78RS0007-01-2022-005339-93 г. Санкт-Петербург

Дело № 2а-533/2023 17 января 2023 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Колпинский районный суд города Санкт-Петербурга в составе

Председательствующего судьи Ильиной Н.Г.,

При секретаре Власовой А.В.,

Рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску Лезевиц ФИО4 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, Министерству Финансов Российской Федерации, ФСИН России о взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания,

Установил:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением и просит признать незаконными действия ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, выразившиеся в нарушении условий содержания под стражей, взыскать с ответчика компенсацию в сумме 450000 рублей.

В обоснование заявленных требований административный истец указал, что в период с 10.05.2016г. по 14.01.2017г. содержался под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, располагавшемуся в тот период по адресу: <адрес>, в камерных помещениях №. Камерные помещения не были оборудованы столом и скамейкой по числу лиц, содержащихся в камере, отсутствовали шкаф для продуктов, вешалка для верхней одежды, полка для туалетных принадлежностей, зеркало, бочок для питьевой воды, радиодинамик, тазы для гигиенических процедур и стирки. В камерах отсутствовало вентиляционное оборудование, линолеумное или деревянное покрытие полов, оконные рамы были сломаны и не закрывались, санузел не был огорожен от жилой части камеры и дверного глазка. В камерах обитали различные насекомые, со стен и потолка падала штукатурка и краска, освещение было тусклым, в осеннее и зимнее время в камерах было холодно. Камеры были оборудованы трехъярусными кроватями, одновременно с истцом содержалось еще пять человек, из-за отсутствия личного пространства происходили конфликты, что приводило к тяжелой психологической обстановке. Постельные принадлежности были выданы не в полном объеме, матрац и простыни были грязными, подушки были сделаны из наволочки, кусков ваты и грязных тряпок. В камере постоянно стояли клубы дыма, сантехническое оборудование в душевых было неисправно, не хватало времени для помывки всех заключенных, содержащихся в камере. В камерах отсутствовала горячая вода, горячую воду по камерам не разносили. Административный истец обращался к сотрудникам СИЗО с жалобами, однако улучшения условий содержания не последовало.

В ходе судебного разбирательства судом к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФСИН России.

Административный истец содержится в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, принимал участие в судебном заседании посредством системы видеоконференц-связи, заявленные требования поддержал по указанным в иске основаниям, дополнительно указал, что в спорный период содержался в СИЗО в статусе подозреваемого, обвиняемого и осужденного.

Представитель административных ответчиков ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФСИН России, действующий на основании доверенностей, в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения исковых требований, указывая, что административным истцом не доказан факт причинения ему морального вреда, условия содержания были надлежащими, истцом пропущен срок на обращение в суд.

Выслушав явившихся лиц, изучив материалы дела, суд приходит к следующему:

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Как разъяснено в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2003 № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» в практике применения Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейским Судом по правам человека к «бесчеловечному обращению» относятся случаи, когда такое обращение, как правило, носит преднамеренный характер, имеет место на протяжении нескольких часов или когда в результате такого обращения человеку были причинены реальный физический вред либо глубокие физические или психические страдания.

Следует учитывать, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству.

Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности.

При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

Согласно положениям п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред, если лицо не докажет, что вред произошел не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

На основании ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Соответствующая правовая позиция нашла отражение в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2017 № 84-КГ17-6.

Таким образом, исходя из вышеприведенных разъяснений, суду надлежит оценить соответствие условий содержания истца требованиям, установленным законом, а также дать оценку таким условиям, исходя из невозможности допущения бесчеловечного или унижающего достоинство человека обращения.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 года № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации (например, статья 7 Федерального закона от 26 апреля 2013 года № 67 «О порядке отбывания административного ареста», статьи 16, 17, 19, 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статья 99 УИК РФ).

В то же время при разрешении административных дел суды могут принимать во внимание обстоятельства, соразмерно восполняющие допущенные нарушения и улучшающие положение лишенных свобод лиц (например, незначительное отклонение от установленной законом площади помещения в расчете на одного человека может быть восполнено созданием условий для полезной деятельности вне помещений, в частности для образования, спорта и досуга, труда, профессиональной деятельности).

