Дело № 2-1432/22
(УИД 78RS0003-01-2022-001774-39) 06 июля 2022 года
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Дзержинский районный суд г. Санкт-Петербурга в составе: председательствующего судьи Матусяк Т.П.,
с участием адвоката Сочиянца И.М.,
при секретаре Романовой А.К.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному государственному казенному учреждению «Пограничное управление Федеральной службы безопасности Российской Федерации по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области», Федеральной службе безопасности Российской Федерации о компенсации морального вреда
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском к Федеральному государственному казенному учреждению «Пограничное управление Федеральной службы безопасности Российской Федерации по городу Санкт-Петербургу и <адрес>», Федеральной службе безопасности Российской Федерации о компенсации морального вреда.
Иск обоснован тем, что 27.11.2021 года ФИО1 прибыла в аэропорт «Пулково» на рейс SU 6981 для очередного вылета в Швейцарию
Истец вылетает в Швейцарию постоянно, около 10 раз в год, поэтому правила прохождения паспортного контроля ей известны, в том числе и правила предусмотренные Постановлением Правительства Санкт-Петербурга № 121 «О мерах по противодействию распространению в Санкт-Петербурге новой коронавирусной инфекции (COVID-19)», в которых указано, что на территории аэропорта для всех без исключения предусмотрена обязанность по ношению масок и перчаток.
Выполняя обязательные требования постановления, истец около 13 часов 00 минут проследовала для прохождения паспортного контроля к кабине № 59 в маске и перчатках.
В кабине № 59 находились две сотрудницы пограничной службы, которым был передан загранпаспорт 75 5429983.
После вручения загранпаспорта, сотрудница, вопреки требованиям постановления № 121 запрещающего находится на территории аэропорта без средств индивидуальной защиты, попросила истца снять маску и головной убор. Требование было выполнено. Через какое-то время, полагая, что проверка документов была окончена, истец надела маску и головной убор, но сотрудницы повторно потребовали снять маску и головной убор. Повторное требование также было выполнено.
При прохождении паспортного контроля ее поведение, было корректным, соответствовало обстановке. Истец никого не провоцировала, выполняла все требования сотрудников пограничной службы.
Все вышеуказанные действия произошли в течение одной минуты.
Несмотря на это сотрудницы пограничной службы по неизвестной причине вызвали еще одного сотрудника с номером жетона АЕ-0501, который, используя свои властные полномочия, без объяснения причин забрал загранпаспорт и вынудил проследовать за ним. При этом данный сотрудник не представился, не предъявил служебное удостоверение, не пояснил причину, по которой истец была принудительно удалена из зоны пограничного контроля и доставлена в служебное помещение.
В служебном помещении, без разъяснения оснований для доставления и задержания, сотрудник с номером жетона АЕ-0501, провел допрос истца, без согласия сфотографировал ее анфас и в профиль.
Через 20-30 минут ожидания вышеуказанный сотрудник вернул загранпаспорт, без какого-либо оформления документов, обосновывающих причины задержания истца.
ФИО1 испытывала сильное психологическое потрясение, поскольку не знала с чем связано задержание, как долго она может продлиться, боялась опоздать на рейс.
На вышеуказанные незаконные действия была направлена жалоба.
В ответе Пограничного управления по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области от 07.02.2022 года № 21/104/17-Е-5 подтверждаются доводы и факты, изложенные истцом: «...Вместе с тем, в действиях сотрудников Управления, осуществляющих пограничный контроль в пункте пропуска через государственную границу Российской Федерации Санкт-Петербург (Пулково) 27.11.2021 года, установлены факты отклонения от выполнения требований руководящих документов. По указанным фактам проведено служебное разбирательство, виновные должностные лица привлечены к дисциплинарной ответственности».
В ответе 301 военной прокуратуры гарнизона от 11.02.2022 года № 2/28 также подтверждаются доводы и факты, изложенные истцом: «Указанные в Вашем обращении факты в ходе проверки нашли свое подтверждение.
Одновременно с этим, руководством управления проведено служебное разбирательство, по результатам которого виновные должностные лица привлечены к установленной законом ответственности.
Кроме того, в целях недопущения в дальнейшем конфликтных ситуаций руководством управления приняты дополнительные меры, направленные на неукоснительное соблюдение требований действующего законодательства при исполнении сотрудниками государственной функции по осуществлению пограничного контроля».
В результате вышеуказанных действий ФИО1 почувствовала интенсивную боль в области сердца, а также резкую головную боль, которая сопровождалась помутнением зрения, тошнотой и удушьем.
Истец тяжело переживает произошедшее, утратила интерес к социальной активности, замкнулась, прервала прежние социальные контакты. В настоящий момент у истца возникли индивидуально-психологические особенности, которые в простых жизненных ситуациях обусловливает остроту и длительность отрицательных эмоциональных переживаний. Возникает спонтанное состояния фрустрации (безвыходности) или хронического стресса, значительно снизился уровень активности. При этом, повысился уровень тревожности, эмоциональной чувствительности к широкому спектру житейских проблем, уязвимость, подверженность стойким состояниям фрустрации, стресса и депрессии.
