Дело № 2-5082/2023

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

<адрес> 03 ноября 2023 года

Центральный районный суд <адрес> в составе: председательствующего судьи Мальцевой Л.П.,

при секретаре судебного заседания Соловьевой А.П.,

с участием: истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о защите чести, достоинства и деловой репутации, взыскании компенсации морального вреда,

установил:

истец ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3 о защите чести, достоинства и деловой репутации, взыскании компенсации морального вреда. В обоснование иска указала, что ДД.ММ.ГГГГ она присутствовала на совещании при врио начальника УФСИН России по <адрес> по вопросу «О взаимодействии с региональным отделением общероссийской общественной организации ветеранов уголовно-исполнительной системы и местными отделениями в учреждениях УИС <адрес>». На совещании, проводимом в режиме видеоконференцсвязи с краевыми учреждениями уголовно-исполнительной системы, присутствовали 24 сотрудника уголовно-исполнительной системы <адрес> (руководители учреждений УИС края и их заместители, сотрудники Аппарата управления территориального органа ФСИН) и 10 представителей ветеранских организаций учреждений УИС края. На совещании истец выступила с докладом по теме применения положений Постановления Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О порядке медицинского обеспечения сотрудников, имеющих специальные звания и проходящих службу в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации, таможенных органах Российской Федерации и федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы, отдельных категорий граждан Российской Федерации, уволенных со службы в указанных учреждениях и органах, федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы, членов их семей и лиц, находящихся на их иждивении, в медицинских организациях уголовно-исполнительной системы Российской Федерации, Федеральной таможенной службы, Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий или Министерства внутренних дел Российской Федерации» в части финансирования расходов, связанных с оказанием медицинской помощи пенсионерам уголовно-исполнительной системы в случаях, если такая помощь включена в базовую программу обязательного медицинского страхования. В ходе совещания слово попросил член ветеранской организации, пенсионер уголовно-исполнительной системы ФИО3, который в эмоциональной манере высказался по теме доклада истца, не согласившись с положениями действующих нормативных правовых актов. Далее ФИО3 усомнился в квалификации истца и публично заявил, что она «не соответствует занимаемой должности». Это утверждение не соответствует действительности, так как в 2022 году в установленном порядке истцом была пройдена аттестация, она была признана соответствующей занимаемой должности и рекомендована к перемещению на вышестоящую должность. Таким образом, утверждение о ее несоответствии занимаемой должности было высказано пенсионером УИС ФИО3 публично, оно фактически не соответствует действительности и носит порочащий характер. Заявление ФИО3 порочит честь, достоинство и деловую репутацию истца, поскольку она назначена на должность начальника ФКУЗ МСЧ-27 ФСИН России в установленном порядке, не имеет действующих дисциплинарных взысканий, учреждение под ее руководством функционирует в штатном режиме. Никаких доказательств в подтверждение своего утверждения ответчиком ФИО3 не представлено и не может быть представлено, поскольку все указанное не соответствует действительности. Истец безупречно служит в уголовно-исполнительной системе с 1998 года и добросовестно исполняет возложенные на нее служебные обязанности. Ее добросовестная служба опорочена заявлением пенсионера уголовно-исполнительной системы ФИО3 и это причиняет истцу нравственные страдания: стыд, неловкость перед сослуживцами. Факт распространения сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию может быть подтвержден всеми участниками совещания. Считает фактом, не соответствующими действительности и не имеющими места заявление ответчика о ее несоответствии занимаемой должности. Считает сведения, что заявленные ответчиком публично на совещании носят порочащий характер и умаляют ее честь, достоинство и деловую репутацию. На основании изложенного, просит признать публичное утверждение ФИО3 о ее несоответствии занимаемой должности не соответствующим действительности, порочащим ее честь, достоинство и деловую репутацию. Обязать ФИО3 публично выступить с опровержением его заявления о несоответствии истца занимаемой должности. Взыскать с ФИО3 в пользу истца компенсацию морального вреда 5000 рублей.

