судья Чернов Г.В. № 2-983/2023

№ 33-3-6659/2023

УИД 26RS0035-01-2023-000955-79

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Ставрополь 26.07.2023

Судебная коллегия по гражданским делам

Ставропольского краевого суда в составе:

председательствующего Меньшова С.В.,

судей Гукосьянца Г.А. и Куцурова П.О.,

при секретаре судебного заседания Половинченко В.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску А.А.Ш. к ПАО «МТС» о компенсации морального вреда в результате производственной травмы, по апелляционной жалобе истца А.А.Ш. на решение Шпаковского районного суда Ставропольского края от ДД.ММ.ГГГГ,

заслушав доклад судьи Гукосьянца Г.А., выслушав представителя истца А.А.Ш. по доверенности К.А.А., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика ПАО «МТС» по доверенности Ш.Г.В., просившую оставить решение суда без изменения, прокурора Дремову М.Д., просившую решение суда изменить, судебная коллегия

установила:

А.А.Ш. обратился в суд с иском к ПАО «МТС», в котором просил взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в результате производственной травмы в размере 3000 000 руб.

В обоснование требований указано, что с ДД.ММ.ГГГГ он работает в ПАО «МТС» в должности инженера. ДД.ММ.ГГГГ около 14 часов он во исполнение своих служебных обязанностей вместе с А.А.О. поднимались на служебной машине к базовой станции ПАО «МТС» от села Местерух. По пути к базовой станции был участок дороги, заваленный камнями. Он решил дойти пешком до базовой станции. При переходе этого участка дороги, один из камней ударил его и сбил с ног, после чего другие камни также нанесли ему травмы. Затем А.А.О. помог ему выбраться из-под завала и отвез его до ближайшей больницы.

По результатам расследования несчастного случая ДД.ММ.ГГГГ сотрудниками ПАО «МТС» составлен акт №. В результате данного несчастного случая он получил травмы: закрытый перелом стернального конца левой ключицы; закрытые переломы поперечных отростков 2-3-4-5 поясничных позвонков слева без смещения; перелом крыши вертлужной впадины слева; ушибы, ссадины левого плечевого пояса; левой кисти; левой голени; ушиб поясничной области слева. Данные повреждения согласно акту медицинского обследования № от ДД.ММ.ГГГГ ГБУ «Республиканское бюро судебно-медицинских экспертиз» повлекли за собой значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на 1/3 и квалифицируются как тяжкий вред здоровью.

В результате производственной травмы он испытывал и испытывает до сих пор нравственные и физические страдания, сильную боль. Он лишен возможности вести полноценную жизнь, заниматься спортом, свободно и без причинения ему неудобств и болевых ощущений передвигаться. Длительное время с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он проходил стационарное и амбулаторное лечение и до сих пор полного восстановления не наступило. Свои моральные и нравственные страдания он оценивает в 3000 000 руб. (л.д. 4-7).

Решением Шпаковского районного суда Ставропольского края от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования А.А.Ш. к ПАО «Мобильные телесистемы» о компенсации морального вреда в результате производственной травмы – удовлетворены частично.

Взыскана с ПАО «МТС» в пользу А.А.Ш. компенсация морального вреда в размере 300 000 руб.

В удовлетворении искового заявления А.А.Ш. к ПАО «Мобильные телесистемы» о компенсации морального вреда в результате производственной травмы в размере 2700 000 руб. – отказано (л.д. 181-184).

В апелляционной жалобе истец А.А.Ш., полагая, что сумма компенсации морального вреда является чрезмерно заниженной, просит решение суда отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении иска в полном объеме (л.д. 192-193).

В возражениях на апелляционную жалобу и дополнениях к ним представитель ответчика ПАО «МТС» И.Н.М. просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

Также заявлено ходатайство об истребовании сведений о входящих и исходящих телефонных соединениях (детализации телефонных соединений) абонента А.А.Ш. телефонный номер №, находящегося в пользовании истца, за ДД.ММ.ГГГГ с указанием адресов базовых станций, через которые осуществлялось соединение (л.д. 197-198, 203).

Руководствуясь положениями ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, извещенных о дате, времени и месте судебного заседания своевременно и надлежащим образом.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует и судом первой инстанции установлено, что согласно трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ А.А.Ш. с ДД.ММ.ГГГГ работает в Филиале ОАО «МТС» в <адрес>, в отделе эксплуатации сети, Группа эксплуатации радиоподсистемы, в должности инженера.

