Решение по делу № 2-2-2/2023 от 19.07.2023

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

город Покачи 19 июля 2023 года

Нижневартовский районный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе:

председательствующего судьи Сака И.В.,

при секретаре Мусабековой У.К.,

с участием помощника прокурора Нижневартовского района Дамировой Т.А.,

истца <ФИО>1 и его представителя <ФИО>5,

представителя ответчика <ФИО>7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску <ФИО>1 к Акционерному обществу «Самотлорнефтепромхим», третьи лица, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора Бюджетное учреждение Ханты-Мансийского автономного округа - Югры «Покачевская городская больница», Государственная инспекция труда по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре, Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре, Автономное учреждение Ханты-Мансийского автономного округа - Югры «Центр профессиональной патологии», Акционерное общество «Томскнефть» Восточной нефтяной компании о восстановлении нарушенных трудовых прав,

УСТАНОВИЛ:

<ФИО>1 обратился в суд с указанным иском к АО «Самотлорнефтепромхим» (далее АО «СНПХ»), с учетом неоднократных уточнений просил признать срочные трудовые договоры <№> от <ДД.ММ.ГГГГ>, <№> от <ДД.ММ.ГГГГ>, <№> от <ДД.ММ.ГГГГ>, подписанные между АО «СНПХ» и <ФИО>4, заключенными на неопределенные сроки; признать приказ о прекращении трудового договора с работником <№>-к/у от <ДД.ММ.ГГГГ>, незаконным; восстановить <ФИО>1 на работе в АО «СНПХ» с даты увольнения; взыскать с АО «СНПХ» в пользу <ФИО>1 заработную плату за время вынужденного прогула; взыскать с АО «СНПХ» компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей; признать имеющееся у <ФИО>1 заболевание – хроническая двусторонняя нейросенсорная тугоухость второй степени профессиональным заболеванием; взыскать с АО «СНПХ» компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей за возникновение профессионального заболевания; взыскать с АО «СНПХ» судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 30 320 рублей. В обоснование исковых требований указал, что с <ДД.ММ.ГГГГ> работал в АО «СНПХ» в должности помощника бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ 5 разряда на основании срочного трудового договора <№> заключенного на срок с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ> на период выполнения АО «СНПХ» обязательств перед АО «Самотлорнефтегаз» (далее АО «СНГ») по договору № СНГ-0460/17 от <ДД.ММ.ГГГГ>. Далее состоял в трудовых отношениях с АО «СНПХ» в должности бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ 5 разряда на основании срочного трудового договора <№> от <ДД.ММ.ГГГГ> заключенного на срок с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ> на период выполнения АО «СНПХ» обязательств перед АО «Томскнефть»ВНК по договору подряда. Затем состоял в трудовых отношениях с АО «СНПХ» в должности бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ 5 разряда на основании срочного трудового договора <№>-к от <ДД.ММ.ГГГГ> заключенного на срок с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ> на период выполнения АО «СНПХ» обязательств перед АО «Томскнефть»ВНК по договору подряда. Приказом <№>-ку от <ДД.ММ.ГГГГ> прекращено действие трудового договора <№>-к от <ДД.ММ.ГГГГ> по истечении его срока и <ДД.ММ.ГГГГ> <ФИО>1 уволен на основании п.2 ч.1 ст.77 ТК РФ. Об увольнении <ФИО>1 стало известно только <ДД.ММ.ГГГГ>, после получения по почте повторного уведомления от <ДД.ММ.ГГГГ> о прекращении с ним трудовых отношений. <ФИО>1 считает свое увольнение незаконным, поскольку в период с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ> и с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ> находился на лечении. Более того, <ДД.ММ.ГГГГ> <ФИО>1 лично присутствовал в отделе кадров АО «СНПХ», когда сдавал листки нетрудоспособности, при этом о предстоящем расторжении трудового договора ему никто не сообщил и уведомление не вручил. В периоды с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ>, с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ>, с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ>, с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ>, с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ> <ФИО>1 также был нетрудоспособен. После получения уведомления <ФИО>1 обратился к работодателю с заявлением о нарушении своих прав и получил ответ о законности действий АО «СНПХ». Полагает, что по общему правилу срочные трудовые договоры могут заключаться только в случаях, когда трудовые отношения с учетом характера предстоящей работы или условий её выполнения не могут быть установлены на неопределенный срок, вместе с тем ТК РФ предусматривает в ст.59 Перечень конкретных случаев, когда допускается заключение срочного трудового договора, однако трудовая деятельность <ФИО>1 в АО «СНПХ» к таким случаям не относится. Кроме того, работодателем нарушена процедура уведомления работника за три дня до окончания срока трудового договора, а так же нарушен порядок увольнения. В силу ч.2 ст.58 ТК РФ если отсутствует требование хотя бы одной стороны трудового договора о его расторжении в связи с истечением срока действия, такой трудовой договор считается заключенным на неопределенный срок. Трудовые отношения между истцом и ответчиком носили бессрочный характер, при этом увольнение <ФИО>1 было произведено в период его нетрудоспособности, что является нарушением и влечет незаконность увольнения. Ответчик своими незаконными действиями, связанными с незаконным увольнением, длительной невозможностью трудиться и получать вознаграждение за труд, причинил <ФИО>1 моральный вред. Кроме того, в связи с несоблюдением работодателем АО «СНПХ» требований безопасности труда, отсутствием надлежащей организации прохождения ежегодного медицинского осмотра работниками, отсутствии средств индивидуальной защиты, проверки организации оценки специальных условий труда на рабочем месте, у <ФИО>1 было диагностировано заболевание – хроническая двусторонняя нейросенсорная тугоухость второй степени, которое является профессиональным. Работодатель отказывается признавать заболевание <ФИО>1 профессиональным, в связи с чем он вынужден был обратиться за судебной защитой. Поскольку <ФИО>1 продолжительное время не имеет возможности установить наличие профессионального заболевания, ему причинены моральные страдания. <ФИО>1 был вынужден обратиться за юридической помощью, поскольку не обладает специальными познаниями, в связи с чем понес убытки, которые просит возместить.

