УИД 3131RS0012-01-2023-000115-07 22-874/2023
БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Белгород 17 июля 2023 года
Суд апелляционной инстанции Белгородского областного суда в составе:
председательствующего судьи Шемраева С.Н.,
судей Кичигина Ю.И., Федоровской Е.В.,
при ведении протокола секретарем Минюковой Т.В.,
с участием: прокурора Красниковой О.И.,
осужденной ФИО1,
защитника адвоката Гонтаренко И.И.,
представителя потерпевшего Г.,
рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционной жалобой осужденной ФИО1 на приговор Красногвардейского районного суда Белгородской области от 19 апреля 2023 года, которым
ФИО1, не судимая,
осуждена по ч.3 ст.159.2 УК РФ с применением ст.73 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком на 2 года.
Удовлетворен иск прокурора о взыскании с ФИО1 материального ущерба, причиненного преступлением, на сумму 807 354,44 рубля.
Заслушав доклад судьи Кичигина Ю.И., изложившего содержание приговора и доводов апелляционной жалобы; выступления: осужденной ФИО1 и её защитника адвоката Гонтаренко И.И., поддержавших доводы жалобы; прокурора Красниковой О.И., представителя потерпевшего Г., просивших приговор оставить без изменения, суд апелляционной инстанции
установил:
приговором суда ФИО1 признана виновной в совершении мошенничества при получении выплат, то есть в хищении денежных средств в крупном размере при получении социальных выплат, установленных законами и иными нормативными правовыми актами, путем предоставления заведомо ложных сведений, в крупном размере.
Преступление совершено в период с декабря 2014 года по декабрь 2020 года на территории Белгородской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. В судебном заседании ФИО1 виновной себя не признала.
В апелляционной жалобе ФИО1 просит приговор отменить и оправдать в связи с отсутствием в её действиях состава преступления. Сообщает, что группа инвалидности ей была установлена на основании заключения медико-социальной экспертизы на законных основаниях после комплексного исследования состояния здоровья; испытывая проблемы с самочувствием, обращалась во многие медицинские учреждения, в том числе коммерческого типа, а также поликлинику №1 г. Белгорода, где ей оформили посыльной лист; заключение выдано официальным государственным органом. Считает необъективной оценку суда, данную показаниям свидетелей К., В., М., Л., Г., Н., К., Щ., П., Б., Г. Высказывает свое мнение о том, что застрахованный по ОМС вправе один раз в год прикрепиться к выбранному им учреждению и получить там медицинскую помощь, в связи с чем, её обращение как жительницы Красногвардейского района в поликлинику №1 г. Белгорода является законным. Полагает, что показания свидетелей К., В., М. и Л. подтверждают наличие у неё заболеваний, обоснованность выдачи ей посыльного листа и достоверность печати. Обращает внимание на показания свидетелей К., Щ., П., Г., которые по её мнению, подтверждают наличие актов её освидетельствования, а также возможность диагностирования больного с ОНМК без проведения МРТ в связи с перепадами давления. Оспаривает заключение судебно-медицинской экспертизы №107 от 20 октября 2021 года.
Прокурор Красногвардейского района Баранов С.А. в возражениях просит приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав выступление сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного разбирательства, основываются на достаточной совокупности исследованных доказательств, которым в соответствии со ст. 87, 88 УПК дана надлежащая оценка.
В приговоре суд в соответствии со ст. 307 УПК РФ описал преступное деяние, признанное доказанным с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, а также привел доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении осужденной ФИО1, в полном объеме раскрыл их содержание.
Доводы жалобы ФИО1 аналогичны её показаниям в судебном заседании, в которых она утверждала, что проживая на территории Красногвардейского района и страдая заболеваниями, в том числе связанными с острым нарушением мозгового кровообращения (ОНМК), на законных основаниях обратилась в поликлинику №1 г. Белгорода, где по результатам обследований неизвестные ей врачи сообщили о наличии показаний для получения группы инвалидности; после этого она обратилась в бюро СМЭ с выданными документами; члены медицинской комиссии установили ей вторую группу инвалидности сначала на 1 год, а при повторном обращении – бессрочно; после этого ей ежемесячно выплачивалась пенсия по инвалидности и другие выплаты; с просьбами о завышении тяжести заболевания и формировании заведомо ложного диагноза к врачам не обращалась.
Несмотря на занятую позицию, суд правильно указал, что порядок направления граждан на медико-социальную экспертизу определен Федеральным законом «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации», Постановлением Правительства РФ «О порядке и условиях признания лица инвалидом», другими ведомственными нормативными правовыми актами, которые предусматривают обращение пациента в лечебное учреждение по месту проживания, обязательное прохождение курса лечебно-восстановительных мероприятий, в том числе в других лечебных учреждениях субъекта Российской Федерации либо в других регионах страны, углубленное обследование с применением соответствующего медицинского оборудования, после чего с учетом констатации наличия стойких нарушений здоровья, выдается направление на МСЭ, где устанавливается группа инвалидности.
