2-2/2025
74RS0028-01-2023-003183-35
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
9 апреля 2025 года
Копейский городской суд Челябинской области в составе:
председательствующего А.В. Лебедевой
с участием прокурора Т.С. Михайловской
при секретаре Е.А. Болотовой
рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская больница № 1 г. Копейск», Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Областная туберкулезная больница № 1», Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Станция скорой медицинской помощи г. Копейска», Государственному автономному учреждению здравоохранения «Областная клиническая больница № 3» о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратились в суд с иском (с учетом уточнения) к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Городская больница № 1» (далее ГБУЗ «Городская больница № 1 г. Копейска»), Государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Областная туберкулезная больница № 1» (далее ГБУЗ «ОТБ № 1»), Государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Станция скорой медицинской помощи г. Копейска» (далее ГБУЗ «ССМП г. Копейска»), Государственному автономному учреждению здравоохранения «Областная клиническая больница № 3» (далее ГАУЗ «ОКБ № 3») о взыскании компенсации морального вреда в размере 1000000 рублей пропорционально степени вины каждого из ответчиков (л. д. 191-197 том 3).
В обоснование иска указала, что ее супруг В.В.Ф. ДАТА года рождения, умер ДАТА. В мае 2022 года супруг проходил медицинский осмотр в медцентре «Альтернатива» г. Копейска, по результатам осмотра - здоров. Также проходил флюрографию в 2022 году – легкие чистые. 27 мая 2022 года у супруга поднялась температура, начался сухой кашель, 30 мая 2022 года терапевтом ГБУЗ «ГБ № 1 г. Копейска» супругу поставлен диагноз: «МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ». 2 июня 2022 года терапевтом ГБУЗ «ГБ № 1» г. Копейска супругу дали направление на ФОГ, ОАК, СРБ, поставлен диагноз «МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ». По результатам ФОГ от 2 июня 2022 года супруга пригласили на дополнительное обследование. 6 июня 2022 года терапевтом ГБУЗ «ГБ № 1 г. Копейска» выявлены признаки МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ, результаты ОАК и СРБ неудовлетворительные, поставлен диагноз «МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ» выданы направления на анализы и КТ с контрастом. Держится высокая температура. 7 июня 2022 года в ГБУЗ «ОТБ № 1» на осмотре фтизиатра по снимкам ФОГ от 6 июня 2022 года установлено, что МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ, дали направление на 10 июня 2022 года на КТ. 8 июня 2022 года В.В.Ф. обнаружил шишку на шее, появились головные боли, после осмотра участковым терапевтом было дано направление на КТ 10 июня 2022 года. 8 июня после проведения КТ с контрастом, был поставлен диагноз «МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ», В.В.Ф. был госпитализирован на скорой помощи в ГБУЗ «Городская больница № 1 г. Копейска» в кардиологическое отделение, Направление в ГБУЗ «ЧОКБ» не было дано. С 14 июня по 19 июля 2022 года в связи с положительным результатом на СОVID-19 В.В.Ф. находился на лечении в ГБУЗ «ОКБ № 2». 1 июля 2022 года супругу истца проведена видеобронхоскопия, гистологию не брали, так как очаги не выявлены, онкология легких не выявлена. На момент выписки 19 июля 20202 года у В.В.Ф. сохранялась высокая температура, имелось МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ, результаты анализов оставались плохими, рекомендовано посещение пульманолога, терапевта, онколога, гематолога, кардиолога. 20 июля 2022 года на дом был вызван участковый терапевт, было продолжено лечение СОVID-19. 21 июля 2022 года В.В.Ф. стал жаловаться на сильные боли в области желудка, была вызвана скорая помощь. 22 июля 2022 года В.В.Ф. прошел ФГС, по результатам которого установлен МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ. На дом был вызван фельдшер. 25 июля 2022 года, обратились в платную клинику АО « Клиника вся медицина» к пульманологу, где попросили гистологию видеобронхоскопии, но поскольку гистология не была проведена, данное заключение не представили. 29 июля 2022 года в связи с тем, что боли в животе усилились, была вызвана скорая помощь, В.В.Ф. был госпитализирован в хирургическое отделение ГБУЗ «ГБ №1», где его осмотрели и отправили в терапевтическое отделение ГБУЗ «ГБ № 1». 1 августа 2022 года лечащий врач сообщил, что В.В.Ф. находится в реанимации, 2 августа сообщили, что состояние удовлетворительное. С 29 июля 2022 года по 10 августа 2022 года В.В.Ф. находился на лечение в терапевтическом отделении ГБУЗ «ГБ № 1 г. Копейска». Было выдано направление в онкоцентр на 15 августа 2022 года. 11 и 12 августа 2022 года терапевт не пришла на осмотр, по телефону назначила препараты железа и Омез. 15 августа 2022 года состояние здоровья супруга ухудшилось и он вновь поступил в стационар ГБУЗ «ГБ № 1 г. Копейска», вечером 15 августа 2022 года В.В.Ф. умер. Причина смерти указана: МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ Считает, что обязательства врачей исполнены ненадлежащим образом медицинские услуги оказаны некачественно, не смотря на стремительное ухудшение состояния здоровья супруга, ему было отказано в обследовании у онколога, а когда было получено направление, то было потеряно много времени. В связи со смертью супруга, истице причинен значительный моральный вред, она лишена возможности быть вместе со своим супругом, и навсегда лишилась любимого человека. Тем самым ей причинены нравственные и физические страдания. Просит удовлетворить требования.
