Решение по делу № 2-240/2023 от 20.06.2023 - о признании недействительным договора приватизации.

Дело №2-240/2023

Уид 44RS 0004-01-2023-000136-43

Мотивированное решение

изготовлено 20.06.2023 г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 июня 2023 года

Мантуровский районный суд Костромской области

в составе председательствующего судьи Праздниковой О.А.,

при секретаре Кузнецовой И.И,

с участием истца ФИО1, ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к КУМИ и ЗР администрации г.о.г.Мантурово, ФИО2 о признании недействительным договора приватизации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к КУМИ и ЗР администрации г.о.г.Мантурово, ФИО2 о признании недействительным договора приватизации. Свои требования мотивировал тем, что с 20.06.1980года по 16.04.2012года находился в браке с ФИО5 От брака имеет дочь ФИО3 В период совместного проживания семье по договору социального найма была предоставлена квартира по адресу: [адрес] С целью оформления прав в отношении квартиры истец 30.11.2022г обратился за выпиской из ЕГРН, из которой ему стало известно, что право собственности на квартиру было зарегистрировано только за ФИО2, на основании какого документа ему было не известно, предполагает, что имела место приватизация квартира, а сам он в приватизации участия не принимал. С целью получения договора приватизации он обратился в администрацию г.о гор.Мантурово, где ему отказали в выдаче копии договора приватизации. Считает, что он, как член семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, и как лицо, имеющее адрес постоянной регистрации в спорной квартире на момент перехода права собственности на квартиру в порядке приватизации, имел право быть участником приватизации и от своего права не отказывался. Ссылаясь на нормы закона «О приватизации жилищного фонда в РФ», ст.166 ГК РФ, просит суд признать недействительной сделкой приватизацию жилого помещения.

Определением суда от 05 июня 2023 года, с согласия истца, произведена замена ненадлежащего ответчика КУМИ и ЗР администрации г.о.г.Мантурово - на администрацию г.о.г.Мантурово.

В судебном заседании истец исковые требования поддержал, при этом пояснил, что в спорной квартире проживал с женой ФИО5 до ее смерти, в квартире был зарегистрирован до 1999года. Выписался из квартиры по инициативе супруги ФИО5, чтобы меньше платить за квартиру. Когда купили дом под дачу в д.[адрес], там и зарегистрировался по инициативе жены. Не понимает, почему его не включили в договор приватизации, т.к. они получали квартиру от фанерного комбината на семью. После смерти ФИО5, его дочери хотели купить ему квартиру, но не сделали этого, фактически оставив его на улице. Сейчас ему негде жить. При получении выписки из ЕГРН он узнал, что квартира была приватизирована его дочкой Натальей. Он думал, что квартира ему полагается после смерти жены. Считает, что был обманут дочерью, оформившей квартиру в свою собственность без его на то согласия, он вправе претендовать на приобретение в собственность доли квартиры, но незаконно был лишен этого права.

Представитель истца – ФИО4 в судебное заседание не явилась, будучи уведомленной о дате и времени судебного заседания, ранее в судебном заседании требования истца поддержала, заявив о том, что поскольку истец ФИО6 проживал фактически в квартире, но его согласия на заключение договора приватизации не было получено, соответственно, приватизация осуществлена незаконно. Срок на оспаривание договора приватизации считает не пропущенным, т.к истец не знал о заключении данного договора до ноября 022года. В случае удовлетворения требований истца, квартира должна быть возвращена в муниципальную собственность.

Ответчик ФИО2 участвующая в судебном заседании посредством видеоконференц-связи с Колпинским районным судом г.Санкт - Петербурга с исковыми требованиями не согласилась, пояснила, что отцу в 2012году было известно о приватизации квартиры. Но в то время, в 2012г, он сам отказался от участия в приватизации, т.к ему это было не нужно. После смерти мамы он не хотел один жить в этой квартире. Он практически сразу сошелся с ФИО7 и уехал к ней жить, потом они уехали в Москву, где жили несколько лет. В 2012году, после смерти матери, она с сестрой – ФИО8 и отцом обсуждали вопросы наследства и приватизации квартиры. На тот момент квартирой никто не хотел заниматься, хотя она предлагала отцу жить в квартире вместе с сожительницей. Не возражает по проживанию ее отца в квартире и в настоящее время. Считает, что исковое заявление отца вызвано корыстным желанием его супруги ФИО7 продать спорную квартиру.

