Апелляционное определение по делу № 33-204/2023 от 03.08.2023 | Верховный Суд Республики Дагестан (Республика Дагестан)

Ленинский районный суд г. Махачкалы РД

судья ФИО2

дело №

УИД 05RS0№-29

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 3 августа 2023 года, №, г. Махачкала

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан в составе:

председательствующего ФИО16,

судей ФИО15 и Алиевой Э.З.,

при секретаре судебного заседания ФИО3,

с участием прокурора ФИО4,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ГБУ РД «Городская клиническая больница №» о возмещении вреда, причиненного в результате некачественного оказания медицинских услуг,

по апелляционной жалобе представителя истца ФИО1.М. по доверенности А.К.РА. на решение Ленинского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от <дата>

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Дагестан ПономаренкоО.В., объяснения истца ФИО1 и его представителя ФИО14, просивших удовлетворить апелляционную жалобу, объяснения представителя ответчика Г.С., полагавшей, что апелляционная жалоба подлежит отклонению, а также заключение прокурора МустафаевойМ.М., полагавшей, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению, а решение суда первой инстанции – отмене, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан

установила:

Г.Х.МА. обратился в суд с исковым заявлением к ГБУ РД «Городская клиническая больница №» (далее – ГБУ РД «ГКБ №») о возмещении вреда, причиненного в результате некачественного оказания медицинских услуг. В обоснование иска указал, что он страдает сахарным диабетом 2 типа, в 2018 году при обследовании у него были обнаружены камни в мочеполовой системе. <дата> проходил обследование в медицинском центре «Целитель», в ходе диагностики обнаружили конкременты в почках и в верхней трети мочеточника, по настоянию врача был госпитализирован в ГБУ РД «Республиканский урологический центр» с целью предупреждения почечных колик.

С <дата> по <дата> находился в ГБУ РД «Республиканский урологический центр» на стационарном лечении, где проводили дистанционную литотрипсию, однако диагностика была неэффективна. С <дата> по <дата> находился на стационарном лечении в ГБУ РД «ГКБ №», где согласно диагнозу <дата> провели контактную уретеролитотрипсию (КУЛТ) камня правового мочеточника. КУЛТ предполагает введение уретероскопа по уретре, обнаружение конкремента и его дробление при помощи литотриптора. Основной эффект литотрипсии – разрушение конкремента под воздействием направленной энергии. В зависимости от способа, воздействие осуществляется из-за пределов тела или непосредственно в месте расположения камня. Остатки выводятся естественным путем либо посредством эндоскопа. По словам врачей, операция прошла успешно, и камень в мочеточнике был раздроблен, однако на следующий день при проведении УЗИ, слова врачей опровергли результаты УЗИ. По данному факту истец вызывал представителя страховой компании, однако пришел он лишь спустя несколько дней, после <дата>, когда уже было проведено транснефральное дренирование, то есть была установлена нефрастома - дренажный катетер, у которого один конец фиксируется в почечной лоханке, а противоположный конец выводится наружу со стороны поясницы и соединяется с мочеприемником. Отток мочи происходит в мешок для сбора мочи - подсоединенный к катетеру напрямую или через трубку-коннектор. С помощью нефростомического катетера осуществляется опорожнение, не задействуя уретру, мочевые протоки и мочевой пузырь.

При этом истцу не объяснили, чем обусловлено установление нефрастомы, так как изначально ни в выписке РУЦ, ни в ГКБ № о необходимости установления нефрастомы речи не было. Месяц истец проходил с нефрастомой, по истечении которого ему стало плохо и поднималась температура, когда температура достигла 39-40 градусов и усилились боли в поясничном отделе, он вновь <дата> был госпитализирован в ГБУ РД «ГКБ №» с обострением хронического пиелонефрита, главной причиной которого является инфекция. <дата> он был вновь госпитализирован в ГКБ № в отделение нефрологии, в ходе которой также истцом вызвался представитель страховой компании. Был госпитализирован с повышенной температурой, артериальным давлением и сильными болями, что было временно купировано лекарственными препаратами.

Истец возмущался частым пребываниям в больницах, обоснованно полагая, что причина кроется в некомпетентности врачей, неоднократно просил убрать нефростому, поскольку она причиняла ему неудобства, просил предпринять иные методы. Врачи больницы заверили истца, что решили направить для операции в Москву, заверив, что операция и медобслуживание будет бесплатно по ОМС, сказали незамедлительно ехать в Москву, и дословно: «квота тебя догонит». Он вылетел в Москву, обратился в лечебное учреждение НИИ Урологии, где ему выставили счет за операцию и иные медицинские услуги, поскольку ни квоты, ни направления на истца не поступало. Ему пришлось лететь обратно домой. По приезду в Дагестан, был госпитализирован в ГБУ РД «РУЦ», где находился с 16.04.2019г. по 22.04.2019г. и где был поставлен диагноз стриктура верхней трети мочеточника - аномальное сужение канала мочеточника, полностью или частично нарушающее его проходимость. Тем самым непроходимость была диагностирована именно в той части мочеточника, где находился камень, который не смогли раздробить в ГКБ №.

Причинами приобретенной стриктуры являются повреждения мочеточника в результате операций и различных инструментальных процедур (стентирования мочеточника, уретероскопии и др.) Иначе говоря, непроходимость мочеточника (стриктура) образовалась после безрезультатной КУЛТ, в ходе которой дробление камня под направленной энергией привела не к желаемому результату, а к накалу камня и к травме (ожогу) на прилежащей к камню участках мочеточника, что и привело к непроходимости мочеточника. В связи с чем истец полагает, что о причиненной травме и, как ее следствие, непроходимости мочеточника в ГКБ № знали, но при этом ни в одной выписке до августа 2019 г. данный факт не отражался, подтверждением этого является то, что истцу сразу после неудачной КУЛТ была установлена нефрастома.