Указанные особенности свидетельствуют, что истец именно после незаконных действий находится в состоянии хронического стресса. Степень причиненного вреда здоровью возможно установить при проведении специального исследования, соответствующее ходатайство будет заявлено в рамках рассмотрения настоящего дела.
Причиненный вред здоровью ФИО1 находится в прямой причинно-следственной связи с незаконными действиями сотрудников ответчика.
Истец просит суд взыскать с федерального государственного казенного учреждения «Пограничное управление Федеральной службы безопасности Российской Федерации по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области, а в случае недостаточности лимитов бюджетных обязательств - с главного распорядителя бюджетных средств - Федеральной служба безопасности Российской Федерации в пользу в пользу истца денежную компенсацию за причиненный моральный вред в размере 1 000 000 рублей.
Представители истца по доверенности ФИО2, адвокат Сочиянц И.М. в судебное заседание явились, заявленные требования поддерживают, представили суду возражения на возражения ответчиков, из которых следует, что ответчик, указывает, что истец уклонился от законных требований сотрудников - не сняла маску и головной убор, что не позволило сотрудникам провести идентификацию личности.
Вышеизложенное привело сотрудников к выводу, что это является косвенным признаком недействительности документа (принадлежности документа предъявителю).
По мнению ответчика, именно в связи с этим истец был доставлен на «вторую линию контроля» для проведения дополнительных проверочных мероприятий (специальная проверка документов, опрос, фотографирование).
Доводы ответчика подлежат отклонению по следующим основаниям.
При осуществлении пограничного контроля сотрудники руководствуют Приказом ФСБ России от 08.11.2012 года № 562 «Об утверждении Административного регламента Федеральной службы безопасности Российской Федерации по исполнению государственной функции по осуществлению пограничного контроля в пунктах пропуска через государственную границу Российской Федерации», Приказами ДСП № 274 от 18.06.2021 года, № 493 от 11.10.2010 года.
В соответствии с пунктом 31 Административного регламента критерием принятия решения для выезда из Российской Федерации является наличие действительных документов.
Согласно пункту 34 Административного регламента основаниями для отказа в пропуске через государственную границу являются: выявление случаев, указанных в пункте 33 Административного регламента; представление лицами недействительных документов на право въезда в Российскую Федерацию или выезда из Российской Федерации; представление лицами не всех документов, указанных в пункте 21 административного регламента; выявление нарушителей правил пересечения государственной границы; выявление источников ионизирующего излучения.
Учитывая изложенное, единственной возможной причиной вызова сотрудника являются случаи, перечисленные в пункте 34 административного регламента, то есть предоставление лицом недействительного документа.
Алгоритм проверки документов уточняется Приказами ДСП № 274 от 18.06.2021 года, № 493 от 11.10.2010 года.
Приказом ДСП № 274 «Об определении последовательности общей проверки документов на право пересечения государственной границы в пунктах пропуска на участке ответственности отряда пограничного контроля «Санкт-Петербург» от 18.06.2021 года предусмотрен следующий порядок:
а) обращение должностного лица к лицу: «Пограничный контроль. Прошу предоставить документы на право пересечения государственной границы!».
б) после предоставления необходимых документов: сличение фотографии в документе с личностью предъявителя и лиц, вписанных в данный документ с целью выделения общих антропологических характеристик, особых примет, наиболее броских особенностей строения лица или его элементов и нажатие кнопки «Начало» (F2) НА АРМ ОПК;
в) внесение данных из документа в программно-технический комплекс паспортного контроля (путем считывания данных с машиносчитываемых зон паспорта и российской визы, считывания данных с электронного носителя информации паспортов нового поколения) со своих АРМ;
г) проверка полноты и правильности заполнения соответствующих полей экранной формы...;
д) проведение идентификации личности предъявителя документа и лиц, вписанных в этот документ:
сличение фотографии в документе, в том числе путем ввода на экран фотографии считываемой с электронного носителя информации паспортов нового поколения, с личностью предъявителя и лиц, вписанные в данный документ, с целью выявления различий;
проверку соответствия сведений, указанных в документе, с личностью предъявителя и лиц, вписанных в данный документ (этическая принадлежность, приметы, возраст, пол, рост, цвет глаз и др.).
Из показаний свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №3, а также из материалов проверки 301 военной прокуратуры гарнизона от 11.02.2022 года № 2/28 следует, что причина, по которой истец был принудительно направлен на специальную проверку документов это невозможность идентификации личности предъявителя документа.
В соответствии с п. б) вышеуказанного приказа после предоставления документов необходимо было провести сличение фотографии в документе с личностью предъявителя документа, после чего следовало нажать кнопку «начало» на АРМ ОПК - т.е. начать процедуру пограничного контроля.
