Решение по делу № 2-133/2023 от 18.05.2023

Дело №2-133/2023

УИД: 52RS0018-01-2022-001966-94

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

18 мая 2023 года г. Павлово

Павловский городской суд Нижегородской области в составе судьи Романова Е.Р., с участием прокурора Чежидовой А.С., ФИО1, при секретаре Коржук И.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску

ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о компенсации морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в Павловский городской суд с иском к ФИО3 о компенсации морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием.

В обоснование заявленных требований указано следующее.

ДД.ММ.ГГГГ около 17 часов 42 минут водитель ФИО3, являясь участником дорожного движения и, будучи обязанным в соответствии с требованиями п.1.3 Правил знать и соблюдать относящиеся к нему требования Правил, управляя технически исправным автомобилем марки <данные изъяты>, регистрационный знак №, в светлое время суток в неблагоприятных дорожных и метеорологических условиях, обусловленных неровным рельефом автодороги, что ограничивало видимость, и осадками в виде дождя, по мокрому дорожному покрытию с ограничением видимости впереди из-за подъема, двигался вне населенного пункта по участку автотрассы <адрес>, по асфальтированной горизонтальной поверхности автодороги с двухсторонним движением с двумя полосами движения, по своей правой полосе направления движения в сторону <адрес> с не превышающей на данном участке установленной скоростью, в направлении г. Н. Новгород.

При этом, водитель ФИО3, допустив преступную небрежность, не предвидев наступления общественно-опасных последствий своих действий в виде причинения тяжкого вреда здоровью человека, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, в нарушение п.1.3 Правил, не соблюдая относящиеся к нему, как к водителю транспортного средства требования Правил, а именно, в нарушение п.9.1(1), п.11.1, п.11.2, п.1.4, Правил, пересек линию горизонтальной дорожной разметки 1.1, разделявшую транспортные потоки противоположных направлений и обозначавшую границы полос движения в опасных местах на дорогах, на которые въезд запрещен, и, не убедившись в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения, выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, совершая при интенсивном движении обгон двигавшихся в попутном направлении автомобилей, что мешало ему после завершения обгона, не создавая опасности для движения и помех обгоняемым транспортным средствам, вернуться на ранее занимаемую полосу, чем в нарушение п.1.5 Правил он создал опасность для движения водителю К.А. А.., управлявшему автомобилем марки <данные изъяты>, регистрационный знак №, двигавшемуся во встречном направлении по своей полосе для движения с не превышающей на данном участке установленной скоростью.

После этого, обнаружив двигавшийся ему навстречу автомобиль марки <данные изъяты>, регистрационный знак №, под управлением водителя К.А. А.., в нарушение п.10.1 Правил, управляя автомобилем марки <данные изъяты>, регистрационный знак №, водитель ФИО3 не принял возможных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, и в нарушение п.9.9, п.12.1 Правил продолжил движение в сторону обочины полосы, предназначенной для встречного движения, в нарушение требований горизонтальной разметки 1.2, обозначающей край проезжей части, выехал на обочину на левой стороне дороги вне населенного пункта, в результате чего, совершил столкновение правой передней угловой частью автомобиля марки <данные изъяты>, регистрационный знак №, с передней частью автомобиля марки <данные изъяты>, регистрационный знак №, под управлением К.А. А.., который двигался во встречном направлении по своей полосе для движения с не превышающей на данном участке установленной скоростью и при данной скорости движения прямо по своей полосе не располагал технической возможностью предотвратить столкновение путем остановки, и с целью предотвращения столкновения в соответствии с п.12.1 Правил и горизонтальной разметки 1.2 для остановки транспортного средства выехал на обочину на правой стороне дороги.

Место столкновения автомобиля марки <данные изъяты> регистрационный знак № под управлением ФИО3 с автомобилем марки <данные изъяты> регистрационный знак № под управлением К.А. А.. расположено на <адрес> на правой стороне дороги при движении со стороны г. Н. Новгород, то есть, стороне движения автомобиля марки <данные изъяты> регистрационный знак №, на правой обочине, в продольном плане дороги на некотором удалении от зафиксированного конечного размещения указанных автомобилей после их столкновения (на расстоянии не менее 5,5 метров от правого края проезжей части до правого заднего колеса автомобиля марки <данные изъяты>).

