Решение по делу № 2-15/2023 от 06.03.2023 - о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью супруга.

7

Дело № 2-15/2023

УИД 42RS0003-01-2022-01097-60

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Берёзовский городской суд Кемеровской области в составе:

председательствующего судьи Параевой С.В.,

при помощнике судьи Миллер О.А.,

с участием помощника прокурора г. Берёзовского Мамаевой К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Берёзовском

Кемеровской области 06 марта 2023 года

гражданское дело по иску ФИО3 <данные изъяты> к Акционерному обществу «Угольная компания «Северный Кузбасс», Акционерному обществу «Черниговец», Акционерному обществу «Разрез Распадский» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью супруга,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском, после уточнения исковых требований просит взыскать в ее пользу компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью супруга с ответчиков: АО «Угольная компания Северный Кузбасс» в сумме 273 650 рублей, с АО «Черниговец» в сумме 185 000 рублей, с АО «Разрез Распадский» в сумме 28 500 рублей.

Требования обоснованы тем, что ее супруг ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ОАО «Шахта Березовская» стаж работы — 15 лет 7 мес., с ОАО «Шахта Первомайская» - стаж работы 3 года 8 месяцев, с шахтой «Южная» -филиал АО «Черниговец» - 12 лет 11 месяцев, ОАО «Междуреченская угольная компания - 96», ныне ЗАО «Разрез Распадский» - 2 года, ОАО « Шахта Бирюлинская» - 1 год, ликвидирована, работал на данных предприятиях: подземным горнорабочим, подземным проходчиком, подземным машинистом горновыемочных машин, общий стаж его работы в угольной отрасли составил 40 лет 7 мес., в указанных профессиях 21г. 10 мес., в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных факторов - 35 лет и 2 месяца.

В 2019 г. у него стали появляться признаки профессионального заболевания. ДД.ММ.ГГГГ Управлением Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по <адрес> в отношении супруга была составлена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания №. Как указано в данном документе ее супруг в процессе трудовой деятельности в подземных выработках подвергался комплексному воздействию неблагоприятных производственных факторов: физическим перегрузкам, шуму, неблагоприятному охлаждающему микроклимату, пыли фиброзного действия, воздействию неблагоприятных факторов он подвергался в течении 35 лет 3 мес.

Предварительный диагноз по профзаболеванию был установлен супругу в 2019 году, впоследствии он подтвердился медицинским заключением от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>

<данные изъяты>

В течение последних 5-7 лет супруг жаловался на <данные изъяты><данные изъяты>

По заключению МСЭ от 24.03.2021г. с 09.03.2021г. супругу установлена утрата профессиональной трудоспособности на 30%.

ДД.ММ.ГГГГ при очередном переосвидетельствовании процент утраты профессиональной трудоспособности на 30% был подтвержден.

По заключению врачебной комиссии ФИО1 нуждается в небулайзере. По состоянию здоровья супруг в настоящее время не работает. <данные изъяты>

Они проживают в частном доме, многие работы в котором супруг не может выполнять по состоянию здоровья, так как он задыхается при выполнении тяжелой работы и работы средней тяжести. Он сразу же испытывает потливость, <данные изъяты> во всем теле, задыхается. Многие работы по дому (мужские) вынуждена выполнять она (уголь, копка грядок, уборка урожая и т.д.). Из-за этого супруг испытывает нравственные и физические страдания, вместе с ним испытывает и она. Часто она вынуждена ухаживать за мужем, особенно в период обострения у него профессиональных заболеваний, когда у него начинает болеть в груди, онемение в пальцах рук, ног, одышка, кашель. Установление супругу утраты трудоспособности повторно свидетельствует на необратимость физических последствий для него. Более того, состояние здоровья супруга ухудшается с каждым годом. Его систематические страдания от болей, которые он испытывает в руках, ногах, груди вызывают и у меня глубокие нравственные страдания. Ей часто приходится ухаживать за ним, сопровождать его в больницу, покупать ему лекарства. Необходимость постоянного ухода за близким и родным человеком, с которым она проживает совместно уже на протяжении 43 лет, нарушило психологическое благополучие в их семье. Она испытывает постоянные стрессы, периодически впадает в депрессии, у нее нарушен быт, в связи с физическим состоянием супруга она лишена возможности вести нормальный образ жизни. Ее переживания за дальнейшее состояние супруга производные от физических и нравственных страданий ее супруга. Из-за болезни супруга она не может продолжать активную общественную жизнь.

