УИД 66MS0017-01-2022-001053-88

Гражданское дело № 2-70/2023

Мотивированное решение составлено 12.04.2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14.03.2023 Екатеринбург

Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи А.Г. Кирюхина,

при секретаре Ю.Ю.Идылбаевой,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Прокурора Железнодорожного района г. Екатеринбурга в интересах ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области, ГАУЗ СО «ЦГКБ № 3» о признании незаконным бездействия, взыскании компенсации, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор в интересах ФИО1 обратился с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области (правопреемниктом 2 л.д. 44), ГАУЗ СО «ЦГКБ № 3» о признании незаконным бездействия, взыскании компенсации, компенсации морального вреда. Просит: признать незаконным бездействие ГАУЗ СО «ЦГКБ № 3», выразившееся в непринятии решения о направлении пациента ФИО1 на освидетельствование в ФКУ «ГБ МСЭ по Свердловской области»Минтруда России Бюро № 6 в ходе приемов врачом-терапевтом 04.06.2021 и врачом-онкологом 08.06.2021, 11.06.2021, 15.06.2021; взыскать с ГАУЗ СО «ЦГКБ № 3» в пользу ФИО1 100000 руб. в счет компенсации морального вреда; взыскании с Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области 17500 руб. (в редакции иска от 16.01.2023 том 1 л.д. 244).

В обоснование иска указано следующее. ФИО1 в период с 13.05.2021 по 28.05.2021 проведено лечение в онкологическом отделении № 2 ГАУЗ СО «Свердловский областной онкологический диспансер». Проведена операция <...> В результате ФИО1 утратил способность говорить. Для общения истцу требовался голосообразующий аппарат. Врачи ГАУЗ СО «ЦГКБ № 3» на приемах незаконно не предприняли мер к своевременному направлению истца на медико-социальную экспертизу (далее по тексту МСЭ). На экспертизу истец направлен только 06.09.2021.10.09.2021 установлена первая группа инвалидности. Индивидуальная программа реабилитации или адаптации инвалида (далее по тексту ИПРА) от 10.09.2021 не содержала рекомендаций по приобретению голосообразующего аппарата. По требованию Прокуратуры вИПРА от 14.12.2021 голосообразующий аппарат включен как средство технической реабилитации.

13.07.2021 истец самостоятельно приобрел голосообразующий аппарат стоимостью 17500 руб. в период стационарного лечения. В филиале № 12 ГУ СРО ФСС Российской Федерации на обращение истца 19.10.2021 отказано в возмещении расходов на приобретение аппарата в связи с отсутствием рекомендации его применения в ИПРА от 10.09.2021.

По мнению стороны истца, своевременное направление на МСЭ позволило бы получить рекомендацию для приобретения голосообразующего аппарата в установленном порядке. После получения рекомендации истец имел бы возможность приобрести аппарат с последующим возмещением его стоимости.Имеет место незаконное бездействие врачей ГАУЗ СО «ЦГКБ № 3», которые на приемах 04.06.2021, 08.06.2021, 11.06.2021, 15.06.2021 не направили истца для прохождения МСЭ. Моральный вред, причиненный истцу бездействием врачей составляет 100000 руб.. Ответчик Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области обязан компенсировать истцу стоимость аппарата.

В судебном заседании истец ФИО1 и прокурор Мусальникова А.А. искподдержали. Представлены письменные пояснения к иску (том 1 л.д. 205 – 208).

Прокурор Свердловской области извещен о месте и времени судебного разбирательства, вопрос удовлетворения исковых требований оставил на усмотрение суда, просил рассмотреть дело без участия представителя.

Представитель ответчика ГАУЗ СО «ЦГКБ № 3»ФИО2 возражала против удовлетворения иска. Представлен письменный отзыв на иск (том 1 л.д. 231 – 233). Пояснила, что пациент своевременно направлен на медико-социальную экспертизу, для проведения всех необходимых мероприятий. Кроме того, считает, что действиями врачей какие-либо нравственные или физические страдания пациенту не были причинены. В период приема врачей истец проходил лечение и на приемах решался вопрос о продолжении такого лечения и продления периода нетрудоспособности. До завершения лечения оснований для направления на МСЭ не имелось.

