70RS0001-01-2025-002660-63
Дело № 2-1735/2025
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
10 июля 2025 года Кировский районный суд г.Томска в составе:
председательствующего судьи Изотова Т.В.,
при секретаре Цилюрик А.М.,
помощник судьи Несмелова С.С.,
с участием истца В.В.,
представителя истца ФИО1, действующего на основании ордера /________/ от 23.05.2025,
представителя ответчика ФИО2, действующей на основании доверенности от 23.01.2025 /________/ сроком по 03.06.2029,
представителей третьих лиц
прокуратуры /________/ ФИО3, действующей на основании доверенности от 16.06.2025 /________/
следственного управления Следственного комитета Российской Федерации
по /________/ ФИО4, действующей на основании доверенности от 20.12.2024 /________/ сроком полномочий до 19.12.2025,
рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Томске гражданское дело по исковому заявлению В.В. к Министерству финансов Российской Федерации в лице управления Федерального Казначейства по /________/ о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности,
установил:
В.В. обратился в суд с исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации в лице управления Федерального Казначейства по /________/, в котором просит взыскать в свою пользу компенсацию морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности в размере 500000 руб.
В обоснование заявленных требований истец указал, что 17.11.2023 Шегарским МСО СУ СК России по /________/ он был привлечен к уголовной ответственности по ст. 138.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ). Следователь убедила истца в том, что он (истец) приобрел специальную аппаратуру с целью негласного получения информации на территории Российской Федерации и поэтому истец должен признать себя виновным в полном объеме, также следователь пояснила, что уголовное дело будет прекращено за деятельным раскаянием. Истец поверил следователю и принял ее условия. Уголовное дело было направлено в Шегарский районный суд /________/ по обвинению истца в совершении преступления, предусмотренного ст. 138.1 УК РФ. 24.01.2024 суд вынес в отношении истца оправдательный приговор, в связи с отсутствием в действиях В.В. состава преступления. Таким образом, выяснилось, что истец был привлечен к уголовной ответственности необоснованно. В следствие сложившейся ситуации по необоснованному привлечению истца к уголовной ответственности, В.В. утратил доверие к органам следствия и прокуратуры, так как был введен в заблуждение следователем, поскольку она убедила истца в том, что он совершил преступление, а прокуратура утвердила обвинительное заключение. После вынесения приговора судом, истец испытал разочарование, у него (истца) сложилось мнение, что ни следствие, ни прокуратура не защищают интересы и права простых граждан. В результате необоснованного привлечения к уголовной ответственности истец испытал стресс, также истцу был причинен моральный вред, который выразился в переживаниях и расстройстве.
Истец В.В., в судебном заседании исковые требования поддержал, по изложенным в иске основаниям. Дополнительно пояснил, что компенсация морального вреда в размере 500000 рублей, за факт незаконного привлечения к уголовной ответственности является соразмерной и обоснованной. В период расследования уголовного дела и рассмотрения дела в суде он находился под подпиской о невыезде и надлежащем поведении. Родные и близкие его поддерживали, никто его не осуждал, общаться не прекратил. К врачам, а также к психологам за помощью в стрессовой ситуации не обращался, специализированное лечение у психолога, психиатра не получал. Отметил, что в период привлечения его к уголовной ответственности у него ухудшилось самочувствие, проведены операции по онкологии. Впервые диагноз онкология установлен 10 лет назад, связывает проведение операций с незаконным уголовным преследованием. Поездки на отдых за пределы /________/ не планировал и не выезжал, при возбуждении уголовного дела не переживал, поскольку вину признал и надеялся на прекращение дела за деятельным раскаянием, стал переживать только после того, как дело передали в суд.
Представитель истца В.В. ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал по изложенным в иске основаниям. Считал сумму компенсации морального вреда в размере 500 000 руб., обоснованной, соответствующей понесенным переживаниям и стрессу. Отметил, что в период уголовного преследования выступал его защитником, истец вину свою признал, после того, как дело передали в суд, видел что у его доверителя тряслись руки, он задавал вопросы о вариантах и последствиях рассмотрения дела в суде. К психологу, психиатру за помощью в стрессовой ситуации не обращался. Близкие его поддерживали, заботились о его здоровье.
Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального /________/ ФИО2 в судебном заседании возражала против взыскания компенсации морального вреда в заявленном истцом размере, по основаниям, изложенным в письменных возражениях, согласно которым в материалах дела не содержится сведений об ухудшении состояния здоровья истца, обострении тяжелых хронических заболеваний, доказательств причинно-следственной связи между незаконным привлечением истца к уголовной ответственности и ухудшением состояния здоровья. Дополнительно пояснила, что истцом в рамках уголовного дела давались признательные показания, он не отрицал, что совершил преступление. Негативно привлечение к уголовной ответственности на истце не сказалось. Право на реабилитацию ответчик не оспаривает, но не в заявленном размере.
Представитель третьего лица прокуратуры /________/ ФИО3 поддержала доводы, изложенные в письменном отзыве на исковое заявление, согласно которому 02.10.2023 Шегарским межрайонным следственным отделом СУ СК РФ по /________/ в отношении В.В. возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 138.1 УК РФ, по факту незаконного приобретения специального технического средства, предназначенного для негласного получения информации. 17.11.2023 В.В. допрошен в качестве подозреваемого, вину в совершении инкриминируемого ему деяния признал полностью, в содеянном раскаялся. 17.11.2023 в отношении В.В. избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. 20.11.2023 В.В. привечен в качестве обвиняемого и допрошен в указанном процессуальном статусе, подтвердил свои показания при допросе в качестве подозреваемого, вину в совершении инкриминируемого ему деяния признал полностью в содеянном раскаялся. 28.11.2023 и.о. прокурора /________/ утверждено обвинительное заключение по обвинению В.В. в совершении преступления, предусмотренного ст. 138.1 УК РФ, уголовное дело направлено в районный суд. В период с 10.01.2024 по 24.01.2024 по данному уголовному делу состоялось 3 судебных заседания в суде первой инстанции. Приговором Шегарского районного суда /________/ от 24.01.2024 В.В. по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 138.1 УК РФ оправдан за отсутствием в его действиях состава преступления. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена. За истцом признано право на реабилитацию. Таким образом, В.В. в период с 02.10.2023 по 24.01.2024 (3 месяца и 22 дня) незаконно подвергался уголовному преследованию. С 17.11.2023 по 24.01.2024 в отношении В.В. действовала мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Вместе с тем, истцом не представлено доказательств того, что уголовным преследованием ему причинены нравственные страдания на заявленную сумму. Установлено, что в порядке ст. 91-92 УПК РФ В.В. не задерживался, мера пресечения в виде заключения под стражу ему не избиралась. Доказательств ухудшения здоровья истца в период незаконного уголовного преследования, а также связи с преследованием не представлено. Приведённые в исковом заявлении доводы о значительных переживаниях истца в связи с имевшимся у него процессуальным статусом основаны на индивидуальном субъективном восприятии рассматриваемой ситуации. Таким образом, требования истца подлежат частичному удовлетворению исходя из обстоятельств дела, длительности и объема нарушенных прав истца, его личности, требований разумности и справедливости.
Представитель третьего лица Следственного комитета Российской Федерации по /________/ ФИО4, в судебном заседании поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях, согласно которым в отношении истца была применена самая мягкая мера пресечения – подписка о невыезде и надлежащем поведении, которая была необходима для решения задач уголовного судопроизводства. Срок действия меры пресечения составил 2 месяца 7 дней. Истец к следователю или суду за разрешением покинуть временное или постоянное место жительство не обращался. Сам факт реабилитации гражданина не свидетельствует о том, что применение в отношении него меры пресечения является незаконной. Если избрание меры пресечения признается незаконным, то об этом прямо должно быть указано в окончательном решении по делу. Таким образом, процессуальные действия и решения не могут автоматически признаваться незаконными, так как они применялись не в следствие признания лица виновным, а для установления наличия или отсутствия его вины в совершении преступления. Мера пресечения на уклад жизни истца влияния не оказала. Меры процессуального принуждения в отношении истца не применялись. Согласно Требованию ИЦ УВД /________/ В.В. ранее привлекался к уголовной ответственности, таким образом для истца ситуация уголовного преследования не была первичной и из ряда вон выходящей, соответственно не могла оставить в его душе неизгладимого следа. Каких-либо доказательств наличия морально-нравственных страданий и степени их глубины, обосновывающих заявленный размер требований истцом не представлено. Ни в материалах уголовного дела, ни в материалах настоящего гражданского дела не содержится сведений об ухудшении состояния здоровья истца, обострении тяжелых хронических заболеваний, доказательств причинно-следственной связи между незаконным привлечением истца к уголовной ответственности и ухудшением состояния здоровья. Таким образом, сумма, предъявляемая к взысканию, является несоразмерной обстоятельствам дела. Полагала, что с учетом требований разумности и справедливости размер заявленных истцом требований является сильно завышенным и подлежит снижению.
Заслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии со статьей 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан. Право заинтересованного лица на обращение в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов предусмотрено статьей 3 этого же кодекса.
Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
Согласно статье 53 Конституции Российской Федерации, статье 16 Гражданского кодекса Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) государственных и муниципальных органов или их должностных лиц.
Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (статья 52 Конституции Российской Федерации).
Исходя из положений Конституции Российской Федерации государство обязано гарантировать лицам, пострадавшим от незаконных и (или) необоснованных ареста, заключения под стражу или осуждения, возмещение причиненного вреда, в том числе морального.
В отношении лиц, незаконно или необоснованно подвергнутых Уголовному преследованию, такой порядок определен Уголовного-процессуальным кодексом Российской Федерации (статьи 133 - 139, 397 и 399).
Исходя из содержания указанных статей право на компенсацию морального вреда возникает только при наличии реабилитирующих оснований.
При этом согласно абзацу 3 статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, находящемуся во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 1070 названного кодекса, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.
В силу пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации. Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу.
Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, по своей юридической природе обязательства, возникающие в силу применения норм гражданско-правового института возмещения вреда, причиненного действиями органов власти или их должностных лиц, представляют собой правовую форму реализации гражданско-правовой ответственности, к которой привлекается в соответствии с предписанием закона причинитель вреда (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). В частности, статья 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит специальную норму об ответственности за вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, а также их должностных лиц. Применение данной нормы предполагает наличие как общих условий деликтной (т.е. внедоговорной) ответственности (наличие вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинной связи между вредом и противоправными действиями, вины причинителя), так и специальных условий такой ответственности, связанных с особенностями причинителя вреда и характера его действий (Постановление от 3 июля 2019 г. N 26-П, Определение от 17 января 2012 г. N 149-О-О и др.).
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.)
По общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случаях, предусмотренных законом, обязанность компенсировать моральный вред может быть возложена судом на лиц, не являющихся причинителями вреда (например, на Российскую Федерацию, субъект Российской Федерации, муниципальное образование - за моральный вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (статьи 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации) (п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33).
Согласно разъяснениям, данным в пунктах 38, 39, 41, 43 приведенного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33, моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.
При этом судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 2, 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", с учетом положений части 2 статьи 133 и части 2 статьи 135 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию имеют как лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в части 2 статьи 133 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации, так и лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства либо уголовное дело прекращено и (или) приговор отменен по таким основаниям в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.
В силу части 1 статьи 133 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.
Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 (в том числе в связи с прекращением уголовного преследования за отсутствием в деянии состава преступления) и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 Уголовного-процессуального кодекса Российской Федерации.
В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что 02.10.2023 старшим следователем Шегарского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по /________/ возбуждено уголовное дело /________/ в отношении В.В. по признакам преступления, предусмотренного ст. 138.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.
17.11.2023 В.В. допрошен в качестве подозреваемого, вину в совершении инкриминируемого ему деяния признал полностью, в содеянном раскаялся. В этот же день ему избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.
20.11.2023 В.В. привечен в качестве обвиняемого и допрошен в указанном процессуальном статусе, подтвердил свои показания при допросе в качестве подозреваемого, вину в совершении инкриминируемого ему деяния признал полностью в содеянном раскаялся.
И.о. прокурора /________/ 28.11.2023 утверждено обвинительное заключение по обвинению В.В. в совершении преступления, предусмотренного ст. 138.1 УК РФ, уголовное дело направлено в районный суд.