Ответчики указывают что, ФИО1 вошла в кабину № 59 в маске и головном уборе, но потом кратковременно сняла маску и головной убор.
Данные обстоятельства являются доказательством нарушения п. б) приказа ДСП № 274, поскольку сличить лицо в маске и головном уборе с фотографией в документе невозможно, следовательно, сотрудники ответчика нарушили алгоритм проверки документов (п. б) и приступили к следующим этапам алгоритма, предусмотренного п. в), г) и д).
При правильном соблюдении инструкции - сотрудник должен был донести информацию о необходимости выполнить требования - снять маску и головной (пункт б) и только после итого приступать к выполнению пунктов в), г) и д). Период нахождения лица без маски определяется сотрудником самостоятельно, но в пределах 3-х минут.
В соответствии со стенограммой аудиозаписи в кабине № 59, процедура проверки гражданки МНА была начата в 12.58.17, а решение о ее прекращении было принято в 12.59.24, то есть спустя одну минуту.
Данное обстоятельство указывает на нарушение п. 23 административного регламента, в соответствии с которым продолжительность контроля лиц для установления оснований на право выезда из Российской Федерации составляет не более трех минут с момента предъявления необходимых документов должностному лицу.
Сотрудники ответчика имели возможность в течение 2 минут, предпринять исчерпывающие действия для донесения своих требований.
В приказе ДСП № 493 от 11.10.2010 года подпункт (г) пункта 29.8 общая проверка документов включает в себя, в том числе обязанность по сличению фотографий в документе с личностью предъявителя.
Невозможность идентификации как основание для направления на специальную проверку документов не предусмотрена нормативными актами. Основанием для дополнительной проверки являются подозрения личности в том, что документ предъявлен лицом, которому он не принадлежит.
Предположение о том, что документ предъявлен лицом, которому он не принадлежит, можно сделать только в случае сличения личности, предъявившего документ с фотографией.
В данной ситуации, сличение фотографии с личностью предъявителя не проводилось, поскольку как указывает сам ответчик, истец кратковременно находился в маске и головном уборе.
Как следует из административного регламента, результатом услуги является: разрешение на выезд или отказ в выезде.
Фактически принудительные действия в отношении истца были направлены не на то, чтобы установить ее личность, а не на то, чтобы истец снял маску.
В действительности, сотрудники ответчика имели право отказать в пересечении государственной границы, указав в качестве причины, уклонение от требования снять маску и головной убор.
В то же время, как следует из позиции ответчика, отказ в пересечении государственной границы не предусмотрен административным регламентом.
Данная позиция не соответствует нормативному акту - административному регламенту.
Таким образом, действия по направлению истца на принудительную проверку на «вторую линию контроля» является незаконными, что существенно нарушило личные неимущественные права истца.
Следствием нарушения процедуры Административного регламента, являются действия по доставлению и кратковременному ограничению свободы истца в специальном помещении. Не проследовать, в которое, было невозможно. Истец воспринимает, действия ответчика, как ограничение его свободы без законных оснований.
Представители ответчика Федерального государственного казенного учреждения «Пограничное управление Федеральной службы безопасности Российской Федерации по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области» по доверенности ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 в судебное заседание явились, исковые требования не признают, представили суду возражения, из которых следует, что 27.11.2021 года, около 12.58, ФИО1 прибыла к кабине паспортного контроля № 59 контрольно-пропускного пункта «Пулково-аэропорт», для прохождения пограничного контроля на выезд из РФ.
Проверку документов на право пересечения государственной границы осуществляли должностные лица пограничных органов Свидетель №2 и Свидетель №3
В связи с имеющимися факторами, затрудняющими проведение идентификацию личности (наличие на лице средства индивидуальной защиты (медицинская маска) и одетый головной убор), в соответствии с требованиями руководящих документов, пограничным нарядом по проверке документов Свидетель №2, было предложено ФИО1, на время проведения идентификации личности, освободить укрытые предметами части лица (снять медицинскую маску и головной убор).
ФИО1, при выполнении законного требования сотрудника, сначала сняла медицинскую маску, затем надев маску, сняла головной убор, что, с учетом также кратковременного прикрытия лица руками, не позволило сотруднику провести идентификацию личности.
От выполнения повторной просьбы сотрудника о необходимости снятия обоих предметов одновременно, для возможности проведения идентификации личности в рамках исполнения государственной функции по осуществлению пограничного контроля, ФИО1 уклонилась, при этом прокомментировала просьбу сотрудника как нарушение требований противоэпидемиологического законодательства.
В связи с выявлением косвенных признаков свидетельствующих о возможной недействительности документа (принадлежности документа предъявителю), а также недопущения возникновения конфликтной ситуации на линии паспортного контроля и создания задержки при оформлении других пассажиров, в соответствии с требованиями руководящих документов, Свидетель №3 осуществлен вызов старшего смены пограничных нарядов Свидетель №1
Около 13.03, ФИО1 была доставлена в служебное помещение, где пограничным нарядом «Вторая линия контроля» (в составе: ФИО16, ФИО13, ФИО14) до ФИО1 были доведены основания выведения из пассажиропотока и проведения дополнительных проверочных мероприятий (специальная проверка документов, опрос, фотографирование).
