Дело № 2-921/15 15 января 2025 года
УИД: 78RS0019-01-2024-005447-38
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Приморский районный суд Санкт-Петербурга
В составе: председательствующего судьи Масленниковой Л.О.
С участием прокурора Ромашовой Е.В.
При секретаре Басалаевой Н.А.
Рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Краски Фридлендеръ» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании невыплаченной части премии, компенсации морального вреда, об обязании известить о достоверном месте работы в отделе продаж
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 работал в ООО « Краски Фридлендеръ» в должности менеджера по продажам с 16 мая 2022 года в соответствии с трудовым договором № 23 от 16 мая 2022 года.
Трудовой договор с ним расторгнут на основании приказа № 18 от 06 марта 2024 года по основаниям пп. «а» п.6 ч.1 ст. 81 ТК РФ, за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей – прогул.
С данным увольнением не согласился ФИО1, он обратился в суд с иском, в котором просил восстановить его на работе в прежней должности, взыскать заработную плату за время вынужденного прогула с 06 марта 2024 года, взыскать премию за работу в январе 2024 года в сумме 50 000 руб., выплатить материальный ущерб в сумеем 50 000 руб., (компенсация морального вреда), известить его как работника о достоверном адресе места его работы в отделе продаж.
В обосновании своих требований он указывал на то, что прогула не совершал.
Как указывал ФИО1 в иске, его рабочее место с июля 2022 года по 16 февраля 2024 года находилось отделе маркетинга и продаж по адресу: Санкт-Петербург, Сердобольская, д. 68 лит. Д пом. 4.
15 февраля 2024 года ему стало известно о том, что офис ООО «Краски Фридлендеръ» вместе с отделом маркетинга и продаж сменил адрес своего фактического нахождения, о чем его в известность не поставили. Об отсутствии у него сведений о его рабочем месте он поставил в известность представителя ответчика, а также обратился в прокуратуру Приморского района Санкт-Петербурга.
04 марта 2024 года его уведомили о необходимости дать объяснения о нарушении им режима работы, такие объяснения им были даны 05 марта 2024 года (уведомление № 1), в которых он подробно изложил ситуацию с ликвидацией его рабочего места.
Также истец указывал на то, что 19 января 2024 года ответчик предложил ему перезаключить трудовой договор, включив в договор пункт о должностных обязанностях дополнения (иные обязанности, чем предусмотрены должностной инструкцией). Место работы в новом договоре не указывалось.
По мнению истца, изменение места работ в трудовом договоре должно было соответствовать положениям ст. 74 ТК РФ.
16 января 2024 года ему было предложено расторгнуть трудовой договор по соглашению сторон, а получив отказ на такое расторжение трудового договора, представитель работодателя представил ему для ознакомления Акт № 1 от 12 января 2024 года и акт № 2 от 15 января 2024 года об отсутствии его на рабочем месте.
Истец в суд явился, исковые требования поддержал, из его объяснений, данных в ходе рассмотрения дела, следует, что 16 февраля 2024 года, придя на работу, он обнаружил в помещении, где было его рабочее место, только его рабочий стол и его вещи, в остальном помещение было пустое. Ему организовали рабочее место в производственном помещении на территории завода «Невская палитра», там он отработал несколько дней, потом и там его рабочее место было ликвидировано.
Ему стало известно, что отдел маркетинга и продаж был переведен на другой адрес - Лисичанская, д. 5.
Как пояснил истец, в пятницу, 01 марта 2024 года, он пришел на работу, посмотрел на ситуацию, написал служебную записку, покинул территорию завода и поехал выполнять свою работу дома.
Истец пояснил, что формально прогул был, но рабочего места у него не было, в известность о смене рабочего места его не поставили, а перевели на работу в другую организацию. В связи с чем, истец полагает, что прогул был вынужденным.
В судебном заседании 15 января 2025 года истец утверждал, что вопрос с его увольнением был решен уже 12 января 2024 года, ему решение озвучили 16 января 2024 года, а последующие действия работодателя носили принудительный характер.
В ходе судебного заседания была прослушана аудиозапись разговора истца с представителем ответчика ФИО2, однако суд не может принять данную аудиозапись в качестве доказательств по делу, поскольку она являет копией. Как пояснил сам истец, запись сделана была на служебный телефон, выданный истцу для работы, который возвращен истцом работодателю.
Таким образом, суд лишен возможности прослушать аудиозапись в оригинальной версии, на первоначальном носителе.
Поддерживая исковые требования в части взыскании премии за январь 2024 года, истец пояснил, что при трудоустройстве, было оговорена сумма заработной платы 60 000 руб., в июне 2023 года ему увеличили заработную плату, которая стала составлять 75 000 руб., в январе 2024 года выплатили только 25 000 руб., 50 000 руб. сумма недоплаченной разницы.