Представитель ответчика – администрации г.о.г.Мантурово, на основании доверенности ФИО9 в судебное заседание не явилась, согласно телефонограмме просила рассмотреть дело без ее участия, с иском не согласна, заявила о пропуске срока исковой давности, поддерживает ранее данные пояснения представителя КУМИ и ЗР по делу.Представитель ответчика – КУМИ и ЗР администрации г.о гор.Мантурово – ФИО10 ранее в суде поясняла, что отсутствуют основания для признания недействительным договора приватизации. С момента заключения договора прошло много времени, в то время как срок исковой давности по оспариваемым сделкам - один год. За более чем 10 лет у истца было много шансов узнать, что эта квартира приватизирована. Просила суд применить срок исковой давности и в иске отказать. Договор социального найма был заключен с ФИО2 05.06.2012года, членов семьи в нем не было указано, как и сведений о регистрации в квартире истца. Поэтому договор приватизации был заключен 28.09.2012года только с нанимателем квартиры - ФИО2, учитывая, что других членов семьи не имелось на дату приватизации. Истец ФИО1 с заявлением о включении его в договор приватизации не обращался.

Третье лицо – ФИО7 в судебное заседание не явилась, будучи уведомленной о дате и времени судебного заседания, ранее в судебном заседании требования истца поддержала, пояснив, что она с супругом намерена проживать в указанной квартире, в случае удовлетворения исковых требований.

Третье лицо ФИО8 в судебное заседание не явилась, уведомлялась надлежащим образом. Возражений по иску не представила, при этом в дело посредством электронной почты представлены письменные пояснения ответчика ФИО2, в которых имеется подпись ФИО8 о том, что она полностью поддерживает доводы своей сестры – ФИО2 и также с иском не согласна.

Выслушав стороны, заинтересованных лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст.217 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, находящееся в государственной или муниципальной собственности, может быть передано его собственником в собственность граждан и юридических лиц в порядке, предусмотренном законами о приватизации государственного и муниципального имущества.

В силу ст.1 Закона РФ от 04.07.1991 г. № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» приватизация жилых помещений - бесплатная передача в собственность граждан Российской Федерации на добровольной основе занимаемых ими жилых помещений в государственном и муниципальном жилищном фонде.

В соответствии со ст.2 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда РФ» (в редакции, действовавшей на момент приватизации спорной квартиры 28.09.2012г) граждане Российской Федерации, граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

Из прямого толкования указанной нормы следует, что право на приватизацию имели лица, фактически проживающие в жилых помещениях, предоставленных по договору социального найма. Согласие на приватизацию также требуется только от совместно проживающих с ними лиц.

Согласно правовой позиции, изложенной в п.6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 августа 1993 г. № 8 "О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», в случае возникновения спора по поводу правомерности договора передачи жилого помещения, в том числе и в собственность одного из его пользователей, этот договор, а также свидетельство о праве собственности по требованию заинтересованных лиц могут быть признаны судом недействительными по основаниям, установленным гражданским законодательством для признания сделки недействительной.

Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения (ст.168 ГК РФ).

В соответствии со ст.8 ФЗ «О приватизации жилищного фонда в РФ» в случае нарушения прав гражданина при решении вопросов приватизации жилых помещений он вправе обратиться в суд.

Судом установлено из материалов приватизационного дела, что Администрацией муниципального образования г.о.г. Мантурово и ФИО2 на основании Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в РФ» и Положения о приватизации жилищного фонда г.Мантурово, утвержденного постановлением главы самоуправления № 136 от 25.03.2003 года, заключен 28.09.2012г договор, в соответствии с которым ФИО2 была передана в собственность квартира в трехэтажном кирпичном доме, состоящая из трех комнат, общей площадью 59,0 кв.метров, в том числе жилой 36,3кв.метров по адресу: [адрес]. В соответствии с п.3 указанного договора, квартира передается ФИО2 в собственность в праве в целом безвозмездно. Указанный договор подписан ведущим специалистом КУМИ и ЗР и представителем ФИО2 – ФИО11.(на основании доверенности от 23.04.2012г). По акту приема передачи от 05.07.2012г ФИО2 приняла указанную квартиру В материалах приватизационного дела имеется заявление ФИО2 от 07 сентября 2012года о передаче ей в собственность квартиры. Иных членов семьи в заявлении не указано (л.д.32-40 том1).

