Председательствующий: Андреева Н.Ю.
Дело № 33-5682/2023№ 2-12/202355RS0009-01-2022-000897-17
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Омск
13 сентября 2023 г.
Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда в составе:
председательствующего Сафаралеева М.Р.
судей Леневой Ю.А., Черноморец Т.В.
при секретаре Сухановой А.А.,
с участием прокурора Даниловой А.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе представителя С.Ю.Н. Баева Алексея Владимировича на решение Большереченского районного суда Омской области от <...>, которым постановлено:
«Исковые требования Б.М.Ю. к акционерному обществу «Почта России» удовлетворить частично.
Взыскать с акционерного общества «Почта России» в пользу Б.М.Ю. компенсацию морального вреда в размере 70000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований Б.М.Ю., а также в исковых требованиях к С.Ю.Н. отказать».
Заслушав доклад судьи Сафаралеева М.Р., судебная коллегия Омского областного суда
УСТАНОВИЛ
А :
Б.М.Ю. первоначально обратился с иском к С.Ю.Н. и акционерному обществу «Почта России» (далее – АО «Почта России») о возмещении ущерба и взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП), указав, что <...> С.Ю.Н., управляя автомобилем ГАЗ 3010 GA, государственный регистрационный знак № <...>, принадлежащим на праве собственности АО «Почта России», на 108 (970) км автодороги Омск-Тара выехал на полосу встречного движения и допустил столкновение с автомобилем ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак № <...>, под управлением Б.М.Ю. В результате ДТП истцу был причинен легкий вред здоровью, а также физические и нравственные страдания. Кроме того, истец понес убытки, связанные с оплатой поездок на лечение из <...> в <...> и обратно, медицинских услуг и медикаментов, эвакуацией поврежденного автомобиля, а также стоимости поврежденной куртки. На основании изложенного Б.М.Ю. первоначально просил взыскать с ответчиков солидарно в счет возмещения ущерба 23 716 руб. 50 коп. и в счет компенсации морального вреда 200 000 руб.
В судебном заседании Б.М.Ю. и его представитель Гренц В.А. поддержали требования в части взыскания компенсации морального вреда в размере 200 000 руб. и расходов на оплату услуг эвакуатора в сумме 13 000 руб. Отрицали наличие вины истца в ДТП. Пояснил, что в результате ДТП Б.М.Ю. получил телесные повреждения в виде перелома пятипястной кости левой кисти, повлекшее причинение легкого вреда здоровью, в связи с чем 2 месяца рука была в гипсе, три месяца он находился на больничном, испытывал боль, не мог спать, не мог физически работать и в полной мере обслуживать себя. <...> гипс сняли, однако мышцы на руке атрофировались, пальцы не двигались, в связи с чем ему назначался массаж руки. Кроме того, после ДТП он стал заикаться.
Ответчик С.Ю.Н. в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещен. Ранее в судебном заседании С.Ю.Н. иск признал частично. Полагал, что имеется также вина самого истца в ДТП.
Представитель С.Ю.Н. Баев А.В. в судебном заседании поддержал позицию своего доверителя об обоюдной вине обоих водителей в ДТП. Размер компенсации морального вреда полагал завышенным, а взыскание с ответчика расходов на эвакуацию необоснованным.
Представитель АО «Почта России» в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, Б.Л.А. в судебном заседании полагала исковые требования Б.М.Ю. подлежащими удовлетворению.
Представители привлеченных в качестве третьих лиц АО «СОГАЗ» и ПАО СК «Росгосстрах», будучи надлежащим образом извещенными о дне рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.
Судом постановлено изложенное выше решение.
В апелляционной жалобе и дополнениях к ней представитель С.Ю.Н.. Баев А.В. просит изменить решение суда в части определения степени вины обоих участников ДТП, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, ненадлежащую оценку доказательств. Оспаривает выводы суда об отсутствии вины Б.М.Ю. Полагает, что в решении не дана надлежащая оценка заключению эксперта Ч.Ю.И. от <...>.