Истец <ФИО>1 в судебном заседании на исковых требованиях настаивал в полном объеме, суду пояснил, что трудовые договоры с работодателем заключались на новый срок на основании заявлений, которые приносил мастер бригады, зачем необходимо было писать такие заявления, он не знал, поскольку со слов мастера в случае отказа от написания, могли уволить. Трудовые договоры он не подписывал, никто их не передавал, на подписание в офис АО «СНПХ» никто не приглашал. О том, что он работал по срочным трудовым договорам, не знал и узнал только тогда, когда его уволили. Уведомления о предстоящем увольнении <ФИО>1 не вручали, ходя перед этим он находился в отделе кадров АО «СНПХ», сдавал листки нетрудоспособности, однако ему никто не сообщил о предстоящем увольнении. Трудовую книжку ему не вручили, самостоятельно он её не забирал, поскольку не согласен с увольнением. <ФИО>1 предполагает, что в связи с его продолжительным нахождением на больничном, работодатель таким образом решил прекратить с ним трудовые отношения. Работа осуществлялась по договорам подряда с АО «Томскнефть ВНК», работы было много, работников не хватало, при этом его уволили в связи с истечением срока действия договора подряда с АО «Томскнефть ВНК», который был заключен на 4 года. После того, как ему стало известно об увольнении, он стал обращаться в прокуратуру, Государственную инспекцию труда, но ответов так и не получил. За время работы в АО «СНПХ», <ФИО>1 ни разу не видел и не подписывал графиков выхода на работу, никаким образом не учитывались переработки, совмещение должностей. За весь период работы <ФИО>1 ни разу не проходил медицинскую комиссию, условия труда были тяжелыми, работодатель не обеспечивал работников средствами индивидуальной защиты, в результате чего у <ФИО>1 развилось профессиональное заболевание, которое работодатель отказывается признавать таковым.

