Дело № ******

66RS0№ ******-92

Мотивированное решение изготовлено 30.12.2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05.12.2022

<адрес>

Октябрьский районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи Гисматулиной Д.Ш., при секретаре ФИО3, с участием прокурора ФИО5, истца ФИО1, представителя ответчика ФИО4, свидетелей ФИО7, ФИО8, ФИО9, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Свердлоского транспортного прокурора в интересах ФИО1 к ОАО ФИО11» о компенсации морального вреда,

установил:

Свердловский транспортный прокурор обратился в суд с иском в интересах ФИО1 к ОАО «ФИО12» о компенсации морального вреда.

В обоснование иска указано, что 18.01.2022 при прохождении резинового настила на железнодорожных путях на <адрес> железной дороги, расположенной в <адрес>, электропоез<адрес> сообщением «Камышлов – Екатеринбург» была травмирована ФИО1 Согласно заключению эксперта № ****** ей причинен тяжкий вред здоровью. По данному факту ДД.ММ.ГГГГ следователем Свердловского следственного отдела на транспорте Центрального межрегионального следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации отказано в возбуждении уголовного дела за отсутствием составов преступлений, предусмотренных ст.ст. 263, 263.1 УК РФ. Однако в результате травмирования ФИО1 были причинены нравственные страдания. В связи с изложенным просили взыскать с ответчика, как владельца источника повышенной опасности, в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 400000 руб.

В судебном заседании прокурор ФИО5, истец ФИО1 доводы и требования, изложенные в исковом заявлении, поддержали.

ФИО1 пояснила, что электропоезд задел ее по касательной, после того, как она успела перейти пути. Она продолжает пользоваться этой же дорогой, но более осмотрительнее проходит указанный участок из-за страха от полученной травмы. Она трудоустроена, размер заработка из-за травмы у нее не изменился. Ранее у нее были переломы ребер с обеих сторон, причиненные ее сожителем, с которым она не поддерживает отношения в настоящее время. Каких-либо извинений в связи со случившимся ей не поступало.

Представитель ответчика ФИО6 возражала против удовлетворения иска по доводам отзыва, указав, что у прокурора отсутствуют законные основания для обращения в суд в интересах ФИО1, поскольку основания для подачи иска прокурором указаны в ст. 45 ГПК РФ, в которой требование о компенсации морального вреда не предусмотрены. Необходимость обращения в интересах ФИО1 ввиду отсутствия у нее юридического образования и сложного материального положения к исключительным причинам не относится. ФИО1 вправе самостоятельно обратиться в суд, как лично, так и через представителя. Утверждение о нахождении ФИО1 в сложном материальном положении не подтверждено. Имеются основания для прекращения производства по делу.

Кроме того, причиной травмирования ФИО1 явилась ее грубая неосторожность, вины ответчика не имеется. Доказательства обращения истца за медицинской и психологической помощью в медицинские учреждения отсутствуют. При определении размера компенсации морального вреда необходимо учитывать требования разумности и справедливости. Заявленные требования истца завышены.

Также между ОАО ФИО13 и ФИО2 «ФИО2» заключен договор гражданской ответственности ФИО14 № ****** от ДД.ММ.ГГГГ, согласно п. 2.3 которого застрахован риск гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни и/или здоровью выгодоприобретателей, в том числе морального вреда лицам, которым причинены телесные повреждения, ранения, расстройства здоровья. Исковые требования истца подлежат удовлетворению в отношении ФИО2 «ФИО2».

Свидетели ФИО7(дежурная по переезду), ФИО8 (помощник машиниста), ФИО9 (машинист электропоезда) пояснили, что ДД.ММ.ГГГГ на станции «Хуторята» из-за поста дежурного по переезду вышла женщина и стала переходить железнодорожный путь, на звуковые и световые сигналы она не реагировала. Машинистом применено экстренное торможение.

ФИО8, ФИО9 также пояснили, что удара об кабину локомотива они не слышали, женщина успела пересечь пути. По факту случившегося проводилась служебная проверка.

Представитель ФИО2 «ФИО2» просил рассмотреть дело в свое отсутствие. В отзыве указал, что на основании п. 2.4 договора на оказание услуг по добровольном страхованию от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, обязанность страховщика по выплате страхового возмещения может возникнуть в случае признанной страхователем претензии, на основании решения суда, установившего обязанность РЖД возместить ущерб, на основании иных документов, подтверждающих факт причинения ущерба в результате наступления страхового случая. По предъявленному истцом событию в страховую компанию заявления не поступали. Размер компенсации морального вреда завышен.

Информация о времени и месте рассмотрения дела была заблаговременно размещена на интернет-сайте Октябрьского районного суда <адрес>.

Заслушав прокурора ФИО5, истца ФИО1, представителя ответчика ФИО6, свидетелей ФИО7, ФИО8, ФИО9, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

К числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите, относятся прежде всего право на жизнь (часть 1 статьи 20 Конституции Российской Федерации) как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод, и право на охрану здоровья (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни и здоровью граждан.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления Пленума).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ при прохождении резинового настила на железнодорожных путях на <адрес> железной дороги, расположенной в <адрес>, электропоез<адрес> сообщением «Камышлов – Екатеринбург» была травмирована ФИО1 Согласно медицинскому заключению № ****** от ДД.ММ.ГГГГ ей причинен тяжкий вред здоровью.

Обстоятельства травмирования, объем и характер повреждений здоровью ФИО1 не оспаривается сторонами.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. В соответствии с данной нормой ответственность наступает при наличии состава правонарушения, включающего доказанность наступления вреда и размер последнего, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением и наступлением вреда.