В результате столкновения автомобиля марки <данные изъяты> регистрационный знак № под управлением ФИО3 с автомобилем марки <данные изъяты> регистрационный знак № водитель К.А. А.. получил повреждения в виде тупой травмы тела:

-закрытая позвоночно-спинномозговая травма в виде многооскольчатого перелома тела 6-го шейного позвонка, разрыва межпозвоночного диска между 5 и 6 шейными позвонками со сдавлением спинного мозга, глубоким тетрапарезом (отсутствие активных движений в руках и ногах) и нарушением функции тазовых органов (клинически);

-кровоизлияния над и под твердой мозговой оболочкой спинного мозга на уровне 4-го межреберья;

-сгибательные переломы 2-10 ребер справа от среднеключичной до передней подмышечной линий и 2-7 ребер слева по среднеключичной линии.

Вышеуказанные повреждения в комплексе вызвали причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 позвонили из реанимации больницы и сообщили, что ее муж К.А. А.. умер.

ДД.ММ.ГГГГ Богородским судом Нижегородской области было вынесено постановление, в соответствии с которым, суд

постановил:

-Ходатайство подсудимого ФИО3, и его защитника Беспалова А.В. о прекращении уголовного дела удовлетворить.

-Прекратить уголовное дело в отношении ФИО3, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

-Меру пресечения в виде подписки и невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО3 отменить.

-Гражданский иск ФИО2 к ФИО3 оставить без рассмотрения, разъяснив ФИО2 право предъявления иска в порядке гражданского производства.

Причинением тяжкого вреда здоровью К.А. А.., который являлся мужем ФИО2, и последующей его смертью ФИО2 причинен моральный вред, нравственные страдания. В результате трагического случая она осталась без одного из самых близких ей людей и главного человека в жизни – своего мужа, навсегда лишилась жизненной опоры, заботы, любви, моральной и материальной поддержки.

С учетом изложенных обстоятельств, руководствуясь положениями действующего законодательства, с учетом требований разумности и справедливости ФИО2 полагает, что с ответчика в ее пользу подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 1000050 рублей.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец, уточнив заявленные требования в порядке ст.39 ГПК РФ, просит взыскать с ФИО3 компенсацию морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 1000050 рублей.

В рамках судебного разбирательства к участию в деле в качестве соответчика, в соответствии со ст.40 ГПК РФ, привлечена ФИО4

Истец ФИО2, ее представитель адвокат Шереметьева С.А., действующая на основании ордера, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в суд не явились.

Ответчик ФИО3, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в суд не явился, обеспечил явку своих представителей.

Ответчик ФИО4, извещенная надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в суд не явилась.

Представители ответчика ФИО3 – Беспалов А.В., действующий на основании доверенности, ФИО5, действующая на основании ордера, в судебном заседании с исковыми требованиями ФИО2 не согласились по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск, дали пояснения по существу иска.

Прокурор Чежидова А.С. в судебном заседании дала заключение о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО2, указав при этом, что компенсация морального вреда подлежит взысканию в ее пользу с ФИО4 Определение размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, оставила на усмотрение суда.

Согласно требований ст.167 ГПК РФ, лица, участвующие в деле, обязаны известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин. Суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными… Стороны вправе просить суд о рассмотрении дела в их отсутствие и направлении им копий решения суда.

Согласно ст.14 Международного пакта о гражданских и политических правах лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в судебном процессе. Распоряжение своими правами является одним из основополагающих принципов судопроизводства.

Неявка лица, участвующего в деле, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела, и поэтому не может быть препятствием для рассмотрения дела по существу.

С учетом изложенного, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав пояснения участников процесса, заслушав заключение прокурора, исследовав материалы дела, оценив, согласно ст.67 ГПК РФ, относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.

В силу положений ст.56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте п.3 ст.123 Конституции Российской Федерации и ст.12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Основанием гражданско-правовой ответственности, установленной ст. 1064 Гражданским кодексом Российской Федерации, является правонарушение - противоправное, виновное действие (бездействие), нарушающее субъективные права других участников гражданских правоотношений. При этом необходима совокупность следующих условий - наличие ущерба, виновное и противоправное поведение причинителя вреда и причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и ущербом.