Представитель истца по доверенности <ФИО>5 поддержала исковые требования, а так же заявила ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока для обращения <ФИО>1 в суд за разрешением спора о восстановлении нарушенных трудовых прав. Пояснила, что ответчиком не были предприняты исчерпывающие меры уведомления <ФИО>1 о предстоящем увольнении. <ДД.ММ.ГГГГ> по почте ему было направлено уведомление датированное октябрем 2020 года, при этом ничем не подтвержден факт оправки уведомления, поскольку из предоставленных суду сведений о почтовых отправлениях невозможно установить, что именно было отправлено. <ФИО>1 в декабре 2020 года неоднократно приходил в отдел кадров для сдачи листков нетрудоспособности, однако никто его не уведомил о предстоящем увольнении. После получения уведомления в феврале 2021 года <ФИО>1 обратился к работодателю с заявлением о нарушении своих прав и получил ответ о законности действий АО «СНПХ». Полагает установленным в судебном заседании факт заключения срочных трудовых договоров с <ФИО>1 в нарушение требований ч. 2 ст. 58 ТК РФ, в отсутствие предусмотренных ст. 59 ТК РФ оснований. Приказом от <ДД.ММ.ГГГГ> <ФИО>1 был уволен на основании п.2 ст.77 ТК РФ, в связи с истечением срока трудового договора, вместе с тем, согласно представленному в дело листку нетрудоспособности <ФИО>1 за период с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ> включительно, ответчик произвел увольнение в период временной нетрудоспособности, что является незаконным. С приказом от <ДД.ММ.ГГГГ> об увольнении <ФИО>1, с письменной отметкой об ознакомлении, <ФИО>1 не был ознакомлен до настоящего времени. Трудовая книжка не вручена на протяжении полутора лет. Доказательств произведенного расчета с работником в день увольнения стороной ответчика не предоставлено. Из материалов дела следует, что все срочные трудовые договоры с истцом в качестве основания для установления их срочного характера содержали ссылку на договоры, заключенные работодателем и заказчиком, для оказания услуг для заказчика. В самих трудовых договорах отсутствует ссылка на период действия конкретного договора, заключенного с заказчиком, установлен только срок самого трудового договора без привязки его к сроку действия гражданско-правового договора. При этом анализ непосредственно самих гражданско-правовых договоров, заключенных ответчиком с заказчиками, сначала с АО «СНГ» по договору СНГ-0460/17 от 01.01.2017г., затем АО «Томскнефть» ВНК, следует о том, что в условия всех договоров были включены условия о сроке их заключения как минимум на четыре года и условии их пролонгации до выполнения объемов работ на которые они заключались. Также ответчиком не предоставлено доказательств того что за весь период трудовых отношений истец получал уведомления о прекращении срочных трудовых договоров, что свидетельствует о заключении договоров на неопределенный срок. Заслуживает внимание и тот факт что при приеме на работу в 2017 году <ФИО>1 был пройден медицинский осмотр, он был ознакомлен с локальными нормативными актами работодателя, специальной оценкой труда, проведена проверка знаний, ознакомлен с правилами, на работника однократно заведена личная карточка работника, которая велась в период с 2017 года по 2020 год, бухгалтерия работодателя в расчетах больничных листов указывает стаж работы <ФИО>1 на предприятии с <ДД.ММ.ГГГГ> на постоянной основе. В 2019 году и 2020 году подобных действий с <ФИО>1, как с вновь принятым на работу работником, не производилось. Указанное свидетельствует о том, что между сторонами в 2017 году было достигнуто условие о бессрочном характере правоотношений. Кроме того, ответчиком не соблюдаются требования безопасности труда, в результате чего, в период осуществления трудовой деятельности у <ФИО>6 было диагностировано заболевание – хроническая двусторонняя нейросенсорная тугоухость второй степени, которое является профессиональным. Ответчик отказывается признавать заболевание профессиональным, в связи с чем <ФИО>1 вынужден был обратиться за судебной защитой. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Представитель ответчика АО «СНПХ» <ФИО>7 в судебном заседании исковые требования не признала, суду пояснила, что требования истца являются незаконными и необоснованными и не подлежат удовлетворению. Исходя из вида деятельности, АО «СНПХ» является сервисным предприятием, оказывающим услуги в области добычи нефти по договорам подряда. Истец был принят на работу на период исполнения обществом обязательств по договорам подряда, данное обстоятельство, равно как и содержание заявлений истца о приеме на работу сроком на один год было определяющим при установлении срока действия трудового договора. Учитывая, что обязательства работодателя по договорам подряда прекращались, необходимость в заключении трудового договора с истцом на более длительный срок у работодателя отсутствовала. В исследованных в судебных заседаниях договорах, заключенных с <ФИО>1, четко прописан срок действия трудового договора и причина, послужившая основанием для его заключения. Поскольку между работодателем и работником было достигнуто соглашение о заключении трудовых договоров на определенный срок, многократность заключения срочных трудовых договоров, идентичность их условий, неизменность трудовой функции, не могут являться основанием для признания трудового договора заключенным на неопределенный срок. Основанием для заключения срочных трудовых договоров явились личные заявления истца от <ДД.ММ.ГГГГ>, <ДД.ММ.ГГГГ>, <ДД.ММ.ГГГГ>, в которых истцом указан срок на один год. Заключение срочных трудовых договоров, является результатом свободного волеизъявления сторон, работодатель и работник неоднократно на протяжении трех лет достигали соглашения по сроку трудовых договоров. Учитывая занимаемую должность, <ФИО>1 не мог не осознавать содержание и условия договоров. Доказательств вынужденного характера заключения указанных договоров на условиях срочности истцом суду не представлено. Заключая срочные трудовые договоры, истец знал о дне их прекращения. При несогласии с условиями о сроке, работник сразу мог оспорить договор в течении трех месяцев со дня его заключения, чего он не сделал. О прекращении срочного трудового договора в связи с истечением срока его действия в адрес истца направлялись уведомления. Порядок оформления трудовых отношений с <ФИО>1 и процедура их прекращения соответствует требованиям действующего трудового законодательства. Срок обращения в суд по трудовым спорам установлен ст. 392 ТК РФ. Досудебное обращение в иные органы с заявлением о нарушении прав, не является основанием препятствующим работнику своевременно обратиться в суд за разрешением трудового спора и следовательно не может быть признано уважительной причиной пропуска срока для обращения в суд. Требования истца в части признания приказа о прекращении трудового договора незаконным, восстановления на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании компенсации морального вреда не подлежит рассмотрению в связи с истечением срока исковой давности. В соответствии со ст. 392 ТК РФ срок исковой давности при увольнении составляет один месяц. О прекращении срочного трудового договора, в связи с истечением срока его действия и необходимости подойти в отдел кадров и забрать трудовую книжку истец был уведомлен. <ДД.ММ.ГГГГ> заказным письмом в адрес истца было направлено уведомление, что подтверждается имеющимися в материалах дела документами. О необходимости посещения офиса предприятия для получения трудовой книжки или разрешения на пересылку трудовой книжки по почте, в адрес истца неоднократно направлялись уведомления <ДД.ММ.ГГГГ>, <ДД.ММ.ГГГГ>, <ДД.ММ.ГГГГ>. Уведомления об истечении срока действия срочного трудового договора было направлено в адрес <ФИО>1 почтовым отправлением <ДД.ММ.ГГГГ>, что подтверждается отчетом об отслеживании почтового отправления с почтовым идентификатором, реестром внутренних отправлений. Повторное уведомление было направлено <ДД.ММ.ГГГГ> и получено истцом лично <ДД.ММ.ГГГГ>, третье уведомление было направлено <ДД.ММ.ГГГГ> и получено истцом <ДД.ММ.ГГГГ>. Факт неполучения уведомления о прекращении срочного трудового договора, истцом никак не подтверждён. Неполучение со слов истца уведомления о расторжении срочного трудового договора, не делает договор бессрочным и не препятствует истечению его срока, увольнение в связи с истечением срока уже произведено, оснований для восстановления на работе не имеется. Трудовым законодательством установлен запрет на увольнение работника в период его нетрудоспособности, но только по инициативе организации. Поэтому такой запрет не распространяется на увольнение работника по основаниям п. 2 ст. 77 ТК РФ. Вывод о возможности увольнения специалиста по срочному трудовому договору при его временной нетрудоспособности подтверждает практика судов общей юрисдикции. Порядок оформления трудовых отношений с <ФИО>1 и процедура их прекращения соответствуют требованиям действующего трудового законодательства. Основания для признания приказа о прекращении трудового договора незаконным и признания договора бессрочным отсутствуют, а соответственно отсутствуют основания для взыскания заработной платы за время вынужденного прогула. Требование истца о признании заболевания - хроническая двусторонняя нейросенсорная тугоухость второй степени, профессиональным заболеванием, также не подлежит удовлетворению, поскольку работодатель не является надлежащим ответчиком. Существует порядок установления наличия профессионального заболевания, утвержденный Постановлением правительства РФ от <ДД.ММ.ГГГГ> <№>. Факт наличия профессионального заболевания устанавливает специализированная организация с соблюдением определенного порядка. Документов, подтверждающих наличие профессионального заболевания истцом в суд не представлено, следовательно и основания признания профессионального заболевания отсутствуют. Согласно ч.1 ст. 151 ГК РФ под моральным вредом понимают физические и нравственные страдания. В соответствии с ч.1 ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный неправомерными действиями или бездействием работодателя. Поскольку действия работодателя были законы и обоснованны, в действиях ответчика не усматривается нарушений, оснований для взыскания морального вреда в пользу истца отсутствуют. Требования истца о взыскании судебных расходов по оплате юридических услуг в размере 30 320 рублей, являются не обоснованными и не подтверждены документально. Истцом не представлены доказательства оплаты услуг представителя, отсутствует договор на оказание юридических услуг с перечнем выполненных работ, не представлены доказательства подтверждающие размер и разумность расходов на оплату услуг. Подлинность представленного в материалы дела договора на оказание юридических услуг вызывает сомнение.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора Бюджетное учреждение Ханты-Мансийского автономного округа - Югры «Покачевская городская больница», извещенное о времени и месте рассмотрения дела, в судебном заседании участия не принимало. В судебном заседании от <ДД.ММ.ГГГГ> представитель <ФИО>8 пояснила, что БУ ХМАО - Югры «Покачевская городская больница» были направлены извещения об установлении предварительного диагноза хронического профессионального заболевания у <ФИО>1 которые были в дальнейшем были отозваны, поскольку не было достаточно документов и обследований пациента. В настоящее время документы находятся в стадии рассмотрения. Ранее направленные извещения не актуальны.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора Государственная инспекция труда по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре извещенная о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание явку своего представителя не обеспечила. Начальник отдела ГИТ в ХМАО – Югре <ФИО>9 просила о рассмотрении дела в отсутствие представителя Государственной инспекции труда (том 10 л.д.71).