В силу пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, причинившее вред, освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно пункту 3 статьи 1, пункту 2 статьи 20 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 17-ФЗ "О железнодорожном транспорте Российской Федерации", пункту 15 Правил оказания услуг по использованию инфраструктуры железнодорожного транспорта общего пользования, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 703, владельцы инфраструктур, перевозчики и другие участники перевозочного процесса в пределах установленной законодательством Российской Федерации о железнодорожном транспорте компетенции, должны обеспечивать также безопасность движения и эксплуатации железнодорожного транспорта.

В п. 1 ст. 21 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 17-ФЗ "О железнодорожном транспорте в Российской Федерации", п. 3 приказа Минтранса Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 18 "Об утверждении Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути" (действовавшим на дату травмирования истца, утратившим силу с ДД.ММ.ГГГГ на основании приказа Минтранса России от ДД.ММ.ГГГГ N 20 "Об утверждении Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути") указано, что железнодорожные пути общего пользования и железнодорожные пути необщего пользования, железнодорожные станции, пассажирские платформы, а также другие связанные с движением поездов и маневровой работой объекты железнодорожного транспорта являются зонами повышенной опасности и при необходимости могут быть огорожены за счет средств владельцев инфраструктур (владельцев железнодорожных путей необщего пользования).

На основании пункта 5 приказа Минтранса Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 18 "Об утверждении Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути", с целью предупреждения случаев травмирования граждан при их нахождении в зонах повышенной опасности и недопущения гражданами действий, указанных в п. 10 и 12 настоящих Правил, владельцами инфраструктур предусматривается проведение работ по обеспечению в том числе: содержания пассажирских платформ, пешеходных переходов, тоннелей, мостов и других объектов инфраструктур железнодорожного транспорта общего пользования и железнодорожных путей необщего пользования в исправном техническом и безопасном для движения и (или) нахождения граждан состоянии.

Анализируя довод стороны ответчика о том, что надлежащим ответчиком является страховая компания ФИО2 «ФИО2», суд учитывает, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО15» и ФИО2 «ФИО2» заключен был договор гражданской ответственности ФИО16» № ****** на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, предусматривающий, в том числе страхование риска гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни и/или здоровью выгодоприобретателей, в том числе морального вреда лицам, которым причинены телесные повреждения, ранения, расстройства здоровья (подп. «а» п. 2.3 договора), а также выплату компенсации морального вреда не более 300000 руб. (п.3.3 договора).

Однако при наступлении страхового случая страхователь обязан был незамедлительно, но в любом случае не позднее трех рабочих дней с момента, когда ему стало известно, письменно известить страховщика о причинении вреда, представить все направленные в адрес страхователя претензии, информировать выгодоприобетателя о предоставлении страховщику документов, необходимых для признания заявленного события страховым случаем и определения размера понесенных убытков, известить страховщика о проведении компетентными органами расследования, предоставить страховщику копию акта служебного расследования или другие документы, подтверждающие факт наступления события, имеющего признаны страхового случая (п. 7.1 договора). Также страхователь обязан был информировать выгодоприобреталей о необходимости предоставления страховщику документов, необходимых для признания события страховым случаем при причинении вреда жизни и/или здоровью ( заключения медицинского учреждения, справки работодателя, выписки из истории болезни и т.д.) (п. 7.3.1).

Из отзыва ФИО2 «ФИО2» следует, что по факту травмирования ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 каких-либо заявлений о страховом возмещении не поступало. Ответчик данный факт не опроверг.

Указанное досудебное поведение ответчика свидетельствует об отрицании ответчиком самого факта наступления страхового случая. Данный вывод суда подтверждается материалами служебного расследования несчастного случая, предоставленными самим ответчиком, согласно которым травмы, характерные для наезда подвижного состава у пострадавшей отсутствуют, причины несчастного случая - личная неосторожность пострадавшей, случай учету не подлежит.

Таким образом, принимая во внимание, что факт травмирования ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 на железнодорожных путях на <адрес> железной дороги, расположенной в <адрес>, неуведомление ответчиком страховой компании, истца ФИО1 о наличии договора страхования с ФИО2 «ФИО2», суд полагает, что иск правомерно заявлен к надлежащему ответчику, как владельцу источника повышенной опасности, а не к страховой компании.

Разрешая требование истца о размере компенсации, суд учитывает следующее.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно части 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", при рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Как разъяснено в абзацах втором и четвертом пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Очевидно, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску.

Из изложенного следует, что, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

При определении размера компенсации суд учитывает фактические обстоятельства травмирования (игнорирование звукового сигнала потерпевшей), индивидуальные особенности ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ее состояние здоровья до травмы), тяжесть причиненного ущерба ее здоровью ( тяжкий вред здоровью), нахождение истца на лечении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, характеризующие данные истца из УУП ОП № ****** (о том, что она общественный порядок она не нарушает, компрометирующих материалов в УУП не имеется), нахождение на момент травмирования у истца на иждивении несовершеннолетнего сына, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а также отсутствие каких-либо изменений в заработке истца из-за случившегося, непринятие ответчиком мер по досудебному урегулирования спора.

В связи с изложенным суд полагает требование истца о компенсации морального вреда обоснованным в размере 100000 руб.

В силу ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета следует взыскать государственную пошлину в размере 300 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд,

решил:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО17» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100000 руб.

Взыскать с ФИО18» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд <адрес>

Судья Д.Ш. Гисматулина