По факту некомпетентности врачей ГКБ № и обманному направлению в Москву он письменно обратился в адрес руководства Минздрава РД, после чего была сформирована квота на ВМП в «НИИ Урологии и интервенционной Радиологии им. Лопаткина». Пока ожидался ответ по квоте и дата назначения приема и операции, у истца выпала нефрастома. В связи с чем истец <дата> был госпитализирован в ГКБ № и врачи приняли на их взгляд самое разумное решение и пришили нефрастому к прилегающей коже. <дата> истец направился в Москву с направлением в «НИИ урологии и интервенционной радиологии им.Лопаткина», <дата> был госпитализирован в данное медучреждение, также с ними был заключен возмездный договор на некоторые медицинские манипуляции. При обследовании истца врачи НИИ ужаснулись тому, каким образом прикреплена нефрастома.

<дата> ему была проведена перкутанная нефролитолапаксия – операция, направленная на дробление и удаление камней из чашечнолоханочной системы почек, так же была установлена нефрастома, взамен ранее установленной. Была также выявлена зона облитерации (непроходимости) в/3 правого мочеточника протяженностью до 3 см.

<дата> был выписан с рекомендацией на плановую госпитализацию для выполнения реконструктивно-пластической операции правого мочеточника в этом же НИИ.

<дата> истец был в плановом порядке госпитализирован, <дата> была проведена ревизия правой почки и уретероуретероанастомоз справа - пластика мочеточника. В послеоперационный период истец находился в крайне тяжелом состоянии, обусловленном динамической кишечной непроходимостью, которую врачи устранили.

<дата> истец выписан и ему рекомендовано явиться для плановой госпитализации в феврале 2020 года. <дата> истец был госпитализирован, уже наблюдалась положительная динамика лечения и отхождение конкрементов (камней). <дата> истцу был удален внутренний стент справа, <дата> была удалена нефрастома и заживлен свищ.

В общей сложности истец проходил с нефрастомой более года – с <дата> по <дата>.

Нуждаемость в лекарственных препаратах, медицинских услугах и расходах на их приобретение подтверждены соответствующими медицинскими и платежными документами.

Истец считает, что понесенные расходы на лечение, медицинские услуги, лекарственные препараты и поездки в Москву подлежат возмещению ответчиком. Им предоставляются платежные документы: квитанция за прием у врача - уролога в НИИ им. Лопаткина - 2 500 руб.; квитанция за проведение анализов в НИИ им. Лопаткина - 580 руб.; квитанция за сцинтиграфию почек с непрямой ангиографией почек в ГКБ им.Плетнева - 5 750 руб.; квитанция за перелет из Махачкалы в МСК - билет на <дата> — 2 300 руб.; квитанция за перелет из МСК в Махачкалу - билет на <дата> - 3830 руб.; квитанция за перелет из МСК в Махачкалу - билет на <дата> - 4225 руб.; справка об оплате маршрута Махачкала - Мск - Махачкала - 5 000 руб.; акт оплаты анализов в ФКУЗ «Дагестанская противочумная станция» - 500 руб.; накладная на покупку послеоперационной помпы - 500 руб.; оплата лабораторных исследований в ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в РД» - 679 руб.; билет на поезд МСК - Махачкала на 02.11.2019г. - 3550 руб.; билет на поезд Махачкала - МСК на 19.10.2019г. - 1817 руб.; билет на поезд Махачкала - МСК на <дата> - 1987 руб.

Итого полагает, что понесённые расходы составляют 33 218 руб.

Им также понесены расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 рублей.

В связи с изложенным просил взыскать с ГБУ РД «Городская клиническая больница №» денежные средства в размере 3 000 000 (двух миллионов) руб. в качестве компенсации причиненного ему морального вреда, денежные расходы на сумму 33 218 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб.

Решением Ленинского районного суда г.Махачкалы Республики Дагестан от <дата> постановлено:

«В удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании с ГБУ РД «Городская клиническая больница №» в пользу ФИО1 денежных средств в размере 3 000 000 (трех миллионов) рублей в качестве компенсации причиненного морального вреда, взыскании с ГБУ РД «Городская клиническая больница №» в пользу ФИО1 понесенных денежных расходов на сумму 33 218 руб. и взыскании с ГБУ РД «Городская клиническая больница №» в пользу ФИО1 расходов на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб., отказать в полном объеме.

Взыскать с ФИО1 в пользу Автономной некоммерческой организации «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований» (АНО «Судебный эксперт») (ОГРН-<***>) расходы на проведение экспертизы № от 30.05.2022г. в размере 108640 (сто восемь тысяч шестьсот сорок) рублей».

В апелляционной жалобе представитель истца ФИО1.М. по доверенности А.К.РБ. просит отменить решение суда первой инстанции, полагая его незаконным и необоснованным, указывает, что им представлены суду доказательства некачественного медицинского обслуживания, что подтверждается ответом страховой компании и Росздравнадзора, подтвердившими, что допущенные нарушения в оказании медицинской помощи создали риск прогрессирования заболевания.

Судом установлено и следует из материалов дела, что <дата> у истца ФИО1 были выявлены конкременты в почках и в верхней трети мочеточника. В связи с чем, проходил стационарное лечение в ГБУ РД «Республиканский урологический центр» с <дата> по <дата>, где истцу было проведено три сеанса дистанционной литотрипсии (ДЛТ) – без эффекта.