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Ханты-Мансийскому автономному округу - Югре, извещенное о времени и месте рассмотрения дела, в судебном заседании участия не принимало. В судебных заседаниях от <ДД.ММ.ГГГГ> и <ДД.ММ.ГГГГ> представитель <ФИО>10 пояснила, что <ДД.ММ.ГГГГ> в адрес территориального отдела Управления Роспотребнадзора по ХМАО – Югре из БУ ХМАО - Югры «Покачевская городская больница» поступило экстренное извещение об установлении предварительного диагноза хронического профессионального заболевания у <ФИО>1 Для проведения экспертизы условий труда было подготовлено письмо, в адрес работодателя был направлен запрос. Далее <ДД.ММ.ГГГГ> поступило второе извещение. Однако <ДД.ММ.ГГГГ> БУ ХМАО - Югры «Покачевская городская больница» извещения были отозваны в связи с необходимостью дообследования и уточнения диагноза. Проведение экспертизы было приостановлено.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора Автономное учреждение Ханты-Мансийского автономного округа - Югры «Центр профессиональной патологии» извещенное о времени и месте рассмотрения дела, в судебном заседании участия не принимало, явку своего представителя не обеспечило. В письменных возражениях представитель по доверенности <ФИО>11 указала, что в силу ст.3 ФЗ от 24.071998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» профессиональным заболеванием является хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом возщдействия на него вредных производственных факторов и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности. Медицинская организация, установившая предварительный диагноз – хроническое профессиональное заболевание, обязана направить работника в центр профессиональной патологии для проведения экспертизы, а также для оказания медицинской помощи (при наличии показаний). По результатам экспертизы связи заболевания с профессией выносится медицинское заключение о наличии или об отсутствии профессионального заболевания. Заявляя требование о признании заболевания – хроническую двустороннюю нейросенсорную тугоухость второй степени профессиональным заболеванием, истцом не представлено сведений о его обращении в медицинскую организацию с заболеванием для последующего решения вопроса проведения экспертизы связи заболевания с профессией в центре профессиональной патологии. Истец ошибочно полагает, что именно работодатель должен предоставить документы, характеризующие условия труда, потому как орган государственного санитарно-эпидемиологического контроля (надзора) в целях установления профессионального заболевания формирует санитарно-гигиеническую характеристику условий труда работника (том 10 л.д. 84-88).

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора Акционерное общество «Томскнефть» Восточной нефтяной компании, извещенное о времени и месте рассмотрения дела, в судебном заседании участия не принимало, явку своего представителя не обеспечило. Представитель по доверенности <ФИО>12 просила о рассмотрении дела в отсутствие представителя АО «Томскнефть» ВНК (том 10 л.д.201-202).

Помощник прокурора Нижневартовского района <ФИО>13 в своем заключении полагала, что, учитывая установленные судом обстоятельства дела, имеются основания для удовлетворения требований <ФИО>1 о восстановлении пропущенного срока для обращения в суд за разрешением спора о восстановлении нарушенных трудовых прав, удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме, в том числе компенсации морального вреда.

На основании положений ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Определением Нижневартовского районного суда от <ДД.ММ.ГГГГ> исковые требования <ФИО>1 к АО «Самотлорнефтепромхим» о взыскании недоначисленной и невыплаченной заработной платы в размере 7 612 416,80 рублей выделены в отдельное производство (том 8 л.д. 119-120).

Статьей 381 ТК РФ установлено, что индивидуальный трудовой спор - неурегулированные разногласия между работодателем и работником по вопросам применения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта, трудового договора (в том числе об установлении или изменении индивидуальных условий труда), о которых заявлено в орган по рассмотрению индивидуальных трудовых споров. Индивидуальным трудовым спором признается спор между работодателем и лицом, ранее состоявшим в трудовых отношениях с этим работодателем, а также лицом, изъявившим желание заключить трудовой договор с работодателем, в случае отказа работодателя от заключения такого договора.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований и регулирующих спорные отношения норм материального права являлись следующие обстоятельства: было ли достигнуто соглашение между истцом и ответчиком АО «СНПХ» о принятии истца на работу по срочному трудовому договору; основания заключения срочного трудового договора; основания для прекращения срочного трудового договора.