Согласно части 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

С введением в действие статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации действующее законодательство предусматривает восстановление нарушенных прав лица, содержавшегося под стражей с нарушением условий такого содержания, путем взыскания в его пользу специального вида компенсации за нарушение таких условий. До данного регулирования решался вопрос о взыскании компенсации морального вреда. Однако, настоящая компенсация неразрывно связана не только с самим фактом нарушения условий содержания под стражей, но и с нарушением личных неимущественных прав лица, и (или) посягательством на иные нематериальные блага, обусловленным неправомерными действиями (бездействием), в свете этого имеет однородную природу с компенсацией морального вреда, требуя от суда не только оценки конкретных незаконных действий органов и лиц, допустивших нарушение условий содержания под стражей, но и соотнесениях их с тяжестью причиненных страданий с учетом индивидуальных особенностей лица. Тем самым суд должен учесть фактические обстоятельства дела, принять решение в соответствии с принципами разумности и справедливости.

Федеральным законом от 15.07.1995 года № 103 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в статье 7 установлено, что следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы относятся к местам содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых.

В силу статьи 15 Федерального закона от 15.07.1995 года № 103 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Согласно ст. 23 названного Федерального закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин). Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. По заявлению подозреваемых и обвиняемых радиовещание в камере может быть приостановлено либо установлен график прослушивания радиопередач. В камеры выдаются литература и издания периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенные через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольные игры. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 названного Федерального закона.

Из материалов дела следует, что ФИО1 содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в период с 10.05.2016г. по 12.01.2017г. (л.д. 42).

В спорный период времени действовали Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденные Приказом Минюста России от 14.10.2005 № 189.

В период с 10.05.2016г. по 11.05.2016г. содержался в камере №, с 11.05.2016г. по 30.12.2016г. – в камере №, с 30.12.2016г. по 09.01.2017г. – в камере №, с 09.01.2017г. по 12.01.2017г. – в камере № (л.д. 43).

Как следует из справок ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области (л.д. 29-45) указанные камеры имели площадь 8 кв.м. и были оборудованы 2-х ярусными спальными местами (4 спальных места в камере), столом; санитарным узлом; водопроводной водой, которая соответствовала санитарным нормам и подавалась централизовано из городской сети; бачком установленным на подставку с кипяченой водой, заменяемой ежедневно, либо по мере потребления, тем самым обеспечивая доступ в течении суток; полкой для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; настенным зеркалом; для обеспечения искусственного дневного освещения с 06-00 до 22-00 в камерных помещениях установлены электрические лампы накаливания мощностью 60-75 ватт. Светильники были размещены в центре потолка, которые могут включаться в дневное время суток при недостаточном дневном освещении, вызванным плохими погодными условиями, а так же лампами, размещенными в специальных плафонах, ограничивающих освещение спальных мест и установленных, как правило, у санитарных узлов для использования в качестве дежурного освещения, в ночное время с 22-00 до 06-00 включалось только дежурное освещение. В камерных помещениях одна лампа накаливания (40) ватт, расположенная над центральным входом камерного помещения, что не мешало сну содержащихся граждан. Также предусмотрено естественное освещение (имеется окно); камеры оборудованы розетками для подключения электроприборов, вентиляционной отдушиной; радиодинамиком, централизованным отоплением.

Пол камер был застелен линолеумом, что не противоречит строительным нормам и правилам (СНиП 2.03.13-88).

Камерные помещения, в которых содержался административный истец, имели стены и потолок, находящиеся в нормальном техническом состоянии (пригодны к использованию по функциональному назначению без проведения ремонта, имеют незначительные дефекты отделки), и которые соответствуют требованиям СНиП 3.04.01-87 «Изоляционные и отделочные покрытия».

Санитарный узел был расположен на уровне пола в удаленном месте камеры, отдален от стола на расстоянии не менее 2-х метров, огражден перегородкой, изготовленной из древесно-стружечной плиты в металлическом каркасе, высотой 1 метр 50 см., что обеспечивало приватность.

Тазы для гигиенических целей и стрики одежды в камеры выдаются по заявлениям подозреваемых, обвиняемых и осужденных, с проведением записи в «Журнале выдачи иголок, ниток, ножниц, тазов».

Камеры обеспечены централизованным отоплением от котельной учреждения, в соответствии с графиком отопительного сезона. В камере установлена батарея, которая соответствует установленным нормам.

Все камеры учреждения оборудованы форточками для доступа свежего воздуха Размер окон во всех камерах, составляет 1 метр на 1,10 метра. Проверка целостности остекления окон камерных помещений производится ежедневно. Ячейка оконной решетки (РОК-2, соответствует ГОСТ 11214-86) имеет размер 10см.х20см., диаметр прута 20мм, количество вертикальных прутьев - 7 (семь), горизонтальных - 4 (четыре), что является достаточным для естественного освещения.