Согласно выписке из ЕГРН, право собственности ФИО2 на указанную квартиру КН 44:28:020249:806 зарегистрировано 05.04.2017года.

Из материалов дела следует, и сторонами подтверждено, что истец ФИО1 приходится отцом ФИО2 ( до брака ФИО6)( л.д.16 том 1).

Из пояснений сторон по делу следует, что семья истца, проживавшая ранее по адресу: [адрес] состояла из его, супруги – ФИО5(умерла [Дата]), а также их дочерей: Губинской (Садовской)Е.А [Дата] а также Касиян (ФИО12) [Дата]

В соответствии с адресной справкой (л.д.30 том1) на момент приватизации и по настоящее время в квартире зарегистрирована ФИО2, с [Дата].

Истец ФИО1, согласно адресной справке от 24.04.2023года (л.д.110 том1) в период с 20.08.1999года по 29.12.2020года был зарегистрирован по адресу: [адрес]

Из материалов дела усматривается, что истец ФИО1 не имел регистрации в указанной спорной квартире с 1999года, в т.ч. на момент заключения договора приватизации квартиры - 28.09.2012г. Доводы истца о вынужденном снятии его с регистрационного учета в указанной спорной квартире и последующей также вынужденной его регистрации на даче в [адрес]– доказательствами не подтверждены. Доказательств чьих-либо мошеннических действий, связанных с умышленным, помимо его воли, снятием истца с регистрационного учета в квартире, причем задолго до заключения договора приватизации – истцом не представлено. Кроме того, суд учитывает, что снятие с регистрационного учета по месту жительства осуществляется на основании личного заявления или на основании решения суда, соответственно, никто не мог снять с регистрационного учета по месту жительства истца помимо его воли. Суд оценивает данные доводы истца критически, как не подтвержденные и надуманные. В суде истец пояснил, что он не страдал в указанный период времени никакими заболеваниями, препятствующими понимать значение своих действий и самостоятельно руководить ими.

Исходя из пояснений сторон и материалов дела, в период с 1999года по 2012год и далее, истец ФИО1 не предпринимал мер к регистрации в спорной квартире, хотя, как он пояснил в суде, его действительно никто не выгонял из спорной квартиры, он проживал фактически в квартире до смерти жены.

Из пояснений в суде ответчика ФИО2 следует, что в связи с тяжелой болезнью ее матери, она проживала некоторое время в 2012году в спорной квартире, хотя фактически с 2008года постоянно проживала в Санкт-Петербурге. По состоянию на начало 2012года, в спорной квартире оставались проживать их родители: ФИО5 и отец ФИО1, а она (ФИО2) и ее сестра проживали со своими семьями в разных городах: ФИО8 –в [адрес], а она – ФИО2 – в [адрес].

Ответчик ФИО2 в суде подтвердила, что ее отец ФИО1, по состоянию на начало 2012года, не будучи зарегистрированным в квартире, фактически проживал периодически то в квартире, то на даче в [адрес], находящейся недалеко от дома, причем проживал там по его собственному желанию. Ситуация изменилась в связи со смертью [Дата] ФИО5 После указанного события, как пояснила ответчик, они втроем (она, сестра и их отец) обсуждали вопросы, касающиеся наследства и приватизации квартиры, которая находилась в муниципальной собственности. На тот момент у них с отцом были хорошие отношения, однако никому не хотелось решать проблемы, связанные с оформлением документов по приватизации квартиры: сестра проживала в Костроме со своей семьей, а отец, спустя 40 дней после смерти жены, переехал жить к своей сожительнице ФИО7 в ее квартиру по адресу: [адрес]., по этой причине на момент заключения договора приватизации, ее отец фактически проживал в квартире ФИО7 В сложившейся ситуации, учитывая согласие отца и сестры, она (ответчик ФИО2) приватизировала квартиру.

По мнению ответчика ФИО2, на момент заключения договора приватизации ее отец - ФИО1 достоверно знал о ее намерении приватизировать квартиру в свою собственность, т.к после смерти ФИО5, ее отец, по своей личной инициативе фактически отказался от проживания в квартире и решения проблем, создав новую семью с ФИО7 и переехав к ней жить. Заключение договора приватизации и оформление в свою собственность ею (ФИО2) не скрывалось и отцу было об этом известно. Отношения на тот период с отцом были хорошие.