Согласно части 1 статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Одним из обязательных условий, подлежащих включению в трудовой договор, является дата начала работы, а в случае, когда заключается срочный трудовой договор, - также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом (абзац третий части 2 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые договоры могут заключаться как на неопределенный срок, так и на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен названным кодексом и иными федеральными законами (часть 1 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).

Срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных частью 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации. В случаях, предусмотренных частью 2 статьи 59 названного кодекса, срочный трудовой договор может заключаться по соглашению сторон трудового договора без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения (часть 2 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, заключенный на определенный срок при отсутствии достаточных к тому оснований, установленных судом, считается заключенным на неопределенный срок.

Частью 1 ст. 59 ТК РФ определен перечень конкретных случаев, когда может быть заключен срочный трудовой договор.

Так, согласно абз. 6 ч. 1 ст. 59 ТК РФ срочный трудовой договор заключается с лицами, принимаемыми для выполнения определенных работ, связанных с заведомо временным (до одного года) расширением производства или объема оказываемых услуг заведомо определенной работы в случаях, когда ее завершение не может быть определено конкретной датой.

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что <ФИО>1 состоял в трудовых отношениях с АО «СНПХ».

На основании личного заявления <ФИО>1 о приеме на работу по срочному трудовому договору от <ДД.ММ.ГГГГ> (том 8 л.д.191), с ним заключен срочный трудовой договор <№> от <ДД.ММ.ГГГГ>, на срок с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ> (том 8 л.д. 201-203).

В соответствии с приказом <№>-к/у от <ДД.ММ.ГГГГ> <ФИО>1 принят на работу с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ>, в цех бурения и зарезки боковых стволов <№>, в должности помощника бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ 5 разряда по срочному трудовому договору, вахтовым методом, с тарифной ставкой (окладом) 24 руб. 115 коп., северной надбавкой 50 %, с испытательным сроком 3 месяца. С данным приказом <ФИО>1 ознакомлен <ДД.ММ.ГГГГ> (том 8 л.д. 208).

Приказом <№>-к/у от <ДД.ММ.ГГГГ> прекращено действие трудового договора <№> от <ДД.ММ.ГГГГ> на основании п.2 ч.1 ст.77 ТК РФ, <ФИО>1 уволен <ДД.ММ.ГГГГ>, работодателем выплачена компенсация за неиспользованный отпуск в количестве 34 календарных дней. (том 8 л.д. 195).

На основании личного заявления <ФИО>1 от <ДД.ММ.ГГГГ> (том 8 л.д.193), с ним заключен срочный трудовой договор <№> от <ДД.ММ.ГГГГ>, на срок с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ> (том 8 л.д. 198-200).

В соответствии с приказом <№>-к/у от <ДД.ММ.ГГГГ> <ФИО>1 принят на работу с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ>, в цех бурения и зарезки боковых стволов <№> «Томская экспедиция», в должности помощника бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ 5 разряда по срочному трудовому договору, вахтовым методом, с тарифной ставкой (окладом) 24 руб. 115 коп., северной надбавкой 50 %. (том 8 л.д. 197).

Приказом <№>-к/у от <ДД.ММ.ГГГГ> прекращено действие трудового договора <№> от <ДД.ММ.ГГГГ> на основании п.2 ч.1 ст.77 ТК РФ, <ФИО>1 уволен <ДД.ММ.ГГГГ>, работодателем выплачена компенсация за неиспользованный отпуск в количестве 15 календарных дней (том 8 л.д. 213).

На основании личного заявления <ФИО>1 от <ДД.ММ.ГГГГ> (том 8 л.д.192), с ним заключен срочный трудовой договор <№> от <ДД.ММ.ГГГГ>, на срок с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ> (том 8 л.д. 209-211).

В соответствии с приказом <№>-к от <ДД.ММ.ГГГГ> <ФИО>1 принят на работу с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ>, в цех бурения и зарезки боковых стволов <№> «Томская экспедиция», в должности помощника бурильщика эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ 5 разряда по срочному трудовому договору, вахтовым методом, с тарифной ставкой (окладом) 24 руб. 115 коп., северной надбавкой 50 %. (том 8 л.д. 212).

<ДД.ММ.ГГГГ>, <ДД.ММ.ГГГГ>, <ДД.ММ.ГГГГ> в адрес <ФИО>1 были направлены уведомления об истечении срока действия срочного трудового договора (том 6 л.д. 92-106).

В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, решая вопрос об обоснованности заключения с работником срочного трудового договора, следует учитывать, что такой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, в частности в случаях, предусмотренных частью 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации, а также в других случаях, установленных Кодексом или иными федеральными законами (часть 2 статьи 58, часть 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации). В соответствии с частью 2 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации, срочный трудовой договор может заключаться без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения. При этом необходимо иметь в виду, что такой договор может быть признан правомерным, если имелось соглашение сторон (часть 2 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации), то есть если он заключен на основе добровольного согласия работника и работодателя. Если судом при разрешении спора о правомерности заключения срочного трудового договора будет установлено, что он заключен работником вынужденно, суд применяет правила договора, заключенного на неопределенный срок.

Согласно части 1 статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

Истечение срока трудового договора, за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения, является основанием для прекращения трудового договора (пункт 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что по общему правилу срочные трудовые договоры могут заключаться только в случаях, когда трудовые отношения с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения не могут быть установлены на неопределенный срок, а также в других случаях, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами. Вместе с тем Трудовой кодекс Российской Федерации предусматривает в статье 59 перечень конкретных случаев, когда допускается заключение срочного трудового договора в силу характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а также без учета указанных обстоятельств при наличии соответствующего соглашения работника и работодателя. К таким случаям, в частности, относится заключение срочного трудового договора с руководителями организаций независимо от их организационно-правовой формы и формы собственности. При этом работнику, выразившему согласие на заключение трудового договора на определенный срок, известно о его прекращении по истечении заранее оговоренного периода. Истечение срока трудового договора, за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения, является основанием для прекращения трудового договора.