В возражениях на апелляционную жалобу истец Б.М.Ю. и и.о. прокурора Большереченского района Омской области Фабрициус В.В. полагают решение законным и обоснованным.
Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения на нее, выслушав истца Б.М.Ю., его представителя Гренц В.А. и заключение прокурора Даниловой А.А., согласившихся с решением, судебная коллегия приходит к следующему.
Согласно п.п. 1 и 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.
Статьей 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.
Согласно п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 ГК РФ и ст. 151 указанного Кодекса.
В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Частью 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской федерации (далее – ГПК РФ) предусмотрено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
По смыслу ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Из материалов дела следует, что <...> около 07 часов 00 минут на 109 км автомобильной дороги <...> произошло ДТП с участием автомобиля ГАЗ 3010 GA, государственный регистрационный знак № <...> (далее - ГАЗ 3010 GA), под управлением С.Ю.Н. и автомобиля ГАЗ 3302, государственный регистрационный знак № <...> (далее - ГАЗ 3302), под управлением Б.М.Ю.
Собственником автомобиля ГАЗ 3302 являлась Б.Л.А.
Автомобиль ГАЗ 3010 GA принадлежал на праве собственности АО «Почта России», с которым С.Ю.Н. состоял в трудовых отношениях, что подтверждается приказом о приеме работника на работу № <...> от <...>, трудовым договором № <...> от <...>.
Согласно путевому листу от <...> в момент ДТП С.Ю.Н. исполнял трудовые обязанности в качестве водителя указанного автомобиля.
Б.М.Ю. в объяснениях инспектору ДПС <...> указал, что в утреннее время двигался на автомобиле ГАЗ 3302 по направлению в г. Омск. Неожиданно двигавшийся во встречном направлении примерно в 200 метрах от него автомобиль ГАЗ 3010 GA выехал на полосу встречного движения. Б.М.Ю. стал подавать световые и звуковые сигналы, после чего, уходя от столкновения, выехал на встречную полосу с одновременным снижением скорости с 90 до 40 км/ч. Автомобиль ГАЗ 3010 GA в это время стал возвращаться в свою полосу, в результате чего произошло столкновение.
С.Ю.Н. в объяснениях инспектору ДПС <...> указал, что на 109 км автомобильной дороги Омск-Тара он стал искать сигареты, которые уронил на пол, из-за чего отвлекся и совершил выезд на полосу встречного движения, по которой двигался автомобиль ГАЗ 3302. С данным автомобилем произошло столкновение, в результате которого пострадал водитель Б.М.Ю.
Постановлением по делу об административном правонарушении № <...> от <...> С.Ю.Н. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 12.15 Кодека Российской Федерации об административных правонарушениях («Выезд в нарушение Правил дорожного движения на полосу, предназначенную для встречного движения»).
В связи с наличием спора о вине в ДТП по делу была назначена судебная экспертиза, производство которой поручено ООО «Автомир-Эксперт».
Согласно заключению № <...>.02-2023 от <...>, подготовленному экспертом С.Е.И., место столкновения транспортных средств ГАЗ 3010 GA и ГАЗ 3302, зафиксированное на схеме осмотра места происшествия от <...>, в сложившейся дорожно-транспортной ситуации определено неправильно. Место столкновения располагалось на проезжей части дороги на полосе, расположенной справа, считая по ходу движения со стороны г. Омска в направлении <...>, от линии дорожной разметки 1.1 на расстоянии около 1,9 м от правого, считая по ходу движения со стороны г. Омска в направлении <...>, края проезжей части. Определить расположение места столкновения в продольном направлении проезжей части дороги не представляется возможным.
В заключении восстановлена траектория движения транспортных средств, согласно которой после выезда на встречную полосу движения автомобиль ГАЗ 3010 GA двигавшийся по данной полосе во встречном направлении автомобиль ГАЗ 3302 начал смещаться влево и выехал на встречную для себя полосу движения. После этого автомобиль ГАЗ 3010 GA начал возвращаться на полосу своего движения, где и произошло столкновение с автомобилем ГАЗ 3302.