Истица ФИО1, третьи лица ФИО2, ФИО3, представитель ТФОМС, ФИО4 о рассмотрении дела извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились.
В силу ст.167 ГПК РФ суд находит возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Представитель истца адвокат Шишменцев В.В. в судебном заседании доводы искового заявления поддержал, просил удовлетворить требования в полном объеме.
В судебном заседании представители ответчиков ГБУЗ «Городская больница №3 г. Копейск» ФИО5, ГБУЗ «Городская больница №1 г. Копейск» ФИО6, ГБУЗ «Областная туберкулезная больница» ФИО7, ГБУЗ «Станция скорой медицинской к помощи г. Копейска» ФИО8 с иском не согласились.
Представитель третьего лица ГБУЗ «Областная клиническая больница № 2» ФИО9 исковые требования не поддержала.
Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, с учетом мнения представителя прокуратуры, полагавшей требования подлежащими удовлетворению с учетом степени разумности, поскольку имеются доказательства наличия дефектов при оказании медицинской помощи пациенту, суд пришел к следующему выводу.
В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации, человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации).
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (ст. 41 Конституции Российской Федерации).
Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации).
Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.
В соответствии со ст. 4 Федерального закона от 21.11.2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», основными принципами охраны здоровья являются: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий (п. 1); приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи (п. 2); доступность и качество медицинской помощи (п. 6); недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (п. 7).
На основании п. 2 ст. 79 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи.
Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с п. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33 от 15 ноября 2022 года «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ) (п. 12 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 « О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»)
Как разъяснено в п. 14 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного суда РФ под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.
Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ) (п. 22).
Согласно разъяснений данный в пунктах 47, 48, 49 Постановления пленума Верховного Суда РФ от15 ноября 2022 года № 33 Медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.
Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае причинения вреда жизни гражданину требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, лично им причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред).
В п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Судом установлено, что В.В.Ф. и ФИО1 состояли в браке с ДАТА, ранее брака между истцом и В.В.Ф. был заключен ДАТА, расторгнут ДАТА (л.д.145, 146, 148 том 1). Согласно актовой записи о смерти НОМЕР от ДАТА В.В.Ф. умер ДАТА. Причина смерти: МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ (л. д. 147 том 1, л.д.28 том 1 медицинское свидетельство о смерти).
В материалах дела имеются медицинские карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных и стационарных условиях на имя В.В.Ф. ДАТА года рождения.
Так согласно амбулаторной карты умершего НОМЕР (л.д.120-143 том 1): В.В.Ф. в 2022 года впервые обратился за медицинской помощью 4 февраля 2022 года с жалобами на общую слабость, кашель, насморк повышение температуры тела до 38,3,выписан с выздоровлением 15 февраля 2022 года; диагноз МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ. Затем последовало обращение 19 апреля 2022 года, установлен диагноз МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ у взрослых. 30 мая 2022 года жалобы при обращении на температуру тела, кашель с мокротой, головную боль. Диагноз МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ рекомендован ПЦР; 2 июня 2022 года жалобы на выраженную слабость. Сохраняется кашель, периодически с отделением мокроты светлого цвета, сохраняется повышение температуры тела до 38,3, установлен диагноз МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ. Рекомендовано ФОГ, ОАК. СРБ, назначено лечение; 08 июня 2022 года В.В.Ф. обратился с жалобами на головную боль в правой половине, насморк, повышенную температуру тела. Установлен диагноз МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ, направлен на стационарное лечение (л. д. 120-137 том1 ).
