61RS0045-01-2022-002949-48
Судья Карачина А.А. дело № 33-14359/2023
№ 2-368/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
22 августа 2023 года г. Ростов-на-Дону
Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда в составе: председательствующего судьи Васильева С.А.
судей Филиппова А.Е., Минасян О.К.
при секретаре Поповой Е.А.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения по апелляционным жалобам ФИО1, ФИО4 на решение Неклиновского районного суда Ростовской области от 22 мая 2023 года. Заслушав доклад судьи Филиппова А.Е. судебная коллегия,
УСТАНОВИЛА:
Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения. В обоснование заявленных требований истец указал, что является наследником после смерти отца ФИО21 доля в праве на наследства истца составляет 2/5. При жизни ФИО22 перевел денежные средства на имя ФИО3 в размере 813 000 руб., 2/5 доли от указанной суммы составляет 325 200 руб.
Поскольку уплаченные 813 000 руб. не были зачтены в счет долговых обязательств ФИО20 по исполнительным производствам <***>-ИП от 09.01.2018г. и <***>-ИП от 09.01.2018г., истец настаивал на том, что переведенные на счет ответчика ФИО3 денежные средства в размере 813 000 руб. являются неосновательным обогащением.
Истец просил суд взыскать в свою пользу 2/5 от уплаченной суммы, что составляет 325 200 руб., а также уплаченную при подаче иска государственную пошлину.
Решением Неклиновского районного суда Ростовской области от 22 мая 2023 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения отказано.
Не согласившись с решением суда, ФИО1, ФИО4 подали апелляционные жалобы, в которох просят решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований.
В обоснование доводов апелляционных жалоб ФИО1, ФИО4 указывают, что судом неверно определена дата начала течения срока исковой давности. Настаивают на том, что права наследодателя ФИО2 были нарушены тогда, когда ему стало известно об этом, т.е. в день вступления в законную силу решения Неклиновского районного суда от 16 мая 2019 года, не позднее 17.12.2019 года. Вступившим в законную силу судебным актом установлено, что определенность в правоотношениях сторон возникла 17.12.2019 года, когда истцу стало известно о том, что ФИО3 не зачла денежные средства в счет погашения задолженности и не уведомила судебного пристава о частичном погашении задолженности по исполнительному производству и, как следствие, о наличии на стороне ФИО3 неосновательного обогащения.
Суд неверно оценил обстоятельства дела и представленные доказательства, необоснованно возложил на истца бремя доказывания тех обстоятельств, которые должен доказывать ответчик. В период с 2016-2018 гг. ФИО2 осуществлял ежемесячные платежи в связи с добровольным исполнением судебных актов Неклиновского районного суда, добровольное исполнение производилось одинаковыми суммами, ежемесячно, на номера банковских карт, которые предоставила ответчик, что не было принято судом во внимание.
На момент подачи ФИО3 заявлений о возбуждении исполнительных производств по вышеуказанным судебным актам ФИО2, в добровольном порядке, была выплачена сумма в размере 473 000 рублей, а на момент рассмотрения дела № 2-379/19 по иску ФИО3 к ФИО2 о взыскании оставшейся части по кредитному договору за период с 12.01.2017 года по 19.07.2018 года, было добровольно выплачено 813 000 рублей.
При рассмотрении спора по делу № 2-379/19 ФИО3 суду пояснила, что сумму в размере 598 882 рублей по решению суда от 30.06.2016 года ФИО2 выплатил, при этом исполнительное производство по данной сумме было возбуждено по ее заявлению и зачитывать перечисленную сумму ФИО3 отказалась.
Таким образом, о взыскании 1/2 по кредитному договору ФИО3 обращалась в 2016 году, 2017 году и 2019 году на оставшуюся часть. Следовательно, ее доводы о том, что она обратилась за взысканием долга по кредиту только в 2019 году не соответствуют действительности, направлены на введение в заблуждение суд.