Представитель ответчика Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области ФИО3 возражала против удовлетворения иска. Пояснила, что оснований для компенсации стоимости голосообразующего аппарата не имелось, поскольку истец без рекомендаций вИПРА приобрел аппарат, а действующее законодательство не предусматривает компенсации такого приобретения. Обращает внимание на то, что в случае направления истца на МСЭ медицинское учреждение должно было закрыть лист нетрудоспособности, что ухудшило бы материальное положение самого истца.

Третье лицо ФИО4 (врач-терапевт, проводившая прием истца 04.06.2021) возражает против удовлетворения иска. Пояснила, что действительно проводила прием истца 04.06.2021. Целью приема являлась продление срока нетрудоспособности. Обязанности направления истца на МСЭ у врача не имелось.

Третье лицо ФИО5 (врач-онколог, проводивший приемы 08.06.2021, 11.06.2021, 15.06.2021) о месте и времени судебного разбирательства извещен по месту жительства. В судебное заседание не явился.

Судом установлено следующее.

ФИО1 в период с 13.05.2021 по 28.05.2021 проведено лечение в онкологическом отделении № 2 ГАУЗ СО «Свердловский областной онкологический диспансер». Проведена операция <...> В результате ФИО1 утратил способность говорить. В период с 16.06.2021 по 06.08.2021 истец был повторно госпитализирован в ГАУЗ СО «Свердловский областной онкологический диспансер», проведена лучевая терапия (том 1 л.д. 145).

На МСЭ истец был направлен 06.09.2021. 10.09.2021 установлена первая группа инвалидности (том 1 л.д. 12). Индивидуальная программа реабилитации или адаптации инвалида (далее по тексту ИПРА) от 10.09.2021 не содержала рекомендаций по приобретению голосообразующего аппарата (том 1 л.д. 18 – 21). По требованию Прокуратуры вИПРА от 14.12.2021 голосообразующий аппарат включен как средство технической реабилитации (том 1 л.д. 56 оборот).

13.07.2021 истец самостоятельно приобрел голосообразующего аппарата стоимостью 17500 руб. в период повторной госпитализации. В филиале № 12 ГУ СРО ФСС Российской Федерации на обращение истца 19.10.2021 отказано в возмещении расходов на приобретение аппарата в связи с отсутствием рекомендации его применения вИПРА от 10.09.2021 (том 1 л.д. 16 – 18).

Согласно ч. 4 ст. 1, ст. 8 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» признание лица инвалидом осуществляется федеральным учреждением медико-социальной экспертизы. Порядок и условия признания лица инвалидом устанавливаются Правительством Российской Федерации. Медико-социальная экспертиза осуществляется федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы, подведомственными федеральному органу исполнительной власти, определяемому Правительством Российской Федерации. Порядок организации и деятельности федеральных учреждений медико-социальной экспертизы определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социальной защиты населения.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 20 февраля 2006 г. № 95 «О порядке и условиях признания лица инвалидом» утверждены Правила признания лица инвалидом (далее - Правила).

Пунктом 16Правил установлено, что медицинская организация направляет гражданина на медико-социальную экспертизу после проведения необходимых диагностических, лечебных и реабилитационных или абилитационных мероприятий при наличии данных, подтверждающих стойкое нарушение функций организма, обусловленное заболеваниями, последствиями травм или дефектами.

Представитель ГАУЗ СО «ЦГКБ № 3» ссылается на то, что истец в течение мая – августа 2021 проходил лечение, что не оспаривается и стороной истца и подтверждается медицинской картой (том 1 л.д. 126 – 171). Из выписного эпикриза от 28.05.2021 (том 1 л.д. 137), информации о приемах врачей (том 1 л.д. 138 – 143), выписного эпикриза от 08.08.2021 следует, что лечение истца продолжалось в период приема врачей (04.06.2021, 08.06.2021, 11.06.2021, 15.06.2021). При этом до 26.08.2021 прием врачей производился с лечебно-диагностической целью (том 1 л.д. 153), а 16.06.2021 была запланирована плановая госпитализация в ГАУЗ СО «Свердловский областной онкологический диспансер». Таким образом, лечение истца продолжалось и после 15.06.2021.