С 09 июня 2022 года по 14 июня 2022 года истец находился на стационарном лечении в кардиологическом отделении. 14 июня из кардиологического отделения больной направлен в ЧОКБ № 2 для проведения КТ легких для исключения вирусной пневмонии и определения дальнейшей тактики лечения (л.д. 29-67 том 1, л.д. 212 вызов скорой помощи). Был доставлен бригадой скорой медицинской помощи в ГБУЗ «Областную клиническую больницу № 2».
По результатам КТ легких 15 июня 2022 года, был госпитализирован в Государственное автономное учреждение здравоохранения «Областная клиническая больница № 3» с диагнозом МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ, находился на лечение по 19 июля 2022 года. При выписке даны рекомендации: на диспансерный учет у пульманолога, кардиолога, терапевта по месту жительства, вызов врача на дом на 20 июля 2022 года, консультация онколога, диаскин-тест, консультация гематолога для исключения лимфопролиферативных заболеваний, контроль кардиолога для определения дальнейшей тактики ведения пациента, контроль АД и ЧСС, регулярный прием препаратов, МСКТ ОГК с КУ через 3 месяца ЭКГ. ОАК. СОЭ, СРБ, электролиты, ФПП, креатинин через 2 недели по месту жительства.
21 июля 2022 года проведен осмотр участковым врачом, указан диагноз МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ назначено лечение. Назначен повторный осмотр на 25 июля 2022 года (л.д. 137 том1)
23 июля 2022 года вызов скорой медицинской помощи на дом, жалобы на боли тупого характера в области эпигастрии. В результате оказания скорой медицинской помощи наступило улучшение, рекомендовано обратится в поликлинику по месту жительства (л.д.220-221 том 1).
26 июля 2022 года прием участкового врача-терапевта, жалобы на насморк сухой кашель, першение в горле, потливость, повышение температуры тела, одышку. Диагноз МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ,. повторный осмотр назначен на 29 июля 2022 года (л.д.138 том1).
С 29 июля 2022 года по 1 августа 2022 года В.В.Ф. находился на стационарном лечении в ГБУЗ «Городская больница № 1» Терапевтическое отделение. Был доставлен сотрудниками станции скорой медицинской помощи, с жалобами на боли в животе, постоянного ноющего характера, которые беспокоят в течение недели (л.д.222-223 том 1). Выписан 10 августа 2022 года. Заключительный диагноз МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ. Состояние после перенесенной инфекции МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ. Выписан с улучшением, рекомендовано правильное питание, водно-солевой режим, адекватная физическая активность, режим труда и отдыха, отказ от курения, умеренное употребление алкоголя ( для употребляющих). Пройти планово лабораторное дообследование: ОАК в динамике, биохимия крови в динамике, гормоны щитовидной железы, ФКС (от выполнения ФКС в отделении отказался); плановая консультация онколога (записан в поликлинику ГАУЗ «ЧОКЦОиЯМ» на 15 августа 2022 года к 11-20), пульманолога, кардиолога, гастреэнтеролога, ангиохирурга, фтизиатра (л.д.36-37 том 2).
15 августа 2022 года вновь была вызвана бригада скрой медицинской помощи в связи с жалобами на резкую слабость, отеки ног. Доставлен в ГБУЗ «Городская больница № 1» с диагнозом МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ. Проведено обследование, забраны анализы, назначено лечение. 15 августа 2022 года В.В.Ф. умер находясь в стационаре ГБУЗ «Городская больница № 1 (л.д. 70-119 том 1).
Из заключений о результатах экспертизы медицинской помощи замечаний на всех этапах оказания медицинской помощи не выявлено. За исключением периода оказания помощи 15 августа 2022 года, в котором указано, что не поставлено ЗНО правого легкого с метостезированием, при этом отмечено, что лечение проведено в реанимации правильно, согласно рекомендациям «Интенсивная терапия Национальное руководство м. 2019», госпитализация обоснованная (л.д.161-162 том 1)
Из акта проверки Министерством здравоохранения Челябинской области юридического лица ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи г. Копейск» НОМЕР от 11.08.2021 года, следует, что по результатам проверки Министерством здравоохранения Челябинской области в отношении лица ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи г. Копейск» предписание не составлялось (л.д. 216-219 том 1).
