УИД 58RS0025-01-2023-000404-07

Судья Сухова Т.А. дело № 33-3248/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 сентября 2023 г. г. Пенза

Судебная коллегия по гражданским делам Пензенского областного суда в составе:

председательствующего Бурдюговского О.В.

судей Копыловой Н.В., Мягковой С.Н.

при ведении протокола секретарем Рожковым Е.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании в здании Пензенского областного суда гражданское дело № 2-256/2023 по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Нижнеломовского районного суда Пензенской области от 23 мая 2023 г., которым постановлено:

исковые требования ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба в сумме 24 000 (двадцати четырех тысяч) рублей в качестве компенсации материального вреда за необоснованное уголовное преследование и компенсации морального вреда в сумме 55 000 (пятидесяти пяти тысяч) рублей за необоснованное уголовное преследование оставить без удовлетворения.

Заслушав доклад судьи Копыловой Н.В., объяснения представителя ФИО1 Поздняковой М.А., поддержавшей доводы жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о возмещении понесенных ею по уголовному делу частного обвинения расходов в размере 24 000 руб. и компенсации морального вреда в размере 55 000 руб.

В обоснование указала, что ФИО2 обратился в порядке частного обвинения с заявлением о привлечении ее к уголовной ответственности УК РФ.

Ссылаясь на вынесение мировым судьей постановления о прекращении уголовного дела на основании п.5 ч.1 ст.24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отказом частного обвинителя от обвинения, просила возместить ей за счет частного обвинителя понесенные расходы на оплату услуг адвоката, компенсировать причиненный моральный вред и взыскать расходы на оплату услуг представителя по настоящему делу в размере 11 000 руб.

Нижнеломовский районный суд Пензенской области постановил вышеуказанное решение.

Не соглашаясь с решением суда, ФИО1 подала апелляционную жалобу, в которой просит об отмене решения и вынесении нового об удовлетворении иска, ссылаясь на то, что возбужденное против нее частным обвинителем ФИО2 уголовное дело, в ходе которого не представлены доказательства ее виновности, повлекло для нее неблагоприятные последствия; она была признана обвиняемой, в ходе рассмотрения дела ей задавались вопросы как обвиняемой. Судебные заседания были открытыми, в зале суда присутствовали люди. Отказывая ей в иске исходя из права лица выдвигать и поддерживать обвинения, вины которого в перенесенных ей нравственных и физических страданиях не установлено, суд не учел, что ею не оспаривалось право ответчика на обращение в суд в порядке Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, она ссылалась на необоснованность привлечения ее к уголовной ответственности частным обвинителем и наступление в связи с уголовным преследованием отрицательных последствий в виде нравственных и душевных страданий, нарушения сна, аппетита, вынужденных материальных расходов на защитника по уголовному делу. У гражданина в случае необоснованного привлечения к уголовной ответственности в качестве обвиняемого по заявлению частного обвинения возникают отрицательные последствия и право на реабилитацию за счет средств лица, по заявлению которого возбуждено уголовное дело. Ссылается на то, что ответчик имел возможность использовать гражданско-правовые механизмы регулирования взаимоотношений, не имеющие столь отрицательные последствия для ее карьеры и репутации в обществе.

В возражениях на апелляционную жалобу ФИО2 просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебное заседание апелляционной инстанции истец ФИО1 и ответчик ФИО2 не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения в пределах доводов жалобы (ч.1 ст.327.1 ГПК РФ), судебная коллегия приходит к выводу об отмене решения по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО2 обратился к мировому судье судебного участка № с заявлением о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного УК РФ, ссылаясь на то, что в заявлении, поданном ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ в адрес <данные изъяты> она указала сведения, носящие клеветнический характер и порочащие его деловую репутацию.

Постановлением мирового судьи от 27 февраля 2023 г. ФИО1 привлечена по уголовному делу в качестве обвиняемой, ей предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного УК РФ

Постановлением мирового судьи судебного участка № от 24 марта 2023 г. дело частного обвинения прекращено по основанию, предусмотренному п.5 ч.1 ст.24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с неявкой частного обвинителя без уважительных причин.

В связи с оказанием адвокатом (защитником) юридической помощи при рассмотрении указанного уголовного дела ФИО1 понесены расходы в сумме 24 000 руб.

В обоснование иска ФИО1 указала, что в связи с предъявленным ей обвинением она перенесла нравственные страдания, испытывая чувство подавленного настроения, страха, тревоги, переживания, депрессию.

Отказывая в удовлетворении иска, суд исходил из того, что действия ФИО2, обратившегося с заявлением о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности, являются способом реализации его конституционного права на обращение в суд с намерением защитить свои права и законные интересы, не преследовали цели причинить вред истцу, а само по себе вынесение постановления о прекращении уголовного дела в отношении истца не является безусловным основанием для возложения ответственности по возмещению убытков и компенсации морального вреда на частного обвинителя.

С указанным выводом судебная коллегия не может согласиться исходя из следующего.