Согласно выписке из истории болезни №, истец с клиническим диагнозом: МКБ, камень в/3 правого мочеточника, гидронефроз 2 ст. и жалобами на умеренные боли в правой поясничной области, тошноту и слабость, находился с <дата> по <дата> на стационарном лечении в урологическом отделении ГБУ ГКБ №, где получил лечение в виде медицинских препаратов – викасол, арифон, лизиноприл и амплодипин. Кроме того, <дата> истцу была проведена контактная уретеролитотрипсия (КУЛТ) камня правого мочеточника, а <дата> – трансфнефральное дренирование. Выписан в удовлетворительном состоянии (болевого синдрома и температуры нет) с функционирующей нефростомой.

Согласно выписке из истории болезни №, истец с клиническим диагнозом: МКБ, камень в/3 правого мочеточника, хронический калькулезный пиелонефрит в стадии обострения, нефростома справа, почесная колика справа и жалобами на повышение температуры тела до 39-40 гр, боли в поясничной области справа, наличие нефростомы справа, общую слабость, находился с <дата> по <дата> на стационарном лечении в урологическом отделении ГБУ ГКБ №, где получил лечение в виде медицинских препаратов – физ р-р 0,9%, новокаин 0,5%, баралгин, ципрофлоксацин, аскорбиновая кислота, рибоксин, нитроксолин, но-шпа. Выписан в удовлетворительном состоянии (болевого синдрома и температуры нет).

Согласно выписке из истории болезни №, истец с клиническим диагнозом: хронический вторичный пиелонефрит в стадии обострения, МКБ, конкремент правой почки, множественные кисты левой почки, нефростома справа, нефрогенная анемия легкой степени тяжести, диабетическая нефропатия в стадии протеинурии, ХБП 3 А ст. (СКФ 67 мл. мин.) ХПН 0 ст., сопутствующим диагнозом: ГБ III ст., АГ 3 ст. риск 4 о/в, СД 2 тип и жалобами на боли в поясничной области ноющего характера, дизурическое явление в виде частого б/б мочеиспускания, повышение температуры тела до 39 С, изменение цвета мочи – мутная, головные боли, головокружение связанные с подъемом АД до 200/120 мм рт.ст., жажду, сухость во рту, общую слабость, находился с <дата> по <дата> на стационарном лечении в отделении нефрологии ГБУ ГКБ №, где получил лечение в виде медицинских препаратов – ципрофлоксацин в/в, цапаверин в/м, дезинтоксикационная терапия, фурагин, лизиноприл, мальтофер, полисорб снофор, а также режим, диета стол – НКД. Выписан с положительной динамикой: болей в пояснице нет, температура тела нормализовалась цифры АД в пределах 130/80 мм. рт. ст.

Согласно выписке из истории болезни №, истец с клиническим диагнозом: выпадение нефростомы справа, стриктура в/3 правого мочеточника, МКБ, камень в/3 правого мочеточника, хронический пиелонефрит в стадии обострения, кисты обеих почек, сопутствующим диагнозом: сахарный диабет 2 типа и жалобами на выпадение нефростомы справа, находился с <дата> по <дата> на стационарном лечении в урологическом отделении ГБУ ГКБ №, где получил противовосполительную терапию и где ему была проведена ренефростомия справа от <дата>. Выписан в удовлетворительном состоянии.

Полагая, что причинами приобретенной стриктуры являются повреждения мочеточника в результате операций и различных инструментальных процедур (стентирования мочеточника, уретероскопии и др.) после безрезультатной КУЛТ, проведенной в урологическом отделении ГБУ ГКБ №, в ходе которой дробление камня под направленной энергией привела не к желаемому результату, а к накалу камня и к травме (ожогу) на прилежащей к камню участках мочеточника, что и привело к непроходимости мочеточника, истец <дата> обратился к Министру здравоохранения Республики Дагестан – ФИО1

Между тем, какого-либо ответа на данное обращение материалы дела не содержат и сторонами не представлено.

Согласно выписке из истории болезни №, истец с клиническим диагнозом: сахарный диабет 2 тип, целевой уровень НвА1с <7.0% Д/микроангиопатия, д/ангиоретинопатия, непролиферативная стадия, д/нефропатия, ХБП С-3А, д/полинейропатия, дистальный тип, сенсорная форма, стадия клинических проявлений, ГБ 3 ст., АГ 3 ст. риск 4 (очень высокий), дислипидемия, ожирение 2 ст., МКБ, нефростома правой и жалобами на общую слабость, периодически возникающую (когда перенервничает) сухость во рту, жажду, боль и тяжесть в ногах, ощущение онемения в руках и ногах, снижение зрения и памяти, нервозность, находился с <дата> по <дата> на стационарном лечении в эндокринологическом отделении ГБУ ГКБ №, где получил следующее лечение: диета (НКД), эмоксипин, вит гр.В, пирацетам, берлитион, глибомет, тражента, лизиноприл, кардиоактив, сиофор. Состояние при выписке: симптом полидипсии – полиурии не беспокоит, достигнут целевой уровень гликемии, гемодинамические показатели стабильные.

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что <дата> истец с направлением обратился в НИИ урологии и интервенционной радиологии им. ФИО5.