Нравственные и физические страдания она испытывает из-за виновных действий причинителей вреда - АО «Угольная компания Северный Кузбасс», что составляет 54,73%, АО «Черниговец» - 37%, ЗАО « Разрез Распадский» - 5,7% поэтому считает, что она имеет право на компенсацию морального вреда от ответчиков согласно представленному в дело расчету.

В обоснование своих требований ссылается на ст. ст. 150, 151, 1064,1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от. 20 декабря 1994г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

В судебном заседании истица ФИО3 на удовлетворении исковых требований настаивала, полностью поддержала доводы, изложенные в уточненном исковом заявлении, представила также документы о нахождении совместно с ФИО1 на санаторно-курортном лечении и медицинские документы относительно состояния ее здоровья, при этом, пояснила, что у нее отсутствуют документы, подтверждающие причинно-следственную связь между установленными ей диагнозами и состоянием здоровья ее супруга ФИО1

Представитель истца ФИО3 – ФИО4, действующая на основании соглашения, поддержала исковые требования в полном объеме.

Представитель АО «Угольная компания «Северный Кузбасс» ФИО5, действующий на основании доверенности № № от ДД.ММ.ГГГГ сроком на три года, в судебном заседании исковые требования не признал, считает, что представленные истцом медицинское документы о наличии у нее хронических заболеваний не подтверждают причинно-следственную связь их возникновения в связи с установленными ее супругу ФИО1 профессиональными заболеваниями, также просит учесть, что согласно Программ реабилитации ФИО1 не нуждается в постороннем уходе и сопровождении и может продолжать работать по иной профессии. Считает, что истец не доказала причинение ей морального вреда на заявленную сумму.

Представитель ответчика АО «Черниговец» ФИО8, действующий на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ сроком по ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании исковые требования не признал, просит отказать в их удовлетворении, поскольку истцом не доказан факт причинения ей морального вреда в связи с установлением ее супругу ФИО1 двух профессиональных заболеваний.

Представитель АО «Разрез Распадский» ФИО9 действующая на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ сроком по ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании исковые требования не признала, поддержала доводы, изложенные в возражении на иск ( т. 2 л.д. 11), пояснила, что АО «Разрез Распадский» является правопреемником ОАО «Междуреченская угольная компания 96», с которым ФИО1 состоял в трудовых отношениях в указанный в иске период, вместе с тем, считает, что данный спор относится к категории трудовых споров, поскольку истец не является стороной трудовых отношений, следовательно, не является надлежащим истцом по данному гражданскому делу, при этом, также полагает, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих необходимость осуществления ухода за ее супругом ФИО1 и причинения ей морального вреда в связи с его состоянием здоровья, поскольку медицинскими документами данный факт не подтвержден.

Третье лицо ФИО1 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.

Заслушав участвующих в деле лиц, свидетеля, исследовав письменные материалы дела, дав оценку собранным по делу доказательствам в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также выслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования являются обоснованными и подлежат удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к следующему.

Судом установлено, ФИО1 и ФИО17 ФИО2 состоят в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированы и проживают совместно по адресу: <адрес>, что подтверждается копией свидетельства о заключении брака, копией домовой книги ( т,1 л.д.12, 13-15), пояснениями истца и ее представителя в судебном заседании.