Температурный режим в камерных помещениях соответствует санитарным нормам. В целях поддержания температурного режима в камерах в осенне-зимний период, окна камер утеплены, оконные рамы отремонтированы.

В камерных помещениях, где содержался ФИО1, ежеквартально с привлечением медицинской части учреждения проводилось измерение микроклимата. Средняя температура в камерных помещениях в летний период составляла +22 оС, в зимний - +18 оС. Влажность воздуха находилась в пределах нормы. Неприятного запаха в камерных помещениях не ощущалось.

В камерах имеется естественная постоянная вентиляция, которая обеспечивает доступ воздуха через оконные проемы камер. Вентиляция осуществляется через вентиляционные шахты, которыми оборудованы камеры учреждения.

Специального порядка раздельного содержания под стражей курящих и не курящих лиц не предусмотрено. При наличии возможности данные лица содержатся раздельно.

Душевые на отделениях оборудованы вешалками для переодевания, зеркалом, распылителями, резиновыми ковриками по количеству леек. Чистота и порядок поддерживаются постоянно. Постельное белье заменяется в день помывки. Административный истец имел возможность помывки в душе не реже одного раза в неделю продолжительностью не менее 15 минут.

Обеспечение камер горячей водой не предусмотрено. В виду отсутствия горячей воды, для ее кипячения в камерные помещения выдаются водонагревательные приборы по заявлению лиц, содержащихся в камере, в порядке очередности. Всем подследственным, обвиняемым и осужденным предоставлялось право приобретения в магазине СИЗО-1, в посылках и передачах в постоянное пользование электрических водонагревательных приборов заводского изготовления, что не препятствовало реализации права административного истца быть постоянно обеспеченным горячей водой для гигиенических целей и кипяченной водой для питья. При наличии возможности администрация учреждения обеспечивала камерные помещения электрическим чайником для общего пользования.

Санитарная обработка камерных помещений ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области проводилась по санитарно-гигиеническим и эпидемиологическим показаниям. При выявлении в камере членистоногих (насекомых), проводится санитарная обработка камеры, включающая в себя дезинсекционные мероприятия. С целью предупреждения возникновения инфекционных заболеваний в учреждении систематически проводится профилактическая дезинфекция (путём заблаговременного уничтожения грызунов в местах их возможного скопления) во всех камерных помещениях. В подтверждение указанных обстоятельств административным ответчиком представлены государственные контракты на оказание услуг по проведению санитарно-противоэпидемиологических и профилактических мероприятий (дератизация, дезинсекция, камерная обработка) на объектах ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 01.04.2016г., 19.06.2016г., а также акты об оказании услуг (л.д. 171-184).

В материалы дела также представлена справка от 22.11.2022г. (л.д. 24-25) о том, что ФИО1 содержится в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области с 21.02.2022г. по настоящее время. В данный период содержался в камерах № К-17, 06/32, 06/39, 06/11. В указанной справке отражено техническое состояние камерного помещения и оборудование камеры, однако представленная справка не относится к спорному периоду и не может быть принята судом во внимание.

Административным истцом представлена справка о том, что ФИО1 обращался с жалобами к помощнику начальника УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области по соблюдению прав человека в учреждениях уголовно-исполнительной системы (л.д. 19). Вместе с тем данные обращения были поданы в период с 29.04.2022г. по 29.06.2022г., то есть за пределами спорного периода времени, тексты самих обращений и результаты их рассмотрения суду не представлены, из справки по жалобам не представляется возможным установить, по каким вопросам подавались указанные жалобы. Таким образом, доводы административного истца о том, что в период с 10.05.2016г. по 12.01.2017г. он обращался с жалобами на ненадлежащие бытовые условия относимыми и допустимыми доказательствами не подтверждены.

Суд не усматривает оснований для взыскания компенсации по вышеизложенным обстоятельствам, поскольку обстоятельства дела свидетельствуют о том, что условия содержания истца в исследуемой по данным доводам части соотносятся с требованиями Правил внутреннего распорядка. Доказательств обратного со стороны административного истца не представлено.

Согласно пункту 5 статьи 23 Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» норма санитарной площади в камере на одного человека составляет 4 кв.м.

В соответствии с ч. 1 ст. 99 УИК РФ норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осужденными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях - трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях - трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров.