В силу ч.9 ст.132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации при оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному уголовному делу. При прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон процессуальные издержки взыскиваются с одной или обеих сторон.

При этом в ст.131 названного кодекса расходы лица, в отношении которого имело место обращение в порядке частного обвинения, на юридическую помощь и специалиста в качестве судебных издержек не указаны.

Вместе с тем Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 2 июля 2013 г. № 1057-О «По жалобе гражданина ФИО3 на нарушение его конституционных прав пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации» подчеркнул, что отсутствие в уголовно-процессуальном законодательстве прямого указания на возмещение вреда за счет средств частного обвинителя и независимо от его вины не может расцениваться как свидетельство отсутствия у государства обязанности содействовать реабилитированному лицу в защите его прав и законных интересов, затронутых необоснованным уголовным преследованием.

В названном определении указано, что в системе действующего правового регулирования, в том числе в нормативном единстве со ст. 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, расходы на оплату услуг представителя могут расцениваться как вред, причиненный лицу в результате его необоснованного уголовного преследования по смыслу ст.15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст.15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (п.1).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п.2).

Общие основания ответственности за вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, устанавливаются ст.1064 названного кодекса.

Согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 г. № 1059-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО4 на нарушение ее конституционных прав пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 части второй статьи 381 и статьей 391.11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации», обращение к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения само по себе не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в том числе права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного ст.23 Конституции Российской Федерации.

В этом же определении указано, что недоказанность обвинения какого-либо лица в совершении преступления, по смыслу ч.1 ст.49 Конституции Российской Федерации, влечет его полную реабилитацию и восстановление всех его прав, ограниченных в результате уголовного преследования, включая возмещение расходов, понесенных в связи с данным преследованием. Взыскание в пользу реабилитированного лица расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. При этом, однако, возложение на частного обвинителя обязанности возместить лицу, которое было им обвинено в совершении преступления и чья вина не была доказана в ходе судебного разбирательства, понесенные им вследствие этого расходы не может расцениваться как признание частного обвинителя виновным в таких преступлениях, как клевета или заведомо ложный донос. Принятие решения о возложении на лицо обязанности возместить расходы, понесенные в результате его действий другими лицами, отличается от признания его виновным в совершении преступления как по основаниям и порядку принятия решений, так и по их правовым последствиям и не предопределяет последнего.

Соответственно, частный обвинитель не освобождается от обязанности возмещения оправданному лицу как понесенных им судебных издержек, так и причиненного ему необоснованным уголовным преследованием имущественного вреда (в том числе расходов на адвоката), а также компенсации морального вреда.

Статью 1064 ГК РФ, не исключающую обязанность частного обвинителя возместить оправданному лицу понесенные им судебные издержки и компенсировать имущественный и моральный вред, следует трактовать в контексте общих начал гражданского законодательства, к числу которых относится принцип добросовестности: согласно ст.1 указанного кодекса при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (п.3); никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п.1). Иными словами, истолкование ст.1064 ГК РФ в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости.

Согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в указанном выше определении от 2 июля 2013 г. № 1059-О, положения гражданского права, действующие в неразрывном системном единстве с конституционными предписаниями, в том числе со ст.17 (ч.3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и которая в силу ст.15 (ч.1) Конституции Российской Федерации, как норма прямого действия, подлежит применению судами при рассмотрении ими гражданских и уголовных дел, позволяют суду при рассмотрении каждого конкретного дела достигать такого баланса интересов, при котором равному признанию и защите подлежит как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на возмещение ущерба, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования (п.3).

Из изложенного следует, что реабилитированное лицо имеет право на возмещение понесенных в связи с производством по уголовному делу расходов с лица, по заявлению которого начато производство по уголовному делу, и в возмещении ему таких расходов не может быть отказано полностью только на том основании, что ответчик своим правом не злоупотреблял. Такие фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя или о злоупотреблении им правом, могут быть приняты во внимание при определении размера подлежащих возмещению расходов, но не могут выступать в качестве критерия обоснованности либо необоснованности заявленных требований.

Иное привело бы к невозможности реализации права реабилитированного лица на компенсацию причиненных убытков.

Делая вывод об отсутствии в действиях ФИО2 признаков злоупотребления правом, суд не учел, что недоказанность обвинения какого-либо лица в совершении преступления, по смыслу ст.49 Конституции Российской Федерации, влечет его полную реабилитацию и восстановление всех его прав, ограниченных в результате уголовного преследования, в том числе возмещение понесенных им судебных издержек и компенсации морального вреда и во взыскании их не может быть отказано полностью только на том основании, что ответчик не злоупотреблял своим правом.

Кроме того, суд не дал оценки тому, что ФИО2, реализовав свое право на обращение в суд в порядке частного обвинения, перестал являться в суд для поддержания обвинения, фактически отказавшись от него, что привело к прекращению производства по уголовному делу, в рамках которого ФИО1 понесла расходы.

При таких обстоятельствах вывод суда об отсутствии оснований для взыскания понесенных истцом в рамках уголовного дела расходов и компенсации морального вреда нельзя признать законным.

