Судья: Буряков В.Н.
дело <данные изъяты>
УИД 50RS0<данные изъяты>-15
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:
председательствующего судьи Гулиной Е.М.
судей Гирсовой Н.В., Петруниной М.В.,
при секретаре судебного заседания Амелиной Д.Р.,
рассмотрев в открытом судебном заседании 20 сентября 2023 года апелляционные жалобы Министерства обороны Российской Федерации, АО «СОГАЗ» на решение Коломенского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> по гражданскому делу <данные изъяты> по иску <данные изъяты> к Министерству обороны Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда,
заслушав доклад судьи Гулиной Е.М.,
объяснения представителя ответчика,
заключение прокурора <данные изъяты>
УСТАНОВИЛА:
<данные изъяты>. обратились в суд с иском к Министрерству обороны Российской Федерации, Министерству финансов Российской федерации о компенсации морального вреда.
В обоснование исковых требований указали, <данные изъяты> <данные изъяты> г.р., и <данные изъяты>., <данные изъяты> г.р., являются вдовой и матерью <данные изъяты>, погибшего <данные изъяты>, в результате выполнения маневра на многоцелевом гусеничном тягаче (МТЛБ-У, бортовой номер <данные изъяты>) с целью его перегона до места погрузки. Причиной смерти <данные изъяты>. указано, что смерть связанна с исполнением обязанностей военной службы. В последствии, приказом командира 236 Артиллерийской бригады по личному составу от <данные изъяты> <данные изъяты> и приказом командира войсковой части 53195 по строевой части от <данные изъяты> <данные изъяты> в параграфы 4 и 1 приказа <данные изъяты> и 336 внесены изменения в части указания о связи смерти военнослужащего с исполнением обязанностей военной службы, где указанно - смерть не связанна с исполнением обязанностей военной службы. Согласно медицинскому свидетельству о смерти <данные изъяты> в пункте 15 указанно - род смерти не установлен. Согласно заключению эксперта от <данные изъяты> <данные изъяты> смерть <данные изъяты> Н.А. наступила непосредственно в результате комплекса закрытой тупой шейно-головной травмы. Постановлением следователя военного следственного отдела СК России по Рязанскому гарнизону майором юстиции <данные изъяты>. за отсутствие в действиях <данные изъяты> состава преступления, отказано возбуждении уголовного дела. После гибели мужа и сына, <данные изъяты> и ФИО1 испытывает чувство страха и чувство обреченности, беспомощности, горечь безвозвратной утраты. Они потеряли ощущение полноты жизни и семьи. Понимание того, что больше никогда не сможет увидеть своего мужа приводит жену в отчаяние, она постоянно находится в подавленном состоянии. <данные изъяты>. причинен моральный вред, который выразился в причинении ей нравственных страданий, болезненных ощущений и переживаний, а также в возникновении негативных последствий нравственных страданий на её здоровье, что привело к его дестабилизации, а именно к учащению и усилению скачков артериального давления. Аналогичные чувства испытывает мать погибшего <данные изъяты>. С учетом изложенного, просили суд: взыскать с Министерства обороны РФ в пользу каждой истицы компенсацию морального вреда в размере 2 500 000 рублей.
В судебном заседании истицы заявленные требования поддержали.
Иные участники процесса в судебное заседание не явились.
Решением Коломенского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> исковые требования удовлетворены частично. с Министерства обороны Российской Федерации в пользу каждой истицы взыскано по 1 000 000 рублей. В удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере отказано.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от <данные изъяты> решение Коломенского городского суда <данные изъяты> оставлено без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от <данные изъяты> апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Московский областной суд.
В апелляционных жалобах Министерство обороны Российской Федерации, АО «СОГАЗ» ставят вопрос об отмене постановленного решения как незаконного и необоснованного.
Представитель истицы в заседании судебной коллегии возражал против доводов апелляционной жалобы.
Представитель ответчика Министерства обороны Российской Федерации доводы апелляционной жалобы поддержал.