Согласно справке ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области ФИО1 в период с 10.05.2016г. по 19.12.2016г. содержался в СИЗО в статусе обвиняемого, с 19.12.2016г. по 12.01.2017г. - в статусе осужденного (л.д. 42), приговор Красногвардейского районного суда г. Санкт-Петербурга от 11.10.2016г. в отношении ФИО1, оставленный без изменения судебной коллегией по уголовным дела Санкт-Петербургского городского суда 19.12.2016г., вступил в законную силу 15.11.2016г. (л.д. 10-16).

Таким образом, в период с 10.05.2016г. по 19.12.2016г. в отношении административного истца распространялись нормы о материально-бытовом обеспечении подозреваемых и обвиняемых, содержащихся в следственном изоляторе, согласно которым норма санитарной площади на одного заключенного не может быть менее 4-х кв.м.

Судом установлено, что в период с 10.05.2016г. по 11.05.2016г. содержался в камере №, с 11.05.2016г. по 30.12.2016г. – в камере №, с 30.12.2016г. по 09.01.2017г. – в камере №, с 09.01.2017г. по 12.01.2017г. – в камере № (л.д. 43). Согласно справке ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области площадь указанных камерных помещений составляла 8 кв.м, количество лиц, содержащихся в камерах, не более 4-х человек.

Из административного искового заявления и объяснений административного истца следует, что в спорный период времени совместно с ним одновременно содержалось до пяти человек.

Из представленной в материалы дела копии журнала количественной поверки лиц, содержащихся под стражей и отбывающих наказание, за период с 10.05.2016г. по 12.01.2017г. (л.д. 47-170) усматривается, что в период с 10.05.2016г. по 19.12.2016г. в камерах №, 185 одновременно содержалось 3-4 человека, следовательно, на одного заключенного приходилось менее 4 кв.м. санитарной площади.

Таким образом, судом установлен факт нарушения нормы санитарной площади на одного заключенного в указанный период.

Вместе с тем, согласно сведениям о количественной проверке лиц, содержащихся под стражей и отбывающих наказание, 17.07.2016г., 12.08.2016г.- 16.08.2016г., 21.08.2016г., 30.08.2016г., 19.09.2016г.- 20.09.2016г., 28.09.2016г., 05.10.2016г. в камерах №, 185 одновременно содержалось два человека, следовательно, норма санитарной площади на одного обвиняемого, подозреваемого (обвиняемого) была соблюдена. В указанные периоды нарушение прав и законных интересов истца в виде нарушения санитарной площади камерного помещения со стороны административных ответчиков допущено не было.

Как следует из журнала количественной поверки лиц, содержащихся под стражей и отбывающих наказание, в период с 19.12.2016г. по 12.01.2017г. ФИО1 содержался в камерах №, 207, 680, в которых одновременно содержалось от двух до четырех человек.

В данный период ФИО1 содержался в следственном изоляторе в статусе осужденного, следовательно, в данном случае в отношении административного истца распространялись нормы о материально-бытовом обеспечении осужденных к лишению свободы, согласно которым норма санитарной площади на одного осужденного не может быть менее 2-х кв.м. Таким образом, суд не усматривает оснований для взыскания компенсации по указанным обстоятельствам, поскольку в период с 19.12.2016г. по 12.01.2017г. права административного истца со стороны административного ответчика не нарушались.

По совокупности дней, когда истец находился в камерах СИЗО-1, где количество лиц, содержащихся в них, не обеспечивало ему предусмотренную национальным законодательством норму площади в 4 кв.м, суд усматривает нарушение условий его содержания под стражей общим сроком порядка 7 месяцев. При этом суд исключает дни, когда ФИО1 находился в камерах с соблюдением нормы площади.

Учитывая установленные в ходе судебного разбирательства обстоятельства переполненности камер, суд находит обоснованными доводы истца о нарушении со стороны СИЗО-1 требований ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» относительно требования о санитарной норме площади на одного человека в размере 4 кв.м.

Таким образом, суд приходит к выводу, что бездействие ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области, ФСИН России, выраженное в необеспечении надлежащих условий содержания под стражей ФИО1 в период с 10.05.2016г. по 19.12.2016г., за исключением 17.07.2016г., с 12.08.2016 по 16.08.2016г., 21.08.2016г., 30.08.2016г., 19.09.2016-20.09.2016г., 28.09.2016г., 05.10.2016г., в части несоблюдения санитарной площади на одного человека, подлежит признанию незаконным.