В протоколе патологоанатомического вскрытия НОМЕР указано, что В.В.Ф. умер ДАТА, заключительный клинический диагноз: Код по МКБ МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ состояние после перенесенной МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ (л.д. 112 том 1)
Истица полагает, что медицинская помощь В.В.Ф. врачами ГБУЗ «Городская больница №1 г. Копейск», ГБУЗ «Областная туберкулезная больница «№ 1», ГБУЗ «Станция скрой медицинской помощи г. Копейска, ГАУЗ «Областная клиническая больница № 3» оказана некачественно.
Истица обратилась с заявлением о привлечении к уголовной ответственности в Следственный отдел г. Копейска Следственного управления Следственного комитета РФ по Челябинской области. Из ответа Помощника следователя, установлено, что оснований для организации процессуальной проверки в порядке с т. 144, 145 УПК РФ в СО по г. Копейска не имеется.
Из Акта проверки Министерства здравоохранения Челябинской области юридического лица НОМЕР от 09 декабря 2022 года, следует, что выявлены замечания по оказанию медицинской помощи: пациенту не диагностирован при жизни МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ. При проведении патологоанатомического исследования трупа установлено расхождение диагнозов по основному заболеванию. Непосредственная причина смерти - МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ. Установлен патологоанатомический диагноз: МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ не осмотрен врачом - онкологом в течение 3 рабочих дней после того как признаки МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ были выявлены (пациент был неоднократно обследован в том числе неоднократно с июня по август 2022года проводилось МСКТ исследование органов грудной клетки в разных медицинских организациях. Также неоднократно при проведении обследования высказывалось подозрение на наличие у пациента МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ. Телемедицинская консультация со специалистами ГАУЗ «ЧОКЦОиЯМ» проведена В.В.Ф. только 8 августа 2022года. Рекомендовано провести консультацию КТ-ислледования в условиях ГАУЗ «ЧОКЦО и ЯМ» доля чего необходимо было предоставить диски, однако рекомендация ГБУЗ «Городская больница № 1 г. Копейска» не выполнена, диски в ГАУЗ «ЧОКЦО и ЯМ» не предоставлены.
По определению суда было назначено проведение комплексной судебно-медицинской экспертизы.
В заключение комплексной судебно-медицинской экспертизы ГБУЗ Тюменской области «Челябинское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» НОМЕР от 14.03.2025 года указано, что согласно результатам патолого-анатомического исследования трупа смерть В.В.Ф. наступила от заболевания - МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ. Исходя из распространенности и выраженности опухолевого процесса есть все основания полагать, что указанное заболевание возникло и развивалось задолго до рассматриваемых событий оказания медицинской помощи и на момент обращения за медицинской помощью имела распространенный характер и необратимое течение. Указанное заболевание протекало с развитием характерных для него проявлений осложнений, которые и явились непосредственной причиной смерит в данном случае. Каких-либо объективных признаков того, что допущенные дефекты оказания медицинской помощи явились причиной возникновения заболевания или вызвали развитие несвойственных ему осложнений, в представленных материалах не имеется. Наиболее вероятной причиной развития онкологического заболевания в данном случае явилось длительное ( 30-40 лет со слов пациента) курение большого количества (20 шт. в день) сигарет. Таким образом, любые выявленные в ходе проведения экспертизы дефекты оказания медицинской помощи, не могут быть поставлены в причинную связь с возникновением и развитием заболевания, а также же наступлением смерит гр-на В.В.Ф.
Следует отметить, что медицинская помощь пациенту В.В.Ф. оказывалась не по поводу установленного посмертно онкологического заболевания, а по поводу других, имеющихся у него заболеваний, в т.ч. особо опасной инфекции МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ в условиях объявленной пандемии. Таким образом, целью обследования и лечение больного не являлось выявление и лечение онкологического заболевания, а его проявления. Выявленные в ходе ретроспективного анализа медицинской документации, маскировалось основными заболеваниями.
