Дело № 2-412/2025

УИД 65RS0003-01-2025-000437-58

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 июня 2025 года г. Анива

Анивский районный суд Сахалинской области в составе:

председательствующего судьи Киекбаевой А.Г.,

при секретаре Мосоловой А.И.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование в порядке реабилитации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование в порядке реабилитации, указав в обоснование, что 29.12.2023 постановлением старшего следователя Корсаковского межрайонного следственного управления Следственного комитета РФ по Сахалинской области возбуждено уголовное дело № 12302640018000103 в отношении ФИО1 по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 143 УК РФ по факту нарушения требований охраны труда, повлекшее по неосторожности смерть человека. Однако на протяжении полугода органам предварительного следствия не удалось собрать доказательства его вины в инкриминируемом преступлении, в связи с чем постановлением старшего следователя Корсаковского межрайонного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Сахалинской области уголовное дело в отношении ФИО1 было прекращено за непричастностью к совершению преступления, то есть по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст. 27 УПК РФ. ФИО1 было разъяснено право на реабилитацию в порядке ст.ст. 133, 134 УПК РФ. В течение полугода ФИО1 находился в состоянии постоянного напряжения. Он не понимал почему его хотят привлечь к уголовной ответственности и испытывал сильный стресс. На фоне переживаний у ФИО1 развилась депрессия, его постоянно сопровождала бессонница и неспособность ясно мыслить и не поддаваться тревоге. Также он постоянно испытывал страх перед проведением очередных следственных действий: вызова на допрос, проведения очных ставок, экспертиз и проведения других следственных действий.

Просит взыскать с Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства РФ по Сахалинской области за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 рублей.

Определением суда от 20.05.2025 в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора привлечены следователь Корсаковского межрайонного следственного отдела Следственного Управления Следственного комитета по Сахалинской области ФИО2 и Следственное Управление Следственного комитета по Сахалинской области.

В судебное заседание представитель ответчика Министерства финансов РФ в лице Управления Казначейства по Сахалинской области, третье лицо следователь Корсаковского межрайонного следственного отдела Следственного Управления Следственного комитета по Сахалинской области ФИО2 не явились при надлежащем извещении. В представленном суду отзыве на исковое заявление, Управление Федерального казначейства по Сахалинской области указывает, что заявленная истцом сумма компенсации морального вреда является завышенной, не соответствующей требованиям разумности и справедливости, истцом не представлено доказательств причинения морального вреда в указанном размере, просит в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотрение дела в их отсутствие.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал, просил их удовлетворить в полном объеме, отвечая на вопросы участников процесса, пояснил, что узнал о возбуждении уголовного дела в феврале 2025 года, незаконное уголовное преследование вызвало неудобства в его жизни, он неоднократно вызывался на допросы в качестве подозреваемого, одной очной ставке, а также он вызывался на устные беседы, которые не фиксировались, протоколы не составлялись и для ознакомления с заключениями судебных экспертиз. Имея статус подозреваемого, он находился в состоянии постоянного стресса, тревоги, испытывая чувство несправедливого к себе отношения со стороны органа следствия. Указанное отразилось на его здоровье: он стал раздражительным, нервозным, появились бессонница, сухость и трещины ладоней, в связи с чем он обратился к невропатологу в ООО «Медлайт», где ему был установлен диагноз «другие расстройства вегетативной нервной системы» и назначено лечение и назначено лечение, к другим специалистам не обращался.

Представитель третьего лица Следственное Управление Следственного комитета по Сахалинской области ФИО3, действующий на основании доверенности, с иском не согласился, просил отказать в удовлетворении исковых требований по доводам, изложенным в возражениях на исковое заявление.

Прокурор Анивского района Евдокимов В.В. полагал исковые требования подлежащими частичному удовлетворению в размере 10 000 рублей.

Выслушав истца, представителя третьего лица, допросив свидетелей, заслушав заключение прокурора, изучив и оценив материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Под реабилитацией в уголовном производстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда (пункт 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Реабилитированный - это лицо, имеющее в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (пункт 35 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как следует из пунктов 1, 3 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в частности, подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор, а также подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части 1 статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части 1 статьи 27 этого кодекса (в частности, в связи с непричастностью подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления (пункт 1 части 1 статьи 27).

В силу части 1 статьи 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (пункт 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33) даны разъяснения о том, что потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статьи 1079, 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации) (абзацы первый, второй и четвертый пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абзац первый пункта 42 названного постановления).

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац второй пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Из приведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.

Моральный вред - это нравственные и (или) физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага.

Компенсация морального вреда, являясь одним из способов возмещения вреда лицу, которое незаконно или необоснованно было подвергнуто уголовному преследованию, направлена на возмещение такому лицу тех нравственных и (или) физических страданий, которые оно претерпевало в результате незаконного уголовного преследования.