Составом наряда проведено фотографирование ФИО1, взятие подписи для сравнительного образца и опрос для заполнения формализованного бланка. По результатам проверочных мероприятий документ ФИО1 признан действительным для пересечения государственной границы.
После завершения проверочных мероприятий в отношении ФИО1, она в сопровождении пограничного наряда, проследовала к кабине паспортного контроля № 50 для прохождения пограничного контроля на выезд из РФ.
В связи с имеющимися факторами, затрудняющими проведение идентификацию личности, в соответствии с требованиями руководящих документов, старшим смены пограничных нарядов, осуществляющим проверку документов, повторно, было предложено ФИО1, на время проведения идентификации, освободить укрытые предметом (маской) части лица (снять медицинскую маску).
ФИО1, снова прокомментировала законное требование сотрудника фразой, провоцирующей конфликт и, частично (с одного уха) сняла медицинскую маску и надела ее. С учетом того, что была выполнена процедура по специальной проверки документа, в отношении ФИО1 был осуществлен пограничный контроль, в документе сделана соответствующая отметка, и она была пропущена через государственную границу Российской Федерации Контрольно-пропускной пункт «Пулково-аэропорт» оснащен средствами видео и аудио фиксацией, в связи с чем, законность действия должностных лиц пограничных органов подтверждается видеозаписью.
Таким образом, действия сотрудников пограничных органов по исполнению государственной функции по осуществлению пограничного контроля в пунктах пропуска через государственную границу Российской Федерации, осуществлялось в соответствии действующим законодательством РФ и ведомственными нормативно-правовыми актами.
По каждому обращению, поступающему на действия должностных лиц подразделений пограничного контроля проводиться, проверка. В результате проведенной проверки, по обращению ФИО1, нарушений действующего законодательства РФ со стороны должностных лиц подразделения пограничного контроля не установлено.
Ссылка истца на проведенное разбирательство и привлечение должностных лиц к дисциплинарной ответственности по ее жалобе, не состоятельны. Служебное разбирательство являются внутренним документом, и какого-либо отношения к нарушению прав и законных интересов истца не имеет.
Представители ответчика просят суд в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме.
Представитель ответчика Федеральной службы безопасности Российской Федерации по доверенности ФИО10 в судебное заседание явился, исковые требования не признает, представил суду возражения, из которых следует, что действия сотрудников ПУ ФСБ России по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской области по осуществлению пограничного контроля в отношении ФИО15 27.11.2021 года в воздушном пункте пропуска Пулково через государственную границу Российской Федерации, осуществлялось в соответствии законодательством Российской Федерации и нормативно-правовых актов ФСБ России, и по своему фактическому содержанию, объективным результатам и в силу очевидности не образуют собой перечисленные в абзаце третьем статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации случаи причинения вреда, подлежащие компенсации.
Законные и обоснованные действия сотрудников Пограничного управления, по осуществлению 27.11.2021 года пограничного контроля в отношении истца, с заявленными моральными нравственными страданиями и проявлениями фрустрации, стресса и депрессии в прямой причинно-следственной связи не состоят, не только в связи с недоказанностью ФИО15 этих самых страданий и проявлений, но и в силу очевидной голословности утверждений истца о взаимосвязи причинения некого вреда ее здоровью в результате действий сотрудников Пограничного управления.
Представитель ответчика просит суд в удовлетворении иска ФИО1 о возмещении морального вреда отказать в полном объеме.
Изучив материалы дела, выслушав участников процесса, суд находит иск ФИО1 подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.
В ходе рассмотрения настоящего дела судом установлено, что 27.11.2021 года ФИО1 прибыла в аэропорт «Пулково» на рейс SU 6981 для вылета в Швейцарию. Около 13 часов 00 минут проследовала для прохождения паспортного контроля к кабине №59.
В кабине №59 находились два сотрудника пограничной службы Свидетель №3 и Свидетель №2, которым был передан загранпаспорт 75 5429983.
После вручения загранпаспорта, сотрудники, попросили истца снять маску и головной убор. Требование было выполнено.
Сотрудники повторно попросили снять маску и головной убор. Повторное требование было выполнено. Вышеуказанные действия произошли в течение двух минут.
Позднее сотрудники пограничной службы вызвали еще одного сотрудника - ФИО17, который, забрал загранпаспорт и посадочный талон, попросил проследовать за ним.
В служебном помещении, сотрудник ответчика ФИО16, провел ее опрос и сфотографировал. Через 10 минут ожидания вышеуказанный сотрудник вернул загранпаспорт.
Далее около 13 часов 20 минут истца пригласили в кабину №50 для прохождения пограничного контроля, который был пройден.
Истцом были направлены жалобы в Пограничное управление Федеральной службы безопасности Российской Федерации по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области, а также в 301 военную прокуратуру гарнизона.
