УИД 19RS0002-01-2025-002531-23

Дело № 2-1390/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 сентября 2025 года г. Черногорск

Черногорский городской суд Республики Хакасия

в составе председательствующего судьи Бастраковой А.О.,

при секретаре Бойко А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения,

с участием в судебном заседании представителя истца адвоката Кима В.Ф., действующего на основании доверенности от 24.06.2025,

ответчика ФИО2,

представителя ответчика адвоката Полевой Л.М., действующей на основании ордера от 31.07.2025 №058095,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения в размере 2 675 000 руб..

Исковые требования мотивированы тем, что ответчик является племянницей истца. В ноябре 2022 года после смерти сына истец переехала в г.Черногорск из г.Красноярска, куда ее позвала жить ФИО2, т.к. других близких родственников у истца не осталось. У ФИО1 остались денежные средства от продажи принадлежащей ей квартиры, она имела намерение приобрести себе жилое помещение в г.Черногорске, о чем сообщила ответчику. Ответчик предложила оформить квартиру на ее имя, оплатив покупку недвижимости за счет денежных средств истца. Взамен ответчик обещала, что истец будет проживать в приобретенной квартире вплоть до самой смерти, владеть и пользоваться ею, как пожелает, а она (ФИО2) будет помогать ФИО1 по хозяйству: готовить, закупать продукты, помогать с уборкой. 13.11.2023 ответчик заключила соглашение о задатке с гр.ФИО3, согласно которому она обязались до 13.12.2023 заключить договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: *** Цена квартиры определена в размере 2 700 000 рублей. При этом 25000 рублей было передано ФИО3 в качестве задатка в день подписания соглашения, оставшуюся сумму в размере 2 675 000 рублей ответчик обязалась передать не позднее 5 дней после регистрации перехода права собственности в Росреестре. 28.11.2023 заключен договор купли-продажи квартиры, согласно которому с ФИО2 купила у ФИО3 квартиру по адресу: *** за 2700000 рублей. Денежные средства в размере 2675000 рублей были по просьбе ответчика перечислены истцом с ее расчетного счета напрямую на счет ФИО3 После чего вышеуказанная квартира перешла в собственность ответчика. Когда ответчик стала собственником квартиры, она стала гораздо хуже и реже помогать истцу по хозяйству, самовольно приходить, вносить изменения в интерьер квартиры, несмотря на возражения истца. Когда ФИО1 стала напоминать ответчику об их устной договоренности не мешать ей пользоваться квартирой так, как она хочет, ФИО2 ответила, что квартира принадлежит ей, вернуть ее истец не сможет, а если будет возражать, то она отправит ее на лечение в психиатрическую больницу, квартиру продаст. На просьбу истца переоформить квартиру на нее или вернуть деньги, ответчик ответила отказом.

Определением суда (протокольным) от 13.08.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечена ФИО3.

В судебном заседании 03.09.2025 истец ФИО1 на удовлетворении исковых требований настаивала, пояснила, что она проживала в г. Красноярске, после смерти сына в августе 2020 года сразу произвела обмен квартиры на другую, прожила там три года, впоследствии стала себя чувствовать плохо, осуществлять уход было некому. К ним в гости в г.Красноярск приезжала племянница ФИО2, которая сказала, что будет ухаживать за ней. Истец предложила ответчику оформить квартиру в Черногорске на ФИО2 на условиях обеспечения ответчиком прописки, постоянного проживания и ухода за ФИО1. Под уходом подразумевалась забота, обеспечение достойных похорон, помощь по дому – сходить в магазин за продуктами, повесить гардины, чтобы ответчик приходила к истцу, если станет совсем плохо, то и на временное проживание. Квартиру в г.Черногорске подобрала ответчик, она (истец) перевела залог 25000 рублей, впоследствии 2 675 000 руб. Для продавца спорной квартиры покупателем была ФИО2, а перечисление денежных средств было осуществлено со счета ФИО1. ФИО2 была единственным человеком, на кого ФИО1 надеялась на уход и заботу за собой, так как иных близких родственников, с которыми общалась истец, не было. Ее переезд из г.Красноярска осуществляли родственники ответчика. При наличии такой договоренности между сторонами истец не имела намерения дарить квартиру ответчику. Она обратилась в суд, чтобы вернуть свои деньги за квартиру, поскольку ответчик нарушила договоренность. Указала, что ремонт в квартире осуществлял ответчик своими силами, с привлечением своей дочери, однако все материалы для ремонта покупались на деньги истца. После неоднократных пребываний в санатории в г.Красноярске в квартире происходили изменения в интерьере, которые пришлись не по нраву истцу. Так, ответчик сделала наклейки на стены, холодильник, повесила другие шторы, убрала ее предметы быта на кухне, и заменила их на свои. После данного инцидента отношения с ответчиком стали ухудшаться. Ответчик за личные средства истца оплачивала коммунальные услуги. После произошедшего конфликта истец предложила переписать квартиру на ФИО1, поскольку стало очевидным, что они не смогут дальше продолжать общение, на что ФИО2 сказала, что у нее с головой не все в порядке, иначе она продаст квартиру. С мая 2025 года ответчик больше не приходит к ней. Отметила, что ФИО2 говорила, что истец не имеет права водить кого-либо в квартиру, поскольку последняя принадлежит ей (ответчику).