Разрешая заявленные требования, суд исходит из того, что в заявлении <ФИО>1 как при приеме на работу, так и при заключении срочного трудового договора с работодателем АО «СНПХ», срок действия каждого договора был определен.

При этом со стороны истца возражений, относительно условий заключения такого договора на определенный срок, не поступало.

<ФИО>1 знал и, это было оговорено в вышеуказанных документах, что последний принимается на должность помощника бурильщика по срочному трудовому договору, вахтовым методом, т.е. временно.

При этом, обстоятельств, свидетельствующих о том, что заключение срочного трудового договора являлось для <ФИО>1 вынужденным, в судебном заседании не установлено и не подтверждено.

Суд учитывает, что в заключенных срочных трудовых договорах имеются ссылки на то, что такие договоры заключались между АО «СНПХ» и <ФИО>1 на период выполнения работ:

- договор <№> от <ДД.ММ.ГГГГ> заключен на срок с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ> на период выполнения АО «СНПХ» обязательств перед АО «Самотлорнефтегаз» по договору № СНГ-0460/17 от <ДД.ММ.ГГГГ> на проведение работ, связанных с заведомо временным (до одного года) объемом оказываемых услуг (том 8 л.д.201-203);

- договор <№> от <ДД.ММ.ГГГГ> заключен на срок с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ> на период выполнения АО «СНПХ» обязательств перед АО «Томскнефть» ВНК по договору подряда (том 8 л.д.198-200);

Безусловно, в срочном трудовом договоре должны быть указаны условия обосновывающие его срочность.

При этом применительно к данному случаю ч. 1 ст.59 Трудового кодекса РФ предусматривает, что срочный трудовой договор заключается с лицами, поступающими на работу в организации, созданные на заведомо определенный период или для выполнения заведомо определенной работы.

Как установлено судом, в рамках договора <№> от <ДД.ММ.ГГГГ> заключенного между АО «СНПХ» с ОА «Самотлорнефтегаз», договор вступает в силу с момента его подписания и распространяет свое действие по отношению сторон возникшие с <ДД.ММ.ГГГГ> и действует по <ДД.ММ.ГГГГ>, но в любом случае до выполнения сторонами своих обязательств возникших до указанной даты, в том числе до полного исполнения обязательств по взаиморасчетам (том 5 л.д.114-142).

Исследуя копии договоров <№> от <ДД.ММ.ГГГГ>, <№> от <ДД.ММ.ГГГГ>, <№> от <ДД.ММ.ГГГГ>, <№> от <ДД.ММ.ГГГГ>, <№> от <ДД.ММ.ГГГГ>, <№> от <ДД.ММ.ГГГГ>, <№> от <ДД.ММ.ГГГГ>, ЗБС2020 от <ДД.ММ.ГГГГ>, заключенных между АО «СНПХ» и АО «Томскнефть» ВНК, установлено, что перечисленные договоры заключались на определенный сторонами срок, но до выполнения сторонами своих обязательств, в том числе до полного исполнения обязательств по взаиморасчетам. При этом срок выполнения работ для каждой буровой установки мог устанавливаться отдельно (том 4 л.д. 121-148, 149-176, 172-205, 206-234, том 5 л.д. 1-57, 58-87, 88-109).

Анализируя срочные трудовые договоры, судом установлено, что они были заключены истцом без каких-либо замечаний и возражений, на основании личных заявлений, факт написания которых истцом не оспаривался, и на условиях срочного трудового договора.

Истец просит признать указанные трудовые договоры бессрочными в связи с многократностью заключения с ним трудовых договоров.

Однако с указанным доводом истца суд согласиться не может.

Из материалов дела следует, что с истцом заключались срочные трудовые договоры <№> от <ДД.ММ.ГГГГ>, на срок с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ>, <№> от <ДД.ММ.ГГГГ>, на срок с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ>, <№> от <ДД.ММ.ГГГГ>, на срок с <ДД.ММ.ГГГГ> по <ДД.ММ.ГГГГ>, однако то обстоятельство, что после увольнения истца <ДД.ММ.ГГГГ> в связи с окончанием срока трудового договора, с ним с <ДД.ММ.ГГГГ> был вновь заключен срочный трудовой договор, который также был расторгнут в связи с окончанием его срока и <ДД.ММ.ГГГГ> был заключен новый договор, который тоже был прекращен в связи с окончанием срока, не свидетельствует о том, что они приобрели бессрочный характер.

Давая согласие на заключение срочного трудового договора на определенный срок, истец знал о возможности его прекращения по истечению срока, на который он был заключен. Ежегодно подавая заявления о трудоустройстве на определенный период, <ФИО>1 не мог не осознавать срочных характер трудовых отношений с ответчиком. Об изменении условия о срочном характере договора истец к ответчику в период работы не обращался. То обстоятельство, что в дальнейшем с истцом были также заключены срочные договоры, не свидетельствует о их незаконности и не влечет безусловного признания их заключенными на неопределенный срок, поскольку заключение новых срочных трудовых договоров по окончании срока действий предыдущих в течение определенного периода времени и в связи с достигнутым соглашением между сторонами не противоречит требованиям ч. 2 ст. 59 ТК РФ.

Вопреки доводам истца и его представителя, указание в бухгалтерских документах о периоде работы истца на протяжении с 2017 года не свидетельствует о бессрочном характере работ, равно как отдельные нарушения (порядка ознакомления с локальными правовыми актами) не подтверждают такой характер.

В свою очередь исследованные в судебном заседании копии расчетных листов с очевидностью свидетельствуют о том, что <ФИО>1 по завершении трудовых отношений получал компенсацию за неиспользованные отпуска.