На основании ч. 3 ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия рассмотрела апелляционную жалобу в отсутствие не явившегося представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации и третьих лиц, учитывая их надлежащее уведомление о месте, дне и времени рассмотрения дела и отсутствие сведений об уважительных причинах неявки в заседание.
Решение суда должно быть законным и обоснованным (ч. 1 ст. 195 ГПК РФ).
Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.
В соответствии с п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации <данные изъяты> от <данные изъяты> «О судебном решении» решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Как установлено судом и следует из материалов дела, <данные изъяты>, являлся сержантом войсковой части 53195.
<данные изъяты> <данные изъяты>. скончался, что подтверждается свидетельством о смерти, справкой о смерти № С-074430 выданной <данные изъяты>, выпиской из приказа командира 236 Артиллерийской бригады по личному составу от <данные изъяты> <данные изъяты>, выпиской из приказа командира войсковой части 53195 по строевой части от <данные изъяты> <данные изъяты>.
Выпиской из приказа командира 236 артиллерийской бригады от <данные изъяты> <данные изъяты> постановлено исключить сержанта <данные изъяты>. командира машины-оператора взвода противотанковых управляемых ракет батареи противотанковых управляемых ракет противотанкового дивизиона западного военного округа в связи со смертью.
В выписке указано, что смерть наступила в период прохождения военной службы и связана с исполнением обязанностей военной службы.
Выпиской из приказа командира войсковой части 53195 от <данные изъяты> <данные изъяты> сержант <данные изъяты> исключен из списка личного состава воинской части и всех видов обеспечения с <данные изъяты> в связи со смертью.
В указанной выписке содержаться сведения о том, что смерть <данные изъяты>. наступила в период прохождения военной службы и не связана с исполнением обязанностей военной службы.
Согласно заключению об итогах административного расследования по факту гибели военнослужащего войсковой части 53195 сержанта <данные изъяты>., проведенного начальником штаба войсковой части 53195 подполковником Р. ФИО2, командиром войсковой части 53195 на основании телеграммы штаба материально технического обеспечения Западного военного округа принято решение о перемещении трех МТ-ЛБ в пункт постоянной дислокации.
Приказом командира войсковой части 53195 от <данные изъяты> <данные изъяты> «О закреплении вооружения, военной и специальной техники за военнослужащими противотанкового дивизиона» за командиром машины - оператором сержантом <данные изъяты>. было закреплено изделие 9П149 с бортовым номером 424 принадлежащее Министерству обороны Российской Федерации и состоящее на финансовом учете в финансовом органе Министерства обороны Российской Федерации (ФКУ «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Тамбовской, Липецкой и Рязанской областям»).
В соответствии с приказом МО РФ <данные изъяты> от 1992 года и <данные изъяты> от 2018 года сержант <данные изъяты> допущен к управлению данной машиной, в феврале 2016 года прошел подготовку по специальности механик водитель МТ-ЛБ, о чем было выдано свидетельство АА<данные изъяты>.
<данные изъяты> в 07 часов 30 минут <данные изъяты>. проходил медицинское освидетельствование, согласно которому, алкоголя в крови выявлено не было.
<данные изъяты> в 9 часов 30 минут личный состав на дежурной машине был доставлен на место стоянки техники в н.<данные изъяты>.
<данные изъяты> в 11.00 сержант <данные изъяты>. покинул место стоянки техники н.<данные изъяты> и убыл в направлении н.<данные изъяты>.
<данные изъяты> осуществлял движение по территории военного городка на гусеничном транспорте с целью перегона, совершил нарушение правил дорожного движения, врезался в дерево, и оно упало на машину, что повлекло его смерть.
В ходе перемещения по лесной дороге <данные изъяты> превысил установленную скорость движения, не справился с управлением и совершил столкновение с деревом. В результате столкновения, дерево упало на корпус МТ-ЛБ и нанесло сержанту <данные изъяты> травмы несовместимые с жизнью.
Согласно заключению эксперта от <данные изъяты> смерть <данные изъяты> наступила от закрытой тупой шейно-головной травмы.