В силу положений части 1 статьи 20, части 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации, на государство возложена обязанность уважения данных конституционных прав и их защиты законом. В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (часть 1 статьи 150 ГК РФ).

Согласно п.1 ст.1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с ней деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

При этом, абзацем вторым пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 указанного кодекса).

Из разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года №1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" следует, что в силу ст.1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины. По смыслу ст.1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами. Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне. При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств (п.18).

По смыслу приведенных выше норм права общими основаниями ответственности за причинение вреда являются наличие вреда, противоправность действий его причинителя, причинно-следственная связь между такими действиями и возникновением вреда, вина причинителя вреда. В связи с этим для правильного разрешения дела, необходимо установить факт наличия или отсутствия вины сторон в дорожно-транспортном происшествии. Вина в дорожно-транспортном происшествии обусловлена нарушением его участниками Правил дорожного движения Российской Федерации.

В силу части 4 статьи 61 ГПК Российской Федерации, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, постановлением Богородского городского суда Нижегородской области от ДД.ММ.ГГГГ прекращено уголовное дело в отношении ФИО3, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

Вышеназванным постановлением установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 17 часов 42 минут водитель ФИО3, являясь участником дорожного движения и, будучи обязанным в соответствии с требованиями п.1.3 Правил знать и соблюдать относящиеся к нему требования Правил, управляя технически исправным автомобилем марки <данные изъяты>, регистрационный знак №, в светлое время суток в неблагоприятных дорожных и метеорологических условиях, обусловленных неровным рельефом автодороги, что ограничивало видимость, и осадками в виде дождя, по мокрому дорожному покрытию с ограничением видимости впереди из-за подъема, двигался вне населенного пункта по участку автотрассы <адрес>, по асфальтированной горизонтальной поверхности автодороги с двухсторонним движением с двумя полосами движения, по своей правой полосе направления движения в сторону г. Н. Новгорода с не превышающей на данном участке установленной скоростью, в направлении г. Н. Новгород.

Место столкновения автомобиля марки <данные изъяты> регистрационный знак № под управлением ФИО3 с автомобилем марки <данные изъяты> регистрационный знак № под управлением К.А. А. расположено на <адрес> на правой стороне дороги при движении со стороны г. Н. Новгород, то есть, стороне движения автомобиля марки <данные изъяты> регистрационный знак №, на правой обочине, в продольном плане дороги на некотором удалении от зафиксированного конечного размещения указанных автомобилей после их столкновения (на расстоянии не менее 5,5 метров от правого края проезжей части до правого заднего колеса автомобиля марки <данные изъяты>).

Так, в соответствии с заключением эксперта за № от ДД.ММ.ГГГГ, на трупе гражданина К.А. А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, имелись повреждения закрытая позвоночно-спинномозговая травма в виде многооскольчатого перелома тела 6-го шейного позвонка, разрыва межпозвонкового диска между 5 и 6 шейными позвонками со сдавлением спинного мозга, глубоким тетрапарезом (отсутствие активных движений в руках и ногах) и нарушением функции тазовых органов (клинически); кровоизлияния над и под твердой мозговой оболочкой спинного мозга на уровне шейного отдела позвоночника; разгибательный перелом тела грудины на уровне 4-го межреберья; сгибательные перелома 2-10 ребер справа от среднеключичной до передней подмышечной линий и 2-7 ребер слева по среднеключичной линии. Принимая во внимание данные секционного и судебно-гистологического исследований, а также дату обращения в медицинское учреждение, полагаю, что возможность образования повреждений обнаруженных на трупе гр-на К.А. А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в сроки, указанные в фабуле постановления о назначении экспертизы, а именно ДД.ММ.ГГГГ, не исключается.

Смерть гражданина К.А. А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения наступила от имевшегося у него заболевания - <данные изъяты>, на что указывают следующие признаки: наличие в просвете бедренных вен тромбов, разрыхление стенок вен с диффузной их нейтрофильной инфильтрацией (судебно-гистологически) и наличие двух крупных тромбов в просвете правой ветви легочной артерии, туго заполняющих ее просвет. Таким образом, между причинением К.А. А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, вышеуказанных повреждений и наступлением его смерти прямой причинно-следственной связи не имеется.