Согласно выписке из истории болезни №, истец с клиническим диагнозом: МКБ, конкременты обеих почек, конкремент в/3 правого мочеточника, уретогидронефроз справа, нефростомическая дренажная трубка справа, облитерация в/3 правого мочеточника, множественные кисты обеих почек, сахарный диабет второго типа, субкомпенсированный, целевой уровень НbА1с <7.0%, диабетическая микроангиопатия, диабетическая ангиоретинопатия, диабетическая нефропатия, ХБП С-ЗА, диабетическая полинейропатия, дистальный тип, сенсорная форма, стадия клинических проявлений, АГ 3 ст., 3 ст., риск ССО 4, атеросклероз брюшного отдела аорты и ее ветвей, гепатомегалия, дислипидемия, ожирение 2 ст. и жалобами на постоянный дискомфорт, периодические боли в поясничной области с обеих сторон, наличие нефростомической дренажной трубки, находился с <дата> по <дата> на стационарном лечении в 3-м урологическом отделении НИИ урологии и интервенционной радиологии им ФИО5, где получил следующее лечение: <дата> выполнена перкутанная нефролитолапаксия, нефростомия справа. В ходе оперативного вмешательства выполнена совмещенная ретроградная пиелоуретерография – выявлена зона облитерации в/3 правого мочеточника протяженностью до 3 см. Течение раннего послеоперационного периода без осложнений. <дата> – уретральный катетер удален. Самостоятельное мочеиспускание восстановлено. Моча светлая, без патологических примесей. Проводилась комплексная консервативная терапия с положительной клинико-лабораторной динамикой. Консилиумом врачей рекомендовано выполнение реконструктивно-пластической операции правого мочеточника.

Согласно выписке из мед.карты стационарного больного №, истец с клиническим диагнозом: основной - МКБ, конкременты обеих почек, облитерация в/3 правого мочеточника, нефростома справа, внутренний стент справа, сопутствующий - сахарный диабет 2 типа, компенсированный, атеросклероз брюшного отдела аорты и ее ветвей, АГ 3 ст., 3 ст., риск ССО 4 и осложнением основного – хронический пиелонефрит, стадия ремиссии. Хроническая почечная недостаточность 1 стадии. Динамическая кишечная непроходимость (состояние после оперативного вмешательства от <дата>), находился с <дата> по <дата> на стационарном лечении в 1-м урологическом отделении НИИ урологии и интервенционной радиологии им ФИО5, где был обследован и ему проведено УЗИ почки.

Согласно выписке из мед.карты стационарного больного №, истец с клиническим диагнозом: основной – стриктура верхней трети правого мочеточника, нефростома справа, внутренний стент справа (ревизия правой почки, уретероуретероанастомоз справа от <дата>), МКБ, сопутствующий - сахарный диабет 2 типа, компенсированный, атеросклероз брюшного отдела аорты и ее ветвей, АГ 3 ст., 3 ст., риск ССО 4 и осложнением основного – хронический пиелонефрит, стадия ремиссии. Хроническая почечная недостаточность 1 стадии, находился с <дата> по <дата> на стационарном лечении в 1-м урологическом отделении НИИ урологии и интервенционной радиологии им ФИО5, где был обследован и проведено следующее лечение: <дата> – удаление внутреннего стента справа, гладкое течение послеоперационного периода, <дата> – УЗИ (на зажатом нефростомическом дренаже справа) почки, <дата> – антеградная уретеропиелография справа, справа определяется контрастирование ЧЛС, нефростомический дренаж удален, свищ заживлен. Выписан в удовлетворительном состоянии.

Из материалов дела также следует, что при обращении в страховую компанию – филиал АО «МАКС-М» в г.Махачкале (вх.№МЕД-28-3-9/14498) истцом был получен письменный ответ № от <дата> из которого следует, в частности «- по истории болезни №, период оказания медицинской помощи <дата> – 31.01.2019г. отделение «урология» - выявлено несвоевременное и ненадлежащее выполнение необходимых пациенту лечебных мероприятий в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, стандартами— медицинской помощи и клиническими рекомендациями по вопросам оказания медицинской помощи. Медицинская организация не согласилась с итогами экспертизы и подала акт разногласия в Территориальный фонд медицинского страхования Республики Дагестан (далее-ТФОМС РД), который принял позицию страховой медицинской организации, более того, вынес решение, что нарушения Вам медицинской помощи создали риск прогрессирования заболевания; - по истории болезни №, период оказания медицинской помощи <дата> – 11.03.2019г. отделение «урология» - дефектов при оказании медицинской помощи не выявлено. Данный случай не предъявлен медицинской организацией на оплату в АО «МАКС-М»; - по истории болезни №, период оказания медицинской помощи <дата> - 26.03.2019г. отделение «нефрология» - дефектов при оказании медицинской помощи не выявлено; - по истории болезни №, период оказания медицинской помощи <дата> - 06.09.2019г. отделение «урология» - дефектов при оказании медицинской помощи не выявлено; - по истории болезни №, период оказания медицинской помощи <дата> - 18.10.2019г. отделение «эндокринология» дневного стационара - выявлено несвоевременное и ненадлежащее выполнение необходимых пациенту лечебных мероприятий в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, стандартами медицинской помощи и клиническими рекомендациями по вопросам оказания медицинской помощи. Итоги экспертизы согласованы с представителями медицинской организации. Согласно письменной информации ГБУ РД «ГКБ», лечащему врачу ФИО6 и заведующему отделения ФИО7 объявлены замечания, на общей врачебной конференции до медицинского персонала доведена информация о необходимости строгого соблюдения качества оказания медицинской помощи; В целях информационного сопровождения и реализации Ваших прав на получение медицинской помощи нами также направлен запрос в ГБУ РД «Поликлиника №», к которой Вы прикреплены. Согласно письменной информации медицинской организации, Вы регулярно получаете консультации врачей-специалистов, обследования и при необходимости амбулаторное лечение, приглашены на прием к участковому врачу, претензий к медицинской организации не имеете. На основании результатов экспертного контроля, в связи с выявленными при оказании Вам медицинской помощи нарушениями АО «МАКС-М» применены штрафные санкции к счету ГБУ РД «ГКБ».