Также в ходе исследования трупа в крови <данные изъяты>. обнаружен этиловый спирт 1,9%-2,2%
По итогам заключения установлено, что данное происшествие стало возможным вследствие нарушения требований статей 75, 81,102, 103, 132, 133, 140, 141, 144,145, 152,153 Устава внутренней службы, выразившееся в необеспечении безопасности военной службы, недостаточного проведения мероприятий по предупреждению происшествий, аварий с вооружением и военной техникой со стороны заместителя командира части по вооружению - начальника технической части подполковника <данные изъяты>В., командира противотанкового дивизиона майора <данные изъяты>., заместителя командира противотанкового дивизиона по вооружению майора <данные изъяты>, командира 2 батареи капитана <данные изъяты> командира 2 взвода 2 батареи лейтенанта <данные изъяты>
Указанные военнослужащие привлечены к дисциплинарной ответственности, а командир 2 взвода 2 батареи лейтенант <данные изъяты> представлен на аттестационную комиссию на предмет дальнейшего прохождения военной службы - вина должностных лиц установлена.
Как следует из объяснений <данные изъяты>., данных им в ходе проверки следователем ВСО СК России по Рязанскому гарнизону, он перегонял боевую машину после происшествия, машина завелась сразу, при езде её немного уводило влево, приходилось подруливать, это устраняется регулировками. Скорее всего неисправность появилась после удара (л.д.193 Материалов проверки т.2).
Также из объяснений <данные изъяты>. следует, что он не видел, как <данные изъяты> употреблял алкоголь, также после трагедии нигде на территории бутылку от алкоголя не видел.
Постановлением следователя военного следственного отдела СК России по Рязанскому гарнизону майором юстиции <данные изъяты>. за отсутствием в действиях <данные изъяты>. состава преступления, отказано возбуждении уголовного дела.
В соответствии с представленной справкой директора Департамента военно-экономического анализа страховое возмещение по данному случаю не выплачивалось.
Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что поскольку погибший находился на службе и автомобиль, на котором погиб <данные изъяты> принадлежал Министерству Обороне Российской Федерации, ответственность за смерть <данные изъяты> должна быть возложена на ответчика, в связи с чем заявленные требования удовлетворил частично.
Судебная коллегия полагает выводы суда первой инстанции в части возложения гражданско-правовой ответственности на Министерство обороны Российской Федерации по возмещению истцам компенсации морального вреда основанными на правильном применении норм материального права и не находит предусмотренных законом оснований для освобождения ответчика от деликтной ответственности по доводам апелляционной жалобы в силу следующего.
Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (статьи 2 и 7, часть 1 статьи 20, статья 41 Конституции Российской Федерации).
Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).
В соответствии со статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни.
К числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека относится и право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью, которое является производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.
В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с названным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.
Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации определены общие основания ответственности за причинение вреда: вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В силу статьи 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении им обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей, возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 (статьи 1064 - 1101) данного Кодекса, если законом не предусмотрен более высокий размер ответственности.
Статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от <данные изъяты> N 18-П, нормы статьи 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации в системной взаимосвязи с нормами статей 1064 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации означают, что обязанность по возмещению вреда жизни или здоровью военнослужащих и приравненных к ним лиц в порядке главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации за счет соответствующей казны возникает в случае установления вины государственных органов и их должностных лиц в причинении данного вреда. Следовательно, статья 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации позволяет использовать дополнительно к публично-правовым средствам социальной защиты военнослужащих и членов их семей меры гражданско-правовой ответственности в тех случаях, когда вина органов и должностных лиц государства в причинении вреда жизни или здоровью гражданина при исполнении им обязанностей военной службы установлена. В данной статье реализуется конституционный принцип равенства, поскольку все военнослужащие (и члены их семей) имеют равную с другими гражданами возможность использования гражданско-правовых механизмов возмещения вреда с соблюдением принципов и условий такого возмещения.
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <данные изъяты> N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Из содержания приведенных норм в их взаимосвязи следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, в том числе вред жизни и здоровью гражданина, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.