Представитель истца Ким В.Ф. доводы искового заявления поддержал в полном объеме, указал, что между сторонами была достигнута устная договоренность о том, что ответчик поможет в приобретении жилого помещения, в котором истец будет проживать до конца своей жизни, учитывая преклонный возраст, со стороны ответчика необходим был был уход за истцом. Намерения проживать в г.Красноярске у своей сестры у ФИО1 не было, истец имела постоянную регистрацию в г.Черногорске и временную регистрацию в Красноярске у своей сестры. Факт ненадлежащего исполнения устной договоренности со стороны ответчика, в частности, осуществление ухода, подтверждается обращением истца в органы социальной поддержки населения для получения социальной помощи. Версия ответчика о том, что истец приехала посмотреть квартиру в г.Черногорске и перевести деньги несостоятельна, так как истец, продав свою квартиру в Красноярске, снялась с регистрационного учета, перевезла все свои вещи в г.Черногорск, зарегистрировалась по месту жительства в г.Черногорске. Полагает, что в связи с нарушением достигнутой договоренности между сторонами, на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, пояснила, ей позвонила ФИО1, сказала, что продала квартиру в г.Красноярске, хочет подарить ей (ответчику) квартиру в г.Черногорске и оформить последнюю на имя ФИО2, чтобы не досталось внукам и невестке, которых она винит в смерти сына, на что ответчик согласилась. При этом ФИО1 говорила, что будет жить в г.Красноярске и ухаживать за больной сестрой Галиной. После состоявшегося разговора ФИО2 со своей семьей поехали за ФИО1 в г.Красноярск, привезли её вещи: комод, прихожую, холодильник, стол, все перечисленное вошло в прицеп. Отношения у них были доверительные, пока не появился племянник Андрей ФИО5. Ни про какой уход разговора не было, так как истец вполне здоровая женщина, самостоятельно ездит по курортам. Из г.Красноярска истца привезли, чтобы перевести деньги и купить квартиру. Продавец ФИО3 была в курсе, что квартиру покупали для нее (ответчика), деньги переводить будет ФИО1. После покупки квартиры ФИО1 должна была уехать обратно в г.Красноярск к сестре Галине. Про осуществление ухода между сторонами не было разговора. В спорной квартире истец живет безвозмездно. ФИО2 не смутило, что ФИО1 продает единственное жилье в г.Красноярске, была согласна на такой дар от истца. ФИО1 знала, что ухода она не сможет обеспечить, поскольку у нее внуки, свой дом, хозяйство, кроме того, в настоящее время она устроилась на работу. Факт изменения интерьера не отрицает, поясняет, что это было сделано для улучшения обстановки, когда истец приехала с курорта, ей эти изменения не понравились, она все вернула в первоначальное состояние. ФИО2 позволяет ответчику там жить, потому что последней больше негде жить, а зарегистрировали по месту жительства, потому что ей нужна была где-то регистрация, чтобы пенсию получать. Ответчик возражает против переоформления квартиры на имя истца, так как считает, что подарки не возвращают обратно. До приобретения спорной квартиры ответчик предлагала истцу оформить завещание или дарственную на квартиру, которую ФИО1 приобретет после продажи своей квартиры в г.Красноярске, но она отказалась, объяснив это тем, что не хочет, чтобы квартира досталась внукам.