Ответом Пограничного управления от 07.02.2022 №21/104/17-Е-5 подтверждаются факты, изложенные истцом.
Так, в данном ответе указано, что в действиях сотрудников Управления, осуществляющих пограничный контроль в пункте пропуска через государственную границу Российской Федерации Санкт-Петербург (Пулково) 27.11.2021 года, установлены факты отклонения от выполнения требований руководящих документов. По указанным фактам проведено служебное разбирательство, виновные должностные лица привлечены к дисциплинарной ответственности.
В ответе 301 военной прокуратуры гарнизона от 11.02.2022 №2/28 сказано о том, что указанные в обращении истца факты в ходе проверки нашли свое подтверждение. Одновременно с этим, руководством Управления проведено служебное разбирательство, по результатам которого виновные должностные лица привлечены к установленной законом ответственности. Кроме того, в целях недопущения в дальнейшем конфликтных ситуаций руководством Управления приняты дополнительные меры, направленные на неукоснительное соблюдение требований действующего законодательства при исполнении сотрудниками государственной функции по осуществлению пограничного контроля.
В соответствии со ст. 30 Закона Российской Федерации от 01.04.1993 №4730-1 «О Государственной границе Российской Федерации» и пунктами 7 и 8 Положения о применении средств и методов контроля при осуществлении пропуска лиц, транспортных средств, грузов товаров и животных через государственную границу Российской Федерации, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 02.02.2005 №50, при осуществлении пропуска через государственную границу государственные контрольные органы в соответствии с федеральным законодательством применяют в том числе следующие методы контроля: проверка документов, устный опрос, получение пояснений, наблюдение.
Проверка документов осуществляется в целях установления подлинности документов и достоверности, содержащихся в них сведений, правильности их оформления, отождествления личности, законности выезда из Российской Федерации и в других целях.
Согласно пункту 17 Приказа ФСБ России от 08.11.2012 N 562 (ред. от 21.03.2016 года) «Об утверждении Административного регламента Федеральной службы безопасности Российской Федерации по исполнению государственной функции по осуществлению пограничного контроля в пунктах пропуска через государственную границу Российской Федерации», продолжительность исполнения государственной функции определяется в технологических схемах организации пропуска через государственную границу лиц, транспортных средств, грузов, товаров и животных, разрабатываемых в установленном порядке с учетом местных условий.
В соответствии с пунктами 21 и 23 Административного регламента основанием для начала административной процедуры по осуществлению пограничного контроля является, в том числе представление должностному лицу гражданами Российской Федерации - действительных документов, удостоверяющих личность гражданина Российской Федерации.
Содержание, последовательность и продолжительность контрольных действий при осуществлении пограничного контроля отражаются в технологической схеме пограничного контроля лиц, транспортных средств, грузов, товаров и животных, разрабатываемой в пограничном органе в порядке, определенном нормативными актами федерального органа исполнительной власти в области обеспечения безопасности. Технологическая схема пограничного контроля разрабатывается для каждого пункта пропуска и должна предусматривать продолжительность контроля лиц для установления оснований на право выезда из Российской Федерации или въезда в Российскую Федерацию не более трех минут с момента предъявления необходимых документов должностному лицу.
В соответствии с пунктом 31 Административного регламента критерием принятия решения для выезда из Российской Федерации является наличие действительных документов.
Основаниями для отказа в пропуске через государственную границу, в соответствии с пунктом 34 Административного регламента являются:
выявление случаев, указанных в пункте 33 Административного регламента;
представление лицами недействительных документов на право въезда в Российскую Федерацию или выезда из Российской Федерации;
представление лицами не всех документов, указанных в пункте 21 Административного регламента;
выявление нарушителей правил пересечения государственной границы;
выявление источников ионизирующего излучения.
Пункт 35 Административного регламента при отсутствии оснований, указанных в пункте 34 Административного регламента, должностное лицо принимает решение, указанное в абзаце втором или третьем пункта 36 Административного регламента, т.е. в случае отсутствия препятствий для выезда - должностным лицом проставляется соответствующая отметка в действительном документе или разрешение должностного лица покинуть пункт пропуска (при выезде из Российской Федерации).
При выявлении оснований, указанных в пункте 34 Административного регламента - отказа для выезда, должностное лицо сообщает об этом своему непосредственному начальнику и передает ему представленные документы на право пересечения государственной границы.
В соответствии с пунктом 35 Административного регламента непосредственный начальник должностного лица приглашает лицо, представившее документы на право пересечения государственной границы, в помещение подразделения пограничного контроля пограничного органа в пункте пропуска, повторно проверяет наличие и действительность необходимых документов на право пересечения государственной границы, а также наличие оснований, указанных в пункте 34 Административного регламента, при необходимости получает объяснения от указанного лица.