Вышеуказанные повреждения носят характер тупой травмы, т.е. образовались в результате воздействия тупого предмета (предметов). Учитывая характер и локализацию повреждений, установленных на трупе, полагаю, что они образовались от не менее чем 2-х травматических воздействий.

Вышеуказанные повреждения в комплексе вызвали причинение тяжкого вреда здоровью гражданина К.А. А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по признаку опасности для жизни. Это соответствует п.6.1.6, п.6.1.11 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (приложения к Приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 г. № 194н) и п. 4 «а» Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (утверждены Постановлением Правительства РФ №522 от 17 августа 2007 г).

В соответствии с заключением эксперта за № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно данных представленной на экспертизу медицинской документации смерть К.А. А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, наступила от тромбоэмболии (закупорки тромбами) легочной артерии, развившейся вследствие имевшегося у него заболевания - <данные изъяты>, что подтверждается следующими признаками: наличие в просвете бедренных вен тромбов, разрыхление стенок вен с диффузной их нейтрофильной инфильтрацией (судебно-гистологически) и наличие двух крупных тромбов в просвете правой ветви легочной артерии, туго заполняющих ее просвет.

На трупе К.А. А. имелись следующие повреждения: закрытая позвоночно-спинномозговая травма в виде многооскольчатого перелома тела 6-го шейного позвонка, разрыва межпозвонкового диска между 5 и 6 шейными позвонками со сдавлением спинного мозга, глубоким тетрапарезом (отсутствие активных движений в руках и ногах) и нарушением функции тазовых органов (клинически); кровоизлияния над и под твердой мозговой оболочкой спинного мозга на уровне шейного отдела позвоночника; разгибательный перелом тела грудины на уровне 4-го межреберья; сгибательные переломы 2-10 ребер справа от среднеключичной до передней подмышечной линий и 2-7 ребер слева по среднеключичной линии.

Однако смерть его наступила от тромбоэмболии легочной артерии, развившейся вследствие имевшегося у него тромбофлебита глубоких вен нижний конечностей.

В данном случае между повреждениями, обнаруженными на трупе К.А. А.. и наступлением его смерти прямой причинно-следственной связи нет.

В соответствии с заключением эксперта за № от ДД.ММ.ГГГГ, в заданных условиях рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия водителю автомобиля <данные изъяты> ФИО3 необходимо было действовать в соответствии с требованиями части 1 пункта 10.1 Правил дорожного движения и раздела 1 Приложения 2 к Правилам, согласно которым водитель должен вести транспортное средство со скоростью, учитывающей дорожные и метеорологические условия, видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. Линию 1.1 горизонтальной дорожной разметки пересекать запрещается.

В заданных условиях рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия водителю автомобиля <данные изъяты> К.А. А.. для предотвращения столкновения необходимо было действовать в соответствии с требованиями пункта 9.9 и части 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения, согласно которым при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Запрещается движение транспортных средств по обочинам. При этом, с технической точки зрения, возможность избежать столкновения с автомобилем <данные изъяты> на обочине зависела не от технических характеристик (возможностей) автомобиля <данные изъяты>, а от выполнения его водителем К.А. А.. указанных выше требований части 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения на своей полосе движения.

В соответствии с заключением эксперта за № от ДД.ММ.ГГГГ, в заданных в постановлении о назначении настоящей экспертизы обстоятельствах водитель автомобиля <данные изъяты> с технической точки зрения должен был действовать руководствуясь требованиями п.1.4, п.9.1, п.9.1.1, п.9.9 абзаца 2 п.10.1, п.11.1 Правил дорожного движения Российской Федерации и дорожной разметки - линий 1.1 и 1.2., с учетом положений п. 12.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, в соответствии с которыми разрешается остановка и стоянка на левой стороне дороги в населенных пунктах.

Для установления соответствия или несоответствия действий водителя Mazda 6 указанным требованиям Правил дорожного движения Российской Федерации и дорожной разметки, с учетом установленных до назначения настоящей экспертизы обстоятельств происшествия, не требуется применения специальных познаний в области автотехнической экспертизы.

