Дело № 2-3437/2025

УИД 42RS0005-01-2025-005253-47

ЗАОЧНОЕ РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Кемерово 21 ноября 2025 года

Заводский районный суд г. Кемерово в составе председательствующего судьи Южиковой И.В.,

при секретаре Ившиной Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о защите чести и достоинства, деловой репутации, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась с иском к ФИО2 о защите чести и достоинства, деловой репутации, компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что она ДД.ММ.ГГГГ принята в <данные изъяты>» на должность <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ переведена на должность <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ в отношении нее ФИО4 размещена публикация в виде <данные изъяты>. На момент публикации имелось 456 просмотров, при количестве подписчиков 426 человек. Указанный телеграмм-канал на момент публикации являлся открытым, публикация была в свободном доступе, её мог прочесть любой человек, даже не являющийся подписчиком телеграмм-канала. Кроме того, под публикацией была возможность оставлять комментарии. Сейчас данный телеграмм-канал закрыт от общего доступа, на него невозможно зайти. Информация, размещенная в публикации, была выражена в противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности форме, унижает ее честь и достоинство, деловую репутацию. Факт распространения сведений, содержащих оскорбление, то есть унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной, а также иной противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности форме подтверждается скриншотом страницы телеграмм-канала <данные изъяты>, а порочащий характер этих сведений подтверждаются заключением лингвистического исследования №, по результатам которого сделаны выводы, что в публикации ФИО2, размещенной информационно-телекоммуникационной сети общего пользования «Интернет» телеграмм-канале <данные изъяты> по адресу <данные изъяты>, содержится оскорбление (то есть унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной, а также иной противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности форме) в отношении <данные изъяты> ФИО1 Публикация ответчика <данные изъяты> воспринимается ею как оскорбительное, унижающее человеческое и профессиональное достоинство, честь, деловую репутацию.

Просит с учетом уточнения требований признать публикацию размещенную ФИО4 в информационно-телекоммуникационной сети общего пользования «Интернет» в телеграмм-канале <данные изъяты> по адресу <данные изъяты> в виде размещения <данные изъяты>, порочащей ее честь достоинство и деловую репутацию. Взыскать с ФИО2 в ее пользу компенсацию морального вреда в сумме 200 000 руб.

Представитель истца ФИО1 - ФИО5 в судебном заседании поддержал исковые требования в полном объеме. Пояснил, унижение чести и достоинства истца подтверждены представленными доказательствами, заключением лингвистической экспертизы, содержащим выводы, что в публикации содержится оскорбление в отношение истца. Оскорбление связано с размещением рядом с фотографией изображения истца и комментариями. Основания для удовлетворения требований имеются. Размещена публикация ДД.ММ.ГГГГ, удалено сообщение в этот же день, но на момент публикации 456 просмотров. Это препятствовало удостоверить у нотариуса публикацию, поскольку она отсутствовала в открытом доступе, поэтому по устному обращению нотариус пояснила, что невозможно заверить. Представитель истца в судебном заседании не возражал против рассмотрения дела в порядке заочного производства.

Истец ФИО1, ответчик ФИО2 в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, причин неявки не сообщили, от ответчика ходатайств о рассмотрении дела в ее отсутствие не поступило.

Протокольным определением от 21.11.2025 судом постановлено рассмотреть дело в порядке заочного производства.

Суд, выслушав представителя истца, изучив письменные материалы дела, допросив свидетелей, полагает исковые требования подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

В силу ст. 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени.

Согласно п.п. 1, 5 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, оказались после их распространения доступными в сети «Интернет», гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также опровержения указанных сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети «Интернет».

Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений (п. 9 ст. 152 ГК РФ).

Из разъяснений, изложенных в п.7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», следует, что по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу ст.152 ГК РФ значение для дела, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Как следует из п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» в силу п.1 ст.152 ГК РФ обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст.152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (ст.130 УК РФ, ст.ст. 150, 151 ГК РФ).

Аналогичная позиция изложена в п.6 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016, согласно которой оценочные суждения, мнения, убеждения не являются предметом судебной защиты в порядке ст.152 ГК РФ, если только они не носят оскорбительный характер.

Из материалов дела видно, что истец ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском к ФИО2 в связи с размещением ответчиком ДД.ММ.ГГГГ среди неограниченного круга лиц публикации в виде <данные изъяты> в информационно-телекоммуникационной сети общего пользования «Интернет» в телеграмм-канале <данные изъяты> по адресу <данные изъяты>.

На момент рассмотрения дела данная публикация в мессенджере <данные изъяты> на телеграмм-канале <данные изъяты> удалена.

Согласно ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Содержание публикации, ее размещение в мессенджере <данные изъяты> на телеграмм-канале <данные изъяты> подтверждается материалами дела, в частности, представленными стороной истца скриншотами, ответчиком не опровергнуто.

Нормами гражданско-процессуального законодательства использовать в качестве доказательств в суде скриншот экрана не запрещено. Законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (ст.55 ГПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу ст.ст. 55 и 60 ГПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет». Допустимыми доказательствами являются, в том числе сделанные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка. Такие распечатки подлежат оценке судом при рассмотрении дела наравне с прочими доказательствами (ст.67 ГПК РФ).