В судебном заседании на основании показаний свидетелей К., П., Ш., П., И., А., Ш. установлено, что жители Красногвардейского района, каковой является ФИО1, с учетом вышеуказанных требований нормативно-правовых документов должны проходить МСЭ в бюро №13 г. Алексеевка Белгородской области, куда направляются врачебной комиссией ОБГУЗ «Красногвардейская ЦРБ»; гражданин не вправе выбирать МСЭ по своему усмотрению; направление ФИО1 в бюро СМЭ в г. Белгороде могло произойти только в случае её прикрепления к соответствующему лечебному заведению; бессрочное установление инвалидности предполагает необратимость процесса заболевания и нарушения состояния здоровья.
Материалами дела доказано, что ФИО1 к лечебному учреждению г. Белгорода временно никогда не прикреплялась, направление об этом ей не выдавалось; при обращении к врачам-специалистам Красногвардейской ЦРБ ей не устанавливался диагноз, подтверждающий наличие у неё стойкого расстройства функций организма и ограничения жизнедеятельности либо острого нарушения мозгового кровообращения, дающих право на обращение в СМЭ для установления группы инвалидности; лечение, а также обследование с применением соответствующего медицинского оборудования по поводу данного заболевания, что является обязательным условием перед направлением гражданина на СМЭ, она не проходила.
Показания указанных свидетелей соответствуют данным осмотра медицинской карты ФИО1 и паспорта её здоровья из Красногвардейской ЦРБ, согласно которым ФИО1 в период с 2012 по 2015 года с жалобами по поводу заболеваний не обращалась, больничные листы ей никогда не выдавались.
Кроме того, в районной больнице отсутствуют сведения об установлении ей когда-либо заболевания в виде острого нарушения мозгового кровообращения. По результатам имевшихся в 2016-2019 г.г. обращений ФИО1 в Красногвардейскую ЦРБ устанавливались диагнозы, не имеющие отношения к неврологии. Доводы осужденной и её защитника об утрате указанной медицинской документации не состоятельны.
Из показаний свидетелей В., М. суд установил, что МСЭ №11 г. Белгорода не курировало поликлинику №1 г. Белгорода, а также клиническую больницу №1 г. Белгорода, специалисты данного медицинского учреждения не могли направить ФИО1 на МСЭ в бюро №11 г. Белгорода.
Медицинская сестра неврологического отделения поликлиники №1 г. Белгорода Н. и заведующий этим отделением Г. при допросе в качестве свидетелей подтвердили, что совместно оформили в отношении ФИО1 посыльной лист для прохождения МСЭ, в который от имени врача-невролога С. внесли ложные сведения о наличии у ФИО1 заболевания в виде острого нарушения мозгового кровообращения при отсутствии объективных данных для установления такого диагноза.
Врачи-специалисты городской больницы №1 г. Белгорода Л., Б., С. пояснили, что прием и осмотр ФИО1 не осуществляли, направление осужденной на МСЭ не оформляли и не подписывали; печать на направлении от их имени выполнена другими, неизвестными им лицами. Кроме того, данные свидетели отметили, что записи от их имени в направлении составлены неграмотно при отсутствии сведений и документов о проведенных обследованиях, подтверждающих наличие у осужденной заболевания в виде ОНМК.
Эти показания в сою очередь подтверждаются материалами ОРМ «Обследование помещений», протоколами осмотров журналов учета клинико-экспертной работы №№ 1-4 поликлиник №1 г. Белгорода и ответами из медицинских учреждений о том, ФИО1 в ОБГУЗ «Городская поликлиника №1 г. Белгорода», а также в другие лечебные учреждения г. Белгорода, ЦРБ Алексеевского, Валуйского и Яковлевского районов на прием по поводу имеющихся заболеваний, в том числе в виде ОНМК, не обращалась.
По заключению почерковедческих экспертиз, на листе обследования врача-терапевта поликлиники №1 г. Белгорода подписи отмени врачей Л., Б. выполнены другими лицами.
Вопреки доводам жалобы, показания вышеуказанных свидетелей логичны, последовательны, согласуются с другими материалами дела, в связи с чем, они обоснованно признаны относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами по делу и положены в основу приговора.
Изложенные доказательства достоверно подтверждают, что ФИО1 получила направление для прохождения медико–социальной экспертизы в нарушение установленного законом порядка без посещения врачей-специалистов, от имени которых оно составлено; осужденная знала об этих обстоятельствах, как и о том, что никогда не проходила стационарного лечения и обследований по поводу ОНМК, то есть знала, что направление на МСЭ содержит заведомо ложные сведения о состоянии её здоровья.
Допрошенная в качестве свидетеля К., руководившая бюро №11 ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы» с 17.10.2010 года по 08.05.2019 года утверждала, что представленных ФИО1 документов (посыльного листа, заявления) было достаточно для оформления ею протокола освидетельствования для установления инвалидности.