Представитель ответчика по доверенности ФИО2 в суд явилась, поддержала ранее поданные возражения на исковое заявление (л.д. 58-64)и пояснила суду, что в связи со сменой руководства ответчика, проведена инвентаризация все документов, было установлено, что отсутствовали Правила внутреннего трудового распорядка, в которых был бы установлен режим рабочего времени, принято положения о заработной плате, утвердили должностные инструкции. В должностной инструкции истца было уточнение о том, что разъездные работы должны осуществляться с предварительного уведомления непосредственного руководителя. Истец с должностной инструкцией был ознакомлен.
Как указывала представитель ответчика, офис ООО «Краски Фридлендеръ» располагается на закрытой территории, проход на которую осуществляется через электронную пропускную систему. Электронный пропуск истцу был предоставлен. Согласно данным электронной пропускной системы, 12 и 15 января 2024 года истец присутствовал на своем рабочем месте менее 8-ми часов, о чем были составлены акты № 1и № 2. В своих объяснениях по поводу отсутствия на рабочем месте в указанные дни, истец сообщил, что в офисе не находился в связи с отсутствием у него рабочего места и электронного пропуска. Приказом № 7/1 от 24 января 2024 года истцу объявлено замечание.
19 января 2024 года генеральный директор издал распоряжение, в соответствии с которым истцу были определены рабочие задачи на январь 2024 года ( предоставлением текущей отчетности, предоставление отчетов о его работе на выставке Зодчество и выставке МосБилл), а 13 февраля 2024 года определены рабочие задачи на февраль 2024 года.
15 февраля 2024 года у истца были запрошены объяснения по поводу неисполнения им распоряжения директора от 19 января 2024 года, объяснения истец не предоставил, о чем составлен акт от 29 января 2024 года и проведено служебное расследования по факту не исполнения истцом требований распоряжения от 19 января 2024 года, по выводам заключения был установлен факт неисполнения истцом требований распоряжения, и он был привлечен к дисциплинарной ответственности, ему объявлен выговор.
Как указывала представитель ответчика, 29 февраля 2024 года истец отсутствовал на рабочем месте с 10:16 до 12:00 часов, с 12:30 до 13:37 часов и с 14:29 до 17:30 часов, что зафиксировано данными электронной пропускной системы.
01 марта 2024 года по факту отсутствия истца на работе, у него были истребованы объяснения.
Как указала представитель ответчика, в своих объяснениях от 05 марта 2024 года истец указал на то, что его рабочее место было ликвидировано, ему было предложено временное рабочее место, ему не известно где находится КПП к офису ответчика. Конкретных причин своего отсутствия на рабочем месте, истец не указал.
Рабочее место истца, как пояснила представитель ответчика в кабинете офиса ответчика – Сердобольская, 68 лит. Д пом. 4, не ликвидировалось, его рабочее место (стол с канцелярскими принадлежностями в течение рабочего дня 29 февраля 2024 года был передвинут, в связи необходимостью размещения иных сотрудников), на время перестановки 29 февраля 2024 года истцу было предоставлено временное рабочее место, но истец покинул территорию офиса ответчика. По факту отсутствия истца на рабочем месте 29 февраля 2024 года было проведено служебное расследование и по его итогам составлено заключение 06 марта 2024 года, согласно которым истец не представил уважительных причин своего отсутствия на рабочем месте 29 февраля 2024 года.
01 марта 2024 года истец присутствовал на рабочем месте с 08:52 до 09:46 и отсутствовал на рабочем месте с 09:45 до12:00 и с 12:30 до 17:30.
Не согласна представитель ответчика и с требованиями о взыскании премиальной части заработной платы в размер 50000 руб. Как она пояснила, что с учетом невысоких результатов работы истца в январе 2024 года, нестабильным финансовым положением Общества, премия была начислена истцу в размере 10 000 руб. По результатам работы истца в феврале и части марта 2024 года ему была начислена премия в размере 1000 руб.
Выслушав стороны, свидетелей, заключение прокурора Ромашовой Е.В., полагавшей, что оснований для удовлетворения исковых требований не имеется, суд установил следующее.
Согласно положениям ст. 192 ТК РФ, за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.
Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен ст. 193 ТК РФ.
На основании пп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей: прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).
Согласно разъяснениям, изложенным в п. п. 23 и 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя; при этом необходимо иметь в виду, что не допускается увольнение работника (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске (часть шестая статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации); при рассмотрении спора об увольнении по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте.
Из материалов дела следует, что 16 мая 2022 года межу ФИО1 и ООО «Краски Фридлендеръ» заключен трудовой договор №23, по условиям которого ФИО1 принимался на работу на должность менеджера по продажам. Согласно п. 1.3 трудового договора место работы работника расположено по адресу: <...> лит. Д помещение 4 ( л.д. 65-71).
