Дело № 2-1495/2023
25RS0029-01-2023-000571-22
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
21 марта 2023 года
Уссурийский районный суд Приморского края в составе:
председательствующего судьи Сердюк Н.А.,
с участием прокурора Титаренко С.В.,
при секретаре Смирновой А.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью "Центр экологических услуг" о признании незаконным увольнения, приказов о наложении дисциплинарных наказаний, восстановлении на работе, взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации морального вреда, среднего заработка за время вынужденного прогула,
с участием в судебном заседании истца ФИО1, ее представителя по ходатайству ФИО2, представителей ответчика по доверенности Свих Л.В., ФИО3,
УСТАНОВИЛ:
Истец обратилась в суд с указанным иском к ответчику ООО "Центр экологических услуг", мотивируя свои требования следующим. ДД.ММ.ГГ между истцом и ответчиком заключен трудовой договор XXXX, в соответствии с которым истец была принята на работу на должность генерального директора ООО «Центр Экологических Услуг» по совместительству. ДД.ММ.ГГ с истцом заключен трудовой договор XXXX по той же должности по основному месту работы. Приказом XXXX от ДД.ММ.ГГ истец была переведена на должность технического директора ООО «Центр Экологических Услуг». В августе 2022 года к истцу обратилась сотрудник ООО «ЦЭУ» ФИО3 и попросила поставить подпись на одном из документов за генерального директора ООО «ЦЭУ». Истец отказалась, пояснив, что не обладает данными полномочиями, так как ранее данная доверенность истекла, а подписи генерального директора на документах ООО «ЦЭУ», предоставляемые фирмам заказчикам услуг ООО «ЦЭУ» имеют юридическое значение. ДД.ММ.ГГ истцу позвонила учредитель ООО «ЦЭУ» ФИО7 и в ходе разговора начала высказывать претензии, что истец с ней не здоровается, разговор перешел, на подписание документов. В ходе разговора ФИО7 пояснила, что все документы подписываются от ее имени любым сотрудником, и тогда истец пояснила, что, не имея доверенности, не согласна подписывать документы. Далее, в ходе беседы ФИО7 пояснила, что уволит истца, не объяснив внятно причину увольнения. Истец считает, что ФИО7 приняла решение о ее увольнении за отказ ставить нелегитимные подписи, а также на почве личных неприязненных отношений. На предложение ответчика рассмотреть вопрос об увольнении по собственному желанию истец ответила отказом, пояснив, что исполняет свои обязанности в полном объеме. После этого в отношении истца издавались различные приказы, контролирующие и ограничивающие его деятельность, предлагалось давать объяснения по факту исполнения своих должностных обязанностей. Понимая, что на истца началось давление с целью заставить ее написать заявление об увольнении по собственному желанию, 06.10.2022г. она истребовала документы, связанные с работой. ДД.ММ.ГГ ей была выдана копия приказа XXXX от ДД.ММ.ГГ о переводе работника на другую должность, а именно с должности технического директора на должность главного специалиста отдела консалтинга и лицензирования, копия дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГ, должностная инструкция главного специалиста отдела консалтинга и лицензирования. При ознакомлении с приказом XXXX от ДД.ММ.ГГ истец обнаружила, что на приказе XXXX от ДД.ММ.ГГ исполнена подпись об ознакомлении с приказом от ее имени, которую она не ставила, также как и в дополнительном соглашении, оригинала приказа не было. ДД.ММ.ГГ в отношении истца был издан приказ XXXX о применении дисциплинарного взыскания в виде замечания, в котором указаны недостатки работы истца в должности главного специалиста отдела консалтинга и лицензирования. Однако помимо того, что указанные недостатки истцом были устранены незамедлительно, и заказчику поступил материал в обработанном и правильном виде, данный приказ незаконен и в части того, что он вынесен в отношении истца, состоящего в должности главного специалиста отдела консалтинга и лицензирования, однако фактически истец находилась на должности технического директора и с приказом о назначении на должность главного специалиста отдела консалтинга и лицензирования не была ознакомлена под роспись, также как и с его должностными обязанностями. Таким образом, приказ о наказании XXXX от ДД.ММ.ГГ является незаконным. ДД.ММ.ГГ генеральным директором ООО «ЦЭУ» ФИО3 издан приказ XXXX об отмене приказа (распоряжения) о переводе работника на другую работу XXXX от ДД.