С учетом указанного п. 16 Правил оснований для направления на МСЭ не имелось в связи с продолжавшимся лечением.Сам аппарат приобретен в период повторной госпитализации, то есть оснований для прохождения МСЭ на период приобретения аппарата не имелось.

Суд обращает внимание на то, что врачи ГАУЗ СО «Свердловский областной онкологический диспансер» направлений на МСЭ не выдали даже с учетом более тщательного обследования и длительного лечения в периоды с 13.05.2021 по 28.05.2021 и с 16.06.2021 по 06.08.2021. При этом, одновременно, сторона истца считает, что 15 минутные посещение врачей ответчика в июне 2021 с целью продления периода нетрудоспособности должны были привести к неизбежному направлению на МСЭ, а их бездействие рассматривается как незаконное. Суд считает такое избирательный выбор виновного лица, нарушаетположения ст. 19 Конституции Российской Федерации о равенстве перед законом.

Кроме того, суд обращает внимание на то, что нормативными актами не регламентированы сроки направления на МСЭ, поэтому неверными являются доводы стороны истца о возникновении у врачей и их работодателя обязанности направления врачами в июне 2021 истца на МСЭ.

До 1 октября 2021 г. Правила применялись с учетом особенностей, установленных Временным порядком признания лица инвалидом, распространяющимся на правоотношения, возникшие с 2 октября 2020 г., утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 16 октября 2020 г. № 1697.

Правилами предусмотрено, что признание гражданина инвалидом осуществляется при оказании ему услуги по проведению медико-социальной экспертизы (п. 2). Медико-социальная экспертиза проводится исходя из комплексной оценки состояния организма гражданина на основе анализа его клинико-функциональных, социально-бытовых, профессионально-трудовых и психологических данных с использованием классификаций и критериев утверждаемых Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации (п. 3 Правил).

Условиями признания гражданина инвалидом являются:а) нарушение здоровья со стойким расстройством функций организма, обусловленное заболеваниями, последствиями травм или дефектами;б) ограничение жизнедеятельности (полная или частичная утрата гражданином способности или возможности осуществлять самообслуживание, самостоятельно передвигаться, ориентироваться, общаться, контролировать свое поведение, обучаться или заниматься трудовой деятельностью);в) необходимость в мерах социальной защиты, включая реабилитацию и абилитацию (п. 5 Правил).

В силу п. 6 Правил наличие одного из указанных в п. 5 указанных Правил условий не является основанием, достаточным для признания гражданина инвалидом, что указывает на неверность позиции стороны истца о необходимости учитывать только результат проведения оперативного вмешательства без учета остальных условий.

Гражданин направляется на медико-социальную экспертизу медицинской организацией независимо от ее организационно-правовой формы.

В направлении на медико-социальную экспертизу медицинской организацией указываются данные о состоянии здоровья гражданина, отражающие степень нарушения функций органов и систем, состояние компенсаторных возможностей организма, сведения о результатах медицинских обследований, необходимых для получения клинико-функциональных данных в зависимости от заболевания в целях проведения медико-социальной экспертизы, и проведенных реабилитационных или абилитационных мероприятий.

В силу п. 2 Временного порядка признания лица инвалидом, медицинская организация в направлении на медико-социальную экспертизу, выданном гражданину впервые, указывает сведения о результатах медицинских обследований, необходимых для получения клинико-функциональных данных в зависимости от заболевания в целях проведения медико-социальной экспертизы, отражающих состояние здоровья гражданина; степень нарушения функций органов и систем организма, состояние компенсаторных возможностей организма, и проведенных реабилитационных или абилитационных мероприятиях.

Решение об установлении инвалидности впервые и разработке индивидуальной программы реабилитации или абилитации инвалида принимается федеральным государственным учреждением медико-социальной экспертизы на основании сведений о состоянии здоровья гражданина, содержащихся в направлении на медико-социальную экспертизу, выданном медицинской организацией.

Медико-социальная экспертиза проводится по направлению на медико-социальную экспертизу, поступившему из медицинской организации, органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, или органа социальной защиты населения, а также по заявлению о проведении медико-социальной экспертизы, поданному гражданином (его законным или уполномоченным представителем) в бюро, в случаях, предусмотренных п. п. 19 и 19(4) настоящих Правил (п. 24 Правил).