Отказывая в удовлетворении исковых требований суд первой инстанции, пришел к выводу об отсутствии причинной связи между действиями врачей ГБУ РД «ГКБ №» и возникновением у истца стриктуры мочеточника.

Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1.М. о взыскании расходов на приобретение лекарственных средств, на прием врача-специалиста, компенсации морального вреда, судебных расходов на оплату юридических услуг. Суд первой инстанции со ссылкой на заключение судебно-медицинской экспертизы № от <дата>, проведенной экспертами АНО «Судебный эксперт» ФИО8 и ФИО9, исходил из того, что проведенное в ГБУ РД «Городская клиническая больница №» ФИО1 лечение соответствует стандартам оказания медицинской помощи. Критерии качества медицинской помощи были соблюдены, кроме двух анализов, не имевших значения для исхода. Недостатки в оказании медицинской помощи ФИО1 в установлении ему диагноза и последующем лечении, приведшем к причинению вреда здоровью за периоды с <дата> по 31.01.2019 и с <дата> по <дата> не выявлены. Связь между недостатками (дефектами) оказания медицинской помощи в ГБУ РД «ГКБ №» и неблагоприятными последствиями – ухудшением состояния здоровья ФИО1.М., последующим развитием заболевания отсутствует полностью.

Суд первой инстанции указал, что заключение полно и объективно раскрыло поставленные вопросы, четко и точно сформулированные ответы, не допускают неоднозначного толкования. Экспертиза проведена в полном соответствии с требованиями ст. 79, 80, 85 и 86 ГПК РФ, основана на нормах действующего законодательства, в том числе Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ». Экспертиза выполнена квалифицированными экспертами, не имеющими заинтересованности в исходе дела и предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заключение содержит научно-обоснованные и последовательные выводы, в связи с чем не вызывает сомнений у суда.

Отказав ФИО1 в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции на основании ч.1 ст.98 ГПК РФ взыскал с него в пользу Автономной некоммерческой организации «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований» (АНО «Судебный эксперт») (ОГРН-<***>) расходы на проведение судебно-медицинской экспертизы в размере 108640 (сто восемь тысяч шестьсот сорок) рублей.

Судебная коллегия считает, что выводы суда первой, инстанции сделаны с существенным нарушением норм материального и процессуального права ввиду следующего.

В части 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от <дата> № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно статье 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье – состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма; охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи.

Статьей 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" предусмотрено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи – совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Клинические рекомендации - документы, содержащие основанную на научных доказательствах структурированную информацию по вопросам профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, в том числе протоколы ведения (протоколы лечения) пациента, варианты медицинского вмешательства и описание последовательности действий медицинского работника с учетом течения заболевания, наличия осложнений и сопутствующих заболеваний, иных факторов, влияющих на результаты оказания медицинской помощи (пункт 23 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В соответствии с частью 1 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" экспертиза качества медицинской помощи проводится в целях выявления нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценки своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Оценка качества медицинской помощи осуществляется на основании критериев, формируемым по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи.

Из содержания искового заявления ФИО1 усматривается, что основанием для его обращения в суд с требованиями о взыскании компенсации причиненного морального вреда, расходов на приобретение лекарственных средств, прием врача-специалиста, судебных расходов на оплату юридических услуг послужило ненадлежащее и несвоевременное оказание ответчиком ему медицинской помощи, приведшее, по мнению истца, к ухудшению состояния его здоровья и повлекшее необходимость приобретения ею лекарственных средств и несение расходов на лечение.

Отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО1.М. о взыскании компенсации морального вреда, расходов на приобретение лекарственных средств, на прием врача-специалиста, суд первой инстанции не применил к спорным отношениям нормы материального права, регулирующие отношения в сфере охраны здоровья, включая государственные гарантии обеспечения качества оказания медицинской помощи.

Делая вывод о том, что факт оказания ГБУ РД «Городская клиническая больница №» Г.Х.МБ. медицинской помощи ненадлежащего качества не нашел своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, суд первой инстанции сослался на заключение судебно-медицинской экспертизы № от <дата>, проведенной экспертами АНО «Судебный эксперт», в котором указано, что медицинская помощь ФИО1 в ГБУ РД «Городская клиническая больница №» оказывалась правильно и в полном объеме.

Частью 1 статьи 12 ГПК РФ установлено, что правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел (часть вторая статьи 12 ГПК РФ).

В силу части первой статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть вторая статьи 56 ГПК РФ).

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (части первая и третья статьи 67 ГПК РФ).

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (часть первая статьи 196 ГПК РФ).

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № "О судебном решении" (далее – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> №) разъяснено, что заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с частью второй статьи 56 ГПК РФ.

Заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не является исключительным средством доказывания и должно оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть третья статьи 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 23).

Требования процессуального закона об обязанности суда обеспечить состязательность и равноправие сторон, о доказательствах и доказывании судебными инстанциями соблюдены не были.