ММ.ГГ. Ответчик продолжал контролировать деятельность истца и истребовал объяснения по каждому факту исполнения должностных обязанностей. При этом ДД.ММ.ГГ истец обнаружила отсутствие возможности исполнять свои обязанности в связи с отсутствием доступа в программу «Битрикс 24», отсутствием доступа к общему серверу компании и служебной почте, о чем было уведомлено руководство ООО «ЦЭУ». Отсутствие доступа к программе повлекло снижение эффективности работы. При заключении договора на исполнение обязанностей технического директора по устному согласованию между истцом и ответчиком режим работы истца был определен по 8 часов ежедневно пять дней в неделю. Ознакомившись с договором, истец обнаружила, что согласно договору она должна была работать 4 часа ежедневно, однако работала 8 часов, в связи с чем она стала работать по 4 часа ежедневно, письменно уведомив об этом работодателя. С 2022 г. согласно устной договоренности ее заработная плата должна была составлять 50 000 рублей в месяц. Согласно расчетным листам ей выплачивалась часть денежных средств за фактически отработанное время 8 часов исходя из размера оплаты по трудовому договору, а денежные средства до оговоренной суммы 50 000 рублей оплачивались непосредственно лично ФИО7 со своего личного счета на ее банковскую карту. Однако с сентября 2022 года после предложения об увольнении ФИО7 перестала выполнять свои обязательства без объяснений. Таким образом, фактически недоплаченная истцу заработная плата составляет 70 590, 16 руб. Кроме того, с ноября 2022 года бухгалтер ООО «ЦЭУ» в нарушение трудового договора XXXX от ДД.ММ.ГГ, приказа XXXX от ДД.ММ.ГГ, дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГ, которыми установлена оплата труда согласно занимаемой должности в размере 21 000 рублей, произвела оплату фактически 50 % от оклада, пояснив при этом, что заработная плата в размере 21 000 рублей это оплата за 8 часов рабочего времени, а истец работал с ДД.ММ.ГГ 4 часа. ДД.ММ.ГГ истцу было вручено уведомление XXXX от ДД.ММ.ГГ о сокращении её должности с ДД.ММ.ГГ и об отсутствии вакантных должностей. ДД.ММ.ГГ истцом была написана служебная записка XXXX о поломке служебного компьютера и блокировке служебного телефона и невозможности исполнять служебные обязанности в полном объеме, что она зафиксировала посредством видеосъемки кабинета. ДД.ММ.ГГ истцу было вручено уведомление от ДД.ММ.ГГ о необходимости предоставления объяснения по факту проведения видеосъемки рабочего процесса сотрудников ООО «ЦЭУ», на что ДД.ММ.ГГ ею были предоставлены письменные объяснения. ДД.ММ.ГГ был вынесен приказ XXXX, которым в отношении истца было применено дисциплинарное взыскание в виде замечания. Из изложенного видно, что ответчиком в отношении истца после отказа уволиться по собственному желанию оказывалось давление в виде вынесения необоснованных приказов. Все это в свою очередь повлекло за собой резкое ухудшение здоровья истца и при обращении ДД.ММ.ГГ в КГБУЗ Уссурийская ЦГБ ей был выставлен диагноз врачом неврологом - 01- заболевание (в том числе профессиональное заболевание и его обострение). В результате неправомерных действий ответчика, принуждения к увольнению, незаконного привлечения к дисциплинарной ответственности, давления в виде нарушения прав на сбор информации ей причинен моральный вред. На основании изложенного просит признать незаконным свое увольнение ДД.ММ.ГГ по п. 2 части первой ст. 81 Трудового кодекса РФ (в связи с сокращением штата), признать незаконным приказ XXXX от ДД.ММ.ГГ, признать незаконным приказ XXXX от ДД.ММ.ГГ, взыскать с ООО «ЦЭУ» в лице ФИО7 недоплаченную заработную плату в размере 70 590, 16 руб., заработную плату за время вынужденного прогула на день подписания искового заявления в размере 49 323,53 рублей, компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.
ДД.ММ.ГГ истец дополнила исковые требования, просила признать ее увольнение ДД.ММ.ГГ по п. 2 ч.1 ст.81 ТК РФ (в связи с сокращением штата) -незаконным, восстановить в должности технического директора ООО «ЦЭУ».
ДД.ММ.ГГ истица уточнила размер недоплаченной заработной платы в сумме 70590,44 руб. за период с августа по декабрь 2023, размер среднего заработка за время вынужденного прогула за январь 2023 с учетом выплаченного выходного пособия за указанный месяц в сумме 12312,85 руб.