Из указанных пунктов следует, что неполучение истцом направления на МСЭ от ответчика не является препятствием для его самостоятельного обращения в МСЭ (п. 24 Правил).

Стороной истца не представлено доказательств того, что истец настаивал на направлении на МСЭ и обращался с таким требованием в ГАУЗ СО «ЦГКБ № 3». Как указано выше, нормативными актами не предусмотрена обязанность каждого врача, который производит прием пациента, немедленно направить такого пациента на МСЭ даже при наличии к тому показаний.

Суд считает, что никакой необходимости в приобретении голосообразующего аппарата для истца в июле 2021 не имелось. Сам истец в судебном заседании не отрицает, что аппаратом не пользуется. Только вмешательство прокурора в работу медицинской организации повлекло включение вИПРАот 14.12.2021 указаний на необходимость приобретения голосообразующего аппарата, который в результате оказался ненужным.Суд также учитывает, что такое излишнее вмешательство проводилось даже в период нахождения истца на стационарном лечении в ГАУЗ СО «Свердловский областной онкологический диспансер» 24.05.2021 (том 1 л.д. 144). Необходимостьв таком случае в приобретения аппарата была неочевидна.

Суд приходит к выводу о том, что у врачей ГАУЗ СО «ЦГКБ № 3» не возникло обязанности в июне 2021 до завершения лечения истца в направлении егона МСЭ. Поэтому суд не усматривает незаконного бездействия, в этой части суд в иске отказывает. В связи с отсутствием незаконного бездействия не возникает права на компенсацию морального вреда, поскольку отсутствует незаконное поведение ответчика, нарушающее права истца (ст. 151 Гражданского Кодекса Российской Федерации).

Также суд не усматривает оснований для компенсации истцу стоимости приобретенного аппарата. Аппарат приобретен самостоятельно без назначения врача, в последующем аппарат истцу не пригодился для использования. Включение назначения аппарата вИПРА от 14.12.2021 позволяет истцу не компенсировать расходы на ранее преждевременно приобретенный аппарат, а на получение нового аппарата в установленном порядке. В этой части стороной истца неправильно избран способ защиты нарушенного права.

Согласно части 6 статьи 11 Федерального закона от 24 ноября 1995 года № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» если предусмотренные индивидуальной программой реабилитации или абилитации техническое средство реабилитации и (или) услуга не могут быть предоставлены инвалиду либо если инвалид приобрел соответствующее техническое средство реабилитации и (или) оплатил услугу за собственный счет, ему выплачивается компенсация в размере стоимости приобретенного технического средства реабилитации и (или) оказанной услуги, но не более стоимости соответствующего технического средства реабилитации и (или) услуги, предоставляемых в порядке, установленном частью четырнадцатой статьи 11.1 названного федерального закона. Порядок выплаты такой компенсации, включая порядок определения ее размера и порядок информирования граждан о размере указанной компенсации, определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социальной защиты населения.

В пункте 15(1) Правил обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации определено, что в случае если предусмотренное программой реабилитации (заключением) техническое средство (изделие) и (или) услуга по его ремонту не могут быть предоставлены инвалиду (ветерану) либо если инвалид (ветеран) приобрел соответствующее техническое средство (изделие) или оплатил указанную услугу за собственный счет, то инвалиду (ветерану) выплачивается компенсация в размере стоимости приобретенного техническогосредства (изделия) и (или) оказанной услуги, но не более стоимости соответствующего технического средства (изделия) и (или) услуги, предоставляемых уполномоченным органом в соответствии с Правилами.

Оснований для компенсации самостоятельно приобретенного средства не имеется, поскольку на момент приобретения аппарата ИПРА отсутствовало, оснований для проведения МСЭ не имелось в период стационарного лечения. Включение в последующем такого аппарата вИПРА позволяет приобрести необходимый аппарат в установленном внесудебном порядке, в этой части нарушений прав истца суд не усматривает, поскольку истец не обращался с заявлением о предоставлении аппарата.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении иска.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение одного месяца с момента изготовления решения в окончательной форме с подачей жалобы через Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга.

Судья А.Г. Кирюхин