Компенсация морального вреда подлежит взысканию в пользу реабилитированного гражданина за счет казны Российской Федерации и независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Реабилитированный гражданин (истец по делу о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием) должен доказать характер и степень нравственных и (или) физических страданий, причиненных ему в результате незаконного уголовного преследования.

Поскольку закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда и конкретные обстоятельства, связанные с незаконным уголовным преследованием гражданина, соотнести их с тяжестью причиненных гражданину физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Следовательно, исходя из цели присуждения компенсации морального вреда реабилитированному гражданину размер этой компенсации должен быть индивидуализирован, то есть определен судом применительно к личности реабилитированного гражданина, к понесенным именно им нравственным и (или) физическим страданиям в результате незаконного уголовного преследования, с учетом длительности и обстоятельств уголовного преследования, тяжести инкриминируемого ему преступления, избранной в отношении его меры процессуального принуждения, причины избрания такой меры и иных обстоятельств, сопряженных с фактом возбуждения в отношении гражданина уголовного дела.

Вместе с тем компенсация морального вреда должна быть адекватной обстоятельствам причинения морального вреда лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию, и должна обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, поскольку казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Судом установлено, что 29.12.2023 Корсаковским межрайонным следственным отделом следственного управления Следственного комитета России по Сахалинской области возбуждено уголовное дело № 12302640018000103 в отношении ФИО1 по факту смерти электромонтера оперативной выездной бригады 4 разряда Анивского сетевого района филиала «Распределительне сети» ПАО «Сахалинэнерго» ФИО6

Как следует из материалов уголовного дела, истец принимал участие в процессуальных действиях на стадии предварительного следствия по уголовному делу: 22.02.2024 был допросе в качестве подозреваемого, а также ознакомлен с заключением; 07.06.2024 проведена очная ставка между подозреваемым ФИО1 и свидетелем ФИО7; 07.06.2024 также дополнительно допрошен в качестве подозреваемого; 21.06.2024 ознакомлен с заключением судебной экспертизы; 20.06.2024 допрошен в качестве свидетеля.

Постановлением следователя Корсаковского межрайонного следственного управления Следственного комитета РФ по Сахалинской области от 25.06.2024 уголовное преследование в рамках уголовного дела в отношении ФИО1, подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 143 УК РФ прекращено на основании п.1 ч.1 ст. 27 УПК РФ, то есть в связи с его непричастностью к совершенному преступлению.

На момент возбуждения уголовного дела истец занимал должность старшего мастера в настоящее время – ведущий инженер службы технологического присоединения ПАО «Сахалинэнерго».

Согласно характеристике, подписанной директором ПАО «Сахалинэнерго» (без даты выдачи), по месту работы истец характеризуется положительно.

Согласно справке, выданной 13.05.2025 УМВД России по Сахалинской области, сведений о судимости, факте уголовного преследования либо о прекращении уголовного преследования на территории Российской Федерации в отношении ФИО1 не имеется.

Согласно справке ООО «Медлайт», 29.05.2024 ФИО1 обратился за медицинской помощью к неврапотологу с жалобами на раздражительность, нервный тик, сухость и трещины ладоней, продолжающиеся в течение 2 месяцев. По результатам осмотра ФИО1 выставлен диагноз «<данные изъяты> и назначено лечение: глицин форте по 1 таблетке 3 раза в день 1 месяц, берокка по 1 штуке 1 раз в день, после завтра 1 месяц; фенибут 250 мг. по 1 таблетке 2 раза в день 1 месяц, бепантен.

Из пояснений истца в судебном заседании следует, что основная масса лекарственных препаратов имелась в домашней аптечке, лечение ему помогло, на повторный прием не явился, к другим специалистам, не обращался.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральными законами.

Все эти сведения устанавливаются судом на основании показаний свидетелей, медицинских документов о состоянии здоровья потерпевшего и других доказательств, которые представляются заинтересованными лицами либо собираются судом (глава 6 «Доказательства» ГПК РФ).

Согласно части 1 статьи 55 и статье 59 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основании которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон.

Суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

Статьей 67 ГПК РФ установлено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Несмотря на то, что возникновение морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, презюмируется, его размер подлежит доказыванию.

Обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Анализируя представленные истцом доказательства о характере и степени причиненных ФИО1 физических и нравственных страданий, суд руководствуется положениями ст. ст. 67, 196 ГПК РФ, и, оценив имеющиеся доказательства по своему внутреннему убеждению, приходит к выводу, что необоснованным уголовным преследованием ФИО1 были причинены нравственные и физические страдания.

При этом, суд не может согласиться с позицией ответчика о том, что истец не представил доказательств причинения ему нравственных страданий, поскольку само по себе незаконное уголовное преследование не могло не причинить моральных переживаний истцу, которому было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ, санкция которой предусматривает наказание в виде принудительных работ либо лишения свободы на срок до четырех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет или без такового.