Истец в судебном заседании на уточненных исковых требованиях настаивала, пояснила, что она была принята на должность генерального директора к ответчику. Первоначально работала одна с учредителем. При приеме на работу на должность генерального директора была ознакомлена с должностными обязанностями. Ей был установлен ненормированный рабочий день на ее усмотрение. В ее обязанности входило: связь с заказчиками, выполнение услуг по мере необходимости, отчетность по экологии, проекты расчета норматива допустимых выбросов, программа экологического контроля. Часть этих функций выполняла она и часть -учредитель. С должности генерального директора на должность технического директора переведена ДД.ММ.ГГ Учредитель предупредила, что будет генеральным директором, а она - техническим. С ней перезаключили трудовой договор. Сумма оплаты труда технического директора, указанная в договоре, не отличалась от оплаты генерального директора, указанной в договоре: 18500 рублей. Ежедневное время работы в договоре - 4 часа, хотя фактически она работала по 8 часов 5 дней в неделю, суббота, воскресенье - выходные. По устной договоренности с ответчиком ее заработная плата в месяц с 2022 г. должна была составлять 50000 руб., данную сумму ответчик должен был выплачивать независимо от нахождения истца на рабочем месте, независимо от оплаты больничных листов, оплаты отпуска: даже если бы она отсутствовала на работе, ответчик должен был ей выплатить 50000 руб. Учредитель непосредственно доплачивала со своего личного счета истцу. Впоследствии истец узнала, что ДД.ММ.ГГ был приказ о переводе ее на должность главного специалиста и заключено дополнительное соглашение, которые ею не подписывались, согласно которому ее оклад увеличен и установлен 8-часовой рабочий день. Работодатель объяснила ей это тем, что это необходимо для порядка с документацией, так рекомендовал «Деловой мир», который занимался документацией. С переводом на должность главного специалиста она не была согласна, в связи с чем обратилась в полицию по данному факту. В 2022 г. она работала 8-часовой рабочий день, потом прочитала в договоре, что у нее написан режим работы - 4 часа, и подала письменное уведомление о том, что будет работать четыре часа в день, как указано в трудовом договоре. дополнительное соглашение об ошибке в трудовом договоре и изменении его условий не подписывала, ответчик предлагал подписать, но она отказывалась. С ДД.ММ.ГГ стала работать четыре часа в день с 9 часов до 13 часов. Полагает, что с августа 2022 ответчик недоплатила ей заработную плату исходя из 50000 руб. ежемесячно без учета ее отпуска и периодов нетрудоспособности, расчет среднего заработка также первоначально выполнялся ею исходя из месячной оплаты 50000 руб., а с ДД.ММ.ГГ ответчик не доплатил исходя из размера заработной платы 23000 руб. Количество отработанного ею в этот период времени не должно влиять на ежемесячную сумму в размере 50000 руб. С приказом о применении дисциплинарного наказания XXXX от ДД.ММ.ГГ ознакомлена ДД.ММ.ГГ, согласна с тем, что срок для его обжалования пропущен, о сроках она не знала. С увольнением не согласна, поскольку ответчик не предложил ей вакантную должность инженера-эколога ФИО4, который уволился ДД.ММ.ГГ Ее квалификация соответствует занимаемой ранее ФИО4 должности. Об обязанностях инженеров-экологов ей известно, поскольку она их обучала, у нее были более обширные задания, а у них были мелкие заказы. У нее был более широкий круг обязанностей, более сложные проекты. Кроме того, ДД.ММ.ГГ уволилась ФИО5 на должности которой истец также могла бы работать. ДД.ММ.ГГ в последний рабочий день ей было вручено уведомление о том, что вакантных должностей нет. В судебном заседании согласилась с размером ее среднедневного заработка в размере 2215,60 руб., с учетом которого и количества рабочих дней до ДД.ММ.ГГ, а также за вычетом полученного выходного пособия за 2 месяца средний заработок за время вынужденного прогула составит 38345,32 руб. Ей предлагали подписывать документы, с которыми она не согласна, но она отказывалась.
Представитель истца по ходатайству ФИО2, в судебном заседании на исковых требованиях настаивал, поддержал позицию истца. Указал, что обоснованность позиции истца нашла свое подтверждение в судебном заседании. Если истцу не хватало какого-либо удостоверения для выполнения обязанностей инженера-эколога, ответчик мог направить ее на обучение, как делал с другими работниками.
Представитель ответчика по доверенности ФИО9 в судебном заседании исковые требования не признала, представила письменные возражения. Пояснила, что увольнение истца является законным и обоснованным, имело место сокращение штата, которое произошло с соблюдением законодательства, вакантных должностей у ответчика не было. Заявила о применении срока исковой давности в отношении требования истца о признании приказа XXXX от ДД.ММ.ГГ незаконным. Требование о признании приказа XXXX от ДД.ММ.ГГ незаконным признала, правила ст.173 ГПК РФ представителю ответчика с правом признания иска разъяснены под роспись и понятны. Пояснила, что сокращены были две должности: технического директора и главного специалиста, которые занимала истица. Она была уведомлена, что на ДД.ММ.ГГ вакантных должностей нет. Сокращение произошло в связи с тем, что отпала необходимость в должности технического директора. Сама ФИО6 стала исполнять эти обязанности. Впоследствии после увольнения еще двух работников были исключены еще две должности. В штате после сокращения осталось 9 человек. Должность работника ФИО4 не была вакантной, поскольку ДД.ММ.