Дело № 2-3443/2025 УИД 53RS0022-01-2025-002493-70

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

08 июля 2025 года Великий Новгород

Новгородский районный суд Новгородской области в составе:

председательствующего судьи Пчелкиной Т.Л.,

при секретаре Гришуниной В.В.,

с участием истца ФИО1, его представителя Артамонова П.В., ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 ФИО11 к ФИО2 ФИО12 о компенсации морального вреда и возмещении расходов на услуги представителя,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о компенсации морального вреда в сумме 100 000 руб. и возмещении расходов на услуги представителя в сумме 130 000 руб.

В обоснование заявления указано, что мировым судьей судебного участка № 29 Новгородского судебного района 14 августа 2024 года вынесен оправдательный приговор по делу частного обвинения в отношении ФИО1 обвиняемого частным обвинителем ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 115 Уголовного кодекса Российской Федерации. Указанный приговор не был обжалован и вступил в законную силу 30 августа 2024 года. Приговором суда установлено, что провокационное поведение ФИО2, нанесение потерпевшим первым удара ФИО4 при использовании малозначительного повода, а также нанесения удара подсудимому со стороны спины, указывают на возникновение у ФИО1 права отразить посягательство, то есть на необходимую оборону. Истец указывает, что ФИО2 при обращении в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела, явно злоупотреблял своим правом, поскольку умышленно действовал в нарушение прав истца, стремясь избежать ответственности за совершения им самим противоправного деяния в отношении ФИО1 Указанные обстоятельства свидетельствуют о стремлении ответчика ввести суд в заблуждение относительно произошедших событий и действий участников. В связи с тем, что истец не обладает специальными познаниями в области юриспруденции и осуществить защиту своих нарушенных прав самостоятельно не может, стремясь защитить себя от необоснованного обвинения, истец вынужден был обратиться за помощью защитника - адвоката Артамонова П.В., в целях представления его интересов при рассмотрении дела частного обвинения, в связи с чем им понесены расходы в виде оплаты услуг защитника в сумме 130 000 руб. Вследствие необоснованного уголовного преследования со стороны ФИО5 истцу был причинен моральный вред, который оценивается истцом в размере 100 000 руб.

Истец ФИО1, его представитель в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме по мотивам и основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, ссылаясь на чрезмерность заявленных к взысканию убытков и морального вреда.

Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации установлено право на реабилитацию, которое включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

На основании пункта 1 части 2 данной статьи право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения.

В соответствии с частью 2 статьи 136 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 года N 1059-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Б. на нарушение ее конституционных прав пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 части второй статьи 381 и статьей 391.11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации", обращение к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения само по себе не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в том числе права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного статьей 23 Конституции Российской Федерации.

Таким образом, неподтверждение в ходе судебного разбирательства предъявленного обвинения само по себе не является достаточным основанием для признания незаконным обращения к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения и, как следствие, для принятия решения о взыскании причиненного вреда с частного обвинителя.

Разрешая данный вопрос, необходимо учитывать, в частности, фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя либо, напротив, о злоупотреблении им правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения.

Требования о компенсации морального вреда и убытков, причиненных необоснованным предъявлением частного обвинения в совершении уголовного преступления, подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства на основании норм Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающих общие основания гражданско-правовой ответственности, а именно по делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между неправомерными действиями и причинением вреда (статьи 151, 1064, 1099).

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1).

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 этого же кодекса.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как следует из положений статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3). Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4).

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с разъяснениями, указанными в пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" обязанность компенсации морального вреда, причиненного необоснованным возбуждением уголовного дела частного обвинения, в случаях, если мировым судьей не выносились обвинительный приговор или постановление о прекращении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям, отмененные впоследствии вышестоящим судом, может быть возложена судом на причинителя вреда - частного обвинителя, выдвинувшего необоснованное обвинение, при наличии его вины (например, при злоупотреблении со стороны частного обвинителя правом на обращение в суд, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой каких-либо оснований и не обусловлено необходимостью защиты своих прав и охраняемых законом интересов, а продиктовано намерением причинения вреда другому лицу).

Статью 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, не исключающую обязанность частного обвинителя возместить оправданному лицу понесенные им судебные издержки и компенсировать имущественный и моральный вред, следует трактовать в контексте общих начал гражданского законодательства, к числу которых относится принцип добросовестности: согласно статье 1 данного кодекса при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3); никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4). Иными словами, истолкование статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости.

Таким образом, положения гражданского права, действующие в неразрывном системном единстве с конституционными предписаниями, в том числе со статьей 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и которая в силу статьи 15 (часть 1) Конституции Российской Федерации, как норма прямого действия, подлежит применению судами при рассмотрении ими гражданских и уголовных дел, позволяют суду при рассмотрении каждого конкретного дела достигать такого баланса интересов, при котором равному признанию и защите подлежит как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на возмещение ущерба, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования (пункт 3 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 года N 1059-О).

Исходя из изложенного, реабилитированное лицо имеет право на возмещение понесенных в связи с производством по уголовному делу расходов с лица, по заявлению которого начато производство по уголовному делу, и в возмещении ему таких расходов не может быть отказано полностью только на том основании, что ответчик своим правом не злоупотреблял. Такие фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя или о злоупотреблении им правом могут быть приняты во внимание при определении размера подлежащих возмещению расходов, но не могут выступать в качестве критерия обоснованности либо необоснованности заявленных требований.

Иное делает невозможным реализацию права реабилитированного лица на компенсацию причиненных убытков.

Как установлено судом и следует из письменных материалов дела, материалов уголовного дела № 1-5/2024, приговором мирового судьи судебного участка N 29 Новгородского судебного района от 14 августа 2024 года по делу N 1-5/2024 ФИО1 был оправдан по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 115 Уголовного кодекса Российской Федерации на основании пункта 3 части 1 статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Как следует из указанного приговора суда, мировой судья пришел к выводу об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления. Мировой судья установил, что провокационное поведение ФИО2, нанесение удара ФИО6 при использовании малозначительного повода, а также нанесение удара подсудимому со стороны спины, воспринималось подсудимым как желание нанести ему телесные повреждения, в связи с чем у ФИО1 возникло право отразить посягательство, замахнувшись в сторону нападавших, что соответствовало интенсивности, характеру и опасности посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни, то есть на необходимую оборону. При этом, после совершения одного оборонительного действия в ответ на посягательства со стороны ФИО2 никаких общественно опасных посягательств со стороны ФИО1 по отношению к потерпевшему не последовало.

Истец при обращении с настоящим исковым заявлением указал, что в связи с отсутствием у него юридического образования, в том числе в сфере уголовного права, он был вынужден обратиться к адвокату для оказания квалифицированной юридической помощи.

В подтверждение указанного довода истцом в материалы дела представлены квитанции об оплате услуг адвоката Артамонова П.В. в общем размере 130 000 руб. (квитанции № 000570 от 29 ноября 2023 года, № 000630 от 26 августа 2024 года). Представленные истцом квитанции об оплате юридических услуг являются достаточными доказательствами несения истцом расходов на оплату данных услуг.

Понесенные истцом расходы по оказанию юридической помощи адвокатом Артамоновым П.В. именно по уголовному делу № 1-5/2024 подтверждаются платежными документами.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что в связи с рассмотрением уголовного дела № 1-5/2024 в порядке частного обвинения по части 1 статьи 115 Уголовного кодекса Российской Федерации в суде истцом в общей сумме понесены расходы по оплате услуг адвоката Артамонова П.В. в размере 130 000 руб.

Данные убытки в силу положений уголовно-процессуального законодательства не могут являться процессуальными издержками истца, понесенными в ходе рассмотрения указанного уголовного дела частного обвинения при оправдании подсудимого, но в силу положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации могут расцениваться как вред, причиненный лицу в результате его необоснованного уголовного преследования.

Разрешая заявленные требования, суд, руководствуясь вышеназванными положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, а также правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, исходя из того, что ФИО1 оправдан по предъявленному ФИО2 частному обвинению в совершении преступления, в связи с отсутствием в его действиях соответствующего состава, то есть уголовное преследование в отношении него прекращено по реабилитирующим основаниям, приходит к выводу о том, что истец имеет право на возмещение понесенных в связи с производством по уголовному делу расходов с лица, по заявлению которого начато производство по уголовному делу.

Кроме того, учитывая степень вреда, причиненного необоснованным уголовным преследованием, признавая также, что сам факт привлечения истца к уголовной ответственности порочит достоинство и деловую репутацию, является основанием для возмещения морального вреда, учитывая все обстоятельства по делу в совокупности, суд приходит к выводу о наличии законных оснований для компенсации истцу морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием.

Оснований для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности в данном случае суд не усматривает ввиду нижеследующего.

Как следует из материалов уголовного дела, 17 октября 2023 года ФИО2 обратился к мировому судье с заявлением о возбуждении дела частного обвинения в отношении ФИО1 о привлечении его к уголовной ответственности по части 1 статьи 115 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Из заявления следует, что ФИО2 20 августа 2023 года около 00 часов 40 минут ехал на личном автомобиле у дома № <адрес>, двое мужчин шли по встречной полосе, один из них чуть не выскочил под колеса автомобиля, ФИО2 остановился и сделал мужчинам замечание, после чего один из мужчин ударил его кулаком по лицу, в дальнейшем оказалось, что удар нанес истец.

Из заключения эксперта ГОБУЗ "Новгородское бюро судебно-медицинской экспертизы" от 18 сентября 2023 года № 1781 следует, что повреждения, имеющиеся у ФИО2, в совокупности причинили легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья.

Также судом установлено, что постановлением мирового судьи судебного участка № 14 Новгородского судебного района Новгородской области от 17 ноября 2023 года ФИО2 привлечен к административной ответственности по статье 6.1.1 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации, а именно за совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 Уголовного кодекса Российской Федерации, в отношении ФИО4 при указанных выше обстоятельствах.

Вышеназванным приговором мирового судьи установлено, что провокационное поведение ФИО2, нанесение потерпевшим первым удара ФИО4 при использовании малозначительного повода, а также нанесения удара подсудимому со стороны спины, что воспринималось последним как желание ФИО2 нанести ему телесные повреждения, численное превосходство компании молодых людей, указывают на возникновение у ФИО1 права отразить посягательство, то есть на необходимую оборону. В то же время, показания свидетелей обвинения, суд оценил как недостоверные и противоречивые.

На всем протяжении судебного разбирательства по уголовному делу ФИО2 настаивал на привлечении ФИО1 к уголовной ответственности по статье 115 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Анализируя фактические обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что обращение ФИО2 к мировому судье с заявлением о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности имело место после получения заключения эксперта, установившего наличие у нее легкого вреда здоровью.

Указанное свидетельствует о том, что на дату подачи заявления мировому судье ФИО2 полагала, что в действиях ФИО1 содержатся признаки преступления, предусмотренного частью 1 статьи 115 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Таким образом, действия ФИО2 по обращению с заявлением к мировому судье о возбуждении уголовного преследования не могут быть расценены как злоупотребление правом, а являются действиями по защите нарушенных прав.

Однако в ходе судебного следствия после допроса свидетелей, а также после привлечения ФИО2 к административной ответственности по статье 6.1.1 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации, ответчик должен был понимать, что действия ФИО2 квалификации как уголовно-наказуемое деяние по части 1 статьи 115 Уголовного кодекса Российской Федерации не подлежат, однако от обвинения последний не отказался.

Данные обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что действия ФИО2 по защите своих прав, в последующем переросли в факт злоупотребления этими правами, с целью привлечения ФИО1 к уголовной ответственности.

Как видно их приговора, всю совокупность представленных частным обвинителем доказательств, в том числе показания потерпевшего, свидетелей обвинения, суд, постановивший приговор, посчитал недостаточными для вывода о виновности ответчика в совершении преступления.

При установленных по делу обстоятельствах и учитывая поведение ответчика суд приходит к выводу о том, что подтверждена совокупность условий, при которых наступает ответственность ответчика по компенсации истцу материального ущерба и морального вреда.

Определяя размер подлежащих к взысканию с ответчика в пользу истца убытков по оплате юридических услуг, суд, оценив представленные доказательства, установив, какой объем обязанностей был исполнен, исследовав доказательства подтверждения исполнения, приходит к следующему.

Решением Совета Адвокатской палаты Новгородской области от 26 января 2024 г. утверждены рекомендуемые усредненные минимальные ставки вознаграждения адвокатов АПНО по видам оказываемой юридической помощи на 2024 г., которые носят рекомендательный характер и имеют целью способствовать судам при решении вопроса о взыскании расходов на оплату услуг представителя за участие по делам в гражданском и арбитражном процессах в разумных пределах. Согласно указанным ставкам (для физических лиц) стоимость участия в суде 1 инстанции при защите интересов обвиняемого по уголовному делу (1 судодень) составляет от 15 000 руб.

Артамонов П.В., осуществляя защиту ФИО1 по уголовному делу, ознакомился с материалами дела, участвовал в судебных заседаниях при рассмотрении дела судом первой инстанции 27 февраля 2024 года продолжительностью 20 минут, 05 марта 2024 года продолжительностью 5 минут, 11 марта 2024 года продолжительностью 1 час 32 минуты, 04 апреля 2024 года продолжительностью 1 час 25 минут, 09 апреля 2024 года продолжительностью 1 час 40 минут, 03 июня 2024 года продолжительностью 20 минут, 16 июля 2024 года, 17 июля 2024 года продолжительностью1 час 30 минут, 06 августа 2024 года продолжительностью 15 минут, 09 августа 2024 года продолжительностью 1 час, 14 августа 2024 года продолжительностью 1 час 20 минут.

Учитывая характер спора, объем правовой помощи, оказанной ФИО1, принимая во внимание категорию и сложность рассматриваемого дела, время, необходимое для подготовки процессуальных документов и конкретные обстоятельства настоящего дела, степень участия в процессуальных действиях представителя истца, другие обстоятельства, длительность рассмотрения дела и количество судебных заседаний, принимая во внимание среднюю стоимость юридических услуг на территории региона, суд полагает заявленную сумму завышенной, в связи с чем считает необходимым определить сумму, подлежащую возмещению в размере 100 000 руб., считая, что возмещение расходов в указанном размере будет соответствовать критерию разумности и справедливости.

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости. В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания, устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

В обосновании суммы заявленной компенсации морального вреда истец ссылался на то, что сведения об обвинении ФИО1 было известно жителям д. Ермолино, где проживал истец ФИО1, в результате чего его честное имя в глазах односельчан было дискредитировано в течение всего срока рассмотрения уголовного дела. Рассмотрение уголовного дела носило длительных характер, в связи с чем все это время, его считали лицом, склонным к агрессии и нанесению телесных повреждений, что выливалось в нравственные страдания и моральные переживания, которые истец испытывал все то время, в течение которого его необоснованно обвиняли в совершении преступления. Все это усугублялось тем, что данная ситуация неразрывно влияла и на членов его семьи, что также усиливало его нравственные страдания.

Суд соглашается с доводами истца о том, что в результате незаконного привлечения его к уголовной ответственности он испытал нравственные страдания, длительное время имел статус подсудимого, в силу своего правопослушного поведения для него это было унизительно, он очень сильно переживал по данному поводу; каждое судебное заседание для него было огромным стрессом; в течение 8 месяцев он обязан был являться по повестке в суд, отстаивать свои права и защищаться от незаконного обвинения.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает перенесенные истцом нравственные страдания (волнения, переживания), обусловленные нахождением на протяжении семи месяцев в статусе подсудимого, необоснованность обвинения со стороны ответчика, поведение ответчика, а также требования принципов разумности и справедливости, соблюдение баланса интересов обеих сторон и полагает правильным определить ко взысканию сумму компенсации 20 000 руб.

При принятии решения в пользу истца (удовлетворении требования имущественного характера и требований неимущественного характера) с ответчика в местный бюджет подлежит взысканию государственная пошлина в размере 7 000 руб.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковое заявление ФИО3 ФИО13 к ФИО2 ФИО14 о компенсации морального вреда и возмещении расходов на услуги представителя – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 ФИО15 в пользу ФИО3 ФИО16 расходы на оплату услуг адвоката в уголовном деле в размере 100 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

В удовлетворении остальной части заявленных требований - отказать.

Взыскать с ФИО2 ФИО17 в местный бюджет государственную пошлину в размере 7 000 руб.

На решение лицами, участвующими в деле, может быть подана апелляционная жалоба в судебную коллегию по гражданским делам Новгородского областного суда через Новгородский районный суд Новгородской области в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения суда.

Председательствующий Т.Л. Пчелкина

Мотивированное решение составлено 14 июля 2025 года.