Также указывают на то, что на момент начала выплат в 2016 году дочери ФИО2 и ФИО3 достигли совершеннолетия, в связи с чем Семейный кодекс РФ не обязывает содержать детей после совершеннолетия. Кроме этого, при наличии задолженности перед ФИО3 по судебным актам и отраженных в судебных актах показаниях наследодателя ФИО2 о том, что он будет добровольно выплачивать задолженность, не логично утверждать, что ежемесячные платежи, именно на карты ФИО3, номера которых она предоставляла и судебным приставам, осуществлялись не с целью погасить задолженность, а с целью содержания совершеннолетних детей.
Настаивают на том, что спорные перечисленные денежные средства являются неосновательным обогащением, а выводы суда противоречат нормам закона. Предоставленные документы подтверждают факт того, что ФИО2 перечислял денежные средства, именно, в счет погашения единственной задолженности перед ФИО3 по судебным актам от 30.06.2016 года, 03.04.2017 года и 16.05.2019 года, по которым частями взыскивалась задолженность по кредитному договору в размере 1/2 от суммы кредита. Последующие судебные споры в 2020 и 2021 году ФИО3 инициировала с целью индексации задолженности по исполнительному производству.
Сведениями из службы судебных приставов подтверждается, что сумма долга наследодателя ФИО2 не уменьшилась на 813 000 рублей и составляет, с учетом удержаний из пенсии (при жизни наследодателя) сумму, в размере 1 087 436, 26 рублей.
В действиях судебного пристава в конкретном случае, не усматривается нарушений прав наследодателя, в отличии от действий ФИО3, которая уклоняется от зачета полученных денежных средств от наследодателя во исполнение судебных актов (возврата 1/2 по кредитному договору), что является неосновательным обогащением.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, выслушав явившихся лиц, а также посчитав возможным рассмотреть дело в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных о судебном заседании надлежащим образом, судебная коллегия приходит к следующему.
Установлено, что ФИО1 является наследником ФИО2, умершего ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА.
Вступившим в законную силу решением Неклиновского районного суда Ростовской области от 30.06.2016 года со ФИО2 в пользу ФИО5 взыскана в порядке регресса в счет погашения долговых обязательств по кредитному договору <***> от 18.07.2008 года за период с 27.03.2011 года по 01.06.2016 года 598 882,15 рубля и расходы по уплате госпошлины в размере 9188,82 рубля.
Решением Неклиновского районного суда Ростовской области от 03.04.2017 года со ФИО2 в пользу ФИО5 взыскано 82 500 рублей в счет компенсации от стоимости ? доли передаваемого совместно нажитого имущества, а также в порядке регресса в счет погашения долговых обязательств по тому же кредитному договору за период с 01.06.2016 года по 01.01.2017 года 109 500 рублей.
В период с 17.10.2016 года по 02.10.2018 года, а также 27.03.2020 года ФИО2 переводил на счет ФИО3 различные суммы денежных средств, общий размер которых составляет 813 000 рублей, что никем в судебном заседании не оспаривалось.
09.01.2018 года ФИО6 подала в Таганрогский ГОП УФССП России по Ростовской области заявления о возбуждении исполнительных производств по обоим судебным актам.
В заявлении о возбуждении исполнительного производства на основании решения Неклиновского районного суда от 30.06.2016 года взыскатель указала, что ФИО2 производит перечисление на ее счет, открытый в ПАО «Сбербанк».
Решением Неклиновского районного суда Ростовской области от 16.05.2019 года со ФИО2 в пользу ФИО3 взысканы в порядке регресса в счет погашения долговых обязательств по кредитному договору <***> от 18.07.2008 года за период с 12.01.2017 года по 19.07.2018 года денежные средства в размере 323 361 рубля 25 копеек, проценты по ст. 395 ГК РФ в размере 13 268 рублей 88 копеек, расходы по уплате госпошлины в сумме 6566,30 рубля.