ФИО1 состоял в трудовых отношениях с предприятиями угольной отрасли: с ОАО «Шахта Берёзовская» ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, работал подземным горнорабочим, подземным проходчиком, подземным машинистом горных выемочных машин; с ОАО «Шахта Бирюлинская» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, работал подземным горнорабочим; с ОАО «Шахта Первомайская» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, работал подземным машинистом горных выемочных машин; с ОАО «Междуреченская угольная компания -96» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, где работал подземным машинистом горных выемочных машин; с Шахта Южная (филиал АО «Черниговец») с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, где работал подземным машинистом горных выемочных машин, трудовой договор расторгнут на основании п. 8 ч.2 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с отказом от перевода на другую работу необходимую в соответствии с медицинским заключением, что подтверждается копией трудовой книжки ( т. 1 л.д. 23-26), копиями трудовых договоров, копиями приказов о приеме на работу и увольнении ( т.1 л.д. 46-63), а также пояснениями сторон в судебном заседании.

В соответствии с санитарно-гигиенической характеристикой условий труда, составленной Управлением Роспотребнадзора, № от ДД.ММ.ГГГГ условия труда ФИО1 подземным горнорабочим, подземным машинистом горных выемочных машин, подземным проходчиком классифицируются: по фактору тяжесть трудового процесса – вредные (3 класс) 2-3 степени, по фактору шум - вредные (3 класс) 2 степени, по фактору аэрозоли преимущественно фиброгенного действия - вредные (3 класс) 4 степени, по фактору локальная вибрация - вредные (3 класс) 1-2 степени. ФИО1 установлен предварительный диагноз: Хроническая пояснично-крестцовая радикулопатия. Вибрационная болезнь. Пневмакониоз. Хроническая двухсторонняя нейросенсорная тугоухость 1 <адрес> установлено, что стаж работы ФИО1 в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профессиональное заболевание в условиях воздействия тяжести трудового процесса, шума, аэрозоли преимущественно фиброгенного действия 35 лет 3 месяца, в условиях воздействия локальной вибрации 30 лет и 3 месяца ФИО1 подвергался комплексному воздействию неблагоприятных производственных факторов: физическим перегрузкам, шуму, неблагоприятному охлаждающему микроклимату, пыли фиброзного действия (т.1 л.д. 29-33).

Согласно извещения об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления), его уточнении или отмене № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлен диагноз <данные изъяты><данные изъяты>

Из Акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 выявлены профессиональные заболевания: <данные изъяты> <данные изъяты><данные изъяты>

Причиной профессионального заболевания явилось длительное воздействие в течение 35 лет 2 месяцев пыли и вибрации при работе на ОАО «Шахта Берёзовская», ОАО «Шахта Бирюлинская», ОАО «Шахта Первомайская», ОАО «Междуреченская угольная компания-96», Шахта «Южная» (филиал АО «Черниговец»). Сопутствующим и усугубляющим вредным фактором следует считать охлаждающий микроклимат при работе в подземных условиях угольной шахты ( т.1 л.д. 34-35).

Согласно справке МСЭ от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием на основании акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ на период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, по результатам очередного освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ степень утраты профессиональной трудоспособности 30% ФИО1 подтверждена сроком до ДД.ММ.ГГГГ, что также подтверждается справкой МСЭ от ДД.ММ.ГГГГ ((т. 1 л.д. 21, 110).

Вышеуказанные обстоятельства также установлены решением Березовского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Угольная компания Северный Кузбасс», Акционерному обществу «Черниговец» о взыскании компенсации морального вреда, которым установлена степень вины ответчиков в причинении ФИО1 вреда здоровью с учетом стажа его работы во вредных условиях: АО Угольная Компания «Северный Кузбасс» 54,73%, АО «Черниговец» 37% ( т.1 л.д. 111-114).

Согласно выписки из амбулаторной карты с ДД.ММ.ГГГГ по 22.1ё1.2022 ФИО1 находился на стационарном лечении в ГБУЗ КО « Березовская городская больница им. ФИО10 в связи с имеющимися у него профессиональными заболеваниями ( т.2 л.д. 54).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был осмотрен врачом-кардиологом в связи с жалобами на инспираторную одышку при подъеме на 2 этаж, боли за грудиной, ему установлен диагноз: <данные изъяты>

Согласно медицинского заключения Отделения профпатологии с областным центром ГАУЗ «Кузбасская областная клиническая больница имени С.В. Беляева» ФИО1 находился на лечении в данном учреждении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в связи с имеющимися у него профессиональными заболеваниями ( т.2 л.д. 49-51).