Оснований полагать, что при осуществлении истцом копирования скриншотов публикации из сети «Интернет», их печати и предоставлению в материалы дела произошло изменение или искажение содержащейся в ней информации, не имеется.

Как указывает истец в исковом заявлении, при ознакомлении с данной публикацией она испытала <данные изъяты> Она также переживала, что много людей увидели данную публикацию, среди которых могли быть как коллеги, пациенты, знакомые и родственники. <данные изъяты>. <данные изъяты> Ответчик своим неправомерными действиями не только унизил и оскорбил ее честь и достоинство, но и причинил моральный вред в результате оскорбления.

Также наличие данной публикации в общем доступе, ознакомление с ней неограниченного круга лиц, переживания истца по поводу размещенной публикации подтверждаются показаниями свидетелей.

Свидетель ФИО7 показала, что ФИО1 ее коллега, ФИО2 знакома как <данные изъяты>. Ей известно, что на канале <данные изъяты> была размещена публикация в отношении ФИО1 В феврале 2025 года ФИО3 Т.С. была расстроена, она пояснила, что неприятную информацию выложили на <данные изъяты>. В разговоре пожаловалась на <данные изъяты>. Потом слышала от коллег, что обсуждалась эта ситуация. Говорили, что было размещена <данные изъяты> Позже тот же день с истцом разговаривали, подошла <данные изъяты>. Позже не обсуждали эту ситуацию, так как видела, что ей неприятно. Она знала, что многие сотрудники видели публикацию. Жалобы, отрицательные комментарии от пациентов не часто поступают, в год около 5-6. Проводят служебные расследования. По их обращениям были корректные формулировки. Какие взаимоотношения между истцом и ответчиком, не знает. При ней не обсуждалась эта информация. <данные изъяты> не знает, кем ведется.

Свидетель ФИО8 показала, что ФИО1 ее коллега, ФИО2 не знает, только слышала о ней. Сама не видела публикацию. Видела скриншот, который показала истец. Зашла к истцу в кабинет, она была <данные изъяты>. Спросила в чем дело, она показала скриншот, сказала, что ФИО2 сделал публикацию в ее адрес. Публикация содержала <данные изъяты>. Там был текст, его не помнит. ФИО1 расстроилась, потому что сотрудники больницы это обсуждали, <данные изъяты>, кто-то подписан на канал. <данные изъяты>. Не знает, сколько публикация была в доступе, не подписана на <данные изъяты>, не видела. Истец рассказывала, что <данные изъяты>.

Оснований не доверять показаниям данных свидетелей не имеется, они предупреждены об уголовной ответственности, их личной заинтересованности в исходе дела не усматривается.

Согласно выводам заключения лингвистического исследования № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного специалистом <данные изъяты>, в публикации ФИО2, размещенной информационно-телекоммуникационной сети общего пользования «Интернет» телеграмм-канале <данные изъяты> по адресу <данные изъяты>, содержится оскорбление (то есть унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной, а также иной противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности форме) в отношении <данные изъяты> ФИО1. Оскорбление выражено размещением <данные изъяты>, направлено на <данные изъяты> ФИО1.

Суд принимает данное заключение в качестве допустимого доказательства по делу, поскольку оснований не доверять данному заключению у суда не имеется. Результаты исследования мотивированно отражены в заключении, согласуются с иными доказательствами по делу. Заключение содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в его результате выводы. Ходатайств о назначении судебной экспертизы сторонами не заявлено.

Как установлено судом, телеграмм-канал <данные изъяты> в мессенджере «<данные изъяты>» принадлежит ответчику ФИО2, автором публикации в мессенджере «<данные изъяты>» в телеграмм-канале «<данные изъяты> по адресу <данные изъяты> является ответчик. Как видно из скриншота публикации, по состоянию на 11-28 час. имелось 141 просмотр, при количестве подписчиков 434 человека. Учитывая количество подписчиков телеграмм-канала <данные изъяты>» в мессенджере «<данные изъяты>», содержание вышеуказанной публикаций стало известно иным лицам, в связи с чем суд приходит к выводу о доказанности факта распространения ФИО2 содержащейся в публикации информации.

Оценив имеющиеся в деле доказательства, в том числе заключение специалиста, суд приходит к выводу, что оспариваемые фразы публикации несут информацию об оценочных суждениях, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст.152 ГК РФ. Принадлежащие ответчику высказывания, изложенные в публикации, имеют оценочное суждение, личное субъективное мнение в отношении истца, а потому не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности, данные высказывания не являются порочащими в том смысле, которое им придает законодатель.

