в присутствии защитника по основанию, которое не является реабилитирующим, порядок и последствия прекращения уголовного дела по указанному основанию ему были разъяснены и понятны, суд пришел к обоснованному выводу о прекращении уголовного дела в отношении ФИО3 и постановил соответствующее решение.

Настоящее уголовное дело возбуждено уполномоченным на то должностным лицом в соответствии со ст. 146 УПК РФ при наличии повода и оснований, предусмотренных ст. 140 УПК РФ. Предварительное следствие по делу проведено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и прав сторон. Обвинительное заключение по делу соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, оно составлено следователем, в производстве которого находилось уголовное дело, и утверждено прокурором.

Доводы апелляционной жалобы о том, что вопрос о переквалификации действий ФИО3 был разрешен в отсутствии потерпевших, их мнение не выслушивалось, не могут быть признаны обоснованными, поскольку как видно из протокола судебного заседания представителю потерпевшего ФИО1 было направлено в установленном порядке СМС-сообщение о рассмотрении дела 19.06.2023, которое он получил 15.06.2023 (т. 16 л.д. 146), а представитель потерпевшего ФИО2 принимал участие в судебном заседании 14.06.2023, когда обсуждался вопрос об объявлении перерыва до 19.06.2023 (т. 17 л.д. 197), участники судебного заседания обсудили вопрос о возможности продолжения рассмотрения дела в отсутствие представителей потерпевшего ФИО1 и ФИО2, каких-либо ходатайств об отложении рассмотрения дела они не заявляли. Кроме того, представители потерпевшего реализовали свое право путем подачи апелляционной жалобы.

Несостоятельным является утверждение автора апелляционной жалобы о нарушении судом права потерпевшего на возмещение причиненного преступлением ущерба. В соответствии с положениями ч. 10 ст. 246 УПК РФ прекращение уголовного дела ввиду отказа государственного обвинителя от обвинения, равно как и изменение им обвинения, не препятствует последующему предъявлению и рассмотрению гражданского иска в порядке гражданского судопроизводства.

Таким образом, постановление суда о переквалификации действий ФИО3 и о прекращении уголовного дела в отношении него на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, является законным и обоснованным, полностью соответствует требованиям уголовного и уголовно-процессуального законов.

Руководствуясь ст. 38913, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

Постановление Черногорского городского суда Республики Хакасия от 20 июня 2023 г. в отношении ФИО3, которым ходатайство государственного обвинителя удовлетворено, принята предложенная государственным обвинителем квалификация действий ФИО3, постановлено считать ФИО3 обвиняемым по ч. 1 ст. 330 УК РФ, прекращено в отношении ФИО3 уголовное преследование по ч. 1 ст. 330 УК РФ на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования,

оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 471 УПК РФ в течение 6 месяцев со дня вынесения решения.

В случае подачи жалобы стороны вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи:

Справка: ФИО3 зарегистрирован по адресу: ;

проживает по адресу: .