Представитель ответчика Полева Л.М. в судебном заседании возражала по заявленным требованиям, пояснила, что исковые требования являются незаконными и необоснованными, не подлежат удовлетворению. Неосновательного обогащения в действиях ответчика нет. Передача денег на приобретение жилья для ФИО2 была произведена истцом добровольно. Свидетели подтвердили, что истец собиралась жить в Красноярске, вещи перевезли, потому что их жалко было выкидывать. Не представлено стороной истца неосновательного обогащения, со стороны истца имеется факт благотворительности, никакой договоренности не было.

Истец, третье лицо, в судебное заседание не явились, о судебном разбирательстве уведомлены надлежащим образом.

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд определил приступить к рассмотрению дела при имеющейся явке.

Исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 данного кодекса.

В силу ст. 1103 ГК РФ положения о неосновательном обогащении подлежат применению к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

Из названной нормы права следует, что неосновательным обогащением следует считать не то, что исполнено в силу обязательства, а лишь то, что получено стороной в связи с этим обязательством и явно выходит за рамки его содержания.

Согласно п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Из указанных норм в их взаимосвязи следует, что обязанность подтвердить основание получения денежных средств либо обстоятельства, при которых неосновательное обогащение не подлежит возврату, лежит на получателе этих средств.

Как следует из материалов дела, 13.11.2023 между ФИО3 и ФИО2 заключено соглашение о задатке, согласно которому стороны договорились об обязании в срок до 13.12.2023 заключить договор купли-продажи недвижимого имущества: квартиры по адресу: ***. Цена объекта недвижимости составляет 2 700 000 руб. Расчет между сторонами осуществляется следующим образом: 25 000 руб. покупатель передает продавцу в качестве задатка в день подписания соглашения; 2 675 000 руб. покупатель передает продавцу за счет собственных средств не позднее пяти дней после регистрации Росреестром перехода права собственности на объект.

Согласно расписке от 28.11.2023 ФИО2 передала ФИО3 денежную сумму в размере 2 700 000 руб. в счет покупки квартиры по адресу: <...>.

На основании акта приема передачи квартиры от 28.11.2023, подписанного ФИО3 и ФИО2, следует, что покупатель полностью оплатил стоимость квартиры согласно договору; квартира передается в исправном и пригодном для проживания состояния; покупатель к состоянию передаваемой квартиры претензий не имеет.

В соответствии с выпиской из единого государственного реестра недвижимости от 13.08.2025 ФИО2 является правообладателем жилого помещения по адресу: ***. Из представленного стороной истца приходного кассового ордера ПАО Сбербанк от 28.11.2023 следует, что ФИО1 на расчетный счет ФИО3 перечислены денежные средства в размере 2 675 000 руб..

Обращаясь в суд с требованием о взыскании с ФИО2 неосновательного обогащения в размере 2 675 000 рублей, ФИО1 ссылается на то, что оплата покупной цены квартиры произведена за счет принадлежащих ей денежных средств; при этом, предоставляя необходимую сумму, по устному соглашению, достигнутому между ней и ФИО2, она рассчитывала на встречное предоставление со стороны последней в виде пожизненного ухода за ней.

В судебном заседании в качестве свидетеля заслушан КАИ., который пояснил, что истец ФИО1 является сродной сестрой его отца. О переезде истца в г.Черногорск ему стало известно на похоронах матери 19.01.2024. Последний раз они встречались с ФИО1 перед его уходом в армию, потом долго не виделись и не общались. На похоронах матери истец рассказывала, что у нее плохие отношения с невесткой из-за смерти сына, с ее слов ему известно, что она попросила ФИО2 подыскать ей квартиру в г.Черногорске, которую бы она купила и переехала жить на постоянное проживание. Ему известно, что квартира оформлена на имя ФИО2, но фактически в квартире проживает ФИО1. Со слов последней ему известно, что у нее была договоренность с ФИО2 о проживании в данной квартире, а ФИО2 обязана будет ухаживать за ней. В данный момент он помогает истцу, что-то делает в квартире, возит её в больницу и за продуктами, иногда сам покупает продукты. ФИО1 жаловалась периодически, что ФИО2 не помогает, поэтому ей пришлось обратиться за помощью - нанять соцработника. О том, что ФИО1 подарила эту квартиру ФИО2, истец не рассказывала, о каких-либо сбережениях ему не известно. Какого-либо иного жилья у истца нет. Обратил внимание суда на то обстоятельство, что ФИО2 при встрече делала ему замечания, что он без её разрешения заходил в квартиру, которая является её собственностью, однако его визит в квартиру был сделан с разрешения ФИО1, которая в тот период времени находилась в санатории и оставила ключ от квартиры с просьбой забрать комнатные растения.