При этом, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, государство, по смыслу статьи 53 Конституции Российской Федерации, несет обязанность возмещения вреда, связанного с осуществлением государственной деятельности в различных ее сферах, независимо от возложения ответственности на конкретные органы государственной власти или должностных лиц (постановление от <данные изъяты> N 18-П; определения от <данные изъяты> N 1005-О-О, от <данные изъяты> N 1117-О, от <данные изъяты> N 7-О).
Помимо общих оснований деликтной ответственности, законодатель, реализуя требования статьи 53 Конституции Российской Федерации, закрепил в статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и порядок возмещения государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти и их должностных лиц.
Таким образом, по общему правилу, необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине.
Применение же положений статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации о возмещении вреда в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов предполагает наличие как общих условий деликтной (то есть внедоговорной) ответственности (наличие вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинной связи между вредом и противоправными действиями, вины причинителя), так и специальных условий такой ответственности, связанных с особенностями субъекта ответственности и характера его действий.
Права, свободы, обязанности и ответственность военнослужащих, а также основы государственной политики в области правовой и социальной защиты военнослужащих, граждан Российской Федерации, уволенных с военной службы, и членов их семей определены Федеральным законом от <данные изъяты> N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих".
Охрана здоровья военнослужащих обеспечивается созданием благоприятных условий военной службы, быта и системой мер по ограничению опасных факторов военной службы, проводимой командирами во взаимодействии с органами государственной власти. Забота о сохранении и об укреплении здоровья военнослужащих - обязанность командиров. На них возлагается обеспечение требований безопасности при проведении учений, иных мероприятий боевой подготовки, во время эксплуатации вооружения и военной техники, при производстве работ, исполнении других обязанностей военной службы (пункт 1 статьи 16 Федерального закона от <данные изъяты> N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих").
Аналогичные требования к обеспечению сохранения жизни и здоровья военнослужащих закреплены и в статьях 75, 81 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от <данные изъяты> N 1495.
Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи со смертью <данные изъяты>. при прохождении им военной службы заявлено истцами, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, положения Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающие основания ответственности государства в случае причинения вреда в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (статья 1069), применимы к возмещению как имущественного, так и морального вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления и их должностными лицами.
Следовательно, для применения ответственности в виде компенсации морального вреда вследствие незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в результате посягательства причинителя вреда на принадлежащие потерпевшему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины. Соответственно, обязанность по компенсации морального вреда за счет соответствующей казны может быть возложена на государственный орган, орган местного самоуправления или должностных лиц этих органов (причинителя вреда) при наличии вины указанных органов и лиц в причинении такого вреда.
Применительно к вышеприведенным нормам материального права и разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации при установленных по делу обстоятельствах судебные инстанции обоснованно пришли к выводу о том, что не имеется оснований для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности по возмещению истцам компенсации морального вреда, причиненного гибелью военнослужащего <данные изъяты>
Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о возложении на Министерство обороны Российской Федерации гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда в порядке главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, виновность должностных лиц и причинно-следственная связь их бездействия, выразившиеся в не обеспечении командованием войсковой части необходимого комплекса мер по ограничению опасных факторов прохождения военной службы, требований безопасности во время эксплуатации военной техники, с произошедшей гибелью военнослужащего <данные изъяты>. при исполнении им служебных обязанностей установлена и подтверждена материалами дела.
Между тем, судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции в части определения размера подлежащей взысканию с Министерства обороны Российской Федерации в пользу <данные изъяты>В. компенсации морального вреда и находит заслуживающими доводы кассационной жалобы заявителя по следующим основаниям.
По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
С учетом правовой позиции, изложенной в пунктах 25 - 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <данные изъяты> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.
При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда.
Пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абзац третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <данные изъяты> N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").
Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <данные изъяты> N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Из изложенного следует, что суду при определении размера компенсации морального вреда гражданину в связи с утратой близкого родственника необходимо в совокупности оценить конкретные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных именно этому лицу физических или нравственных страданий, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, соблюдение баланса интересов сторон. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться судом с учетом фактических обстоятельств дела. Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда надлежит привести в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.
Приведенное правовое регулирование об определении размера компенсации морального вреда судом не был учтен, значимые обстоятельства при определении размера компенсации морального вреда не установлены.