ГГ он отозвал свое заявление, затем ушел в отпуск без содержания, снова уволился. Согласилась с размером среднедневного заработка истца в размере 2215,60 руб. Размер морального вреда полагала завышенным, кроме того не связанным с нахождением истицы на больничном в силу ее заболеваний. Несмотря на отмену приказа о переводе истца на должность главного специалиста, истец не отрицает, что ей была увеличена заработная плата и режим работы был не такой, как в ее договоре, но поскольку ответчик не смог найти оригинал подписанного дополнительного соглашения о переводе на должность главного специалиста, была только копия, пришлось отменить приказ, при этом истец не оспаривает, что получала большую заработную плату и её режим составлял 8 часов, а не 4. Заработная плата с августа 2022 по ДД.ММ.ГГ ей начислялась и выплачивалась исходя из повышенного оклада в размере 30651,33 с учетом отработанного времени, оплаты отпуска и периодов нетрудоспособности. Такой договоренности, что ответчик платит 50000 руб. независимо от отработанного времени, не было. До спорного периода ответчик премировала истца, как не оспаривает истец с личного счета, но это не было гарантированной оплатой. С августа 2022 ответчик премии не платила, поскольку истец работала не все рабочие дни, а с ноября 2022 вообще стала работать по 4 часа. Расчет заработной платы за период с августа по октябрь 2022 выполнен исходя из заработной платы по дополнительному соглашению главного специалиста и с учетом отработанного истцом времени, без премирования, в октябре 2022 истец не согласилась с переводом на должность главного специалиста с повышенным окладом и ответчик вынужден был отменить приказ и расчет заработной платы производился с ДД.ММ.ГГ исходя из оплаты по трудовому договору в сумме 23000 руб. за 8 часовой рабочий день. За ноябрь 2022 расчет заработной платы выполнен исходя из 4 часов работы истицы ежедневно с ДД.ММ.ГГ исходя из оплаты 11500 руб. (23000:2) и отработанного ею времени. При этом несмотря на то, что с 2020 г. до ДД.ММ.ГГ истец работала 8-часовой рабочий день в должности технического директора, о чем она говорит в исковом заявлении и не оспаривает в суде, подписывать дополнительное соглашение о технической ошибке в договоре отказалась. Указала что увидела в трудовом договоре о количестве рабочих часов в день - 4 часа и будет работать 4 часа. Ей предложили подписать дополнительное соглашение о 4-часовом рабочем дне, она отказалась подписать, составили дополнительное соглашение, она тоже отказалась. В определенный период истцу была установлена оплата в размере 45977 рублей. Договора о том, что истец будет работать 10 дней по 4 часа за 50000 руб. никогда не было, также как и договора о выплате ей указанной суммы независимо от периода отпуска, болезни и рабочих дней. Квалификация и образование истца не соответствует занимаемой ФИО12 Должности. Имеется аудиозапись, на которой истец в октябре 2022 согласна была уволиться по собственному желанию, однако стороны не сошлись в компенсации, которую истец заявила первоначально в размере 100000 руб.
Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась, пояснила, что должность инженера-эколога предполагает профильное образование – эколог, биолог, а также наличие удостоверения аудитора-эколога. У прошлого сотрудника было удостоверение. Данные удостоверения имеют у ответчика не все инженеры, если требуется дополнительная квалификация или данное удостоверение, ответчик всех работников обучает.
Суд, выслушав участников процесса, мнение прокурора, полагавшего, что была вакантная должность, которая на момент увольнения 26.12.2022г. не была предложена истице, в связи с чем нарушен порядок ее увольнения по ст. 81 ТК РФ, она подлежит восстановлению на работе, в ее пользу подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула с обязательным вычетом выходного пособия, изучив материалы дела, приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.
Согласно положениям статьи 352 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) каждый имеет право защищать свои трудовые права и свободы всеми способами, не запрещенными законом, а судебная защита относится к основными способами защиты трудовых прав и свобод.
В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.
В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что ДД.ММ.ГГ между ФИО1 и ООО «ЦЭУ» в лице ФИО10, действующей на основании решения о создании общества от ДД.ММ.ГГ, был заключен трудовой договор XXXX, согласно которому ФИО1 принята на должность генерального директора по совместительству до ДД.ММ.ГГ.
ДД.ММ.ГГ между ФИО1 и ООО «ЦЭУ» в лице ФИО10 был заключен трудовой договор XXXX, согласно которому ФИО1 принята на должность генерального директора, работа по данному договору определена как основное место работы.
В соответствии с п.4.1 договора работнику установлена заработная плата в размере: оклад- 12 333,33 руб., районный коэффициент (20%) - 2466,67 руб., надбавка за работу в северных районах ДВ (30%) - 3 700руб., а всего 18 500 руб.
ДД.ММ.ГГ ФИО1 переведена на должность технического директора ООО «ЦЭУ», работа определена как основное место работы, установлена заработная плата в размере: оклад- 12 333,33 руб., районный коэффициент (20%) - 2466,67 руб., надбавка за работу в северных районах ДВ (30%) - 3 700руб., а всего 18 500 руб., что подтверждается приказом о переводе работника на другую работу XXXX от ДД.ММ.ГГ.
Согласно приказу XXXX от ДД.ММ.ГГ ФИО1 переведена с должности технического директора на должность главного специалиста отдела консалтинга и лицензирования. Заработная плата определена с окладом- 30 651,33 руб., районный коэффициент (20%) - 6 130,27 руб., надбавка за работу в северных районах ДВ (30%) - 9 195,40 руб., а всего 45 977 руб.