Свидетель КЛВ., приходящаяся дочерью ответчику, суду пояснила, что первый раз истца она увидела в г.Красноярске в 2022 году, второй раз - когда ФИО1 приехала в г.Черногорск в 2023 году. Они собрались всей семьей в доме ФИО4, чтобы поближе познакомиться, там ФИО1 представилась всем и сказала, что хочет подарить ее матери квартиру. ФИО4 поняла так, что истец будет жить в г.Красноярске и ухаживать за своей сестрой Галиной, однако если истцу станет плохо или наступит смерть, чтобы они её не бросили и достойно похоронили. Ее мать ФИО2 подыскала истцу квартиру в г.Черногорске, которую в качестве подарка оформили на ФИО2. Последняя предложила истцу перевезти свои вещи из г.Красноярска в г.Черногорск, так как вещи были хорошие. Она слышала телефонные разговоры, что бабушка Галя (сестра истца) ждала, когда ФИО1 приедет к ней в г.Красноярск. С осени 2024 года отношения между истцом и ответчиком стали напряженные из-за недовольства истца, которая сказала, что больше любит теперь племянника (ФИО5), потому что он за ней ухаживает больше, чем ее мать. Истец теперь хочет забрать подарок у мамы, то есть квартиру и передарить ФИО5. Разговора про то, что ее мать взамен на подаренную квартиру должна была что-то делать, она не слышала. Истец не намеревалась проживать в спорной квартире, так как хотела жить у сестры в г.Красноярске, приехала в г.Черногорск, только чтобы подарить квартиру.

Свидетель КВА. пояснила, что ФИО2 ее подруга, которая пригласила смотреть квартиры для тети (ФИО1), которая живет в г.Красноярске. Они нашли квартиру, в которой необходим был только косметический ремонт. Ответчик тут же направила видео обзора квартиры, впоследствии позвонила ФИО1 и сказала, чтобы ФИО2 покупала данную квартиру, пояснив, что жить они в этой квартире будут вместе и что ФИО1 подарит квартиру ФИО2. Свидетель слышала единственный телефонный разговор между сторонами, из которого следовало, что ФИО1 пропишется в этой квартире, оформит документы, и потом уедет в г.Красноярск ухаживать за сестрой Галиной до конца ее дней. Она знает, что между сторонами была договоренность, что ФИО2 будет ухаживать за ФИО1, когда последняя сляжет.

Оценивая показания допрошенных свидетелей, суд придает им доказательственное значение в той части, в которой они согласуются с установленными по делу обстоятельствами.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В ходе рассмотрения дела не установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что ФИО1 было известно об отсутствии у ФИО2 намерений осуществлять постоянный уход за ней, как единственного условия предоставления истцом денежных средств на приобретение квартиры.

Напротив, как следует из пояснений истца и показаний свидетелей КАИ КВА до совершения сделки купли-продажи жилого помещения между сторонами имелась устная договоренность об исполнении взаимных обязательств, встречном предоставлении ФИО2 в форме ухода за ФИО1, оказания помощи в ведении домашнего хозяйства.

У суда не имеется оснований ставить под сомнение истинность фактов, сообщенных независимыми свидетелями, поскольку они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу ложных показаний.

Показания свидетеля КЛВ суд оценивает критически, поскольку она является дочерью ответчика и имеет прямую личную заинтересованность в исходе дела.

Не соглашаясь с требованиями ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, ФИО2 ссылается на факт дарения ей квартиры, представитель ответчика - на передачу денежных средств по устному договору в целях дарения квартиры, суд находит несостоятельным и подлежащим отклонению.

Согласно положениям ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные п. 2 ст. 170 ГК РФ, согласно которому притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Таким образом, названными нормами установлен обязательный признак договора дарения - безвозмездный характер передачи имущества, заключающийся в отсутствии встречного предоставления. Если же дарение формально обусловлено совершением каких-либо действий другой стороной, то оно квалифицируется как притворная (ничтожная) сделка.

Оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что истец ФИО1, осуществляя перевод денежных средств на имя продавца квартиры ФИО3 в размере 2 675 000 рублей, имела действительную волю на получение от ФИО2 встречного предоставления в виде оказания услуг по уходу и помощи в быту.

Так, ФИО1 проживала в г.Красноярске, имела единственное жилое помещение, расположенное по адресу: *** право собственности на которое прекращено 03.11.2023 на основании договора купли-продажи от 02.11.2023 с ФИО6, в котором ФИО1 имела регистрацию с 07.10.2020 (сведения из ЕГРН от 13.08.2025, копия паспорта истца). С регистрационного учета по адресу: *** истец снята 10.11.2023 и зарегистрирована по месту жительства по адресу: *** с 02.12.2023.

Продав единственное жилье, что подтверждается сведениями из ЕГРН, ФИО1, имея намерение приобрести квартиру на имя ФИО2 в г.Черногорске от полученных от продажи вышеуказанной квартиры денежных средств в размере 3 350 000 рублей, перечислила денежные средства в размере 2 675 000 рублей на имя продавца спорной квартиры ФИО3, перевезла вещи из квартиры в г.Красноярске в г.Черногорск; с 01.03.2024 ФИО1 является получателем мер социальной поддержки по оплате жилого помещения и коммунальных услуг в соответствии с Законом Республики Хакасия от 11.11.2004 №84 «О мерах социальной поддержки ветеранов, проживающих на территории Республики Хакасия»; 08.04.2024 ФИО1 признана нуждающейся в предоставлении социальных услуг в форме социального обслуживания на дому (ответ от 25.08.2025 ГКУ РХ «Управление социальной поддержки населения»); 03.06.2024 ГКУ РХ «Управление социальной поддержки населения» разработана индивидуальная программа предоставления социальных услуг ФИО1.

Переезд из одного региона в другой для истца сопровождался перевозом мебели и личных вещей, снятием с регистрационного учета в проданном жилье и регистрацией по новому месту жительства в г.Черногорске.

Кроме того, нашли подтверждение объективными доказательствами доводы истца о том, что с марта 2024 года между сторонами стали ухудшаться отношения, в связи с чем она вынуждена была обратится в ГКУ РХ «Управление социальной поддержки населения» для получения социальных услуг на дому.

При таких обстоятельствах правовых оснований полагать, что к сложившимся между сторонами отношениям подлежат применению нормы о договоре дарения, как на то указывает сторона ответчика, не имеется. Достоверных и достаточных доказательств передачи денежных средств в дар или в целях благотворительности ответчиком в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не предоставлено.

Суд критически относится к доводам ответчика ФИО2 о том, что истец приезжала лишь для перевода денежных средств со своего счета на счет продавца ФИО3, а впоследствии просто осталась проживать в спорной квартире, поскольку перевод денежных средств со счета одного лица на счет другого лица не требует физического присутствия лица, осуществляющего перевод денежных средств в ином регионе, а также смены мета жительства и регистрации.

Из объяснений истца следует, что действительная воля на безвозмездное оформление квартиры на имя ФИО2 у истца отсутствовала. При заключении договора купли-продажи спорной квартиры истцом на имя продавца спорной квартиры были переведены денежные средства в размере 2 675 000 рублей, в то время как договор дарения между сторонами не заключался, договорные отношения между сторонами ФИО2 не исполнялись, в связи с чем на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение, подлежащее возврату истцу по правилам статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Материалы дела не содержат доказательств того, что истец предоставила свои денежные средства ответчику в целях благотворительности или в дар, в связи с чем оснований для отказа в удовлетворении исковых требований не имеется.

При таких обстоятельствах переданные третьему лицу ФИО3 денежные средства, использованные от имени ответчика (ФИО2 являлась покупателем спорной квартиры) и являющиеся собственностью ФИО1, являются неосновательным обогащением, подлежащим взысканию с ответчика.

На основании ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по государственной пошлине в размере 41 750 руб., уплаченной при подаче искового заявления.

Учитывая изложенное и руководствуясь ст.ст. 193-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 (*** в пользу ФИО1 *** в качестве неосновательного обогащения 2 675 000 (два миллиона шестьсот семьдесят пять тысяч) рублей, расходы по уплате государственной пошлины в сумме 41 750 (сорок одна тысяча семьсот пятьдесят тысяч) рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Хакасия через Черногорский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий А.О. Бастракова

Справка: мотивированное решение составлено 23.09.2025.