Указанные обстоятельства совместного проживания истца ФИО1 в период с 27 мая 2012года, с ФИО7, по месту ее жительства: [адрес] - были подтверждены истцом в судебном заседании. Истец в суде пояснил, что у него с указанного времени с ФИО7 образовалась семья, вопреки предположению его дочерей о том, что он будет жить один в квартире и недолго проживет.

Из материалов дела видно, что брак ФИО1 с ФИО7 зарегистрирован [Дата] в ЗАГС [адрес] ( л.д 198 оборот том 1).

Из пояснений истца и ответчика следует, что истец ФИО1 выехал из спорной квартиры в мае 2012года на другое постоянное место жительства к ФИО7, где постоянно проживал с ней одной семьей по адресу: [адрес], а затем они вместе уехали жить и работать в гор.Москву, а затем проживали длительное время в Костроме.

С 2012года в спорную квартиру истец ФИО1 жить более не возвращался, хотя препятствий к этому у него не имелось, учитывая, что ключ от квартиры находился у соседки, о чем истцу было хорошо известно. Мер к вселению в квартиру истец с 2012года по настоящее время не предпринимал.

Из сведений ЕГРН видно, что ФИО7 с 15 марта 2012года по 30.07.2019года являлась собственником квартиры по адресу: [адрес]. 30.07.2019г заключен договор дарения квартиры ( л.д. 125 том1).

В период с 25.04.2012г по 30.07.2019г являлась собственником квартиры по адресу: [адрес]. ФИО7 30.07.2019г заключен договор дарения квартиры (л.д.199 том 1).

В материалах дела отсутствуют какие-либо допустимые доказательства, подтверждающие, что на момент приватизации квартиры истец сохранил за собой право пользования спорным жилым помещением, имея намерение участвовать в приватизации спорного жилого помещения и проживать в спорной квартире.

При таких обстоятельствах, суд считает, что переехав по своей инициативе из спорной квартиры на другое постоянное место жительства, с мая 2012года истец ФИО1 стал членом семьи ФИО7, проживая с ней совместно в принадлежащем ей жилом помещении, следовательно, истец ФИО1 по своей инициативе отказался от прав в отношении спорной квартиры.

Суд не находит обоснованными доводы истца о том, что спорная квартира была предоставлена по договору социального найма на всю семью, включая его, и поэтому приватизация квартиры могла быть осуществлена только с его согласия, как члена семьи.

05.07.2012года КУМИ и ЗР администрации г.о.г.Мантурово (наймодатель по договору) и ФИО2 (наниматель) был заключен договор №417 социального найма жилого помещения, в соответствии с которым нанимателю и членам его семьи в бессрочное владение и пользование было передано спорное жилое помещение. Из п.1 договора следует, что совместно с нанимателем в жилом помещении никто не проживал, проживала она одна. Указанный пункт договора социального найма соответствует сведениям справки от 07.09.2012г управляющей компании о том, что в квартире по адресу: [адрес] была зарегистрирована одна ФИО2

Какого-либо иного договора социального найма, или договора с иными членами семьи истец в суд не представил.

В соответствии с ч.1 ст.69 ЖК РФ, действующей на момент приватизации квартиры, к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке.

Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности. Дееспособные и ограниченные судом в дееспособности члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма несут солидарную с нанимателем ответственность по обязательствам, вытекающим из договора социального найма (ч. 2 ст. 69 ЖК РФ).

Принимая во внимание указанные нормы законодательства, а также установленные судом фактические обстоятельства в совокупности, суд приходит к выводу, что истец ФИО1 по состоянию на дату заключения ответчиком ФИО2 договора социального найма – 05 июля 2012г и дату заключения договора приватизации – 28.09.2012г не являлся членом семьи своей дочери - ФИО2, и фактически в квартире по состоянию на указанные даты не проживал, а потому его согласие на заключение его дочерью ФИО2 договора приватизации квартиры не требовалось.