В заданных в постановлении о назначении настоящей экспертизы обстоятельствах водитель автомобиля <данные изъяты> с технической точки зрения должен был действовать руководствуясь требованиями п.9.9, абзаца 2 п.10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации и дорожной разметки - линии 1.2, с учетом положений п.12.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, в соответствии с которыми разрешается остановка и стоянка на правой стороне дороги на обочинах.

Для установления соответствия или несоответствия действий водителя <данные изъяты> требованиям п.9.9 Правил дорожного движения Российской Федерации и дорожной разметки, с учетом установленных до назначения настоящей экспертизы обстоятельств происшествия, не требуется применения специальных познаний в области автотехнической экспертизы.

В соответствии с заключением эксперта за № от ДД.ММ.ГГГГ, в заданных условиях рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия водитель К.А. А.. не располагал технической возможностью предотвратить столкновение экстренным торможением автомобиля <данные изъяты> при возникновении опасности для движения на расстоянии 55 метров.

В условиях рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия, заданных в постановлении о назначении дополнительной автотехнической экспертизы, в действиях водителя автомобиля <данные изъяты> К.А. А.. несоответствий требованиями части 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения, находящихся в причинной связи с фактом столкновения с автомобилем <данные изъяты>, с технической точки зрения, не имеется. При этом действия водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО3 не соответствовали требованиям пункта 11.1 Правил дорожного движения и раздела 1 Приложения 2 к Правилам и, с технической точки зрения, находятся в причинной связи с фактом столкновения с автомобилем <данные изъяты>

В соответствии с заключением эксперта за № от ДД.ММ.ГГГГ, в результате проведенного исследования было установлено, что с технической точки зрения действия водителя автомобиля <данные изъяты> не соответствовали требованиям п.1.4, п.9.1, п.9.1.1, п.11.1, п.12.1 Правил дорожного движения РФ и линий дорожной разметки 1.1 и 1.2 (Приложение 2 к ПДД РФ). Произошедшее происшествие с технической точки зрения находится в причинной связи с действиями водителя автомобиля <данные изъяты> несоответствующими требованиям п.1.4, п.9.1, п.9.1.1, п.11.1, п.12.1 Правил дорожного движения РФ и линии разметки 1.1 и 1.2 (Приложение 2 к ПДД РФ). Водителем автомобиля <данные изъяты> не были выполнены действия, обусловленные указанными требованиями, выполнение которых позволяло избежать происшествие.

В результате проведенного исследования было установлено, что в действиях водителя автомобиля <данные изъяты> не соответствий предъявляемым требованиям п.9.9, ч.2 п.10.1, п.12.1 Правил дорожного движения РФ и линии разметки 1.2 с технической точки зрения не усматривается. Водитель данного автомобиля не располагал технической возможностью предотвращения происшествия путем должного выполнения требований ч.2 п.10.1 Правил дорожного движения РФ. Иных обязательных требований (помимо ч.2 п.10.1 Правил дорожного движения РФ) для водителя автомобиля <данные изъяты>, движению которого была создана опасность, направленных на предотвращение происшествия в Правилах дорожного движения РФ не имеется.

В ходе предварительного расследования потерпевшей ФИО2 заявлен гражданский иск к ФИО3 о компенсации морального вреда.

Вышеназванным постановлением гражданский иск ФИО2 к ФИО3 оставлен без рассмотрения. ФИО2 разъяснено право на предъявление иска в порядке гражданского производства.

Указанное постановление в установленном законом порядке участниками процесса не обжаловалось и вступило в законную силу.

Вышеуказанное постановление имеет для настоящего дела значение, указанное в части 4 статьи 61 ГПК РФ, а установленные им обстоятельства не подлежат оспариванию.

Кроме того, в соответствии со ст.71 ГПК РФ, постановление суда отнесено к числу письменных доказательств по гражданскому делу, и обстоятельства, установленные данным постановлением, имеют значение для рассмотрения и разрешения настоящего дела.

Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения (абз.2 п.8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года №23 "О судебном решении").