При этом решить вопрос о наличии у Б.М.Ю. технической возможности предотвратить столкновение не представилось возможным.
Допрошенный в судебном заседании суда первой инстанции эксперт С.Е.И. подтвердил изложенные в заключении выводы, дополнительно указав, что в момент ДТП автомобиль ответчика частично располагался на полосе встречного движения, поэтому в случае прямолинейного движения автомобиля истца столкновение не исключалось.
Оценив собранные по делу доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии вины С.Ю.Н. в произошедшем ДТП, поскольку он нарушил п. 9.1(1) Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Правительства РФ от <...> № <...>, согласно которому на любых дорогах с двусторонним движением запрещается движение по полосе, предназначенной для встречного движения, если она отделена трамвайными путями, разделительной полосой, разметкой 1.1, 1.3 или разметкой 1.11, прерывистая линия которой расположена слева.
Факт нарушения С.Ю.Н. п. 9.1(1) ПДД ответчиками не оспаривался.
При этом вины Б.М.Ю. в ДТП с учетом его выезда на полосу встречного движения районный суд не усмотрел, поскольку согласно заключению судебной экспертизы и показаниям эксперта С.Е.И. к моменту столкновения автомобиль ГАЗ 3010 GA полосу встречного для себя движения еще не покинул полностью, что не исключало либо его остановки.
Установив, что в момент ДТП С.Ю.Н. исполнял трудовые обязанности, суд признал надлежащим ответчиком его работодателя - АО «Почта России».
Определяя размер компенсации морального вреда суд первой инстанции исходил из того, что Б.М.Ю. в результате ДТП получил телесные повреждения в виде закрытого перелома пятипястной кости левой кисти со смещением костных отломков, ушиба грудной клетки, ушибов, ссадин в области правого бедра, правого локтевого и коленного суставов, от которых он испытывал физические и нравственные страдания. Также истец более 2,5 месяцев проходил амбулаторное лечение, в течение которого он находился в нетрудоспособном состоянии, наложение на руку гипсовой лангетты привело к продолжительному ограничению движения и последующему снижению работоспособности кисти, что потребовало проведения массажа кисти и предплечья. В связи с этим с учетом принципов разумности и справедливости размер денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с АО «Почта России», определен судом в 70 000 руб.
Отказывая в удовлетворении требования о взыскании расходов на эвакуацию транспортного средства ГАЗ 3302, суд первой инстанции исходил из того, что истец собственником автомобиля ГАЗ 3302 не является, в связи с чем права на возмещение убытков не имеет.
Решение в части отказа в возмещении имущественного вреда в апелляционном порядке не обжалуется.
Проверив выводы районного суда в пределах доводов апелляционной жалобы С.Ю.Н., судебная коллегия не усматривает оснований для отмены или изменения решения.
Доводы С.Ю.Н. о том, что водитель автомобиля ГАЗ 3302 имел возможность предотвратить столкновение при продолжении прямолинейного движения и торможении в пределах своей полосы, отклоняются.
Анализируя действия истца на предмет соответствия их п. 10.1 ПДД, судебная коллегия исходит из того, что в соответствии с данной нормой при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.
При этом запрета на маневрирование в целях уклонения от столкновения данная норма не содержит.
При установленных по делу обстоятельствах, действия водителя Б.М.Ю., который при возникновении опасности в виде автомобиля ГАЗ 3010 GA, двигавшегося по полосе Б.М.Ю. в противоположном ему направлении, предпринял меры к предотвращению ДТП путем применения торможения и перестроения влево, не могут рассматриваться как действия, повлекшие ДТП, поскольку таковыми являлись действия водителя автомобиля ГАЗ 3010 GA, который выехав на встречную полосу движения, создал Б.М.Ю. помеху, вынудил применять торможение и изменять траекторию движения, при том, что истец был вправе рассчитывать на беспрепятственное следование по своей полосе без совершения каких-либо маневров и применения торможения.