Суд обоснованно отверг эти показания, поскольку К. длительное время являлась руководителем данного бюро в период с 17.05.2010 года по 08.05.2019 года, достоверно знала, кто из жителей области и при наличии каких оснований подлежал освидетельствованию для установления группы инвалидности; знала перечень необходимых документов, подтверждающих обоснованность обращения на СМЭ.
Кроме того, К. признала, что МСЭ №11 не было закреплено за городской поликлиникой №1 г. Белгорода, то есть видела нарушения порядка и условий направления на СМЭ, в том числе принципа районного деления. ………………………………………….
Этот вывод подтверждается показаниями членов экспертной комиссии Щ., В., Д., Ж, подтвердивших принцип территориального закрепления лечебных учреждений за конкретными бюро СМЭ; пояснивших, что документы в отношении ФИО1 для установления группы инвалидности приняты и подписаны в нарушение установленного порядка по просьбе лица, которого они не помнят.
Вина ФИО1 также подтверждается заключением комплексной судебно-медицинской экспертизы №107 от 20.10.2021 года о том, что на момент её проведения у ФИО1 не отсутствовали указанные при установлении инвалидности заболевания; не имелось таких заболеваний и на момент установления осужденной инвалидности.
Кроме того, эксперты указали, что указанное в посыльном листе осужденной заболевание - дисциркулярная энцефалопатия, является хронической прогрессирующей формой цереброваскулярной патологии, характеризующейся многоочагового и (или) диффузного ишемического поражения головного мозга, проявляющаяся комплексом неврологических нейропсихологических нарушений. Острое нарушение мозгового кровообращения представляет собой группу синдромов, развивающихся вследствие острого расстройства кровообращения головного мозга, вызывающих стойкие неврологические нарушения.
Учитывая не обратимость диффузного поражения вещества головного мозга при указанной патологии, влекущее за собой нарушение работы головного мозга, что в свою очередь влияет на приспособленные возможности организма, полное излечение от дисциркулярной энцефалопатии невозможно.
Заболевания, послужившего основанием для установления инвалидности, не имелось, лечения от него не требовалось. Также невозможно полное излечение от гипертонической болезни, являющейся хроническим прогрессирующим заболеванием, ключевым проявлением которого является стойкое повышение артериального давления, что в свою очередь приводит к функциональным и органическим поражениям важнейших органов человека – сердца, почек, центральной нервной системы.
Допрошенные в судебном заседании эксперты Р. и Б. не только полностью подтвердили правильность своих выводов, но и обратили внимание на бездоказательность выставленных осужденной диагнозов, в том числе на отсутствие в медицинских документах ФИО1 данных о конкретных и объективных методах её обследованиях и доказательств проведенного лечения; на полное противоречие относительно очага заболевания (сначала левосторонняя недостаточность, затем правосторонняя); на отсутствие данных МРТ за 2014 год, что в указанном году входило в стандарт лечения в медицинских учреждениях области; на отсутствие в заключении МРТ Белоусовой от 14.09.22021 года последствий перенесенного заболевания. Эксперты также отметили, что с выставленными диагнозами ФИО1 не могла не лечиться стационарно
Экспертиза проведена с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; в их распоряжении находились материалы уголовного дела, медицинские и иные документы в отношении ФИО1, а также её дело.
Суд обоснованно признал выводы экспертов относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами по делу, поскольку они подробно изложены, научно обоснованы и мотивированы, логичны, согласуются с другими доказательствами по делу; даны специалистами, имеющими высшее медицинское образование, сертификаты по специальностям: судебно-медицинская экспертиза, неврология, кардиология, значительный стаж работы.
Сведения из отделения Пенсионного фонда по Белгородской области и информация из ПАО «Сбербанк» подтверждают, что по заявлениям ФИО1 в период с 02.12.2014 года по 31.12.2021 года ей произведены выплаты пенсии, единовременные выплаты и единовременные выплаты ОПРФ по Белгородской области на сумму 807 354,44 рубля, поступившие на её счет в ПАО « Сбербанк».
Совокупность приведенных судом в приговоре доказательств является достаточной и убедительной для вывода о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления; её действия правильно квалифицированы по ст. 159.2 ч.3 УК РФ.
При назначении наказания суд в полном объеме учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности ФИО1, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни её семьи, наличие смягчающих обстоятельств, в том числе указанных в заседании суда апелляционной инстанции.
Назначенное ФИО1 наказание отвечает требованиям разумности и справедливости, предусмотренным ст.6 УПК РФ, соразмерно содеянному.
Поэтому приговор является законным и обоснованным, а апелляционная жалоба – не подлежащей удовлетворению.
Руководствуясь ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
определил:
приговор Красногвардейского районного суда Белгородской области от 19 апреля 2023 года в отношении Белоусовой оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу.
Осужденная вправе ходатайствовать о своем личном участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий судья:
Судьи