В судебном заседании также установлено, что в рамках вышеназванного уголовного дела потерпевшей признана ФИО2

В соответствии с ч.4 ст.42 УПК РФ, по иску потерпевшего о возмещении в денежном выражении причиненного ему морального вреда размер возмещения определяется судом при рассмотрении уголовного дела или в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии с ч.8 ст.42 УПК РФ, по уголовным делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть лица, права потерпевшего, предусмотренные настоящей статьей, переходят к одному из его близких родственников и (или) близких лиц, а при их отсутствии или невозможности их участия в уголовном судопроизводстве - к одному из родственников.

Кроме того, Пленум Верховного Суда РФ в своем постановлении обратил внимание судов на то, что по смыслу положений п.1 ст.151 ГК РФ гражданский иск о компенсации морального вреда (физических или нравственных страданий) может быть предъявлен по уголовному делу, когда такой вред причинен потерпевшему преступными действиями,.. ..посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности и др.) (п.13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2020 года №23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу").

В соответствии с разъяснениями, данными в п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2020 года №23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу", если потерпевшими по уголовному делу о преступлении, последствием которого явилась смерть человека, признаны несколько близких родственников и (или) близких лиц погибшего, а при их отсутствии или невозможности участия в уголовном судопроизводстве - несколько его родственников, то каждый из них вправе предъявить гражданский иск, содержащий самостоятельное требование о компенсации морального вреда. Суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.

Из анализа вышеприведенных положений закона следует, что наделение ФИО2 статусом потерпевшей, в силу положений ст.42 УПК РФ, порождает у нее право пользоваться всеми преференциями, предоставленными потерпевшему, в том числе, и право обращаться с исковыми требованиями о возмещении в денежном выражении морального вреда, как в порядке уголовного, так и гражданского судопроизводства.

Разрешая требования ФИО2 о компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

К числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите, относятся прежде всего право на жизнь (часть 1 стать 20 Конституции РФ), как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод, и право на охрану здоровья (часть 1 статьи 41 Конституции РФ), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции РФ).

В соответствии со ст.52 Конституции Российской Федерации, права потерпевших от преступлений охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни и здоровью граждан.

В соответствии со ст.12 ГК РФ, компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии с п.п.1,2 ст.1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

В соответствии со ст.1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности

В соответствии с п.п.1,2 ст.1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, данными в п.12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года №33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года №1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом, суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Как указывалось выше, в рамках судебного разбирательства установлено, что смерть гражданина К.А. А.. наступила от имевшегося у него заболевания - <данные изъяты>, осложнившегося развитием тромбоэмболии (закупорки тромбами) легочной артерии и его смерть не находится в прямой причинной связи с повреждениями, полученными в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ.

Однако вина ФИО3 в причинении тяжкого вреда здоровью К.А. А.. доказана и подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу, в том числе показаниями свидетелей, которые были исследованы в ходе настоящего судебного разбирательства, а также письменными доказательствами.

Кроме того, из совокупного анализа проведенных в рамках уголовного дела судебных автотехнических экспертиз усматривается, что в действиях водителя автомобиля <данные изъяты> К.А. А.. не соответствий предъявляемым требованиям п.9.9, ч.2 п.10.1, п.12.1 Правил дорожного движения РФ и линии разметки 1.2 с технической точки зрения не усматривается. Водитель данного автомобиля не располагал технической возможностью предотвращения происшествия путем должного выполнения требований ч.2 п.10.1 Правил дорожного движения РФ.

В свою очередь, причиной ДТП и, как следствие, причинение в результате ДТП вреда здоровью К.А. А.. явилось нарушение ФИО3 требований п.п. 1.3, 1.4, 1.5, 9.1, 9.1(1), 9.9, 10.1, 11.1, 11.2 (абзац 4), 12.1 Правил дорожного движения Российской Федерации и требований горизонтальной разметки 1.1 и 1.2, которые допустил водитель ФИО3

В связи с чем, суд находит установленным тот факт, что ФИО6 является виновным в причинении тяжкого вреда здоровью К.А. А.

Кроме того, суд полагает необходимым отметить, что уголовное дело в отношении ФИО3 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, прекращено в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности, то есть, по не реабилитирующему основанию.

Оценив в совокупности представленные суду доказательства, суд пришел к выводу о том, что в пользу истца ФИО2 подлежит взысканию компенсация морального вреда за причинение тяжкого вреда здоровью ее супругу К.А. А.