Анализ вышеуказанных выражений свидетельствует о том, что они носят общий характер, так как не содержат указания на конкретные данные и обстоятельства, которые могут быть проверены на предмет соответствия их действительности или опровергнуты, поскольку они изложены абстрактно и находятся в плоскости оценки, а не факта, а потому не подлежат опровержению в порядке ст.152 ГК РФ.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения требований о признании порочащей честь, достоинство и деловую репутацию истца публикации, размещенной ФИО2 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в телеграмм-канале <данные изъяты> по адресу <данные изъяты> в отношении ФИО1 не имеется, поскольку в основу оценки сведений как порочащих и не соответствующих действительности положен субъективный, а объективный критерий.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ суд может возложить на нарушителя обязанность компенсации морального вреда, причиненного гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» разъяснено, что следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке ст.152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (ст.130 КУ РФ, ст.150, 151 ГК РФ).

Понятие оскорбления раскрывается в ч.1 ст. 5.61 КАП РФ как унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной или иной противоречащей общепринятым нормам морали и нравственности форме.

Исходя из приведенного правового регулирования, допускается возможность защиты чести и достоинства гражданина от оскорбления путем заявления отдельного требования о компенсации морального вреда. Указанный способ защиты нарушенного права является самостоятельным, его применение не обусловлено необходимостью одновременного использования какого-либо иного способа защиты.

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 28.06.2007 №8-П достоинство личности подлежит защите в качестве общего условия осуществления всех иных прав и свобод, независимо от фактического социального положения человека, и предопределяет недопустимость произвольного вмешательства в сферу автономии личности.

В ходе судебного разбирательства установлено, что оскорбления, в том числе выраженные в неприличной форме, допущены в оспариваемой публикации ответчиком ФИО2 Распространенные ответчиком сведения в публикации формирует негативное мнение о личности истца. Размещение данной информации в сети Интернет в мессенджере «<данные изъяты>» на телеграмм-канале <данные изъяты> является распространением данной информации на широкую аудиторию пользователей сети «Интернет» и интернет-ресурса, информация находилась в свободном доступе для неограниченного круга лиц.

Ответчик, распространяя вышеуказанную информацию в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, осознавала, что ее публикация относится непосредственно к истцу, носит негативный характер и создает о нем искаженное представление. Подобные действия ответчика не являются добросовестной реализацией права на свободное выражение собственного мнения, выражают негативную оценку личных качеств, были высказаны ответчиком в адрес истца, и в исследуемом контексте данные высказывания являются оскорбительными для истца, противоречат нравственным нормам поведения, содержат негативную, унизительную оценку личности истца, унижают ее честь и достоинство.

Нарушение личных неимущественных прав истца ответчиком ФИО2 является основанием для взыскания компенсации морального вреда.

В соответствии с п.1 ст.150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу п.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст.ст.1064 - 1101) ГК РФ и ст.151 ГК РФ.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (п. 1 ст.151 ГК РФ).

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (п. 2 ст.151 ГК РФ).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст.1101 ГК РФ).

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В силу разъяснений, данных в п.51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», установив, что истцом заявлено требование о компенсации морального вреда, причиненного распространением оценочных суждений, мнений, убеждений, суд может удовлетворить его, если суждения, мнения, убеждения ответчика были высказаны в оскорбительной форме, унижающей честь и достоинство истца.

Согласно п.52 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации при определении размера подлежащей взысканию с ответчика денежной компенсации морального вреда по делам о защите чести, достоинства или деловой репутации гражданина судам следует принимать во внимание, в частности, содержание порочащих сведений и их тяжесть в общественном сознании, способ и длительность распространения недостоверных сведений, степень их влияния на формирование негативного общественного мнения о лице, которому причинен вред, то, насколько его достоинство, социальное положение или деловая репутация при этом были затронуты, нравственные и физические страдания истца, другие отрицательные для него последствия, личность истца, его общественное положение, занимаемую должность, индивидуальные особенности (например, состояние здоровья).

Размещенная ответчиком публикация содержат негативную характеристику истца, приведенные высказывания сделаны в оскорбительной форме.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что в результате размещения данной публикации в оскорбительной форме ФИО1 причинены нравственные страдания, которые выразились в переживаниях, в том числе, поскольку стали известны неопределенному кругу лиц, могли сформировать о ней негативное общественное мнение.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает содержание распространенных ответчиком сведений, характер и степень причиненных истцу нравственных страданий, индивидуальные особенности личности истца, отсутствие доказательств отрицательных последствий для истца, общественное положение ответчика, <данные изъяты>, осуществляющую организационно-распорядительный функции, руководство подчиненными сотрудниками, которым стало известно о данной публикации, степень распространения информации, степень вины ответчика, которая не попыталась загладить причиненный вред, принести извинения, предпринятые ответчиком действия по удалению публикации (в течение дня), а также требования разумности и справедливости, полагает, что в пользу истца ФИО1 с ответчика ФИО2 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 10 000 руб. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в ином размере суд не усматривает.

Руководствуясь ст.194-199, 233-237 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о защите чести и достоинства, деловой репутации, компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей.

В остальной части в удовлетворении требований отказать.

Ответчик вправе подать в Заводский районный суд г.Кемерово заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.

Ответчиком заочное решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Заводский районный суд г.Кемерово.

Иными лицами, участвующими в деле, заочное решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Заводский районный суд г.Кемерово в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения, а в случае, если такое заявление подано, - в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Председательствующий И.В. Южикова