ДД.ММ.ГГ истцу выданы на ознакомление уведомления о том, что при проведении кадровой документации сотрудников ООО «ЦЭУ» в документах истца выявлены технические ошибки в трудовом договоре XXXX от ДД.ММ.ГГ и оповещение, что дополнительное соглашение с учетом устраненных технических ошибок планируется вручить истцу ДД.ММ.ГГ. Истец от ознакомления и подписания данного уведомления отказалась.
ДД.ММ.ГГ подготовлено дополнительное соглашение к Трудовому договору XXXX от ДД.ММ.ГГ. В данном соглашении определена заработная плата с окладом- 30 651,33 руб., районный коэффициент (20%) - 6 130,27 руб., надбавка за работу в северных районах ДВ (30%) - 9 195,40 руб., а всего 45 977 руб., продолжительность работы - 8 часов.
ДД.ММ.ГГ приказом XXXX о применении дисциплинарного взыскания к ФИО1, главному специалисту эксперту отдела консалтинга и лицензирования, применено дисциплинарное взыскание в виде замечания.
ДД.ММ.ГГ приказом XXXX об отмене приказа (распоряжение) о переводе работника на другу работу приказ XXXX от ДД.ММ.ГГ был отменен, указано считать ФИО1 на должности технического директора.
Приказом XXXX от ДД.ММ.ГГ о сокращении штата сотрудников ООО «ЦЭУ» с ДД.ММ.ГГ внесены изменения в штатное расписание, исключены должности главного специалиста отдела консалтинга и лицензирования и технического директора.
ДД.ММ.ГГ уведомлениями XXXX и XXXX от ДД.ММ.ГГ ответчик уведомил о сокращении должности главного специалиста отдела консалтинга и лицензирования, технического директора истца и начальника кадрового центра отделения КГКУ «ПЦЗН» в г. Уссурийске.
ДД.ММ.ГГ приказом XXXX о применении дисциплинарного взыскания к техническому директору ФИО1 применено дисциплинарное взыскание в виде замечания.
ДД.ММ.ГГ истец получила уведомление XXXX от ДД.ММ.ГГ от отсутствии вакантных должностей ООО «ЦЭУ».
Приказом XXXX от ДД.ММ.ГГ истец уволена по п.2 ч.1 ст. 81 ТК РФ, ознакомлена с приказом ДД.ММ.ГГ.
Приказом XXXX от ДД.ММ.ГГ внесены изменения в штатное расписание ООО «ЦЭУ», с ДД.ММ.ГГ исключены штатные единицы технического директора и главного специалиста отдела консалтинга и лицензирования.
В судебном заседании представитель ответчика ФИО9 исковые требования о признании приказа XXXX от ДД.ММ.ГГ незаконным признала, последствия признания иска, предусмотренные ст.173 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ей разъяснены и понятны, о чем имеется подпись в протоколе судебного заседания.
Суд, с учетом пояснений сторон, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства, в соответствии с ч. 3 ст. 173 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации принимает признание ответчиком иска этой в части и в соответствии со ст.ст.192-193 Трудового кодекса РФ выносит решение об удовлетворении исковых требований в данной части. Признание иска ответчиком не противоречит закону и не нарушает права и интересы третьих лиц.
Рассматривая возражения представителя ответчика о пропуске истцом срока исковой давности в части требований истца о признании приказа XXXX от ДД.ММ.ГГ незаконным, суд исходит из следующего.
В соответствии с частью первой статьи 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.
Согласно ч. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Из материалов дела следует, что с приказом XXXX от ДД.ММ.ГГ ФИО1 была ознакомлена ДД.ММ.ГГ, о чем на указанном приказе имеется ее личная подпись, ею не оспаривалось. В суд с исковым заявлением с требованием о признании указанного приказа незаконным истец обратилась ДД.ММ.ГГ, то есть с пропуском предусмотренного законом срока.
Учитывая, что истец согласилась с пропуском ею срока исковой давности в части требования о признании приказа XXXX от ДД.ММ.ГГ незаконным, ходатайство о его восстановлении с указанием причин уважительности пропуска не заявляла, дисциплинарное взыскание в трудовую книжку не вносилось, суд отказывает в удовлетворении данного требования ввиду пропуска истцом срока исковой давности.
Что касается требования истца о признании увольнения незаконным и восстановлении на работе суд учитывает следующее.
В силу п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, может быть расторгнут по инициативе работодателя в случае сокращения численности или штата работников.
Увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 или 3 части 1 настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья.
Реализуя закрепленные Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 34 ч. 2 ст. 35) права, работодатель в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала), обеспечивая при этом в соответствии с требованиями статьи 37 Конституции Российской Федерации закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников.
Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации (п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ) при условии соблюдения закрепленного Трудовым кодексом Российской Федерации порядка увольнения и гарантий, направленных против произвольного увольнения: преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией; одновременно с предупреждением о предстоящем увольнении, осуществляемым работодателем в письменной форме не менее чем за два месяца до увольнения, работнику должна быть предложена другая имеющаяся у работодателя работа (вакантная должность), причем перевод на эту работу возможен лишь с письменного согласия работника (ч. 1 ст. 179, ч. ч. 1, 2 ст. 180, ч. 3 ст. 81 ТК РФ).
В п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.
Таким образом, с учетом приведенных норм материального права юридически значимым для правильного разрешения спора является установление судом следующих обстоятельств: имело ли место реальное сокращение численности или штата работников организации, наличие вакантных должностей в организации в период со дня уведомления истца об увольнении до дня его увольнения с работы, исполнение ответчиком требований ст. ст.ст. 179, 180 ТК РФ.
Изучение представленных ответчиком документов показало, что у ответчика действительно произошло сокращение должности технического директора и главного специалиста эксперта отдела консалтинга и лицензирования, истец предупреждена о предстоящем сокращении должности за 2 месяца, также как и направлены соответствующие сведения в центр занятости населения.
Вместе с тем, истец в судебном заседании ссылалась на то, что после увольнения ФИО11 выбыл на проживание в другой город, ДД.ММ.ГГ с ним был произведен расчет при увольнении и больше на работу он не выходил, таким образом, имелась вакантная должность в период предупреждения истца об увольнении ввиду сокращения штата.
Как следует из представленных ответчиком документов, ДД.ММ.ГГ приказом XXXX был расторгнут трудовой договор с ФИО11 - инженером по охране окружающей среды (экологом) на основании его заявления об увольнении от ДД.ММ.ГГ, приказ подписан работником ДД.ММ.ГГ.
При этом до увольнения ДД.ММ.ГГ ФИО11 написано заявление о предоставлении ему отпуска без сохранения заработной платы на 15 календарных дней с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ по семейным обстоятельствам.
ДД.ММ.ГГ после увольнения ФИО11 написал заявление об отзыве поданного им ранее ДД.ММ.ГГ заявления об увольнении по собственному желанию.
Приказом XXXX от ДД.ММ.ГГ приказ о прекращении трудового договора XXXX от ДД.ММ.ГГ отменен.
ДД.ММ.ГГ приказом XXXX ФИО11, инженеру по охране окружающей среды (экологу), предоставлен отпуск без сохранения заработной платы на период, указанный в заявлении.
ДД.ММ.ГГ приказом XXXX был расторгнут трудовой договор с ФИО11, инженером по охране окружающей среды (экологом), на основании его заявления об увольнении от ДД.ММ.ГГ. Приказ об увольнении от ДД.ММ.ГГ не подписан работником.
Анализируя указанные документы, суд приходит к выводу об их противоречии друг другу и требованиям закона, в частности нормам ст.80 ТК РФ. При этом суд принимает во внимание доводы истца об увольнении ФИО11 именно ДД.ММ.ГГ, а все последующие документы - составленными в целях отказа истцу предоставить иную вакантную должность и уволить ее в связи с сокращением штата.
Таким образом, истцу не была предложена вакантная с ДД.ММ.ГГ должность инженера по охране окружающей среды (эколога), что свидетельствует о нарушении ответчиком процедуры увольнения истца, следовательно его требование о признании увольнения незаконным подлежит удовлетворению.
Доводы ответчика о том, что квалификация истца не соответствует должности инженера по охране окружающей среды (эколога) судом не принимаются во внимание, поскольку как установлено в суде истец была и генеральным и техническим директором в учреждении ответчика, а согласно позиции ответчика и главным специалистом отдела консалтинга и лицензирования, в её должностные обязанности входило в том числе организовывать работу по обеспечению общества квалифицированными кадрами, рациональному использованию их профессиональных знаний и опыта, проведение аттестаций и обучение сотрудников, утверждение должностных инструкций сотрудников, организовывать меры по повышению квалификации рабочих и инженерно-технических сотрудников, способствовать совершенствованию подготовки персонала, контролировать выполнение сотрудниками норм законодательства РФ и внутренних документов общества, принимать меры по устранению нарушений в работнике сотрудников, осуществлять подготовку экологической документации и направление в контрольные органы, обеспечивать ознакомление работников с требованиями экологического законодательства, составлять отчетность проводить консультации при разработке проектов, взаимодействовать с контрольными органами и многие другие; истец имеет высшее образование по специальности «учитель математики и информатики», удостоверение о повышении квалификации по курсу: «Обеспечение экологической безопасности руководителями, специалистами общехозяйственных систем управления», сертификат участника за прохождение курса «Разработка проектов ПДВ (НДВ) на практике». При этом отсутствие у истца удостоверения аудитора-эколога не является доказательством несоответствия квалификации истца вакантной должности, поскольку, как пояснил ответчик, не все инженеры в учреждении ответчика имеют такие удостоверения, а если необходима квалификация в какой-либо области или указанное удостоверение аудитора ответчиком проводится обучение таких сотрудников в целях получения соответствующих удостоверений.
В соответствии с абз. 2 ст. 234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.