Анализ представленных материалов позволяет выделить следующие, наиболее значимые дефекты оказания медицинской помощи пациенту В.В.Ф.,Ф. :
- скорая медицинская помощь: 14 июня 2022 года с 22:07 до 23:45, 14 июня до 00:55, 15 июня - частота дыхательных движения 20 в 1 минуту необоснованно расценена как отсутствие одышки, однако данный дефект не привел к ухудшению состояния здоровья пациента, поскольку даже при правильной интерпретации ЧДД пациент не нуждался бы в дополнительных медицинских вмешательствах (оксигенотерапии), о чем свидетельствует показатель сатурации кислорода; 23 июля 2022 года с 20:28 до 21:20 - не детализированы жалобы на боль в области эпигастрия и анамнеза в соответствующей части, а именно: время появления боли, внезапное или постепенное начало; ее интенсивность, характер (постоянная приступообразная) динамика с момента появления до момента начала оказания СМП, типичность этого состояния для пациента, что имело значение для проведения дифференциальной диагностики. В частности, острой хирургической патологией органов брюшной полости, однако данный дефект не привел к ухудшению состояния здоровья пациента, поскольку в последствии (на этапе стационарного лечения и посмертно) у В.В.Ф.,Ф. не были диагностированы какие-либо острые патологические состояния, заболевания или их осложнения, проявляющиеся болью в эпигастральной области;
- на всех этапах оказания медицинской помощи в обозначенных вопросом медицинских организациях: лечащим врачами не проявлена онконастороженность - при наличии в результатах рентгенологических исследований сведений о лимфоаденопатии (увеличении размеров и деформации лимфатических узлов), изменений формы корня правого легкого, персистирующего очагового изменения ткани нижней доли правого легкого, при наличии УЗИ -данных о структурных изменениях лимфатических узлов, клинических данных о возникновении у пациента «шишки» на шее, при стойком увеличении СРБ в анализах( в т.ч. может свидетельствовать о наличии онкопатологии) не было дано направление для специальных обследований, направленных на выявление новообразования.
Экспертная комиссии считает необходимым еще раз указать, на тот факт, что обследование и лечение пациента проводилось по поводу имеющихся у него множественных сопутствующих патологий, клинические проявление которых в значительной мере маскировали неспецифические симптомы МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ. Кроме того, степень выраженности МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ, установленная при исследовании трупа, а так же ретроспективный анализ результатов проведенных обследований указывают на его возникновение и распространение задолго до рассматриваемых событий оказания медицинской помощи. В данном случае не возможно с достаточной уверенностью высказаться о возможности полного излечения МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ у гр-на В.Ф.Ф. или сколько-нибудь значимом продлевании жизни, даже при своевременном возникновении подозрения на МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ. Кроме того, в период заболевания МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ оказывать необходимое противораковое лечение представляется опасным для жизни пациента. Таким образом, выявленные в данном случае дефекты оказания медицинской помощи не явились причиной возникновения МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ у гр-на В.В.Ф. не привели к развитию неспецифических для МЕДИЦИНСКИЕ СВЕДЕНИЯ осложнений, не ухудшили состояния здоровья пациента и в причинной связи с наступлением смерти не находятся. Выявленные дефекты оказания медицинской помощи (кроме этапа скорой медицинской помощи) снизили эффективность имеющихся диагностических возможностей по выявлению рака легкого и не позволили применить существующие методики его лечения (л. д. 125 -146 том 3).
Оценив представленные доказательства в совокупности, суд пришел к выводу, что в результате неправомерных действий медицинских работников ГБУЗ «Городская больница №1 г. Копейск», ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи г. Копейска», ГАУЗ «Областная клиническая больница № 3» супруги В.В.Ф. был причинен моральный вред, который выразился в ее нравственных страданиях по поводу ненадлежащей и несвоевременной медицинской помощи ее больному супругу.
Факт того, что дефекты оказания медицинской помощи В.В.Ф. сами по себе не привели к последствиям в виде смерти, не свидетельствует об отсутствии у ответчиков обязанности и возможности оказания медицинской помощи в полном объеме и соответствующей оценки тяжести состояния больного при обращении за медицинской помощью.
При этом учитывая, что к ответчику ГБУЗ «Областная туберкулезная больница № 1» В.В.Ф. обратился только единожды 06 июня 2022 года (л.д. 115 том 2). Ему были назначено обследование в связи с подозрением участкового терапевта на увеличение внутригрудных лимфоузлов, и пройдя которое, он в данное учреждение не обращался, суд считает, что оснований для взыскания компенсации морального вреда с данного ответчика не имеется.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание фактические обстоятельства дела, степень вреда, характер причиненных истцам страданий, в связи с некачественной медицинской помощью В.В.Ф., с учетом того, что супруга умершего испытывает и испытывала, в период болезни В.В.Ф., и не возможности получения облегчения состояния супруга после обращения за медицинской помощью, глубокие нравственные страдания, переживания по невосполнимой потере близкого человека и считает разумным определить сумму морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истицы в размере 150000 рублей с ГБУЗ «Городская больница №1 г. Копейск», 100000 рублей с ГАУЗ №Областная клиническая больница № 3», 50000 рублей с ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи», при определении размера компенсации морального вреда, судом учитывается продолжительность оказания медицинской помощи каждым из ответчиков и тяжести состояния пациента, в остальной части требований о взыскании с ответчиков компенсации морального вреда надлежит отказать.