По результатам расследования несчастного случая сотрудниками ПАО «МТС» составлен акт № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в 14.00 А.А.Ш. вместе с А.А.О. поднимались на служебной машине к базовой станции от <адрес>. По пути к базовой станции был участок дороги, заваленный камнями. А.А.Ш. решил дойти пешком до базовой станции. При переходе этого участка дороги А.А.Ш. пошел по камням, чем вызвал их обвал. Один из камней ударил А.А.Ш. и сбил его с ног, после этого другие камни также нанесли ему травмы. Потом А.А.О. помог ему выбраться из камней и посадил в машину. Далее он отвез А.А.Ш. до ближайшей больницы, где ему оказали медицинскую помощь.

Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от ДД.ММ.ГГГГ, А.А.Ш. получил травмы: закрытый перелом стернального конца левой ключицы; закрытые переломы поперечных отростков 2-3-4-5 поясничных позвонков слева без смещения; перелом крыши вертлужной впадины слева; ушибы, ссадины левого плечевого пояса; левой кисти; левой голени; ушиб поясничной области слева (л.д. 9).

Данные повреждения согласно акту медицинского обследования № от ДД.ММ.ГГГГ ГБУ «Республиканское бюро судебно-медицинских экспертиз» повлекли за собой значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на 1/3 и квалифицируются как тяжкий вред здоровью (л.д. 16).

Разрешая спор, руководствуясь ст. 37 Конституции РФ, ст.ст. 21, 22, 210, 212, 219, 237 ТК РФ, ст.ст. 2, 150, 151, 1099, 1101 ГК РФ, разъяснениями, данными в п.п 2, 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», полагая доказанным истцом факт получения им травмы на производстве, в связи с чем ему причинен моральный вред, который работодателем никаким образом не компенсирован, взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию причиненного ему морального вреда в размере 300 000 руб., отказав в удовлетворении требований в большем размере.

При определении размера компенсации морального вреда суд учел индивидуальные особенности А.А.Ш. (трудоспособный возраст истца, тяжесть травмы, объем и характер причиненных истцу нравственных и физических страданий, степень вины работодателя в грубом нарушении требований охраны труда, поведение ответчика, в том чисел отсутствие какой-либо добровольно выплаченной ответчиком истцу материальной помощи).

Доводы ответчика о том, что при проведении вводного инструктажа истец был предупрежден, что при ходьбе можно споткнуться или поскользнуться, поэтому при перемещении пешком по территории организации следует соблюдать меры предосторожности: во время ходьбы быть внимательным и постоянно контролировать изменение окружающей обстановки, особенно в сложных метеорологических условиях (дождь, туман, снегопад, гололед и т.п.) и в темное время суток; соблюдать особую осторожность и быть внимательным при нахождении в зоне повышенной опасности (погрузочно-разгрузочные работы, неровности и скользкие места поверхности земли и т.д.) суд отклонил, так как из инструкции следует, что указанные правила относятся к действиям работников на территории организации, а травма А.А.Ш. получена за ее пределами.

Ссылки представителя ПАО «МТС» на стр. 7 вводного инструктажа о том, что работник обязан немедленно извещать своего непосредственного или вышестоящего руководителя о любой ситуации, угрожающей жизни и здоровью людей, о каждом несчастном случае, происшедшем на производстве, или об ухудшении состояния своего здоровья, в том числе о проявлении признаков острого профессионального заболевания (отравления) суд также отклонил, так как из пояснений истца А.А.Ш., данных им в судебном заседании, следует, что он предупредил своего руководителя о невозможности добраться до базовой станции для устранения неполадки на автомобиля, в связи с чем получил указания дойти до нее пешком. При этом судом учтено, что доказательств, опровергающих показания А.А.Ш. суду не представлено.

Также судом учтено, что из документов, предоставленных работодателем – ПАО «МТС», в том числе акта о несчастном случае на производстве № не усматривается, что причиной получении травмы было несоблюдение А.А.Ш. каких-либо инструкций либо ему было запрещено двигаться к базовой станции.

Кроме того, в акте не отражено нарушение кем-либо из должностных лиц ПАО «МТС» нормативных и иных актов по охране труда. В том числе не установлено, что какие-либо нарушения были допущены самим А.А.Ш.

При этом из пояснений представителей ПАО «МТС» и иных материалов дела следует, что А.А.Ш. ДД.ММ.ГГГГ был направлен руководством для устранении неполадок в работе базовой станции в <адрес>.

Не учтен судом в качестве доказательства представленный в электронном виде протокол опроса очевидца несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому председателем комиссии по расследованию несчастного случая М.Т.М. произведен дополнительный опрос А.А.М., так как в судебном заседании указанный гражданин не допрошен, его явка в суд не обеспечена, об уголовной ответственности судом он не предупреждался.

При этом судом учтено, что никаких ходатайств о допросе указанного свидетеля посредством видеоконференц-связи в суд не поступало.