Приказом № 18 от 06 марта 2024 года трудовой договор с истцом расторгнут по основаниям пп. «а» п. 6 ч.1 ст. 81 ТК РФ за однократное грубое нарушение работниками трудовых обязанностей – прогул ( л.д. 73).
Основанием издание приказа послужили акт № 5 от 01 марта 2024 года о досрочном уходе с работы менеджера по продажам ФИО1; уведомление о необходимости представить письменные объяснения по факту отсутствия на рабочем мест с 09:45 до 12:00 и с 13:30 до 17:30 01 марта 2024 года; уведомление №1; заключение по факту служебного расследования от 06 марта 2024 года.
Рабочее место - место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя (часть шестая статьи 209 ТК РФ).
В ходе рассмотрения дела, истец фактически не отрицал того обстоятельства, что в указанное время отсутствовал на рабочем месте, однако обосновывал свое отсутствие вынужденным характером, т.к. его рабочее место было ликвидировано, адрес нового рабочего места ему не сообщили, предоставленное ему временное рабочее место находилось в производственном помещении иного предприятия АО ЗХК «Невская палитра».
Однако материалами дел довод истца о вынужденном характере отсутствия его на работе 01 марта 2024 года не подтвержден.
Согласно акту № 5 от 01 марта 2024 года истец отсутствовал на рабочем месте в офисе ООО « Краски Фриндлненеръ» с 09:45 до 12:00 и с 12:30 до 17:30 ( л.д. 144).
В соответствии с Правилами внедренного трудового распорядка, которые были утверждены 22 января 2024 года и с которым ФИО1 был ознакомлен (л.д. 74-86) время работы установлено с 09:00 до 17:30 с перерывом на обед 30 минут с 12:00 до 12:30.
Таким образом, истец, 01 марта 2024 года, отсутствовал на работе свыше 4-х часов.
04 марта 2024 года ему вручено уведомление о предоставлении письменных объяснений по досрочному уходу с работы 01 марта 2024 года (л.д. 140).
В своем уведомлении № 1 от 05 марта 2024 года (л.д. 138-139) истец указывает на то, что его рабочее место находилось по адресу <...>, пом. 42.
16 февраля 2024 года ему было организовано рабочее место по адресу: Сердобольская д. 68 лит. Д пом. 4 в здании цеха по производству материалов для реставрации и строительства в помещении, где расположены рабочие места начальника цеха, технолога и других сотрудников АО ЗХК «Невская палитра».
29 февраля 2024 года вновь организованное рабочее место было ликвидировано, начальник производственного цеха АО ЗХК «Невская палитра» предложил ему (истцу) на выбор рабочее место в помещении кухни или рабочее место технолога, где расположено специальное оборудование для работы технолога.
При этом истец указывает на то, что представитель ответчика ФИО2 письменно его уведомила о том, что его рабочее место не ликвидировано, а по-прежнему находится в заводском помещении сторонней организации: оборудовано компьютером, принтером имеется доступ к помещению для приема пищи.
Также истец указывал на то, что КПП к офису работодателя располагается в неизвестном ему месте.
Из текста заключения по факту проведения служебного расследования от 06 марта 2024 года по факту отсутствия ФИО1 на рабочем месте усматривается, что комиссией установлено, что рабочее место ФИО1 в кабинете офиса ООО «Краски Фридлендеръ» по адресу: <...> лит. Д пом. 4 не ликвидировалась, его рабочее место – рабочий стол с канцелярскими принадлежностями в течение рабочего дня 29 февраля 2024 года был переставлен в том же кабинете в связи с перестановкой и необходимостью размещения иных сотрудников. Условия труда при этом не менялись. Временное рабочее место ФИО1 было предложено на 30 минут – на время вышеуказанной перестановки (л.д. 141). В заключении по факту проведения служебного расследования в связи с отсутствием ФИО1 на рабочем месте 01 марта 2024 года изложена та же информация.
Письменного ответа представителя ответчика о том, что рабочее место истца по-прежнему находится в заводском помещении сторонней организации, материалы дела не содержат.
В ходе рассмотрения дела судом были допрошены свидетели: ФИО7, ФИО8, ФИО9
Так, свидетель ФИО7, работавший у ответчика системным администратором по совместительству до сентября 2023 года, пояснил суду, что когда он устраивался на работе, его пригласили в кабинет № 42, там находился истец и другие сотрудники, точный адрес расположения кабинета о свидетель не помнит. Производственный цех находится на Лисичанской, в цехе находился бухгалтер, логист, технолог. Офисные кабинеты были отделены от производственного цеха ( л.д. 228-229).