Согласно ст.394 ТК РФ в случае признания увольнения незаконным работник должен быть восстановлен на прежней работе, при этом должно быть принято решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГ по день вынесения решения суда.
Учитывая, что уволен истец ДД.ММ.ГГ, подлежит восстановлению на работе с ДД.ММ.ГГ.
Расчеты среднего заработка за время вынужденного прогула, предоставленные сторонами, суд признает неверными, поскольку они не соответствуют требованиям закона и фактическим обстоятельствам дела.
В соответствии с п.60 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется исходя из фактически начисленной работнику заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 месяцев, предшествующих вынужденному прогулу.
В силу части седьмой статьи 139 Трудового кодекса РФ исчисление подлежащего взысканию среднего заработка производится с учетом Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 г. №922.
Судом совместно со сторонами в судебном заседании с учетом корректировок истца был выполнен расчет его среднедневного заработка, который составил 2215,60 руб., с которым согласились стороны, о чем расписались в протоколе судебного заседания, пояснив, что доказательств иного размера среднедневного заработка представлять больше не будут.
Таким образом, средний заработок за время вынужденного прогула истца за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ составит 2215.60 руб. х 48 рабочих дней (вынужденного прогула) = 106348,80 руб. - суммы выходного пособия, выплаченного истцу за январь, февраль 2023 в сумме 37010,68 руб. - 30992,80 руб. = 38345,32 руб. (без вычета НДФЛ).
Согласно ст. 394 ТК РФ в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.
В соответствии со ст.237 ТК РФ, п.46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу статьи 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.
Учитывая вышеприведенные положения, принцип разумности и справедливости, установленный факт нарушения ответчиком трудовых прав истца незаконным увольнением, степень физических и нравственных страданий, причиненных истцу, связанных с переживаниями по факту действий работодателя, суд полагает возможным удовлетворить требование истца о взыскании морального вреда в размере 13000 рублей, в оставшейся части требований о взыскании морального вреда отказать. При этом при определении размера морального вреда суд не учитывает факт ухудшения состояния здоровья истца при обращении в больницу ДД.ММ.ГГ, поскольку разговор об увольнении, обжалуемые истцом приказы и атмосфера общения с коллективом имели место после указанной даты.
В силу статей 396 ТК РФ, 211 ГПК РФ решение суда о восстановлении на работе незаконно уволенного работника подлежит немедленному исполнению.
Разрешая требование истца о взыскании недоплаченной с августа 2022 по декабрь 2022 заработной платы исходя из 50000 руб. в месяц за период с августа 2022 по октябрь 2022, исходя из 23000 руб. с ДД.ММ.ГГ по декабрь 2022 включительно, суд исходит из следующего.
Согласно ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.
В соответствии со ст. 9 ТК РФ в соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров. Коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.
Согласно ст. 57 ТК РФ обязательными для включения в трудовой договор являются, в частности, условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты).
В силу ст. 191 ТК РФ работодатель поощряет работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности (объявляет благодарность, выдает премию, награждает ценным подарком, почетной грамотой, представляет к званию лучшего по профессии). Другие виды поощрений работников за труд определяются коллективным договором или правилами внутреннего трудового распорядка, а также уставами и положениями о дисциплине.
Таким образом, система оплаты труда применительно к ст. 135 ТК РФ включает: фиксированный размер оплаты труда (оклад, тарифные ставки) с учетом квалификации, сложности, количества и качества выполненной работы; доплаты, надбавки компенсационного характера; доплаты и надбавки стимулирующего характера.
Как установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГ с истцом оформлен трудовой договор на неопределенный срок по основному месту работы в ООО «ЦЭУ» на должность генерального директора с тарифной ставкой (окладом): 12 333,33 руб., районным коэффициентом (20%) – 2 466,67 руб., надбавкой за работу в северных районах ДВ (30%) – 3 700 руб., итого: 18 500 руб. При этом режим рабочего времени следующий: пять рабочих дней, два выходных дня, начало работы 09-00, время окончания работы 18-00, время перерывов в работе с 13-00 до 14-00, ежегодный отпуск - 28 календарных дней.
Приказом от ДД.ММ.ГГ истец переведена на должность технического директора, размер оплаты труда и режим рабочего времени не изменялся.
ДД.ММ.ГГ и ДД.ММ.ГГ дополнительными соглашениями внесены изменения в трудовой договор, заключенный с истцом в части размера заработной платы в сумме 19500 руб. и 21000 руб. соответственно.
Приказом XXXX от ДД.ММ.ГГ внесены изменения в штатное расписание, с ДД.ММ.ГГ оплата по должности технического директора ООО «ЦЭУ» составила 21 000 руб. Приказами XXXX от ДД.ММ.ГГ и XXXX от ДД.ММ.ГГ внесены изменения в штатное расписание, с ДД.ММ.ГГ оплата по должности технического директора ООО «ЦЭУ» составила 23 000 руб.