Из представленных истцом копий обратных талонов и отрывного талона установлено, что ФИО1 и ФИО3 находились в Центре реабилитации «Ключи» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, где каждому из них проведено лечение в связи с имеющимися у них заболеваниями, по результатам которого каждому рекомендовано санаторно-курортное лечение через год ( т.2 л.д. 55,56,57).

Согласно представленной истцом выписке из медицинской карты ФИО12 находилась на стационарном лечении в ГБУЗ «Березовская городская больница» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом шейная дорсопатия. Цервикобрахиалгия. Соп. Пояничная дорсопатия. Протрузии м/п дисков L-4L.50,3 см. Люмбоишиалгия ( т.2 л.д. 46).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 была осмотрена неврологом <данные изъяты>

Согласно выписного эпикриза ФИО3 находилась на стационарном лечении в ГАУЗ «Кузбасская клиническая больница скорой медицинской помощи им. М.А. Подгорбунского с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: <данные изъяты>

Из пояснений свидетеля ФИО14 в судебном заседании установлено, что ФИО3 и ФИО1 являются родителями ее супруга ФИО17, которые проживают в частном доме по <адрес> в <адрес>. Ей известно, что в конце 2019 г. у ФИО1 начались приступы, он стал задыхаться и не мог выполнять физическую работу, в связи с чем, обратился в больницу, где уме установили профессиональное заболевание, с каждым годом ему становится все хуже, возникают посезонные обострения, он не может выполнять физическую работу по дому, задыхается, страдает приступами кашля, в связи с чем, всю работу по дому выполняет его супруга ФИО15 Когда у ФИО1 приступы удушья ему помогает истица, ухаживает за ним, дает лекарства, не спит ночами вместе с ним, переживает за его здоровье, из-за этого нервничает, в связи с чем, у нее трясутся руки, она страдает также давлением, вынуждена его везде сопровождать ( л.д. 141-141 оборот).

Согласно выписки из ЕГРЮЛ по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в ООО «Шахта Бирюлинская» определением Арбитражного суда Кемеровской области от ДД.ММ.ГГГГ завершено конкурсное производство, предприятие ликвидировано ( т.1 л.д. 149-153).

Согласно Устава Акционерного общества «Угольная компания «Северный Кузбасс», утвержденного годовым общим собранием акционеров, протокол от ДД.ММ.ГГГГ:

п. 1.1. Акционерное общество «Угольная компания «Северный Кузбасс» является юридическим лицом и создано в результате реорганизации в форме слияния и является правопреемником следующих юридических лиц: Открытого акционерного общества «Шахта «Березовская»; Открытого акционерного общества «Шахта Первомайская»; Открытого акционерного общества «Северокузбасское погрузочно-транспортное управление».

п. 1.2 Общество является правопреемником всех прав и обязанностей реорганизованных в форме слияния ОАО «Шахта «Березовская», ОАО «Шахта Первомайская», ОАО «Северокузбасское ПТУ» в соответствии с передаточными актами, утвержденными общими собраниями акционеров, которое с ДД.ММ.ГГГГ изменило организационно-правовую форму на акционерное общество «Угольная компания «Северный Кузбасс», о чем внесены соответствующие сведения в ЕГРЮЛ ( т.1 л.д. 64-68).

Из Коллективного договора АО УК «Северный Кузбасс» на 2021-2023 г.г. установлено, что выплата компенсации морального вреда в связи с установлением профессионального заболевания и утраты профессиональной трудоспособности Работнику его близким родственникам не предусмотрена ( т.1 л.д. 69-99).

Согласно Устава АО «Черниговец» (далее по тексту - Общество):

п. 1.1. Общество является юридическим лицом и создано в процессе приватизации путем преобразования АКП «Разрез Черниговский» в АОЗТ «Черниговец» с последующей реорганизацией Общества в форме присоединения к нему в числе прочих: ОАО «Шахта Южная», правопреемником которого является АО «Черниговец».

п. 6.1. Общество может создавать филиалы и представительства на территории РФ;

П. 6.3. филиалы и представительства не являются юридическими лицами, действуют на основании утвержденных Обществом Положений;

П. 6.5. филиала и представительства осуществляют деятельность от имени создавшего их Общества, которое несет ответственность за их деятельность ( т.1 л.д. 211-218).