Истец в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении, просила удовлетворить заявленные требования.

Ответчик в судебное заседание не явился, извещался своевременно, надлежащим образом. Представил возражение на исковое заявление, согласно в котором указывает, что сказанная им фраза «о несоответствии занимаемой должности» вырвана из вопросительного предложения и не была утверждением. Им не двигало желание оскорбить или унизить кого-либо, тем более женщину. Ходатайствовал об отложении судебного заседания.

Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле (судебные извещения, размещение информации о месте и времени рассмотрения дела на официальном сайте Центрального районного суда <адрес> - centralnyr.hbr.sudrf.ru), ранее представленные возражения от ответчика, руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд не видит оснований для отложения судебного разбирательства и считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав пояснения истца, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст. 23 Конституции РФ каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную <данные изъяты>, защиту своей чести и доброго имени.

Предусмотренное статьями 23 и 46 Конституции Российской Федерации право каждого на защиту своей чести и доброго имени, а также установленное статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации право каждого на судебную защиту чести, достоинства и деловой репутации от распространенных не соответствующих действительности порочащих сведений является необходимым ограничением свободы слова и массовой информации для случаев злоупотребления этими правами.

Согласно п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу п. 1 ст. 152 Гражданского кодекса РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При этом, как следует из разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, содержащихся в п. 9 Постановления от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», в силу п. 1 ст. 152 Гражданского кодекса РФ обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Также, из правовых разъяснений, содержащихся в п. 7 указанного Постановления следует, что по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу ст. 152 Гражданского кодекса РФ значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

При этом порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что ФИО2, является начальником медико-санитарной части - врачом федерального казенного учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть № Федеральной службы исполнения наказаний», что подтверждается справкой УФСИН России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № №

Ответчик ФИО3 является полковником внутренний службы УФСИН по <адрес> в отставке, что подтверждается приказом ФСИН по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №.

ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО2 и ответчик ФИО3 присутствовали на совещании при врио начальнике УФСИН России по <адрес> по вопросу «О взаимодействии с региональным отделением общероссийской общественной организации ветеранов уголовно-исполнительной системы и местными отделениями в учреждениях УИС <адрес>».

Материалами дела также подтверждается, что ФИО3 пытается отстоять свои права на оказание квалифицированной медицинской помощи пенсионеров УФСИН России по <адрес>.

Таким образом, между истцом и ответчиками сложились служебные правоотношения.

С учетом абзацев 3, 6 п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3, в соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статья 130 Уголовного кодекса Российской Федерации, статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Гарантированное ст. 29 Конституции Российской Федерации и ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Заключена в г. Риме от 04.11.1950г.) (с изм. от 13.05.2004г.) право на свободу мысли и слова, право на свободу выражения мнения, суждения и оценки, не является абсолютным, безграничным; реализация указанных прав может быть ограничена в случаях, предусмотренных законом; при реализации перечисленных прав их носитель во всяком случае должен исходить из соразмерности своих прав с правами других лиц.

При этом суд признает, что свобода выражения в мнении распространяется не только на информацию и мнения, воспринимаемые положительно, считающиеся не оскорбительными или рассматриваемые как нечто нейтральное, но и на шокирующие или причиняющие беспокойство. Указанное является требованием плюрализма мнений, терпимости и либерализма, без которых не существовало бы демократического общества.

С учетом этого, при выражении мнения вполне допустимы определенная степень преувеличения или гиперболизации, провокационность, даже подстрекательство, жестко критические или саркастические выражения, определенная избирательность.

В то же время, при выражении мнения недопустимы: унижение, дискредитация, оскорбление, безапелляционная форма, преднамеренная небрежность в изложении, беспричинные персональные «нападки», непристойные «выпады».