Принимая во внимание, что уголовное дело по частному обвинению ФИО1 было прекращено в связи с отказом частного обвинителя от поддержания обвинения, допущенное им необоснованное уголовное преследование является основанием для взыскания в пользу ФИО1 расходов, понесенных в связи с привлечением ее к участию в уголовном деле и необходимых для реализации права обвиняемого на защиту.

Из материалов уголовного дела следует, что интересы ФИО1 представляла адвокат Позднякова М.А. на основании ордера от 6 марта 2023 г. № по соглашению №. С ее участием состоялось 2 судебных заседания, которые были непродолжительными.

Принимая во внимание вышеуказанные фактические обстоятельства, объем необходимой и реально полученной правовой помощи, период рассмотрения дела, требования разумности и справедливости, судебная коллегия полагает подлежащим возмещению расходы в размере 10 000 руб.

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу положений ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.п.1, 12, 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п. 14 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

При обращении в суд с иском ФИО1 указала, что является известной личностью в городе, много лет работает <данные изъяты>, исключительно положительно характеризуется на работе и необоснованное уголовное преследование со стороны ФИО2 крайне негативно отразилось на ее морально-психическом состоянии, связанном с ее статусом подсудимой. В связи с этим она испытывала страх, переживания, волнение, подавленность настроения.

Абз.3 ст. 1100 ГК РФ, закрепляющий основания компенсации морального вреда, и ст.152 указанного кодекса, определяющая порядок реализации конституционного права на защиту чести и доброго имени, находятся в общей системе правового регулирования, а потому при их применении необходимо обеспечивать баланс интересов, при котором равному признанию и защите подлежало бы как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на компенсацию морального вреда, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования.

Сам факт рассмотрения уголовного дела в отношении истицы, определение ее положения в уголовном процессе в качестве подсудимой, по мнению судебной коллегии, безусловно причинили ФИО1 моральные страдания, переживания за свою дальнейшую судьбу, поставили ее в психотравмирующую ситуацию, так как ранее она не привлекалась к уголовной ответственности, ей приходилось участвовать в уголовном процессе в качестве подсудимой.

Исходя из установленной законом презумпции вины причинителя вреда, на ответчике лежит обязанность доказать ее отсутствие. Между тем, таких доказательств в материалах дела не имеется.

ФИО2, полагая порочащими его деловую репутацию сведения, содержащиеся в обращении ФИО1 к руководителю организации, в которой он работает <данные изъяты>, усмотревшей коррупционную составляющую в представлении интересов истца в гражданском деле с ее участием супругой ФИО2 и участии в качестве третьего лица организации, работником которой является ФИО2, имеющий возможность повлиять на позицию организации, мог обратиться за защитой своих прав не только в порядке подачи заявления частного обвинения и уголовного преследования истца, но и в форме возложения гражданско-правовой ответственности, чего не сделал, а при подаче заявления о привлечении к уголовной ответственности отказался поддерживать обвинение, признав тем самым его необоснованность.

Проанализировав фактические обстоятельства дела, судебная коллегия полагает, что подача заявления о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности не была обусловлена исключительно намерением защитить свои права и законные интересы, учитывая, что супруга ФИО2, являющаяся <данные изъяты>, представляющая его интересы в деле частного обвинения, обладает специальными познаниями в области права, в связи с чем осведомлена как о способах защиты нарушенного права, так и о перспективах и правовых последствиях каждого из способов. В связи с чем судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда, размер которой с учетом степени перенесенных ФИО1 нравственных страданий, обстоятельств, при которых он причинен, а также того обстоятельства, что она, работая <данные изъяты>, известна широкому кругу населения в <адрес> определяет в 20 000 руб., полагая его соответствующим принципу разумности и справедливости.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в том числе расходы на оплату услуг представителей, а также другие признанные судом необходимыми расходы (ст. 94 ГПК РФ).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 3 ст. 111 АПК РФ, ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, ч. 4 ст. 2 КАС РФ).

Интересы истца в настоящем деле представляла адвокат Позднякова М.А., стоимость услуг которой согласно представленному договору поручения от 17 апреля 2023 г. составила 11000 руб. Указанная сумма оплачена истицей 17 апреля 2023 г., в подтверждение чего представлен чек (л.д.14).

В ходе рассмотрения дела сторона ответчика возражений относительно размера заявленной суммы не заявляла.

Принимая во внимание объем оказанных представителем услуг (подготовка искового заявления и представление интересов в суде), характер и сложность дела, количество судебных заседаний, время, потраченное на подготовку документов, судебная коллегия приходит к выводу о взыскании понесенных расходов на оплату услуг представителя в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст.328 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

Решение Нижнеломовского районного суда Пензенской области от 23 мая 2023 г. отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженца <адрес>, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженки <адрес>, в возмещение понесенных по уголовному делу частного обвинения расходов 10000 (десять тысяч) руб., компенсацию морального вреда в размере 20000 (двадцать тысяч) руб., в возмещение расходов на оплату услуг представителя 11000 (одиннадцать тысяч) руб.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 3 октября 2023 г.