Свидетель ФИО8, пояснил суду, что по просьбе генерального директора ООО «Краски Фридлендеръ» он организовывал переезд 29февраля/01 марта 2024 года. Накануне она (гендиректор) попросила организовать временное рабочее место для сотрудников. Константина (ФИО1) попросили переехать на временное рабочее место, которое было организовано в кабинете организации свидетеля, в этом кабинете находилось еще 3 сотрудника. Как пояснил свидетель, ФИО1 разместили в кабинете временно на 3-4 часа.
Свидетель пояснил, что 01 марта 2024 года ФИО1 пришел в кабинет, находился там не более 3-х часов, после это свидетель его не видел. Рабочее место в его (свидетеля) кабинете, ФИО1 не устроило, тогда свидетель предложит ему поработать в столовой, этот вариант ФИО1 тоже не устроил, по утверждению свидетеля, 29 февраля 2024 года сотрудники работали в столовой.
Свидетель ФИО9 - работающая у ответчика ассистентом в отдел продаж с 2023 года пояснила, что работала с ФИО1 в одном кабинете, кабинет без каких-либо обозначений, расположен по адресу: Сердобольская, 68. Рабочее место на Сердобольской ликвидировали в мае 2024 года.
Оценивая показания свидетелей, суд их принимает в качестве доказательств по делу, поскольку они носят последовательный характер и не противоречат другим материалам дела.
Таким образом, анализируя все представленные по делу доказательства, суд приходит к выводу о том, что истец отсутствовал на рабочем месте 01 марта 2024 года в указанное в акте № 5 от 01 марта 2024 года время. Его доводы о том, что его отсутствие в этот день на работе является вынужденным, в связи с ликвидацией его рабочего места, в ходе рассмотрения дела не нашли своего подтверждения.
В силу части пятой статьи 192 ТК РФ при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.
Из представленных в материалы дела документов, следует, что истец ранее привлекался к дисциплинарной ответственности: приказом № 7/к от 24 января 2024 года ФИО1 объявлено замечание в связи с тем, что 12 и 15 января 2024 года он присутствовал на рабочем месте менее 8 –ми часов в течение рабочего дня (л.д. 111), данный приказ истец не обжаловал.; приказом от 01 марта 2024 года ФИО1 объявлен выговор за неисполнение распоряжения генерального директора от 19 января 2024 года – непредставление запрошенных ответов. Все дисциплинарные наказания связаны с неисполнением истом своих трудовых обязанностей, в том числе и с отсутствием на рабочем месте.
Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что у ответчика имелись все основания для увольнения истца за прогул 01 марта 2024 года.
Не усматривает суд оснований и для удовлетворения исковых требований истца в части взыскания ему 50 000 руб. – премиальной части заработной платы.
Согласно п. 3.1 трудового договора, ФИО1 установлен должностной оклад в размер 25 000 руб.
Пунктом 3.2 предусмотрено, что при наличии финансовой возможности у работодателя возможна выплата премии. Премия выплачивается на основании решения руководителя предприятия и в размере, утвержденном приказом руководителя предприятия.
Также в материалы дела представлена копия Положения об оплате труда, премировании, дополнительных выплатах и надбавках для работников ООО «Краски Фридлендеръ» ( л.д. 87-92).
Основные условия для выплаты работникам ежемесячной премии определены в п. 5.3-5.7 Положения, а именно: успешное и добросовестное исполнение работниками своих должностных обязанностей, соблюдение трудовой дисциплины, отсутствие дисциплинарных взысканий в отчетном месяце, выполнение поставленных задач, отсутствие жалоб, претензий клиента на ненадлежащее поведение или невыполнение договоренностей; положительные результаты деятельности Организации.
В материалы дела ответчик представил копию приказа № 13-к от 09 февраля 2024 года (л.д. 156), согласно которого истцу выплачена премия в размере 10 000 руб.
Довод истца о том, что ему был увеличен должностной оклад, ничем не подтвержден.
Поскольку требования истца о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула могут быть удовлетворены при признании увольнения истца незаконным, а денежная компенсация морального вреда – при установлении факта нарушения трудовых прав истца, а в ходе рассмотрения дела, указанных обстоятельств суд не установил, данные требования удовлетворению не подлежат.
Так же нет оснований для удовлетворения исковых требований об извещении ФИО1 о достоверном месте его работы в отделе продаж, поскольку до момента увольнения ФИО1 его рабочее место было неизменным.
С учетом изложенного, в удовлетворении исковых требований ФИО1 надлежит отказать в полном объеме.
Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Краски Фридлендеръ» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании невыплаченной части премии, компенсации морального вреда, об обязании известить о достоверном месте работы в отделе продаж – отказать.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы, через суд принявший решение.
Судья: подпись.
Решение принято в окончательной форме 18 августа 2025 года.