В период с 10.01.2024 по 24.01.2024 по данному уголовному делу состоялось 3 судебных заседания в суде первой инстанции.
Приговором Шегарского районного суда /________/ от 24.01.2024 В.В. по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 138.1 УК РФ оправдан за отсутствием в его действиях состава преступления. За В.В. признано право на реабилитацию. Мера пресечения в виде подписки о невыезде отменена.
Таким образом, В.В. незаконно подвергался уголовному преследованию на протяжении 2 месяцев 22 дней, а именно с 17.11.2023 по 24.01.2024, в этот же период в отношении него действовала мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.
При указанных обстоятельствах суд полагает требования истца о взыскании компенсации морального вреда обоснованными.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.
Согласно положениям статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.
В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33) даны разъяснения о том, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абзац первый пункта 42 названного постановления).
При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац второй пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).
Из приведенных норм материального права и разъяснений, данных в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.
Ввиду того, что закон устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон спорного правоотношения. Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Компенсация морального вреда, определяемая судом в денежной форме, должна быть соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему, должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, с учетом того, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.
Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Размер заявленной компенсации морального вреда доказывается истцом.
Заявляя требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 500000 руб. истцом указано на причинение ему (истцу) морального вреда, выразившегося в перенесенных переживаниях и ухудшении состояния здоровья в связи с чем он обращался в Томскую областную клиническую больницу за медицинской помощью, в поликлинику по месту жительства, более того ему проведены операции, удалена злокачественная опухоль, ему вызывалась бригада скорой медицинской помощи.
Вместе с тем суд отмечает, что доказательств указанным доводам стороной истца не представлено.
Так, согласно ответу ОГАУЗ «Томская областная клиническая больница» от 08.07.2025 /________/ за период с 01.11.2023 по 31.01.2024 В.В. в приемное отделение ОГАУЗ «ТОКБ» не доставлялся, на стационарном лечении не находился, в консультативно-диагностическую поликлинику ОГАУЗ «ТОКБ» не обращался.
Как следует из ответа ОГАУЗ «/________/ онкологический диспансер» от 11.07.2025 /________/, от 20.10.2023 /________/ В.В. состоит на диспансерном учете в указанном учреждении с 19.01.2015, с диагнозом С61.0 злокачественное новообразование предстательной железы, стадия IV, метастазы в кости скелета. С 19.01.2015 проходит андроген-депривационную терапию в амбулаторных условиях.
В период с ноября 2023 по январь 2024 года В.В. медицинская помощь в ОГАУЗ «ТООД» оказывалась в рамках амбулаторного приема врача-онколога, в связи с имеющимся у истца заболеванием.
Из содержания ответа ОГАУЗ «/________/ больница» от 08.07.2025 /________/ следует, что с ноября 2023 по январь 2024 В.В. проходил обследование, однако, как следует из выписки медицинской карты В.В. проводилось обследование глаз и зрения в связи с необходимостью предоставления медицинского заключения для получения водительского удостоверения на право управления транспортным средством. Также были проведены ультразвуковое исследование в рамках имеющихся заболеваний.
Представленные в материалы дела справка об инвалидности серии МСЭ-2015 /________/ от 01.02.2018, выписной эпикриз из медицинской карты стационарного больного ОГАУЗ «ТООД» /________/ от 02.09.2024, выписка из медицинской карты стационарного больного ОГБУЗ «Медико-санитарная часть /________/» от 05.07.2024, не подтверждает факт ухудшения состояния здоровья истца в период незаконного уголовного преследования, поскольку справка об инвалидности истцу выдана задолго до возбуждения уголовного дела, а оперативное вмешательство и лечение в стационарных условиях в период с 25.06.2024 по 05.07.2024, с 19.08.2024 по 02.09.2024 вызвано наличием у В.В. с 2015 года онкологического заболевания.
В указанной связи оказание медицинской помощи в стационаре медицинский учреждений, летом 2024 года не находится в причинно-следственной связи с уголовным преследованием истца в период с 17.11.2023 по 24.01.2024, что также подтверждается ответом ОГАУЗ «ТООД» от 11.07.2025 /________/.
Сведений о вызове В.В. бригады скорой медицинской помощи в связи с ухудшением состояния его здоровья в период уголовного преследование, стороной истца не представлено.