Суд первой инстанции, основывая решение об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, расходов на приобретение лекарственных средств, на прием врача-специалиста, судебных расходов на оплату юридических услуг исключительно на заключении судебно-медицинской экспертизы № от <дата>, проведенной экспертами АНО «Судебный эксперт», не выполнил требования чч. 1 и 2 статьи 12 ГПК РФ, статьи 67 ГПК РФ, не учел приведенные разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата>г. №. В связи с этим суд не дал правовой оценки названному заключению во взаимосвязи и совокупности с иными имеющимися в материалах дела доказательствами.

Суд первой инстанции не отразил в решении результаты оценки этих доказательств, а также мотивы, по которым именно заключение судебно-медицинской экспертизы № от <дата>, проведенной экспертами АНО «Судебный эксперт», было принято им в качестве доказательства отсутствия факта оказания ответчиком Г.Х.МБ. медицинской помощи ненадлежа-щего качества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> № «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», если судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела (п.1 ч.1 ст.330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), то суду апелляционной инстанции следует поставить на обсуждение вопрос о представле-нии лицами, участвующими в деле, дополнительных (новых) доказательств и при необходимости по их ходатайству оказать им содействие в собирании и истребовании таких доказательств.

Согласно части 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

В соответствии с положениями статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

При указанных обстоятельствах, соглашаясь с доводами представителя истца, учитывая, что заключение судебно-медицинской экспертизы, проведенной специалистами АНО «Судебный эксперт», является противоречивым и искажает данные, отраженные в медицинской документации ФИО1.М., при проведении экспертизы не были исследованы снимки МРТ, проведенные в период до <дата> (до проведения КУЛТ) и МРТ после проведения КУЛТ операции, экспертиза проведена специалистами общего профиля, судебной коллегией определением от <дата>г. назначена повторная судебная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «Межрегиональный Центр Независимой медико-социальной экспертизы».

Письмом директора указанной экспертной организации от 01.02.2023 № в Верховный Суд Республики Дагестан возвращены материалы гражданского дела, указав при этом, что в настоящее время в организации отсутствуют специалисты нужного профиля, в связи с чем провести судебно-медицинскую экспертизы не представляется возможным.

С учетом вышеприведенных обстоятельств судебная коллегия определением от <дата> произвела замену экспертного учреждения, поручив проведение повторной судебно-медицинской экспертизы экспертам АНО «ЭПЦ «Правовой стандарт» (<адрес>).

Согласно заключению от <дата> №/ЭСК экспертной комиссией установлено, что при нахождении на стационарном лечении с 21 по <дата>г. в ГБУ РД «Городская клиническая больница №» ФИО1 проведены следующие диагностические мероприятия перед оперативным вмешательством:

Выполнен общий (клинический) анализ крови развернутый

Выполнен общий (клинический) анализ мочи

Выполнен анализ крови биохимический общетерапевтический (мочевая кислота, креатинин, мочевина)

Выполнено бактериологическое исследование мочи с определением чувствительности возбудителя к антибиотикам и другим лекарственным препаратам (при лейкоцитурии).

Однако, в протоколе операции не имеется сведений о режимах работы и мощности лазерного воздействия на камень.

Не имеется сведений о проведенном послеоперационном дренировании мочеточника.

Не указана итоговая степень деструкции конкремента после литотрипсии.

При нахождении на стационарном лечении с <дата> по <дата> в ГБУ РД «Городская клиническая больница №» ФИО1 проведено следующее диагностическое мероприятие:

ультразвуковое исследование почек и мочевыводящих путей и обзорная урография (рентгенография мочевыделительной системы) и/или внутривенная урография и/или компьютерная томография почек и мочевыводящих путей с контрастированием не позднее 2 часов от момента поступления в стационар

При госпитализации с <дата> по <дата> были купированы остро возникшие заболевания: Почечная колика, Хронический пиелонефрит.

При госпитализациях с 21 по <дата> и <дата> по <дата> ФИО1 не были рекомендованы хирургические методы лечения выявленной стриктуры правого мочеточника.

Отвечая на вопрос суда: Имеется ли связь между недостатками (дефектами) оказания медицинской помощи в ГБУ РД «Городская клиническая больница №» ФИО1 и неблагоприятными последствиями - ухудшением состояния здоровья истца? Эксперты указали, что не имеется, так как обследование пациента перед проведением оперативного лечения - КУЛТ камня правого мочеточника проведено в полном объеме в части рентгенологической диагностики согласно клиническим рекомендациям. По данным МСКТ с контрастированием от <дата> выявлен крупный камень в\3 правого мочеточника обтурирующий его просвет. Контрастирование мочеточника ввиду этого не могло быть получено. Диагноз стриктуры мочеточника может быть установлен только лишь рентгенологическим (дефект наполнения полученный при контрастировании) или эндоскопическим (визуализация сужения просвета мочеточника при уретероскопии) методами. Иных методов диагностики стриктуры мочеточника не существует.

Согласно протоколу операции от 24.01.2019г. при проведении уретероскопии не было выявлено нарушение проходимости правого мочеточника вплоть до достижения камня. Камень правого мочеточника был четко визуализирован, проводилась процедура литотрипсии с использованием тулиевого лазера. Иными словами, не было никаких данных о наличии стриктуры правого мочеточника у пациента перед операцией.

Однако в протоколе операции не имеется сведений о режимах работы и мощности лазерного воздействия на камень.

Также не имеется сведений о проведенном послеоперационном дренировании мочеточника, не указана итоговая степень деструкции конкремента после литотрипсии.

Эти факторы имеют очень важное значение для понимания дальнейшего течения послеоперационного периода.