Согласно Положения, утвержденного решением единственного акционера АО «Черниговец от ДД.ММ.ГГГГ:

П. 1.1. Шахта «Южная» является филиалом АО «Черниговец»;

П.3.1. Филиал является обособленным подразделением Общества, осуществляет деятельность от его имени, представляет и защищает его интересы;

3.2. Филиал не является юридическим лицом, действует от имени Общества на основании Устава Общества;

П. 3.4. ответственность за деятельность Филиала несет создавшее его Общество ( т.1 л.д. 219-222).

Из Коллективного договора АО «Черниговец» на 2014-2016 г.г., срок действия которого продлен Соглашением № от ДД.ММ.ГГГГ к Коллективному договору до ДД.ММ.ГГГГ, и Приложения № к нему установлено, что выплата компенсации морального вреда в связи с установлением профессионального заболевания и утраты профессиональной трудоспособности Работнику его близким родственникам не предусмотрена (т.1 л.д. 223-228).

Согласно выписки из ЕГРЮЛ по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ ОАО «Междуреченская угольная компания - 96» реорганизовано ДД.ММ.ГГГГ, прекратило свою деятельность ДД.ММ.ГГГГ при присоединении (т.1 л.д. 174-183), правопреемником которого является АО «Разрез «Распадский» ИНН <***>, расположенный по адресу: <адрес>, офис 213, что также подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ ( т. 1 л.д. 222-235).

Согласно архивной справки АО «Разрез Распадский» на основании решения единственного акционера ЗАО «Разрез Распадский» ОАО «Междуреченская угольная компания -96» от ДД.ММ.ГГГГ ЗАО «Разрез Распадский» реорганизовано в Акционерное общество «Разрез Распадский ДД.ММ.ГГГГ ( т.2 л.д. 10).

Согласно Устава, утвержденного решением единственного акционера АО «Разрез Распадский» от ДД.ММ.ГГГГ:

п. 1.1., 1.2 Акционерное Общество «Разрез Распадский» (далее по тексту - Общество) является юридическим лицом;

п. 1.2. Общество является правопреемником по всем правам и обязанностям присоединенного к нему юридического лица ОАО « Междуреченская компания-96» ( т.2 л.д. 17-32).

В соответствии со статьей 1093 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае реорганизации юридического лица, признанного в установленном порядке ответственным за вред, причиненный жизни или здоровью, обязанность по выплате соответствующих платежей несет его правопреемник. К нему же предъявляются требования о возмещении вреда.

При таких обстоятельствах, АО «Угольная компания «Северный Кузбасс», АО «Черниговец» и АО «Разрез «Распадский» в настоящее время являются надлежащими ответчиками по данному гражданскому делу.

Разрешая заявленные ФИО3 исковые требования, суд считает их обоснованными, по следующим основаниям.

К числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите, относятся прежде всего право на жизнь (часть 1 статьи 20 Конституции Российской Федерации) как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод, и право на охрану здоровья (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни и здоровью граждан.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вредаопределяется судомв зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 1, 2 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации). Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Анализируя собранные и исследованные в судебном заседании доказательства, изложенные выше, а также учитывая требования вышеприведенного закона, суд считает, что истцом обоснованно заявлены исковые требования к ответчикам о взыскании в ее пользу компенсации морального вреда, поскольку в судебном заседании достоверно установлено, что она испытывает нравственные страдания в связи с состоянием здоровья ее супруга в связи с установлением ему двух профессиональных заболеваний и утраты профессиональной трудоспособности 30%, наличием у него регулярных болей, приступов кашля, необходимости периодического лечения, невозможности супруга продолжать полноценно трудовую деятельность в прежней должности, невозможностью семьи вести обычный образ жизни, постоянного беспокойства за его состояние здоровья, необходимости выполнять физическую работу за супруга в быту, оказывать ему большую заботу и внимание.