В ходе рассмотрения дела судом было установлено, что денежные средства ФИО2 были перечислены на расчетные счета ФИО3 в счет исполнения вынесенных в отношении него судебных актов от 30.03.2016 года и от 03.04.2017 года о взыскании в пользу ФИО3 денежных средств в рамках исполнительных производств <***>-ИП от 09.01.2018 и <***>-ИП.
При этом суд указал, что в случае, если внесенная сумма превышает сумму долга по исполнительным производствам, оставшиеся денежные средства могут быть взысканы в качестве неосновательного обогащения.
Из текста решения также следует, что взыскатель ФИО7 признала в судебном заседании, что денежные средства в размере 598 882 рублей по решению Неклиновского районного суда от 30.06.2016 года ей перечислены должником ФИО2
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 17.12.2019 года решение Неклиновского районного суда Ростовской области от 16.05.2019 года оставлено без изменения.
По сведениям Таганрогского городского отдела СП УФССП России по Ростовской области по состоянию на 10.05.2023 года на исполнении в отделе имеется сводное исполнительное производство <***> в отношении ФИО2 в пользу ФИО3 о взыскании задолженности в размере 1 283 493,84 рубля, в которое входят:
1. ИП <***> от 09.01.2018 в отношении ФИО2 о взыскании задолженности в размере 608 070.97 руб., в пользу ФИО3. Остаток задолженности по вышеуказанному исполнительному производству составляет 477 128.37 руб.
2. ИП <***> от 09.01.2018 в отношении ФИО2 о взыскании задолженности в размере 192 000.00 руб., в пользу ФИО3. Остаток задолженности по вышеуказанному исполнительному производству составляет 150 654.68 руб.3. ИП <***> от 28.02.2020 в отношении ФИО2 о взыскании задолженности в размере 19 835.18 руб., в пользу ФИО3. Остаток задолженности по вышеуказанному исполнительному производству составляет 326 252.10 руб.
4. ИП N° <***> 16.10.2020 в отношении ФИО2 о взыскании задолженности в размере 30 000 руб., в пользу ФИО3. Остаток задолженности по вышеуказанному исполнительному производству составляет 23 694.37 руб.
5. ИП <***>-ИП от 25.01,2022 в отношении ФИО2 о взыскании задолженности в размере 110 226.44 руб., в пользу ФИО3. Остаток задолженности по вышеуказанному исполнительному производству составляет 109 706.74 руб.
Остаток задолженности по сводному исполнительному производству на 10.05.2023 составляет 1 087 436,26 рубля.
Обращаясь с требованиями о взыскании перечисленных его отцом денежных средств в качестве неосновательного обогащения, истец ФИО2 ссылается лишь на то, что судебным приставом-исполнителем отказано во включение перечисленных денежных средств в счет задолженности по исполнительным производствам.
Суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст.196, 199, 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктов 1, 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», с учетом исследованных доказательств, исходил из того, что истцом не предоставлено относимых, допустимых доказательств позволяющих сделать однозначный вывод, о том, что перечисленные денежные средства, являются неосновательным обогащением, а также факт пропуска истцом срока исковой давности для обращения с настоящим иском, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований.
Суд первой инстанции также отметил, что действия судебного пристава-исполнителя ни должником, ни его наследниками не оспаривались, с требованиями о признании обязательств исполненными в суд к взыскателю они не обращались.
Исходя из установленных по делу фактических обстоятельств, заявления ответчика о применении последствий пропуска срока исковой давности, учитывая положения статей 196, 199 ГК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу о пропуске истцом срока исковой давности, указав, что 15.06.2022 г. срок исковой давности истек. Наследодатель ФИО2 обратился в суд в августе 2022г., уже по истечению срока исковой давности. Наследник ФИО2 обратился в суд 01.12.2022, в связи с чем пришел к выводу, что пропущенный срок исковой давности не подлежит восстановлению, поскольку был пропущен наследодателем ФИО2 без уважительных причин, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.