Сам факт необоснованного уголовного преследования нарушил личные неимущественные права ФИО1, принадлежащие ему от рождения: достоинство личности, личную неприкосновенность, право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступление, которое он не совершал, честное и доброе имя.

В данном случае суд учитывает, что размер причиненного морального вреда по делам, связанным с незаконным уголовным преследованием, в частности за причинение физических страданий, обусловленных ухудшением состояния здоровья, не должен в обязательном порядке подтверждаться документами о нетрудоспособности или о приобретении лекарств. При незаконном уголовном преследовании каждый человек испытывает как нравственные, так и физические страдания. Это является общеизвестным фактом, не требующим доказывания в силу части 1 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы истца о том, что незаконное уголовное преследование отразилась на состоянии его психологического здоровья, послужило причиной бессонницы, нервного напряжения, подтверждаются показаниями свидетелей: тестя ФИО8 и супруги ФИО9, которые в судебном заседании пояснили, что у ФИО1 ухудшилось состояние здоровья, он испытывал нервный стресс, страдал бессонницей, у него начала шелушиться кожа рук на ладонях.

Таким образом, данные свидетели подтвердили, что ФИО1 испытывал нравственные и физические страдания в период уголовного преследования.

Однако, доводы стороны истца о том, что именно в результате незаконного уголовного преследования появилась депрессия, материалами дела не подтверждаются.

Доказательств обращения к врачу для получения лечения депрессии и что появление депрессии, возникшей в период уголовного преследования, обусловлено исключительно незаконным привлечением к уголовной ответственности, истцом не представлено.

В связи с чем суд не принимает во внимание доводы истца о возникновении у него депрессии, связанной с уголовным преследованием, в качестве обстоятельства, влияющего на размер компенсации морального вреда.

Также судом учитывается, что истец не задерживался, не находился под стражей, не был лишен возможности и свободы передвижения, не был ограничен в общении с родственниками и получении медицинской помощи, в отношении истца не избирались меры процессуального принуждения и меры пресечения.

Кроме того, истцу не предъявлялось обвинение, в качестве обвиняемого он не допрашивался; преступление, в связи с которым возбуждено уголовное дело, относится к категории преступлений средней тяжести в соответствии с частью 1 статьи 15 УК РФ.

Каких-либо доказательств того, что незаконным уголовным преследованием был нанесен существенный ущерб его репутации, честному и доброму имени, привлечение к уголовной ответственности негативно отразилось на репутации истца, повлияло на взаимоотношения с окружающими людьми, а также того, что он не мог продолжать трудовую деятельность по причине наличия уголовного дела, вследствие чего переживал, истцом не представлено.

Как следует из исследованных материалов уголовного дела за период расследования, ФИО1 лишь 2 раза допрашивался в качестве подозреваемого, от должности не отстранялся, принимал участие в очной ставке, ознакамливался с постановлением о назначении экспертизы и с заключением судебной экспертизы.

Разрешая исковые требования по существу, с учетом установленных по делу обстоятельств, с соблюдением требований разумности и справедливости, необходимости восстановления баланса между нарушенными правами истца и мерой ответственности, применяемой к государству, учитывая, что уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ; мера пресечения в отношении ФИО1 не избиралась; категорию преступления, в совершении которого он подозревался, обвинение истцу не предъявлялось; а также принимая во внимание, что участие в следственных действиях (2 допроса, очная ставка и ознакомление с постановлением о назначении экспертизы и с заключением судебной экспертизы), безусловно, изменило для истца привычный образ жизни, повлекло возникновение нравственных переживаний, вызвало необходимость осуществлять защиту своих прав, обращение истца за помощью к адвокату с целью защиты своих прав в рамках производства по уголовному делу, нравственные страдания в виде страха, связанного с проведением следственных действий и возможностью осуждения за преступление, которого истец не совершал, и необходимостью доказывать свою невиновность в совершении преступления, учитывая длительность его уголовного преследования (исчисляемая в соответствии с положениями пункта 55 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса РФ с момента допроса истца в качестве подозреваемого в совершении преступления (22.02.2024) и оканчивающаяся датой прекращения уголовного дела (25.06.2024), личность истца, который ранее не судим, женат, являлся добропорядочным членом общества, трудоустроен, положительно характеризуется по месту работы, в связи с чем, незаконное уголовное преследование, длившееся около 4 месяцев, явилось существенным психотравмирующим фактором, с учетом медицинского заключения о наличии <данные изъяты>, т.е. состояния, возникающего на фоне длительно переживаемых стрессовых и конфликтных ситуаций, на что, как считает суд, не могло не отразиться незаконное привлечение истца к уголовной ответственности, суд приходит к выводу о взыскании с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 денежной компенсации морального вреда в размере 10 000 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование в порядке реабилитации, удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсация морального вреда в размере 10 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в Сахалинский областной суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме через Анивский районный суд.

Решение в окончательной форме изготовлено 04.07.2025.

Судья А.Г. Киекбаева