Суд первой инстанций, устанавливая компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию с Министерства обороны Российской Федерации в пользу каждого истца, в размере 1 000 000 рублей, не принял во внимание нормативные положения статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснения постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации об учете при определении размера компенсации морального вреда, в частности, грубой неосторожности потерпевшего, оставил без внимания и надлежащей оценки в обжалуемом судебном постановлении доводы ответчика Министерства обороны Российской Федерации об уменьшении размера компенсации морального вреда в связи с содействовавшей возникновению вреда грубой неосторожностью самого потерпевшего <данные изъяты>
Как следует из представленного в материалы дела постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от <данные изъяты> дорожно-транспортное происшествие произошло по вине сержанта <данные изъяты> нарушившего требования ПДД РФ, а также общие требования безопасности при вождении боевых машин, утвержденные Курсом вождения боевых и специальных машин Сухопутных войск ВС РФ.
При этом в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела содержатся выводы военно-технической судебной экспертизы от <данные изъяты>, согласно которым МТЛБ-У бортовой N424 по состоянию на <данные изъяты> до момента столкновения с деревом находился в исправном состоянии.
При соблюдении требований Инструкции по эксплуатации легкого многоцелевого гусеничного транспортера - тягача МТЛБ и Курса вождения боевых и специальных машин Сухопутных войск ВС РФ, механик-водитель, управлявший МТЛБ-У бортовой N424 сержант <данные изъяты> имел техническую возможность избежать наезда на дерево.
Механик-водитель сержант <данные изъяты> двигался в состоянии алкогольного опьянения со скоростью, не обеспечивающей ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, чем нарушил требования пунктов 2.7 и 10.1 ПДД РФ, а также общие требования безопасности при вождении боевых машин безопасности, утвержденные курсом вождения боевых и специальных машин Сухопутных войск ВС РФ, обязывающих его осуществлять движение с закрытыми крышками люков и начинать движение только по команде старшего (т. 2 л.д. 44-51).
Вышеуказанные обстоятельства гибели военнослужащего <данные изъяты> в результате дорожно-транспортного происшествия, содержащиеся в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела и приводимые доводы Министерства обороны Российской Федерации при рассмотрении настоящего дела не были учтены судом первой инстанции.
При таких обстоятельствах выводы суда первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей в пользу каждого истца нельзя признать основанными на законе, они сделаны при неправильном применении норм материального права и нарушении норм процессуального права, при оставления без установления обстоятельств того, что действиях <данные изъяты>. имелась грубая неосторожность, которая содействовала возникновению вреда, причиненного его жизни и здоровью.
С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу об изменении решения суда первой инстанции в части размера взысканной компенсации морального вреда и полагает необходимым взыскать с Российской Федерации в лице Министерства обороны Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу истиц компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб. в пользу каждой.
Кроме того, судебная коллегия не может согласиться с выводами суда в части взыскания с Министерства обороны Российской Федерации госпошлины в размере 18 200 руб. в виду следующего.
В соответствии с пп. 19 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, освобождаются государственные органы, органы местного самоуправления, выступающие по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, в качестве истцов или ответчиков.
Учитывая, что государственная пошлина при подаче настоящего искового заявления истцами не уплачивалась, оснований для взыскания государственной пошлины с Министерства обороны Российской Федерации не имеется, а потому решение суда первой инстанции в указанной части подлежит отмене.
В остальной части решение суда следует оставить без изменения.
Руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Коломенского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> изменить в части размера взысканной компенсации морального вреда.
Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства обороны Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу <данные изъяты> сумму компенсации морального вреда в размере 300 000 руб.
Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства обороны Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу <данные изъяты> сумму компенсации морального вреда в размере 300 000 руб.
Решение Коломенского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> отменить в части взыскания с Министерства обороны Российской Федерации госпошлины в размере 18 200 руб.
В остальной части решение суда оставить без изменения.
Апелляционные жалобы Министерства обороны Российской Федерации, АО «СОГАЗ» удовлетворить частично.
Председательствующий
Судьи