Указанные суммы компенсации морального вреда суд находит разумными и обоснованными, позволяющими в полной мере восполнить объем причиненных истцам страданий.
Государственный бюджетным учреждением здравоохранения «Областная клиническая больница № 2» заявлено ходатайство о перераспределении судебных расходов в части оплаты стоимости экспертизы. Указано, что при подаче иска ФИО1 указывала их как ответчиков.
Апелляционным определением Челябинского областного суда от 30 января 2024 года на них как ответчиков были возложены расходы по оплате судебно-медицинской экспертизы. Оплаты в размере 37 945 рублей произведена. В уточненном иске, истца требований к ним не предъявляет, из числа ответчиком они исключены, в связи с чем просит произвести перераспределение судебных расходов.
Судом установлено, что расходы по проведению экспертизы возложены на основании Апелляционного определения Челябинского областного суда на ГБУЗ «Городская больница № 1». ГБУЗ «Областная туберкулезная больница № 1» ГБУЗ «Областная клиническая больница «№ 2» Государственное автономное учреждение здравоохранения «Областная клиническая больница № 3» в равных долях ( л.д. 189-197 том 2).
В материалы дела представлен квитанция об оплате ГБУЗ «Областная клиническая больница № 2» 37495 рублей в ГБУЗ «Челябинское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» (л.д.69 том 30.
При подаче уточенного искового заявления истица ГБУЗ «Областную клиническую больницу № 2» исключила из числа ответчиков, считает, что моральные страдания ей нанесены иными ответчиками, кроме указанных в Апелляционном определении Челябинского областного суда от 30 января 2024 года, еще и ответчиком ГБУЗ «Станция скорой медицинской помощи г. Копейска »
В связи с тем, что ГБУЗ «ССМП г. Копейска» ранее не были указаны в числе ответчиков, суд пришел к убеждению, что требования к данному ответчику заявлены обоснованно, следовательно расходы по проведению экспертизы должна понести данная организация, путем перечисления суммы 37945 рублей на счет ГБУЗ «Областная клиническая больница № 2».
Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Поскольку ФИО1 в требованиях о взыскании компенсации морального вреда к ГБУЗ «Областная туберкулезная больница № 1» отказано, данным учреждением понесены расходы по проведению судебно-медицинской экспертизы в размере 37945 рублей, данная сумма подлежит взысканию с В.Н.Ф. в пользу ГБУЗ «Областная туберкулезная больница № 1».
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд-
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Городская больница №1 г. Копейск» (ИНН <***>) в пользу ФИО1, ДАТА года рождения, ИНН НОМЕР, компенсацию морального вреда 150000 рублей, в остальной части иска – отказать.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Станция скорой медицинской помощи г. Копейска» (ИНН <***>) в пользу ФИО1, ДАТА года рождения, ИНН НОМЕР, компенсацию морального вреда 50000 рублей, в остальной части иска – отказать.
Взыскать с Государственного автономного учреждения здравоохранения «Областная клиническая больница № 3» ИНН <***> в пользу ФИО1, ДАТА года рождения, ИНН НОМЕР, компенсацию морального вреда 100000 рублей, в остальной части иска – отказать.
В удовлетворении требований ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Областная туберкулезная больница № 1» – отказать.
Взыскать с ФИО1 ДАТА года рождения ИНН НОМЕР в пользу Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная туберкулезная больница № 1» расходы по оплате экспертизы в размере 37 945 рублей.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Станция скорой медицинской помощи г. Копейска» ИНН <***> в пользу Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная клиническая больница № 2» ИНН <***> расходы по оплате экспертизы в размере 37945 рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в челябинский областной суд через Копейский городской суд в течение месяца со дня изготовления в окончательном виде.
Председательствующий: А.В. Лебедева
Мотивированное решение изготовлено 23 апреля 2025 года
Судья