Довод истца о том, что срок действия трудового срочного трудового договора не истек, поскольку не прекращены работы АО «СНПХ» по договорам подряда с АО «Томскнефть» судом отклоняется, как не нашедшая своего подтверждения материалами дела.

При таких обстоятельствах у суда не имеется оснований для удовлетворения исковых требований о признании срочных трудовых договоров заключенными на неопределенный срок.

Заявляя исковые требования о восстановлении на работе в связи с незаконностью приказа об увольнении <№>-ку от <ДД.ММ.ГГГГ>, истец указывает на то, что заключенные с ним трудовые срочные договоры носили бессрочный характер и соответственно он не мог быть уволен на основании п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

Однако по изложенным выше основаниям судом отказано в иске истцу о признании срочных трудовых договоров бессрочными.

Кроме того истец указывает, что была нарушена процедура его увольнения, а именно ответчиком не было своевременно направлено уведомление о прекращении трудового договора и факт увольнения истца в период нетрудоспособности.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ основанием для прекращения трудового договора является истечение срока трудового договора (статья 79 ТК РФ), за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются, и ни одна из сторон не потребовала их прекращения.

В соответствии с ч. 1 ст. 79 ТК РФ срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за 3 календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

Из материалов дела следует, что ответчиком <ДД.ММ.ГГГГ> было направлено истцу уведомление о прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия (том 6 л.д.97), согласно отчету об отслеживании отправления с почтовым идентификатором <№>, отправление не было вручено адресату и вернулось по обратному адресу отправителя (том 6 л.д.92).

Повторное уведомление о прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия было направлено в адрес <ФИО>1 <ДД.ММ.ГГГГ> (том 6 л.д.104) и согласно отчету об отслеживании отправления с почтовым идентификатором <№>, отправление было получено адресатом <ДД.ММ.ГГГГ> (том 6 л.д.101).

Установив на основании оценки представленных сторонами спора доказательств, что срочные трудовые договоры заключались между сторонами спора на срок проведения работ по договорам подряда, у ответчика имелись основания для издания соответствующего приказа об увольнении, при этом неполучение истцом первоначально направленного ему работодателем уведомления о прекращении срочного трудового договора, не может быть признано обстоятельством, влекущим признание увольнения незаконным.

Утверждение истца о том, что увольнение было произведено в период его временной нетрудоспособности, также не свидетельствует о его незаконности, поскольку расторжение срочного трудового договора по истечении срока его действия не является увольнением по инициативе работодателя, поэтому может быть произведено в период временной нетрудоспособности работника. В силу ст. 81 ТК РФ не допускается увольнение работника в период нетрудоспособности по инициативе работодателя, к которым относится увольнение по ст. ст. 71 и 81 ТК РФ.

Утверждение истца о том, что ему своевременно не была выдана трудовая книжка, в связи с чем расторжение срочного трудового договора является незаконным, также не может быть признано обстоятельством, влекущим признание увольнения незаконным.

Действия работодателя, уведомившего истца о возможности явиться в отдел кадров для получения трудовой книжки, либо направления трудовой книжки по указанному истцом адресу, при наличии соответствующего заявления, соответствовали требованиям трудового законодательства.

При разрешении спора объективных причин, препятствующих получению <ФИО>1 трудовой книжки самостоятельно, либо представив заявление для её направления, не установлено.

При таких обстоятельствах у суда не имеется оснований для признания увольнения истца незаконным и, соответственно, удовлетворения заявленных им требований о восстановлении на работе и оплате времени вынужденного прогула. Требования истца о взыскании компенсации морального вреда также не подлежат удовлетворению, поскольку в ходе судебного разбирательства не было установлено нарушений трудовых прав истца.

Рассматривая требование истца о признании имеющегося у него заболевания – хронической двусторонней нейросенсорной тугоухости второй степени профессиональным заболеванием и взыскании с АО «СНПХ» компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей за возникновение профессионального заболевания, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Постановлением Правительства РФ от 05.07.2022 № 1206 «О порядке расследования и учета случаев профессиональных заболеваний работников» установлен порядок расследования и учета профессиональных заболеваний.

В соответствии правилами установления наличия профессионального заболевания, расследование и учет проводятся в отношении профессионального заболевания (отравления), возникшего у работника в результате однократного (в течение не более одного рабочего дня, одной рабочей смены) воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшего временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть (далее - острое профессиональное заболевание), или в результате длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшего временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть (далее - хроническое профессиональное заболевание), при исполнении им трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем (п.2).

При установлении работнику предварительного диагноза - острое профессиональное заболевание медицинская организация обязана в течение суток направить извещение об установлении указанного предварительного диагноза в органы государственного санитарно-эпидемиологического контроля (надзора) в соответствии с их компетенцией по месту нахождения объекта, где работником выполнялась работа (далее - объект), и работодателю по форме, установленной Министерством здравоохранения Российской Федерации (п.4).

Орган государственного санитарно-эпидемиологического контроля (надзора) в течение суток со дня получения извещения об установлении работнику предварительного диагноза - острое профессиональное заболевание приступает к выяснению обстоятельств и причин возникновения заболевания путем проведения на рабочем месте необходимых экспертиз, лабораторно-инструментальных и других гигиенических исследований, опроса пострадавшего, свидетелей и направления запросов для получения необходимой информации от работодателя (п.5).

При установлении предварительного диагноза - хроническое профессиональное заболевание извещение об установлении работнику указанного предварительного диагноза направляется медицинской организацией в течение 3 рабочих дней со дня установления этого предварительного диагноза в орган государственного санитарно-эпидемиологического контроля (надзора) и работодателю по форме, установленной Министерством здравоохранения Российской Федерации (п.8).