Как пояснил ответчик, в трудовом договоре с истцом была допущена техническая ошибка в части количества часов ежедневной работы: вместо 8 часов указано 4 часа, о чем впоследствии истцу предлагалось подписать документы, но она отказалась.
Учитывая пояснения истца о том, что с 2020 г. она фактически работала 8 часов в день до ДД.ММ.ГГ, несмотря на указание в договоре 4-часового рабочего дня, а также содержание главы о режиме работы в заключенном с истцом трудовом договоре от ДД.ММ.ГГ, где четко определено начало работы и её конец, период отпуска, суд приходит к выводу о том, что действительно имела место техническая ошибка в договоре, фактически режим работы истца составлял до ДД.ММ.ГГ 8 часов в день с 09-00 до 18-00 с перерывом на обед, что также подтверждается расчетными листками с указанием отработанных дней и часов и справками 2-НДФЛ истицы за 2020, 2021 г.г., сведения в которых согласуются между собой, а также с пояснениями истицы в данной части.
ДД.ММ.ГГ истица уведомила о переходе на 4-часовой рабочий день, в связи с чем ответчиком был издан приказ о переводе на 4-часовой рабочий день, время начала работы: 09-00, время окончания работы: 13-00, понедельник-пятница, выходные: суббота, воскресенье, следовательно заработная плата истицы с ДД.ММ.ГГ стала составлять 11500 руб. (23000:2).
При этом суд принимает за основу вынесения решения суда представленный ответчиком ДД.ММ.ГГ расчет выплаченной истцу заработной платы, поскольку он выполнен с учетом отработанного истцом времени, периодов его нетрудоспособности, отпуска и установленного в определенный период времени режима работы: до ДД.ММ.ГГ - 8 часов в день, после ДД.ММ.ГГ - 4 часа в день, и размера оплаты: ответчик не оспаривал тот факт, что с августа по ДД.ММ.ГГ у истца была заработная плата в сумме 45977 руб. согласно дополнительному соглашению о переводе истца на должность главного специалиста, подписанному сторонами, которое впоследствии ДД.ММ.ГГ было отменено ответчиком ввиду несогласия истца с подписью в соглашении и отсутствием оригинала данного соглашения, после отмены оплата труда истца за 8-часовой рабочий день стала снова составлять с ДД.ММ.ГГ 23000 руб., а с ДД.ММ.ГГ. по ДД.ММ.ГГ - 11500 руб. в связи с сокращением истцом своего рабочего времени (23000 руб. установлено за 8-часовой рабочий день).
При решении вопрос о том, имеется ли у ответчика задолженность перед истцом по заработной плате, суд не принимает во внимание доводы истца об установлении ей заработной платы ежемесячно в размере 50000 руб. независимо от количества отработанных дней или дней отпуска и 23000 руб. за 4 часа работы, поскольку они не нашли свое подтверждение в суде, в том числе опровергаются пояснениями истца в своем исковом заявлении и в судебном заседании, когда истец поясняла, что при 4-часовом рабочем дне в договоре она работала 8 часов, а ответчик по устной договоренности производил доплату свыше установленной в договоре суммы. Кроме того, выплаты с личного счета ответчика не могут рассматриваться судом в качестве обязательной гарантированной заработной платы.
Допустимых доказательств наличия у истца иных выплат обязательного характера в судебном заседании не добыто, истцом не представлено.
При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения требований о взыскании задолженности по заработной плате судом не установлено.
В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
С учетом требований ст. 333.19, 333.20 Налогового кодекса РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 1950 руб., исходя из размера удовлетворенных судом имущественных требований, а также требований неимущественного характера.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 - 198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью "Центр экологических услуг" о признании незаконным увольнения, приказов о наложении дисциплинарных наказаний, восстановлении на работе, взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации морального вреда, среднего заработка за время вынужденного прогула - удовлетворить частично.
Признать увольнение ФИО1 ДД.ММ.ГГ по основанию п.2 ч.1 ст.81 ТК РФ в связи с сокращением штата - незаконным.
Восстановить ФИО1 в должности технического директора в обществе с ограниченной ответственностью "Центр экологических услуг" с ДД.ММ.ГГ.
Признать приказ XXXX от ДД.ММ.ГГ о применении дисциплинарного взыскания в виде замечания в отношении ФИО1 незаконным.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Центр экологических услуг" в пользу ФИО1 в счет выплаты среднего заработка за время вынужденного прогула – 38345,32 руб., компенсацию морального вреда – 13000 руб.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Центр экологических услуг" государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 1950 руб.
Исковые требования ФИО1 к ООО "Центр экологических услуг" о признании приказа о наложении дисциплинарного наказания XXXX от ДД.ММ.ГГ, взыскании невыплаченной заработной платы, компенсации морального вреда и среднего заработка за время вынужденного прогула в большем размере оставить без удовлетворения.
Решение в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.
Решение может быть обжаловано в Приморский краевой суд через Уссурийский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Председательствующий Н.А.Сердюк
Мотивированное решение изготовлено 24.03.2023.