В результате вышеуказанных дефектов выполнения хирургического вмешательства могла сформироваться стриктура мочеточника в месте стояния камня, но судить об этом достоверно не представляется возможным.

Отвечая на вопрос суда: Имелась ли стриктура верхней трети мочеточника у ФИО1 до обращения в ГБУ РД «Городская клиническая больница №» <дата> и чем могла быть вызвана стриктура мочеточника? Экспертная комиссия указала на то, что стриктура мочеточника могла образоваться не менее чем за 3 недели до КУЛТ терапии, она могла образоваться в результате длительного нахождения камня в области мочеточника и точно диагностировать данную стриктуру можно лишь эндоскопическим методом либо рентгенологическим. Из этого следует, что перед проведением контактной уретеролитотрипсии не было достоверных данных о наличии стриктуры правого мочеточника, а дренирование правой почки было проведено по экстренным показаниям в результате остро возникшего пиелонефрита.

По данным МСКТ с контрастированием от <дата> выявлен крупный камень в\3 правого мочеточника обтурирующий его просвет. Контрастирование мочеточника ввиду этого не могло быть получено. Диагноз стриктуры мочеточника может быть установлен только лишь рентгенологическим (дефект наполнения, полученный при контрастировании) или эндоскопическим (визуализация сужения просвета мочеточника при уретероскопии) методами. Иных методов диагностики стриктуры мочеточника не существует. Согласно протоколу операции от <дата> при проведении уретероскопии не было выявлено нарушение проходимости правого мочеточника вплоть до достижения камня.

Проанализировав содержание экспертного заключения, судебная коллегия приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГК РФ, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из имеющихся в распоряжении экспертов документов, основывается на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе, в заключении указаны данные о квалификации экспертов, образовании, стаже работы.

Кроме того, разрешая требования ФИО1 о взыскании с ГБУ РД «Городская клиническая больница №» компенсации морального вреда, расходов на лечение вследствие некачественного оказания ему медицинской помощи, суд первой инстанции неправильно истолковал и применил к спорным отношениям нормы материального права, регулирующие отношения по компенсации морального вреда, причиненного гражданину, в системной взаимосвязи с нормативными положениями, регламентирующими обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья.

Пунктом 1 ст.150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п.1 ст.1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064-1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответствен-ности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

При причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение (пункт 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В п.11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному ст.1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст.1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Презумпция вины причинителя вреда действует и в случае привлечения причинителя вреда к ответственности в виде взыскания дополнительно понесенных гражданином расходов, вызванных повреждением его здоровья. Виды этих расходов и условия их возмещения предусмотрены статьей 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ГБУ РД «Городская клиническая больница №» должно доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда Г.Х.МБ. и в повреждении его здоровья в связи с оказанной, по мнению истца, ему медицинской помощью ненадлежащего качества.

Однако в настоящем деле суд первой инстанции в нарушение подлежащих применению норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации возложил на истца бремя доказывания некачественного оказания ему работниками ГБУ РД «Городская клиническая больница №» медицинских услуг, а также причинно-следственной связи между действиями ответчика и ухудшением состояния его здоровья, а потому выводы суда об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1.М. о взыскании компенсации морального вреда, расходов на приобретение лекарственных средств, на прием врача-специалиста со ссылкой на то, что им не представлены доказательства в подтверждение некачественного оказания ему ответчиком медицинской помощи, не основаны на законе, являются неправомерными.

Учитывая, что в ходе проведенного экспертного исследования установлено наличие со стороны ответчика дефектов оказания медицинской помощи, указанное является основанием возникновения у истца права на компенсацию морального вреда.

Сам по себе факт того, что допущенные ответчиком дефекты оказания медицинской помощи не находятся в прямой причинно-следственной связи с вредом здоровью истца, не свидетельствуют об отсутствии у ответчика обязанности по возмещению компенсации морального вреда, поскольку оказание медицинских услуг является особым видом предоставления услуг, должно учитывать установленные законодателем принципы охраны здоровья, такие как доступность и качество медицинской помощи, при этом, оказание некачественной медицинской помощи, безусловно нарушает права пациента, закрепленные статьей 41 Конституции Российской Федерации, Федеральным законом "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований (пункт 25 вышеприведенного постановления Пленума).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего. Моральный вред, причиненный лицу, не достигшему возраста восемнадцати лет, подлежит компенсации по тем же основаниям и на тех же условиях, что и вред, причиненный лицу, достигшему возраста восемнадцати лет.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункты 27-30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

В обоснование заявленного размера компенсации морального вреда истец указал, что <дата> была проведена ревизия правой почки и уретероуретероанастомоз справа – пластика мочеточника. В послеоперационный период истец находился в крайне тяжелом состоянии, обусловленном динамической кишечной непроходимостью, которую врачи устранили. <дата> истец был выписан, и ему было рекомендовано явиться для плановой госпитализации в феврале 2020 года. <дата> истец был госпитализирован, уже наблюдалась положительная динамика лечения и отхождение конкрементов (камней). <дата> истцу был удален внутренний стент справа, <дата> была удалена нефрастома и заживлен свищ. В общей сложности истец проходил с нефрастомой более года - с <дата> по <дата>.