Ссылки представителя ответчика в возражениях и дополнениях к ним на то, что истец действовал без должной осмотрительности и осторожности и именно это стало причиной получения им травмы, суд отклонил, как надуманные и ничем не подтвержденные.

При этом суд полагал, что получив от руководства указание об устранении неполадок на базовой станции истец, выполняя производственное задание, истец вынужден был добираться до станции всеми возможными способами, при этом суд полагал обоснованными ссылки на то, что камнепад препятствовал лишь проезду к базовой станции на автомобиле, но не мешал добраться туда пешком.

Кроме того, при принятии решения суд исходит из того, что в выводах по результатам проверки по факту несчастного случая не указано на нарушение А.А.Ш. каких-либо норм и правил поведения и не содержат указания, что вред возник вследствие неосторожного поведения последнего, хотя именно на работодателе лежит обязанность доказать отсутствие своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда в части необходимости взыскания с ответчика компенсации морального вреда, однако полагает, что ее размер необоснованным.

Так, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст. 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Вместе с тем, устанавливая компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб., подлежащего взысканию с организации (работодателя) в пользу истца, суд первой инстанции ограничился приведением общих принципов определения размера компенсации морального вреда, закрепленных в положениях ст. 151, 1101 ГК РФ: обстоятельства, при которых был причинен вред, степень вины причинителя вреда, объем причиненных истцу переживаний, однако не применил их к спорным отношениям, не выяснил тяжесть причиненных истцу физических и нравственных страданий, не учел индивидуальные особенности личности истца, не дал оценки его доводам о том, что в результате производственной травмы он испытывал и испытывает до сих пор нравственные и физические страдания, сильную боль. Он лишен возможности вести полноценную жизнь, заниматься спортом, свободно и без причинения ему неудобств и болевых ощущений передвигаться. Длительное время с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он проходил стационарное и амбулаторное лечение и до сих пор полного восстановления не наступило.

Из ч. 1 ст. 21, ч. 2 ст. 22, ч. 1 ст. 210, ч. 1 и абз. 2 ч. 2 ст. 212, ч. 1 ст.219, ч. 1 ст. 237 ТК РФ в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве право на такое возмещение вреда имеют названные в законе лица, которым причинен ущерб в результате смерти кормильца. Моральный вред работнику, получившему трудовое увечье, и, соответственно, членам семьи работника, если смерть работника наступила вследствие несчастного случая на производстве, возмещает работодатель, не обеспечивший работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.

Судебная коллегия, учитывая приведенные нормативные положения, а также что предметом настоящего спора является компенсация морального вреда в результате производственной травмы, причинившей нравственные и физические страдания истцу в связи с нарушением принадлежащих ему нематериальных благ, вследствие причинения ему тяжкого вреда здоровью, принимая во внимание, что в результате производственной травмы он испытывал и испытывает до сих пор нравственные и физические страдания, сильную боль, лишен возможности вести полноценную жизнь, заниматься спортом, свободно и без причинения ему неудобств и болевых ощущений передвигаться, длительное время с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проходил стационарное и амбулаторное лечение и до сих пор полного восстановления не наступило, исходя из принципов разумности и справедливости, приходит к выводу об изменении решения суда в части размера компенсации морального вреда с взысканием с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 600 000 руб.

Что касается ходатайства стороны истца об истребовании новых доказательств, то вопреки положениям ст. 56 ГПК РФ доказательств невозможности представления ответчиком сведений о входящих и исходящих телефонных соединениях (детализации телефонных соединений) абонента А.А.Ш. телефонный номер №, находящегося в пользовании истца, за ДД.ММ.ГГГГ с указанием адресов базовых станций, через которые осуществлялось соединение в суд первой инстанции, с учетом того, что согласно открытым данным в сети интернет данный номер относится к оператору ПАО «МТС» (ответчику) не представлено, соответственно оснований для истребования данных доказательств и их приобщения к материалам дела в качестве новых доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется (п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 N 16 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции").

При этом судебной коллегией также учитывается, что решение суда стороной ответчика не обжаловано.

Руководствуясь ст.ст. 327-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Шпаковского районного суда Ставропольского края от ДД.ММ.ГГГГ изменить в части размера компенсации морального вреда.

Взыскать с ПАО «МТС» в пользу А.А.Ш. компенсацию морального вреда в размере 600 000 руб., отказав в удовлетворении исковых требований в большем размере.

В остальной части это же решение суда оставить без изменения.

Апелляционную жалобу истца А.А.Ш. удовлетворить частично.

Настоящее апелляционное определение может быть обжаловано в Пятый кассационной суд общей юрисдикции (<адрес>) в порядке, предусмотренном главой 41 ГПК РФ.

Мотивированное апелляционное определение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий:

Судьи: