Дело №2-349/2022
УИД № 24RS0021-01-2022-000501-83
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
19 октября 2022 года
Иланский районный суд Красноярского края в составе: председательствующего Сасенко И.Е.
при секретаре Гайковой А.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Красноярского транспортного прокурора в интересах ФИО1 к ОАО «Российские железные дороги» о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Красноярская транспортная прокуратура обратилась в суд с иском в интересах ФИО1, о компенсации морального вреда причиненного в связи с выполнением работ в условиях воздействия вредных производственных факторов, в сумме 300 000 руб.
В обоснование своих требований истец указывает, что Красноярской транспортной прокуратурой рассмотрено обращение бывшего работника Эксплуатационного локомотивного депо Иланская-структурного подразделения Красноярской дирекции тяги-структурного подразделения Дирекции тяги-филиала ОАО «РЖД» ФИО1, по вопросу компенсации морального вреда, причиненного в связи с выполнением работ в условиях воздействия вредных производственных факторов.
В холе проведения проверки установлено, что у ФИО1 диагностировано профессиональное заболевание, а именно: потеря слуха, вызванная шумом (хроническая двусторонняя нейросенсорная тугоухость 1 степени). Данный факт подтверждается актом о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденным Главным государственным санитарным врачом по Красноярской железной дороге.
В результате причиненного профессиональным заболеванием вреда здоровью, ФИО1 <данные изъяты>. Улучшений в состоянии здоровья у ФИО1 не происходит, а с возрастом приобретенные в результате профессиональной деятельности заболевания усугубляются. <данные изъяты>.
В судебном заседании представитель истца – старший помощник Красноярского транспортного прокурора Тамошенко Д.А., заявленные исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении.
Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом.
Представитель ответчика ОАО «Российские железные дороги» - ФИО2 действующая на основании доверенности в судебном заседании заявленные требования прокурора признала частично, пояснив, что заявленная сумма морального вреда чрезмерно завышена, просит суд уменьшить сумму компенсации до 100000 руб., поскольку истец не представил доказательств того, что у ФИО1 в связи с его профессиональным заболеванием <данные изъяты>, а также что реже стал управлять автомобилем. ФИО1 группа инвалидности не установлена, после проведения диагностики продолжал работать в должности помощника машиниста.
Суд, исследовав материалы гражданского дела, заслушав стороны, приходит к следующим выводам:
В случае если работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный в связи с исполнением им трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, федеральными законами и иными правовыми актами (ст. 22 ТК РФ).
Согласно ст.212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя. То есть, трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.
Согласно ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В соответствии со ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства.
Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
В силу ч. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»). При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.
В ходе рассмотрения дела, судом установлено, что с 12.07.1985 по 13.01.2020 года, ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ответчиком – ОАО «РЖД» в должности помощника машиниста электровоза, что подтверждается копией трудовой книжки на имя ФИО1, приказом о приеме на работу, приказом об увольнении.
Согласно акту о случае профессионального заболевания от 19.11.2018 года, утвержденного Главным государственным санитарным врачом по Красноярской железной дороге, у ФИО1, установлено: хроническая двусторонняя нейросенсорная тугоухость 1 (первой) степени. Указанное заболевание является профессиональным и возникло в результате воздействия производственного шума выше предельно допустимого уровня.
Согласно извещения №843 от 31.10.2018 года, об установлении ФИО1 заключительного диагноза, у ФИО1 была установлена потеря слуха, вызванная шумом (хроническая двусторонняя нейросенсорная тугоухость 1 (первой) степени, стадия «А».
Факт воздействия на ФИО1 производственного шума выше предельно допустимого уровня, подтверждается также и санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от 21.04.2017 года №1, согласно которого, уровень шума составил 84 дБА, что превышает ПДУ (75 дБА на 9 дБА).
Исходя из положений ст. ст. 12, 56 ГПК РФ истцу следовало доказать, что в период работы у ответчика у него возникло профессиональное заболевание, а ответчику доказать отсутствие его вины в возникновении данного заболевания у истца.
В соответствии с п.22 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 № 967, расследование обстоятельств и причин возникновения профессионального заболевания производится по месту прежней работы с вредным производственным фактором.
В п.5.2 Инструкции о порядке применения Положения № 967, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения РФ от 28.05.2001 № 176, предусмотрено, что акт о случае профзаболевания составляется по последнему месту работы пострадавшего в контакте с вредным производственным фактором.
Согласно п.30 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 года № 967, акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.
Принимая во внимание изложенное, учитывая, что актом расследования профессионального заболевания от 19.11.2018, утвержденным главным государственным санитарным врачом по Красноярской железной дороге, у ФИО1 установлено наличие профессионального заболевания, которое находится в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда, в которых ФИО1 работал у ответчика, следовательно, имеются правовые основания для удовлетворении исковых требований истца о компенсации морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания.
Согласно п. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Из разъяснений, содержащихся в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с повреждением здоровья.
В связи с тем, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд должен в полной мере учитывать предусмотренные ст. 1100 ГК РФ требования разумности и справедливости, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.
С учетом изложенного, суд приходит к выводу о причинении истцу в связи с его профессиональным заболеванием, нравственных страданий и необходимостью в связи с этим компенсации морального вреда, который подлежит взысканию с ответчика.
Суд также учитывает тот факт, что ответчик фактически признал факт получения истцом профессионального заболевания в период его работы в ОАО «РЖД», однако оспаривал сумму компенсации морального вреда, указывая что данная сумма чрезмерно завышена.
На основании вышеизложенного, суд, с учетом степени нравственных страданий, обстоятельств дела, полагает возможным определить к взысканию с ОАО «РЖД» компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.
При этом суд не находит оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере, поскольку истцом не представлены доказательства наличия причинно-следственной связи между полученным ФИО1 профессиональным заболеванием и тем, что последний в связи с этим заболеванием ощущает социальную изоляцию, испытывает чувство тревоги, раздражение, депрессию, редко водит автомобиль.
В соответствии со ст. 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, в случае, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд. Указанное ограничение не распространяется на заявление прокурора, основанием для которого является обращение к нему граждан о защите нарушенных или оспариваемых социальных прав, свобод и законных интересов в сфере трудовых (служебных) отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений.
Согласно ч.1 ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
В соответствии с п.9 ч. 1 ст. 333.36 НК РФ от уплаты государственной пошлины освобождаются прокуроры - по заявлениям в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации и муниципальных образований.
Поскольку прокурор освобожден о уплаты государственной пошлины в силу закона, то с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 рублей.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Красноярского транспортного прокурора в интересах ФИО1 к ОАО «Российские железные дороги» о компенсации морального вреда – удовлетворить частично.
Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» (ИНН <***>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, компенсацию морального вреда в сумме 100 000 руб.
В остальной части исковых требований отказать.
Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» (ИНН <***>) государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 300 руб.
Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Иланский районный суд Красноярского края в течение одного месяца со дня изготовления полного текста решения, который будет изготовлен в течение 5 дней со дня оглашения резолютивной части решения.
Председательствующий: И.Е.Сасенко
Решение изготовлено в окончательном виде 25.10.2022 года