При подтверждении оснований, указанных в пункте 34 Административного регламента, непосредственным начальником должностного лица принимается решение об отказе в пропуске через государственную границу, о чем сообщается лицу, представившему документы на право пересечения государственной границы, с указанием основания отказа и государственного органа, решение которого послужило таким основанием.
При не подтверждении оснований, указанных в пункте 34 Административного регламента, непосредственный начальник должностного лица сообщает об этом лицу, представившему документы на право пересечения государственной границы, и передает эти документы должностному лицу для проставления соответствующей отметки.
При осуществлении пограничного контроля сотрудники должны руководствоваться не только Приказом ФСБ России от 08.11.2012 N 562 (ред. от 21.03.2016 года) «Об утверждении Административного регламента Федеральной службы безопасности Российской Федерации по исполнению государственной функции по осуществлению пограничного контроля в пунктах пропуска через государственную границу Российской Федерации», но также Приказами ДСП №274 от 18.06.2021, №493 от 11.10.2010 года.
Алгоритм проверки документов уточняется Приказами ДСП №274 от 18.06.2021, №493 от 11.10.2010 года.
Приказом ДСП №274 «Об определении последовательности общей проверки документов на право пересечения государственной границы в пунктах пропуска на участке ответственности отряда пограничного контроля «Санкт-Петербург» от 18.06.2021 года предусмотрен следующий порядок:
а) обращение должностного лица к лицу: «Пограничный контроль. Прошу предоставить документы на право пересечения государственной границы!».
б) после предоставления необходимых документов:
сличение фотографии в документе с личностью предъявителя и лиц, вписанных в данный документ с целью выделения общих антропологических характеристик, особых примет, наиболее броских особенностей строения лица или его элементов и нажатие кнопки «Начало» (F2) НА АРМ ОПК;
в) внесение данных из документа в программно-технический комплекс паспортного контроля (путем считывания данных с машиносчитываемых зон паспорта и российской визы, считывания данных с электронного носителя информации паспортов нового поколения) со своих АРМ;
г) проверка полноты и правильности заполнения соответствующих полей экранной формы...;
д) проведение идентификации личности предъявителя документа и лиц, вписанных в этот документ:
сличение фотографии в документе, в том числе путем ввода на экран фотографии считываемой с электронного носителя информации паспортов нового поколения, с личностью предъявителя и лиц, вписанных в данный документ, с целью выявления различий;
проверку соответствия сведений, указанных в документе, с личностью предъявителя и лиц, вписанных в данный документ (этническая принадлежность, приметы, возраст, пол, рост, цвет глаз и др.).
Судом допрошены свидетели Свидетель №2, Свидетель №3, ФИО16, Свидетель №1, ФИО17 ФИО13, которые пояснили, что в связи с невозможностью идентификации личности истца, она была направлена на специальную проверку документов – вторую линию контроля.
Как следует из п. б) вышеуказанного приказа, после предоставления документов необходимо было провести сличение фотографии в документе с личностью предъявителя документа, после чего следовало нажать кнопку «начало» на АРМ ОПК - начать процедуру пограничного контроля.
Судом установлено, что ФИО1 вошла в кабину №59 в маске и головном уборе и впоследствии кратковременно дважды снимала маску и головной убор.
Суд соглашается с позицией ответчика в части того, что сличить лицо в маске и головном уборе с фотографией в документе невозможно, и приходит к выводу о том, что сотрудники ответчика не убедились в выполнении пункта б) и сразу приступили к следующим этапам алгоритма, предусмотренного п. в), г) и д).
Из алгоритма инструкции следует, что сотрудник должен был донести информацию о необходимости выполнить требования, снять маску и головной убор, для первичной идентификации предъявителя документа (пункт б) и только затем приступать к выполнению пунктов в), г) и д).
В соответствии со стенограммой аудиозаписи в кабине № 59, процедура проверки истца была начата в 12.58.17, а решение о ее прекращении было принято в 12.59.24, то есть спустя одну минуту.
Данное обстоятельство указывает на нарушение п. 23 административного регламента, в соответствии с которым продолжительность контроля лиц для установления оснований на право выезда из Российской Федерации составляет не более трех минут с момента предъявления необходимых документов должностному лицу. Сотрудники ответчика, учтивая возраст истца, имели возможность в течение 2 минут, предпринять исчерпывающие действия для донесения своих требований.
При этом довод ответчиков о том, что продолжение осуществления действий по идентификации личности ФИО1 сотрудниками Свидетель №3 и Свидетель №2 неизбежно привело бы к возникновению конфликтной ситуации, суд полагает надуманным, равно как и довод о том, что ФИО1 свои видом демонстрировала нежелание сотрудничать. Видеозапись событий, происходивших в кабине пограничного контроля, подтверждает, что ФИО1 подчиняется указаниям сотрудника пограничного контроля о необходимости снять маску и головной убор, однако замечание о том, что снять маску и головной убор она должна до завершения процедуры пограничного контроля, ФИО1, очевидно, не слышит. Однако указанная просьба не повторяется сотрудниками. Суд полагает обоснованным довод представителей истца о том, что сотрудниками допущена поспешность и не исчерпаны все возможные меры для идентификации личности истца до проведения специальной проверки.