Принимая во внимание степень вины ответчика, в частности то, что стандарты медицинской помощи, оказанной истцу не были соблюдены ответчиком в полном объеме, учитывая степень физических и нравственных страданий, причиненных истцу действиями ответчика, индивидуальные особенности истца связывающего свои требования с некачественной медицинской помощью, необходимость обязательного получения которой обусловлена состоянием его здоровья, отсутствие прямой причинно-следственной связи между дефектами оказанных медицинских услуг и развитием у ФИО1.М. тяжелых осложнений, судебная коллегия полагает возможным взыскать компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

При этом судебная коллегия отмечает, что предусмотренный действующим законодательством механизм защиты личных неимущественных прав, предоставляя гражданам возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты, не освобождает их от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации (Постановление от <дата> N 45-П; Определения от <дата> N 524-О-П, от <дата> N 47-О-О и др.).

Вместе с тем, достаточных доказательств, влекущих необходимость удовлетворения заявленных требований о компенсации морального вреда в большем размере, в материалах дела не представлено.

Кроме того, истцом понесены расходы на лечение, медицинские услуги, лекарственные препараты и поездки в Москву, которые подлежат возмещению ответчиком.

В обоснование несения указанных расходов истцом в материалы дела предоставлены платежные документы: квитанция за прием у врача - уролога в НИИ им. Лопаткина - 2 500 руб.; квитанция за проведение анализов в НИИ им. Лопаткина - 580 руб.; квитанция за сцинтиграфию почек с непрямой ангиографией почек в ГКБ им.Плетнева - 5 750 руб.; квитанция за перелет из Махачкалы в МСК - билет на <дата> — 2 300 руб.; квитанция за перелет из МСК в Махачкалу - билет на <дата> - 3830 руб.; квитанция за перелет из МСК в Махачкалу - билет на <дата> - 4225 руб.; справка об оплате маршрута Махачкала - Мск - Махачкала - 5 000 руб.; акт оплаты анализов в ФКУЗ «Дагестанская противочумная станция» - 500 руб.; накладная на покупку послеоперационной помпы - 500 руб.; оплата лабораторных исследований в ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в РД» - 679 руб.; билет на поезд МСК - Махачкала на 02.11.2019г. - 3550 руб.; билет на поезд Махачкала - МСК на 19.10.2019г. - 1817 руб.; билет на поезд Махачкала - МСК на <дата> - 1987 руб.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости взыскания с ответчика, понесенных денежных расходов на лечение, медицинские услуги, лекарственные препараты и поездки в <адрес>, в размере 33 218 руб.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. Правила, изложенные в части первой настоящей статьи, относятся также к распределению судебных расходов, понесенных сторонами в связи с ведением дела в апелляционной, кассационной и надзорной инстанциях.

Согласно п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> №, при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику – пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (ст. 98, 100 ГПК РФ).

Положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда) (пункт 21 вышеуказанного Постановления).

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> № "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Вместе с тем в целях реализации задач судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжитель-ность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п.13 указанного постановления).

Таким образом, при взыскании судебных расходов следует принять во внимание обстоятельства, свидетельствующие о том, что расходы стороны вызваны объективной необходимостью по защите нарушенного права, при этом для решения вопроса о размере взыскиваемых расходов на представителя необходимо исследовать представленные документы, подтверждающие как факт оказания услуг, так и размер понесенных стороной затрат.

Как указывает Конституционный Суд Российской Федерации в своем постановлении от <дата>г. №-П, при определении необходимости возмещения некоторых видов издержек, связанных с рассмотрением дела, и их объема суду предоставлены значительные дискреционные полномочия.

Установление размера и порядка оплаты услуг представителя относится к сфере усмотрения доверителя и поверенного и определяется договором. Суд может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов.

Судебная коллегия, исходя из объема оказанных представителем истца услуг в виде составления искового заявления и участия в судебных заседаниях, сложности дела, принципов разумности и справедливости, отсутствия доказательств чрезмерности заявленной суммы, полагает возможным удовлетворить требования истца о взыскании расходов на оплату услуг представителя в заявленной размере, а именно 50 000 рублей.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 94 ГПК РФ, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, в числе прочих, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

Таким образом, с ответчика в пользу АНО «Судебный эксперт» подлежат взысканию расходы по производству экспертизы № от <дата> в размере 108640 рублей, согласно заявления заместителя руководителя по документо-обороту АНО «Судебный эксперт» ФИО10

Кроме того, с ответчика в пользу Автономной некоммерческой организации «Экспертно-правовой центр «Правовой стандарт» подлежат взысканию расходы на производство судебной экспертизы в размере 268 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 327-330 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан

определила

решение Ленинского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от <дата> отменить.

Принять по делу новое решение.

Исковые требования ФИО1 к ГБУ РД «Городская клиническая больница №» о взыскании денежных средств в качестве компенсации причиненного морального вреда, понесенных денежных расходов и расходов на оплату услуг представителя удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУ РД «Городская клиническая больница №» в пользу ФИО1 денежные средства в размере 500000 (пятьсот тысяч) рублей в качестве компенсации причиненного морального вреда, понесенные денежные расходы на сумму 33218 (тридцать три тысячи двести восемнадцать) рублей и расходы на оплату услуг представителя в размере 50000 (пятьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ГБУ РД «Городская клиническая больница №» в пользу Автономной некоммерческой организации «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований» (АНО «Судебный эксперт») (ОГРН – <***>) расходы на проведение экспертизы в размере 108640 (сто восемь тысяч шестьсот сорок) рублей.

Взыскать с ГБУ РД «Городская клиническая больница №» в пользу Автономной некоммерческой организации «Экспертно-правовой центр «Правовой стандарт» (ОГРН – <***>) расходы на проведение экспертизы в размере 268000 (двести шестьдесят восемь тысяч) рублей.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Пятый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции.

ФИО11 ФИО16

ФИО12 ФИО15

Э.З. Алиева