Ответчик в своем возражении на исковое заявление, не отрицал тот факт, что высказал в отношении истца фразу «о несоответствии занимаемой должности», однако пояснив, что высказанная фраза вырвана из вопросительного предложения и не была утверждением. Им не двигало желание оскорбить или унизить кого-либо, тем более женщину.

В данном же случае, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, суд не соглашается с тем, что высказанная ответчиком фраза, что истец «не соответствует занимаемой должности», была выражена в оскорбительной, неприличной форме, поскольку даже негативная и, по мнению истца, порочащая ее честь и достоинство оценка дана в достаточно корректной форме, слов ненормативной лексики, а также запрещенных в литературном языке, уведомление распространенное подсудимыми не содержит.

Каких-либо обвинений, имеющих порочащий характер, оскорбительные выражения, которые могут быть отнесены непосредственно к личности ФИО2, не имеется. Действия ответчика, по сути не были направлены на распространение сведений порочащих честь, достоинство и деловую репутацию истца.

Высказывание ответчика о том, что истец, по его мнению, «не соответствует занимаемой должности», не может быть проверена на предмет соответствия действительности, в то же время не носит оскорбительной формы.

Ответчик в своем высказывании изложил свое мнение по поводу проблемных вопросов медицинского обеспечения ветеранов службы УФСИН, а также прокомментировал свое мнение о плохой работе.

Суд отмечает, что в случае, когда гражданин обращается с заявлением, в котором приводит те или иные сведения, но эти сведения в ходе их проверки не нашли или нашли свое подтверждение, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к ответственности, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений.

Кроме того, суд полагает, что истец ФИО2, занимая должность начальника медико-санитарной части - врача федерального казенного учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть № 27 Федеральной службы исполнения наказаний», должна учитывать публичный характер сферы своей профессиональной деятельности, поскольку тем самым она соглашается стать объектом общественной дискуссии и критики. Избрав такой род занятий, ФИО2 неизбежно ставит себя в центр острой критики и пристального внимания, как со стороны общества, так и со стороны своих подчиненных, в связи с чем, должна проявлять большую степень терпимости, так как рамки разумной критики в отношении известных лиц шире, чем в отношении частного лица. Истцу ФИО2 следует учитывать, что частные лица наделены правом комментировать и критиковать как саму деятельность государственных учреждений, так и должностных лиц, участвующих в этой деятельности, которые могут быть подвергнуты критике в отношении того, как они исполняют свои обязанности, поскольку это необходимо для обеспечения гласного и ответственного исполнения ими своих полномочий.

Доказательств того, что суждения были выражены способами, связанными с унижением чести и достоинства, выраженными в неприличной форме, истцом в материалы дела представлено не было, учитывая, что именно истец обязан доказать порочащий характер оспариваемых сведений.

Кроме того, в преамбуле Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2010 г. № 16 «О практике применения судами Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» разъяснено, что при применении законодательства, регулирующего вопросы свободы слова и свободы массовой информации, судам необходимо обеспечивать баланс между правами и свободами, гарантированными статьей 29 Конституции Российской Федерации, с одной стороны, и иными правами и свободами человека и гражданина, а также охраняемыми Конституцией Российской Федерации ценностями с другой.

В виду того, что судом не установлена совокупность условий, необходимых для удовлетворения исковых требований, обратного из материалов дела не следует, основания, для признания публичного утверждения ФИО3 о несоответствии занимаемой должности истца не соответствующим действительности, порочащим честь, достоинство и деловую репутацию, обязании ответчика публично выступить с опровержением его заявления о несоответствии занимаемой должности, отсутствуют.

Поскольку доказательств того, что субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающим честь, достоинство или деловую репутацию истца отсутствуют, оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением, также не имеется.

При вышеизложенных обстоятельствах суд приходит к выводу, что исковые требования истца не подлежат удовлетворению в полном объеме.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского кодекса РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3 о защите чести, достоинства и деловой репутации, взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в <адрес> суд, в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, через Центральный районный суд <адрес>.

Мотивированное решение составлено 10.11.2023.

Судья Л.П. Мальцева