Не состоятельным является и довод ответчиков о том, что информация о необходимости снятия маски на время прохождения пограничного контроля, размещена на табло перед входом в кабины пограничного контроля. Доказательства доведения такой информации до ФИО1 суду не представлены.
При этом суд находит заслуживающими внимания доводы представителей истца о том, что ФИО1 пожилой человек, события происходят в период пандемии, когда обязанность по ношению средств индивидуальной защиты установлена нормативными актами.
Кроме того, суд полагает необходимым указать на то, что ни сотрудники, находящиеся в кабине пограничного контроля, ни сотрудник доставивший ФИО1 в место проведения специальной проверки, не дают ей разъяснений в отношении совершаемых ими действий, в связи с чем, суд полагает обоснованными доводы представителей истца о том, что указанные обстоятельства были восприняты ФИО1 как задержание, вызвали у нее психологическое потрясение, сопровождавшееся головной болью, болью в сердце, а также иными физическими проявлениями стресса.
При этом, в приказе ДСП №493 от 11.10.2010 года подпункт (г) пункта 29.8 общая проверка документов включает в себя, в том числе обязанность по сличению фотографий в документе с личностью предъявителя.
Сама по себе невозможность идентификации, как основание для направления на специальную проверку документов не предусмотрена действующим законодательством, ответчиками иные основания для проведения дополнительной проверки не указывались.
Как следует из материалов дела, первичное сличение фотографии с личностью предъявителя не проводилось, поскольку как указывает сам ответчик, истец кратковременно находилась без маски и головного убора.
Довод ответчиков, о том, что они не имели право отказать в пересечении государственной границы на том основании, что истец отказался снять маску и головной убор, отклоняется судом, поскольку он противоречит административному регламенту.
В соответствии с административным регламентом (п.34 и Приложение N 2 к регламенту п. 37), а также в соответствии с вышеуказанными приказами сотрудники ответчика имели право отказать в пересечении государственной границы, указав в качестве причины, уклонение от требования снять маску и головной убор.
Таким образом, действия по направлению истца на принудительную проверку на «вторую линию контроля» является незаконными, что нарушило личные неимущественные права истца.
Исходя из этого, суд считает, что дополнительная проверка являлась избыточной и не была основана на действующих нормативных актах, и необходимость ее проведения не было доказана ответчиками в ходе рассмотрения настоящего дела.
Доводы истца о необоснованном принудительном перемещении в специальное помещение для проверки, нашли свое подтверждение. Так как ничто не указывало на то, что истец мог не следовать за сотрудником в помещение или мог его покинуть в любое время без каких-либо неблагоприятных последствий, тем более, что паспорт и посадочный талон находились у должностного лица. Данный довод истца не опровергнут ответчиками.
Следствием нарушения процедуры Административного регламента, являлось фактическое кратковременное ограничение свободы передвижения истца без правовых оснований, ввиду того, что сотрудник не знал правовые основания для проведения дополнительной проверки. Судом установлено, что необходимость дополнительной проверки отсутствовала, поскольку как указано выше, истцом были представлены действительные документы для пересечения государственной границы. Иные основания, препятствующие пересечение государственной границы могли быть устранены в кабине №59 без нарушений прав истца.
В данном случае факт использования должностными лицами Свидетель №2, Свидетель №3, ФИО16, Свидетель №1, ФИО17 ФИО13, своих властных полномочий повлекли существенные нарушения прав истца, поскольку свобода и личная неприкосновенность является основополагающим принципом Конституции РФ.
Суду также не были приведены цели и разумные обоснования необходимости фотографирования истца, в связи с чем, суд считает данные действия также необоснованными.
В соответствии с п. 5 Административного регламента предметом пограничного контроля в пунктах пропуска через государственную границу Российской Федерации является признание законности пересечения государственной границы лицами, въезжающими в Российскую Федерацию, либо разрешение на пересечение государственной границы лицами, выезжающими из Российской Федерации, а также осуществление действий по обнаружению и задержанию нарушителей правил пересечения государственной границы.
Учитывая изложенное суд приходит к в выводу, что со стороны сотрудников ответчика усматриваются действия, отклоняющиеся от надлежащего исполнения своих должностных обязанностей - соблюдения обязательных требований, указанных в Административном регламенте.
Оценив, в совокупности представленные в материалы дела доказательства, суд усматривает нарушения нормативных актов со стороны сотрудников ответчика, а также нарушение личных неимущественных прав истца.
На основании ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52 Конституции Российской Федерации).
Из содержания названных конституционных норм следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.
Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
В силу статьи 151 указанного выше кодекса, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (далее - постановление Пленума N 10) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (пункт 2).
За причинение вреда в сфере властно-административных отношений граждане вправе требовать в том числе компенсацию морального вреда, которая осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда (пункт 3 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Постановлением Пленума N 10 также разъяснено, что суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора (абзац второй пункта 1).