Медицинская организация, установившая предварительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание, в месячный срок со дня получения санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника обязана направить работника в центр профессиональной патологии для проведения экспертизы связи заболевания с профессией, а также для оказания (при наличии показаний) медицинской помощи с представлением вместе с направлением документов (п.10).

Центр профессиональной патологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и документов, проводит экспертизу связи заболевания с профессией в соответствии с частью 6 статьи 63 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

На основании результатов экспертизы центр профессиональной патологии устанавливает заключительный диагноз (п.11).

Извещение о заключительном диагнозе при изменении или отмене диагноза профессионального заболевания направляется центром профессиональной патологии в орган государственного санитарно-эпидемиологического контроля (надзора), работодателю и страховщику (п.14).

Работодатель обязан организовать расследование обстоятельств и причин возникновения у работника профессионального заболевания (п.15).

В соответствии с разъяснениями п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» при рассмотрении дел о возмещении вреда, причиненного здоровью в результате возникновения у застрахованного профессионального заболевания, необходимо иметь в виду, что заключительный диагноз - профессиональное заболевание имеют право устанавливать впервые только специализированные лечебно-профилактические учреждения, клиники или отделы профессиональных заболеваний медицинских научных учреждений или их подразделения.

Факт установления истцу профессионального заболевания специализированным медицинским учреждением не нашел подтверждения в ходе рассмотрения дела, медицинское заключение с установлением диагноза профессионального заболевания в отношении истца не оформлялось, на ответчика не может быть возложена обязанность по установлению профессионального заболевания, поскольку АО «СНПХ» не является специализированным медицинским учреждением.

Доводы истца о том, что работодатель обязан был направить <ФИО>1 в центр профпатологии и предоставить документы по соблюдению условий труда, без установления компетентным медицинским учреждением предварительного диагноза - острое профессиональное заболевание (отравление), противоречит приведенному порядку расследования и учета профессиональных заболеваний.

Таким образом, требования истца к ответчику о признании имеющегося у <ФИО>1 заболевания – хронической двусторонней нейросенсорной тугоухости второй степени профессиональным заболеванием и взыскании с АО «СНПХ» компенсацию морального вреда за возникновение профессионального заболевания, не подлежат удовлетворению.

Кроме того, представителем ответчика заявлено о применении последствии пропуска истцом срока для обращения в суд, разрешая которое суд исходит из следующего.

Сроки обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлены статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

Частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями 1, 2 и 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом (часть 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что истец фактически узнал о прекращении срочного трудового договора <ДД.ММ.ГГГГ>, трудовую книжку целенаправленно не получал, будучи несогласным с прекращением трудовых отношений. При этом истец был временно нетрудоспособен до <ДД.ММ.ГГГГ> и проходил амбулаторное лечение по месту жительства. В течение этого периода <ФИО>1 неоднократно обращался в надзорные органы с заявлениями о проведении проверок в отношении ответчика в связи с прекращением трудовых отношений.

Обратившись в прокуратуру Нижневартовского района, Государственную инспекцию труда, Управление Роспотребнадзора по ХМАО – Югре у истца возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены.

Вместе с тем, Государственная инспекция труда в ХМАО-Югре, проведя проверку по заявлению <ФИО>1, подготовила <ДД.ММ.ГГГГ> ответ, в котором разъяснила порядок оспаривания действий работодателя в с вязи с заключением срочного трудового договора. Данный ответ был получен истцом.

В последующем <ФИО>1 продолжил направлять жалобы в надзорные органы, в том числе по вопросу прекращения с ним трудовых отношений. В последний раз <ФИО>1 обратился с жалобой <ДД.ММ.ГГГГ>.

Государственная инспекция труда в ХМАО-Югре, рассматривая повторные жалобы истца, в своих ответах от <ДД.ММ.ГГГГ>, <ДД.ММ.ГГГГ>, <ДД.ММ.ГГГГ>, <ДД.ММ.ГГГГ>, <ДД.ММ.ГГГГ> и от <ДД.ММ.ГГГГ> разъясняла необходимость обращения в суд с целью разрешения индивидуального трудового спора признания срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, равно как разъяснялись положения ст.392 Трудового кодекса Российской Федерации (т.4 л.д.76-117).

Вместе с тем, с иском в суд за защитой своих трудовых прав истец обратился только <ДД.ММ.ГГГГ>, о чем свидетельствует отметка на почтовом конверте, пропустив срок.

В абз.5 п.5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.

При таких обстоятельствах, суд не усматривает наличие уважительных причин пропуска указанного срока. Обращения <ФИО>1 по вопросу законности увольнения в Государственную инспекцию труда, прокуратуру такими причинами признаны быть не могут, так как ответы данных органов на свои обращения, содержащие разъяснения о сроках обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, истец получил. Период временной нетрудоспособности не может быть признан уважительной причиной для пропуска срока обращения в суд, поскольку данное обстоятельство не препятствовало ему своевременно обратиться в суд (т.6 л.д.26), о чем также свидетельствует и то, что в период с февраля по августа 2021 года <ФИО>1 неоднократно обращался в различные органы по вопросу незаконности увольнения.

В соответствии со статьей 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Оценив доводы сторон, а также собранные по делу доказательства, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований, поскольку ответчиком при увольнении истца были соблюдены все требования, предусмотренные Трудовым кодексом Российской Федерации, нарушений процедуры увольнения ответчиком не допущено, а соответственно суд отказывает истцу в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В связи с данными обстоятельствами, учитывая, что в удовлетворении основных требований истцу отказано, суд также отказывает в удовлетворении производных требований о взыскании судебных расходов.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования <ФИО>1 к Акционерному обществу «Самотлорнефтепромхим» о восстановлении нарушенных трудовых прав оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы, а прокурором принесено апелляционное представление в суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, через Нижневартовский районный суд.

Судья: подпись И.В. Сак

Копия верна

Судья <ФИО>2