Разрешая вопрос о лицах, обязанных произвести компенсацию морального вреда, суд исходит из следующего.

В соответствии со статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не установлено законом или договором.

Согласно разъяснениям, данным в п.21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года №33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, данным в п.19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года №1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

В соответствии с п.2 ст.1079 ГК РФ, владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

По смыслу статьи 1079 ГК РФ лицо, в отношении которого оформлена доверенность на управление транспортным средством, признается его законным владельцем, если транспортное средство передано ему во временное пользование и оно пользуется им по своему усмотрению (п.20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года №1).

Из взаимосвязи указанных правовых норм следует, что гражданско-правовой риск возникновения вредных последствий при использовании источника повышенной опасности возлагается на собственника при отсутствии вины такого собственника в непосредственном причинении вреда, как на лицо, несущее бремя содержания принадлежащего ему имущества.

Таким образом, владелец источника повышенной опасности, принявший риск причинения вреда таким источником, как его собственник, несет обязанность по возмещению причиненного этим источником вреда.

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, на момент совершения дорожно-транспортного происшествия (ДД.ММ.ГГГГ) собственником автомобиля марки <данные изъяты>, регистрационный знак № являлась ФИО4 (л.д.84,85).

ФИО3 в момент совершения дорожно-транспортного происшествия управлял данным автомобилем на основании доверенности, выданной ФИО4 (л.д.116).

При этом, указанная доверенность предусматривает только право управления транспортным средством.

Доказательств того, что транспортное средство было передано ФИО3 во временное владение и использовалось им по своему усмотрению, в материалах дела не имеется, суду в рамках судебного разбирательства предоставлено не было.

В связи с чем, суд приходит к выводу о том, что компенсация морального вреда в пользу ФИО2 подлежит взысканию с ФИО4, а также об отказе в удовлетворении требований к ФИО3 по данным мотивам.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых истцу был причинен моральный вред, учитывает характер понесенных ФИО2 физических и нравственных страданий, возникших вследствие причинения вреда здоровью ее супруга К.А. А..

Кроме того, при определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО2, судом учитывается материальное положение самого ответчика ФИО4, подтвержденное письменными доказательствами, имеющимися в материалах дела (наличие денежных средств на счетах, открытых в ПАО Сбербанк, наличие на праве собственности недвижимого имущества).

Принимая изложенное во внимание, суд, руководствуясь требованиями разумности, справедливости и соразмерности, а также учитывая наличие иных лиц, имеющих право на возмещение вреда, причиненного здоровью К.А. А.., полагает, что в пользу ФИО2 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 500000 рублей.

При этом, суд полагает необходимым указать, что жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

Поскольку размер морального вреда является оценочной категорией и не поддается точному денежному подсчету, возмещение морального вреда производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, то, по мнению суда, еще большее снижение размера компенсации морального вреда может привести к нарушению прав истца, которому был причинен моральный вред, на справедливое и соответствующее принципам разумности и справедливости возмещение причиненного вреда.

Доводы представителя ответчика ФИО3 – Беспалова А.В. о том, что право на возмещение вреда, причиненного здоровью К.А. А.., не входит в состав наследства, судом во внимание не принимаются ввиду изложенных выше обстоятельств.

В соответствии с п.1 ст.333.36 НК РФ, от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с граждански процессуальным законодательством Российской Федерации изаконодательствомоб административном судопроизводстве, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, освобождаются: истцы - по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного преступлением.

В соответствии с п.1 ст.103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая изложенное, с ФИО4 в доход Павловского муниципального округа Нижегородской области подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст., ст.12,56, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о компенсации морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., <данные изъяты> в пользу ФИО2, <данные изъяты> компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей (пятьсот тысяч рублей).

В удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда, заявленных к ФИО3, <данные изъяты>, ФИО2 отказать.

Взыскать с ФИО4, <данные изъяты> в доход Павловского муниципального округа Нижегородской области государственную пошлину в размере 300 рублей (триста рублей).

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Нижегородский областной суд через Павловский городской суд Нижегородской области в течение месяца с момента изготовления в окончательной форме.

Судья: Е.Р. Романов

Мотивированное решение изготовлено 25 мая 2023 года.

Судья: Е.Р. Романов