Таким образом, суд первой инстанции правильно исходил из того, что вина водителя Б.М.Ю. в рассматриваемом ДТП отсутствует, поскольку аварийная ситуация первоначально была создана водителем автомобиля ГАЗ 3010 GA С.Ю.Н.
Необходимость изменения транспортным средством ГАЗ 3302, обладающим в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации преимуществом в движении, скорости движения (применения торможения) подтверждает факт неисполнения водителем автомобиля ГАЗ 3010 GA требований 9.1(1) Правил дорожного движения.
Именно в результате нарушения п. 9.1(1) ПДД водитель С.Ю.Н. создал помеху в движении Б.М.Ю., который был вынужден принять меры в целях предотвращения причинения вреда.
Таким образом, перестраиваясь влево, с выездом на полосу встречного движения, водитель Б.М.Ю. действовал в целях предотвращения столкновения автомобилей, то есть в состоянии крайней необходимости (ст. 1067 ГК РФ).
Данные обстоятельства подтверждаются выводами судебной экспертизы, согласно которым автомобиль ГАЗ 3302 начал смещение влево (с полосы попутного движения на полосу встречного движения) до того, как автомобиль ГАЗ 3010 GA начал смещение с полосы встречного для себя движения на полосу попутного движения.
При этом наличие у Б.М.Ю. реальных альтернатив устранения опасности, с учетом незначительного времени, имевшегося в его распоряжении, ответчиком не доказано.
По изложенным причинам не могут быть признаны состоятельными также ссылки С.Ю.Н. на габаритные размеры автомобиля ГАЗ 3302, которые не превышали расстояния от автомобиля ГАЗ 3010 GA до края проезжей части, в обоснование доводов о возможности избежания столкновения в случае прямолинейного движения истца.
Напротив, выводы о наличии вероятности столкновения с автомобилем ГАЗ 3010 GA даже при неизменном движении автомобиля ГАЗ 3302 перед столкновением либо его остановке подтверждаются выводами судебной экспертизы и показаниями эксперта С.Е.И., согласно которым автомобиль ГАЗ 3010 GA к моменту столкновения не покинул полосу движения автомобиля ГАЗ 3302, что не исключало вероятность их столкновения даже при неизменном движении автомобиля ГАЗ 3302 в пределах своей полосы.
Так как вопросы о квалификации действий участников ДТП на предмет соответствия Правилам дорожного движения, а также о связи допущенных нарушений с причиненным вредом являются правовыми, суд при их разрешении не связан выводами экспертов, которые исследовали лишь технические аспекты происшествия.
В связи с этим ссылки в апелляционной жалобе на результаты исследования эксперта Ч.Ю.И. о нарушении Б.М.Ю. п.п. 8.1 ПДД не принимаются во внимание. Выводов о нарушении водителем Б.М.Ю. требований п. 10.1 ПДД акт экспертного исследования ИП Ч.Ю.И. не содержит.
Суд первой инстанции правомерно отдал предпочтение выводам судебной экспертизы перед представленным ответчиком актом экспертного исследования Ч.Ю.И., поскольку последний об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения не предупреждался. Кроме того, выводы данного экспертного исследования выводов судебной экспертизы по вопросам, относящимся к компетенции экспертов (о месте столкновения и механизме развития ДТП), не опровергают.
В такой ситуации выводы районного суда в обжалуемой части следует признать правильными, постановленными при верном применении норм материального и процессуального права, при надлежащей оценке доказательств, в связи с чем решение не подлежит отмене или изменению по доводам апелляционных жалоб.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛ
А :
решение Большереченского районного суда Омской области от 10.05.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя С.Ю.Н. ФИО1 – без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи областного суда
Апелляционное определение в окончательной форме принято 04.10.2023