В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, не повторяя их мотивов, поскольку они мотивированы, соответствуют установленным обстоятельствам дела, основаны на правильном применении и толковании норм материального права и исследованных судом доказательствах, оценка которых произведена по правилам ст. 67 ГПК РФ.
Доводы апелляционных жалоб ФИО1, ФИО4 предусмотренных ст.330 ГПК РФ оснований для отмены решения не содержат исходя из следующего.
Изложенные в апелляционной жалобе доводы заявителей, в том числе о том, что судом первой инстанции необоснованно отказано в иске, на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение за счет истца, ответчиком не доказано правовое основание удержания денежных средств, не могут являться основанием к отмене обжалуемого судебного постановления.
В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.
По смыслу приведенных норм права обязательства из неосновательного обогащения возникают при наличии трех условий, а именно если имело место приобретение или сбережение имущества (увеличение стоимости собственного имущества приобретателя); приобретение или сбережение произведено за счет другого лица (за чужой счет), а также если отсутствуют правовые основания, то есть приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, прежде всего договоре, следовательно, происходит неосновательно.
Исходя из особенности предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения и распределения бремени доказывания, в соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца, размер данного обогащения. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе обстоятельств того, что истец знал об отсутствии обязательства.
Применительно к спорным правоотношениям, судебная коллегия приходит к выводу о том, что перечисление денежных средств ФИО2 на счет ответчика явилось способом расчета в счет возникших между ними обязательственных отношений, соответственно, на стороне ответчика отсутствовало неосновательное обогащение.
Самостоятельным основанием к отказу в иске является пропуск истцом срока исковой давности. Как усматривается из материалов дела предъявляемые ко взысканию платежи были совершены в период с 17.10.2016 года по 02.10.2018 года, в то время как наследодатель ФИО2 обращался в суд также в суд в августе 2022 года, пропустив срок исковой давности.
В рамках универсального правопреемства срок исковой давности продолжает течь и для наследников. Истец обратился в суд 30.11.22 за взысканием спорных сумм, также с пропуском срока исковой давности. Доводы апеллянтов о том, что день вступления в законную силу решения Неклиновского районного суда от 16 мая 2019 года, является началом течения срока исковой давности, основаны на неверном толковании норм материального права.
Кроме того, судебная коллегия считает, необходимым отметить, что заявителями неверно выбран способ защиты права, поскольку не включение судебным приставом-исполнителем перечисленных денежных средств в счет задолженности по исполнительным производствам, не является неосновательным обогащением, при этом, принимает во внимание, что действия судебного пристава-исполнителя ни наследодателем, ни его наследниками не оспаривались, с требованиями о признании обязательств исполненными в суд ко взыскателю не обращались.
По мнению судебной коллегии, выводы суда первой инстанции об отказе в удовлетворении заявленных требований, соответствуют нормам права и имеющимся в деле доказательствам.
Доводы апелляционной жалобы о нарушении правила распределения бремени доказывания и ошибочности выводов суда, несостоятельны и направлены на иную оценку доказательств по делу и установленных судом первой инстанции обстоятельств, законных оснований к которой судебная коллегия не усматривает.
Иных доводов, которые бы свидетельствовали о нарушениях норм материального или процессуального права, допущенных судом первой инстанции при вынесении оспариваемого судебного акта, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов, апелляционные жалобы не содержат.
Нарушений норм материального права, влекущих отмену решения в порядке ст. 330 ГПК РФ судом допущено не было.
При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает, что решение суда является законным и обоснованным и отмене не подлежит.
Руководствуясь ст.ст. 328-330 ГПК РФ судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Неклиновского районного суда Ростовской области от 22 мая 2023 года оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО1, ФИО4 - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 31 августа 2023 года.