Вышеизложенные обстоятельства также подтверждаются и показаниями вышеуказанного свидетеля ФИО17, которые в данной части сомнений у суда не вызывают, поскольку согласуются с пояснениями истца в судебном заседании и исследованными выше письменными доказательствами.

Вместе с тем, вопреки доводам истца и ее представителя, а также показаниям свидетеля ФИО17 доказательств, подтверждающих, что ФИО1 в связи с имеющимися в него профессиональными заболеваниями и установлением ему утраты профессиональной трудоспособности 30% нуждается в постоянном бытовом уходе и сопровождении, истцом в ходе рассмотрения настоящего дела суду не представлено, в материалах дела не имеется, напротив они опровергаются программами реабилитации, из которых установлено, что вышеуказанных рекомендаций ему не устанавливалось, в связи с чем, пояснения истца и показания свидетеля ФИО3 в вышеуказанной части суд может принять во внимание.

При этом, представленные ФИО3 в судебном заседании документы о нахождении совместно с ФИО17 в Центре реабилитации «Ключи» не свидетельствуют о сопровождении истцом в данное учреждение ФИО1, поскольку таких данных вышеуказанные документы не содержат, из которых установлено, что ФИО3 и ФИО1 каждый проходил самостоятельное лечение в указанном выше учреждении в связи с имеющимися у них заболеваниями, в связи с чем, вышеуказанные довода истца и ее представителя, а также показания свидетеля ФИО17 в данной части суд также не может принять во внимание.

Кроме того, суд также считает необоснованными доводы истца и ее представителя, а также показания свидетеля ФИО17 в судебном заседании о том, что у ФИО3 появился тремор рук на нервной почве в связи с состоянием здоровья ее супруга из-за установленных ему заболеваний и установлением ему утраты проф. трудоспособности 30%, поскольку они опровергаются представленные истцом медицинской справкой врача – невролога согласно которой данным заболеванием истец страдает уже длительное время, которое обострилось в последние 3 года, то есть задолго до установления ее супругу вышеуказанных проф. заболеваний и утраты трудоспособности, сведений о том, что оно возникло из-за состояния здоровья ее супруга вышеуказанная справка не содержит.

Также суд не может принять во внимание доводы истца и ее представителя о том, что разрыв связки руки она получила из-за падения на нее супруга, поскольку таких сведений выписной эпикриз, изложенный выше, также не содержит.

Иные представленные ФИО3 медицинские документы, изложенные выше, о наличии у нее хронических заболеваний, также не подтверждают, что они возникли в связи с состоянием здоровья ее супруга из-за установленных ему профессиональных заболеваний и утраты проф. трудоспособности 30%, поскольку таких сведений также не содержат, в связи с чем, вышеуказанные медицинские документы суд не может принять во внимание в качестве доказательств по данному гражданскому делу.

Однако вышеуказанные обстоятельства не свидетельствуют о необоснованности заявленных истцом исковых требований, учитывая совокупность иных установленных и изложенных выше судом обстоятельств, подтверждающих причинение истцу нравственных страданий в связи с установлением ее супругу ФИО1 двух профессиональных заболеваний и утраты трудоспособности в размере 30%, что является основанием для компенсации истцу морального вреда ответчиками, являющимся причинителями вреда здоровью ФИО1 и соответственно обязанными нести ответственность перед истцом за причинение ей нравственных страданий.

При этом, доводы представителя ответчика АО «Разрез Распадский» о том, что ФИО3 не является надлежащим истцом по данному гражданскому делу, поскольку данные правоотношения вытекают из трудовых отношений, суд считает основанными на неверном толковании требований вышеприведенного закона и разъяснений Пленума Верховного суда Российской Федерации, учитывая также предмет заявленного истцом спора, в связи с чем, не могут быть приняты судом во внимание.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, изложенных выше, в связи с установлением ее супругу ФИО1 в связи с трудовыми отношениями двух профессиональных заболеваний и утраты профессиональной трудоспособности 30%, а также учитывая индивидуальные особенности истца, ее возраст, степень вины каждого ответчика в причинении вреда здоровью супругу истца, и принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд считает необходимым определить размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца в размере 120000 рублей, которая подлежит взысканию с ответчиков соразмерного их степени вины в возникновении у ФИО1 вышеуказанных профессиональных заболеваний исходя из стажа его работы на каждом угольном предприятии.