Указывая на переживания в связи уголовным преследованием, истец при этом за психологической, психиатрической помощью не обращался, на приемах у врачей в ОГАУЗ «ТООД» на наличие стрессовой ситуации не жаловался.
Указанные обстоятельства, в том числе подтвердила допрошенная в качестве свидетеля дочь истца – П.В., которая также пояснила, что в связи с имеющимися заболеваниями истец регулярно проходит обследования. Кроме того, у истца были приступы гипертонии в октябре-ноябре 2023 года, в эти моменты истец не мог встать с кровати, однако, скорую медицинскую помощь не вызывал. Истец сильно нервничал, у него было постоянное повышенное давление. К психологу за помощью истец не обращался, мало ел, вследствие чего, похудел. В апреле 2024 года истец прошел обследование, результаты анализов ухудшились, была выявлена опухоль другого органа. На стресс не жаловался. Родственники переживали за истца, не осуждали его. Также в результате уголовного преследования у истца был изъят мобильный телефон, взамен которого был приобретен новый, так как в новом телефоне не было контактов, истец переживал, что утратил связь со своими знакомыми и родственниками, поскольку на память не мог вспомнить их номера телефонов.
В судебном заседании В.В. пояснил, что избранная в отношении него мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении его образ жизни не изменила, он продолжал проживать со своей семьей, заниматься обычными и привычными делами, поездок за пределы /________/ он не планировал.
Кроме того, семейные связи в результате уголовного преследования В.В. не утратил, напротив исходя из его пояснений, пояснений представителя истца, а также показаний свидетеля П.В. семья его поддерживала, никто его не осуждал и не упрекал в содеянном, все ему сопереживали и старались помочь.
Учитывая индивидуальные особенности истца, суд обращает внимание на то, что В.В. является пенсионером, не имеет на иждивении несовершеннолетних детей, не работает, проживает с супругой в зарегистрированном браке, в 2008 году был осужден по ч. 1 ст. 228.1 УК РФ, лишение свободы сроком на 4 года с отбыванием наказания в колонии общего режима, освобожден условно-досрочно, судимость погашена.
Также суд, при определении размера компенсации морального вреда, обращает внимание на длительность уголовного преследования с 17.11.2023 по 24.01.2024, и тяжесть инкриминируемого истцу преступления.
Как следует из оправдательного приговора суда Шегарского районного суда /________/ от 24.01.2024, В.В. обвинялся в незаконном приобретении специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации, ответственность за которое предусмотрена ст. 138.1 УК РФ, относящееся к категории преступлений средней тяжести.
Суд также учитывает цель приобретения В.В. технического устройства, а именно неправомерное использование данного оборудования для сдачи теоретического экзамена в ОГИБДД ОМВД России по /________/ УМВД России по /________/, в связи с восстановлением водительских прав, и признание вины на протяжении всего периода уголовного преследования.
Однако, суд не исключает и того обстоятельства, что сам факт незаконного привлечения к уголовной ответственности свидетельствует о нарушении личных неимущественных прав В.В. и о причинении ему нравственных страданий, на которые в том числе указал свидетель.
Принимая во внимание установленные обстоятельства по делу и положения закона, с учетом разъяснений данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации, учитывая характер нравственных страданий истца В.В., наличие у него инвалидности, длительность незаконного уголовного преследования, ценность прав истца, подлежащих защите, индивидуальные особенности истца, с учетом требований разумности и справедливости, применив положения статьи 1101 ГК РФ, исходя из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего, суд приходит к выводу о необходимости удовлетворения требований истца В.В. о взыскании с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсации морального вреда в размере 10 000 руб.
Указанная сумма компенсации морального вреда, по мнению суда, отвечает цели, для достижения которой она установлена законом – компенсировать перенесенные физические и нравственные страдания. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в ином размере суд не усматривает.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
исковые требования В.В. к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального Казначейства по /________/ о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, удовлетворить частично.
Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу В.В. компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в Томский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд г.Томска.
Судья /подпись/ Т.В. Изотова
Мотивированный текст решения изготовлен 24.07.2025
Судья /подпись/ Т.В. Изотова