Как установлено судом, в настоящее время истец ФИО1 не имеет регистрации по месту жительства. В суде истец пояснил, что в настоящее время он не имеет в собственности жилья, что подтверждается сведениями из ЕГРН об отсутствии зарегистрированных прав ФИО1 на жилые помещения (л.д.94 том1), не имелось у истца в собственности жилых помещений также и по состоянию на дату заключения договора приватизации - 28.09.2012г(л.д.95 том1).

Согласно сведениям ЕГРН, ФИО1, приобретший 22.05.2018г право собственности в порядке наследования после смерти супруги ФИО5 на 2/3 долей в праве собственности на земельный участок с долей жилого дома, расположенных по адресу: [адрес], подарил 27.05.2020г указанное имущество ФИО7

Истец ФИО1 в суде пояснил, что фактически проживает в [адрес], в принадлежащей ему бане, поскольку жилой дом, ранее используемый под дачу, разрушился. Они с супругой снимают жилье в [адрес], но в летний период он проживает в [адрес], с целью выращивания овощей на своем земельном участке. Ранее приобретенное ими в Костроме жилье пришлось продать, в связи с недостаточностью денежных средств для ремонта квартиры и оплаты ипотеки. Считает, что по вине дочерей, которые не купили ему квартиру и деньги, он остался без жилья.

Суд не находит состоятельными доводы истца о том, что его дочери: ФИО2 и ФИО8 обманули истца, пообещав ему купить квартиру, и не выполнили своего обещания, а ответчик ФИО2 обманным путем завладела спорной квартирой. Доказательств указанному доводу истец не представил и указанных обстоятельств судом в ходе рассмотрения дела не установлено. Ответчик ФИО2 отрицала заключение какого-либо договора с отцом о приобретении ему жилого помещения, указывая на то. что она сама проживает на съемном жилье в Санкт -Петербурге и средств для приобретения квартиры никогда не имела. Кроме квартиры в гор.Мантурово, она в собственности другого жилья не имеет.

Как сам истец пояснил, препятствий в пользовании спорной квартирой ответчица ФИО2 ему не чинила, он сам отказался от права пользования данной квартирой после смерти жены (хотя ключи от квартиры у него имелись), каких-либо действий по оформлению права собственности, социального найма на спорную квартиру в период до 2012года истец не предпринимал, коммунальные платежи не оплачивал.

В соответствии со ст.56 ГПК Российской Федерации, и ст.12 ГПК Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Вопреки указанным требованиям закона, истцом не представлено достаточных доказательств, свидетельствующих о незаконности и недействительности заключенного администрацией гор.Мантурово и ФИО2 договора приватизации и нарушения ответчиками прав истца.

Ссылки истца ФИО1 о том, что о договоре приватизации квартиры ему ничего не было известно до подачи иска в суд, суд оценивает критически, и не может с ними согласиться, принимая во внимание период времени, в течение которого ФИО2 являлась собственником спорной квартиры на основании оспариваемой сделки приватизации, который был достаточно продолжительным - более 11 лет.

Истец ФИО1 в судебном заседании пояснил, что на тот момент квартира ему не была нужна, в оплате коммунальных услуг он не участвовал, с женой ФИО7 он проживал в Москве, потом в Костроме, где на заемные средства они купили жилое помещение в Костроме, потом продали его в связи с обременительностью кредитных обязательств. Из пояснений истца также следует, что он был осведомлен о наличии долгов дочери за квартиру, и о том, что в квартире проживали квартиранты, отсутствует имущество и были сломаны двери. В настоящий момент ФИО1 в суде также указывает, что спорная квартира ему нужна фактически не для проживания, а для продажи своей доли с целью приобретения жилья в Костроме. Таким образом, истец не интересовался спорной квартирой с 2012года, решая свои жилищные проблемы иным образом.

Из дела правоустанавливающих документов видно, что для регистрации права собственности ФИО2 на спорную квартиру в 2017 году представлены, в т.ч, те же документы, которые послужили основанием для заключения договора приватизации. В связи с чем, у суда отсутствуют основания считать заключение договора приватизации незаконной сделкой.

Наряду с изложенным, суд полагает обоснованными доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, предусмотренного статьей 181 ГК РФ.

В силу ст.180 ГК РФ недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части.

В соответствии с п.2 ст.199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения( ст.168 ГК РФ).

Исходя из положений ч.2 ст. 8 ФЗ "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" договор приватизации жилого помещения, совершенный с нарушением действующего законодательства, является оспоримой сделкой.

Пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Положениями ст.168 ГК РФ и ч.2 ст.8 Закона РФ от 04.07.1991 N 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" прямо установлено, что договор приватизации жилого помещения, совершенный с нарушением действующего законодательства, является оспоримой, а не ничтожной сделкой, с учетом чего к договору от 28.09.2012года подлежит применению п.2 ст.181 ГК РФ о годичном сроке исковой давности. Следовательно, течение указанного срока начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как усматривается из материалов дела, оспариваемый договор был заключен в 2012г., право собственности ответчика ФИО2 зарегистрировано в ЕГРН в 2017 году, а с настоящим иском истец обратился в суд в 2023 году, т.е. спустя более 11 лет с момента заключения договора приватизации квартиры.

В связи с чем, суд находит пропущенным срок исковой давности для обращения в суд с иском о признании договора приватизации недействительным.

В соответствии со ст.9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Суд отмечает, что согласно п.1 ст.200 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении момента начала течения срока исковой давности должен учитываться не только момент, когда лицо узнало о нарушении своих прав, но и момент, когда должно было узнать о таком нарушении, что в данном случае должно быть оценено в совокупности с принципами разумности и добросовестности действий участников правоотношений.

С учетом длительности временного периода между заключением договора приватизации и предъявлением истцом требований о защите своих прав (более 12 лет), характером сложившихся между сторонами спора отношений, иных обстоятельств дела, а также исходя из принципов разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений, суд находит довод истца о том, что о приватизации жилого помещения он узнал только в ноябре 2022 года, несостоятельным и расценивается судом как позиция заинтересованного в исходе дела лица.

Согласно материалам наследственного дела (л.д.144 том 1) истцу ФИО1 было достоверно известно о составе наследственного имущества, куда спорная квартира не вошла. Истец ФИО6 10.07.2012года обратился с заявлением к нотариусу о принятии наследства (л.д.148 том 1), что им не оспаривалось в суде. Таким образом, ФИО1. в 2012году не мог не знать о том, что квартира является муниципальной собственностью. Истец также достоверно знал о том, что его дочь является собственником квартиры, учитывая доброжелательный и семейный характер взаимоотношений истца и ответчика ФИО2 в 2012году, проживание ответчика в том же городе на дату приватизации квартиры, возможность выяснения всех обстоятельств у дочерей, а также осведомленность истца о долгах дочери за квартиру.

Суд считает, что проживая в гор.Мантурово, истец ФИО1 имел возможность получить сведения в администрации г.о гор.Мантурово о наличии договора приватизации ранее 2022года, если бы у него имелся интерес к данной квартире.

Каких-либо препятствий к получению истцом сведений о наличии (либо отсутствии) права на спорную квартиру, его характере и объеме, судом не установлено. Доказательства, подтверждающие совершение ответчиками действий направленных на сокрытие информации в отношении договора приватизации, правоустанавливающих документов, истцом не представлено. Как пояснили стороны, неприязненные отношения между истцом ФИО1 и его дочерьми возникли значительно позже 2012года.

Кроме того, информация о правообладателях объектов недвижимости является открытой, предоставляется органами Росреестра заинтересованным лицам по их требованию.

Тот факт, что истец не интересовался квартирой с 2012года и до 2022года, до того момента, когда он и его супруга - ФИО7 в результате совершения ими многочисленных сделок с недвижимостью (л.д.125-139,195-197том1), остались без собственного жилья, без регистрации по месту жительства и с финансовыми проблемами, что в действительности и послужило основанием для обращения в суд с указанным иском, не может означать, что истец ФИО1 не знал о заключении ФИО2 договора приватизации.

Суд приходит к выводу о том, что срок исковой давности для признания сделки недействительной, установленный п.2 ст.181 Гражданского кодекса РФ истцом пропущен без уважительных причин и оснований для восстановления данного срока не имеется.

Пропуск срока исковой давности для обращения в суд за защитой нарушенного права является дополнительным основанием для отказа в удовлетворении заявленных истцом требований о признании недействительной сделки приватизации жилого помещения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ суд,

РЕШИЛ :

В удовлетворении иска ФИО1 к администрации г.о гор.Мантурово, ФИО2 о признании недействительным договора приватизации - отказать полностью.

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд через Мантуровский районный суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья: О.А. Праздникова.