Как установлено в судебном заседании вышеуказанные профессиональные заболевания возникли у истца при его работе на угольных предприятиях ОАО «Шахта Берёзовская» 15 лет 7 месяцев, ОАО «Шахта Бирюлинская» ( ликвидирована) 1 год, ОАО «Шахта Первомайская» 3 года 8 месяцев, ОАО «Междуреченская угольная компания-96» 2 года, Шахта «Южная» (филиал АО «Черниговец») 12 лет 11 месяцев, что в процентном соотношении составляет:

ОАО ш. Березовская: 187 мес. (15 лет 7 мес.) х 100%/422 месяца (35 лет 2 мес.) х100 = 44,31%

ОАО ш. Бирюлинская: 12 мес. ( 1 год) х 100%/422 х100 = 2,59%

ОАО ш. Первомайская: 44 мес. ( 3 года 4 мес.) х 100%/422 х100 = 10,42%

ОАО «Междуреченская угольная компания-96»: 24 мес. ( 2 года) х 100%/422 х 100= 5,68%

ОАО ш. Южная: 155 мес. (12 лет 11 мес.) х 100%/422 х 100 = 37%.

Таким образом, компенсация морального вреда, подлежащая взысканию в пользу истца, подлежит исчислению исходя из следующего расчета:

ОАО ш. Березовская: 120000 руб./100% х 44,31% = 53172 руб.

ОАО ш. Бирюлинская: 120000 руб./100% х 2,59 % = 3108 руб.

ОАО ш. Первомайская: 120000 руб./100% х 10,42% = 12504 руб.

ОАО «Междуреченская угольная компания-96»: 120000 руб./100% х 5,58% = 6816 руб.

ОАО ш. Южная: 120000 руб. /100% х 37% = 44400 руб.

Поскольку АО «УК «Северный Кузбасс» является правопреемником ОАО ш. Березовской и ОАО ш. Первомайской, а правопреемником ОАО ш. Южная является АО «Черниговец», а также учитывая, что в настоящее время Шахта Южная является филиалом АО «Черниговец», который несет ответственность за ее действия, АО «Разрез Распадский» является правопреемником ОАО «Междуреченская угольная компания-96», с ответчиков в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в следующем размере: с АО «Угольная компания «Северный Кузбасс»: 65676 руб. (53172 руб. + 12504 руб.); с АО «Черниговец»: 44400 рублей, с АО «Разрез Распадский» 6816 рублей.

Учитывая, что истец при подаче настоящего иска в суд освобождена от уплаты государственной пошлины в силу закона, в соответствии с ч.1 ст. 103 ГПК РФ с каждого ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 100 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 <данные изъяты> к Акционерному обществу «Угольная компания «Северный Кузбасс», Акционерному обществу «Черниговец», Акционерному обществу «Разрез Распадский» о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью супруга удовлетворить.

Взыскать с Акционерного общества «Угольная компания «Северный Кузбасс», <данные изъяты>, в пользу ФИО3 <данные изъяты>, <данные изъяты>, паспорт <...> выдан ДД.ММ.ГГГГ ОВД <адрес>, компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью ее супругу ФИО1 в размере 65676 (шестьдесят пять тысяч шестьсот семьдесят шесть) рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Черниговец», <данные изъяты>, в пользу ФИО3 <данные изъяты>, <данные изъяты>, компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью ее супругу ФИО1 в размере 44400 (сорок четыре тысячи четыреста) рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Разрез Распадский», <данные изъяты>, в пользу ФИО3 <данные изъяты>, <данные изъяты> компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда здоровью ее супругу ФИО1 в размере 6816 (шесть тысяч восемьсот шестнадцать) рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Угольная компания «Северный Кузбасс», с Акционерного общества «Черниговец», Акционерного общества «Разрез Распадский», с каждого, государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 100 (сто) рублей.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Председательствующий: С.В. Параева

Решение в окончательной форме изготовлено 13.03.2023.