В то же время из приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в гражданско-правовых отношениях установлена презумпция вины в причинении вреда. В случае причинения вреда незаконными действиями государственных органов и их должностных лиц обязанность доказать отсутствие вины должна быть возложена на государственные органы.
Факт причинения истцу нравственных страданий подтверждается исковым заявлением, объяснениями представителей истца, данными в ходе судебного разбирательства, объяснениями истца, данными военному прокурору 301 военной прокуратуры.
Доводы представителей ответчика о недоказанности факта причинения морального вреда истцу, поскольку она неоднократно выезжала за пределы Российской Федерации, суд отклоняет, поскольку они никоим образом не опровергают утверждений истца о том, что она испытала психологическое потрясение в момент проведения в отношении нее специальной проверки. Суд также учитывает, что истцу затруднительно представить иные, кроме объяснений, доказательства того, что она пережила нравственные страдания именно в указанный момент, поскольку очевидцами данных событий являлись лишь сотрудники ответчика.
Согласно п. 1 ст. 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 данного кодекса.
Как указано в абзаце втором ст. 151 ГК РФ, при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18.03.2010 года по делу "Максимов (Maksimov) против России" указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд полагает необходимым учитывать возраст истца, исходить из того, что истцу причинены нравственные страдания, не повлекшие, в тоже время, стойких неблагоприятных либо необратимых последствий. Учитывает суд и непродолжительность нарушения прав истца.
Руководствуясь принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой стороны - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего, суд полагает возможным, соблюдая баланс интересов сторон, установить размер компенсации морального вреда в сумме 30000 рублей.
Также истцу должны быть возмещены расходы по оплате ею государственной пошлины.
В соответствии с пунктом 4 статьи 123.22 ГК РФ казенное учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами. При недостаточности денежных средств субсидиарную ответственность по обязательствам казенного учреждения несет собственник его имущества.
Согласно ст. 158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета выступает ответчиком в суде от имени Российской Федерации по иску, предъявляемому в порядке субсидиарной ответственности по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.
В данном случае главным распорядителем средств федерального бюджета в отношении учреждения является Федеральная служба безопасности Российской Федерации.
В пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.05.2019 № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» разъяснено, что при недостаточности лимитов бюджетных обязательств, доведенных казенному учреждению для исполнения его денежных обязательств, по ним от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования отвечает главный распорядитель бюджетных средств, в ведении которого находится соответствующее казенное учреждение (пункт 7 статьи 161, пункт 10 статьи 242.3, пункт 9 статьи 242.4, пункт 9 статьи 242.5 Бюджетного кодекса Российской Федерации; далее - БК РФ).
Разрешая вопрос о привлечении главного распорядителя средств федерального бюджета (бюджета субъекта Российской Федерации, местного бюджета) к ответственности по долгам подведомственного ему казенного учреждения при недостаточности лимитов бюджетных обязательств, судам необходимо иметь в виду следующее.
Основанием для привлечения главного распорядителя бюджетных средств к предусмотренной бюджетным законодательством ответственности является наличие неисполненного судебного акта по предъявленному кредитором в суд иску к основному должнику - казенному учреждению (пункт 10 статьи 242.3, пункт 9 статьи 242.4, пункт 9 статьи 242.5 БК РФ).
По смыслу указанных норм кредитор также вправе одновременно предъявить иск к основному должнику - казенному учреждению и должнику, несущему ответственность при недостаточности лимитов бюджетных обязательств - главному распорядителю бюджетных средств, осуществляющему финансовое обеспечение деятельности находящегося в его ведении казенного учреждения за счет средств соответствующего бюджета. В случае удовлетворения такого иска в резолютивной части судебного акта следует указывать на взыскание суммы задолженности с казенного учреждения (основного должника), а при недостаточности лимитов бюджетных обязательств - с главного распорядителя бюджетных средств.
При этом субсидиарный должник отвечает перед кредитором в том же объеме, как и основной должник, включая уплату неустойки, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником.
Таким образом, Федеральная служба как главный распорядитель бюджетных средств отвечает от имени Российской Федерации по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств, в том числе и по денежным обязательствам Учреждения, следовательно, Федеральная служба может быть привлечена к субсидиарной ответственности.
Учитывая вышеизложенное и, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Взыскать с Федерального государственного казенного учреждения «Пограничное управление Федеральной службы безопасности Российской Федерации по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области», а в случае недостаточности лимитов бюджетных обязательств – с главного распорядителя бюджетных средств – Федеральной службы безопасности Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 30000 (тридцати тысяч) рублей.
Взыскать с Федерального государственного казенного учреждения «Пограничное управление Федеральной службы безопасности Российской Федерации по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области», а в случае недостаточности лимитов бюджетных обязательств – с главного распорядителя бюджетных средств – Федеральной службы безопасности Российской Федерации в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 (трехсот) рублей.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья: Матусяк ТП.