С введением в действие ст. 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации действующее законодательство предусматривает восстановление нарушенных прав лица, содержавшегося под стражей с нарушением условий такого содержания, путем взыскания в его пользу специального вида компенсации за нарушение таких условий. До данного регулирования решался вопрос о взыскании компенсации морального вреда. Однако, настоящая компенсация неразрывно связана не только с самим фактом нарушения условий содержания под стражей, но и с нарушением личных неимущественных прав лица, и (или) посягательством на иные нематериальные блага, обусловленным неправомерными действиями(бездействием), в свете этого имеет однородную природу с компенсацией морального вреда, требуя от суда не только оценки конкретных незаконных действий органов и лиц, допустивших нарушение условий содержания под стражей, но и соотнесениях их с тяжестью причиненных страданий с учетом индивидуальных особенностей лица. Тем самым суд должен учесть фактические обстоятельства дела, принять решение в соответствии с принципами разумности и справедливости.

В данном случае суд принимает во внимание, что административный истец был вынужден длительно находиться в переполненных камерах СИЗО-1, порой и неоднократно в условиях, когда нехватка личного пространства считается столь суровой, что возникает сильная презумпция нарушения требований статьи 3 Конвенции, при этом содержание под стражей обуславливает практически круглосуточное нахождение в таких условиях, не включая непродолжительные периоды осуществления еженедельных гигиенических процедур, ежедневных прогулок, свиданий, участия в следственных действиях и т.п.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" указано, что проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Задачами административного судопроизводства являются защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, укрепление законности и предупреждение нарушений в сфере административных и иных публичных правоотношений (пункты 2 и 4 статьи 3 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации). Одним из принципов административного судопроизводства являются законность и справедливость при рассмотрении и разрешении административных дел, которые обеспечиваются не только соблюдением положений, предусмотренных законодательством об административном судопроизводстве, точным и соответствующим обстоятельствам административного дела правильным толкованием и применением законов и иных нормативных правовых актов, в том числе регулирующих отношения, связанные с осуществлением государственных и иных публичных полномочий, но и получением гражданами и организациями судебной защиты путем восстановления их нарушенных прав и свобод (пункт 3 статьи 6, статья 9 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

В силу чего обстоятельство пропуска срока на обращение в суд само по себе не может быть признано достаточным и веским основанием для принятия судом решения об отказе в удовлетворении административных требований без проверки законности оспариваемых административным истцом действий, что следует из статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

В рассматриваемом случае, пропуск срока на обращение в суд не может быть признан достаточным основанием для принятия судом решения об отказе в удовлетворении исковых требований, вместе с тем, учитывая длительность не обращения административного истца с требованиями относительно условий содержания в период 2016-2017 г.г., в отсутствие каких-либо уважительных причин, в том числе и с момента вступления в силу Федерального закона от 27 декабря 2019 года N 494-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", которым введена в действие статья 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд приходит к выводу о наличии в действиях истца недобросовестности, которая должная учитываться при определении размера соответствующей компенсации.

Суд, руководствуясь принципами разумности и справедливости, признавая право административного истца на получение разумной и справедливой компенсации, основываясь на установленных по делу обстоятельствах, степени нарушений прав административного истца, продолжительности такого нарушения, полагает, что в пользу административного истца подлежит взысканию компенсация в сумме 30000 рублей.

Учитывая, что указанные выше нарушения в части несоблюдения требований законодательства о санитарной норме площади камер имело место при вине Российской Федерации в лице компетентных органов, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований и о взыскании компенсации с Российской Федерации в лице ФСИН России, как главного распорядителя бюджетных средств, за счет средств казны Российской Федерации. При этом суд учитывает, что не все названные административным истцом нарушения нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

В соответствии с ч. 9 ст. 227.1 КАС РФ решение суда в части удовлетворения требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении подлежит немедленному исполнению в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 227.1 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

Требования административного иска Лезевиц ФИО5 удовлетворить частично.

Признать действия ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области в части ненадлежащих условий содержания Лезевиц ФИО6, выразившихся в нарушении санитарной площади камерного помещения в период с 10.05.2016г. по 19.12.2016г., за исключением 17.07.2016г., с 12.08.2016 по 16.08.2016г., 21.08.2016г., 30.08.2016г., 19.09.2016-20.09.2016г., 28.09.2016г., 05.10.2016г., незаконными.

Взыскать с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации в пользу Лезевиц ФИО7 денежную компенсацию в сумме 30000,00 рублей.

В остальной части требования административного иска оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Колпинский районный суд г. Санкт-Петербурга.

Судья Н.Г. Ильина

Решение изготовлено 15.02.2023г.