Решение по делу № 2-1107/2023 от 07.04.2023 - о компенсации морального вреда, взыскании убытков.

72RS0№-18

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

7 апреля 2023 года город Тюмень

Калининский районный суд города Тюмени в составе:

председательствующего судьи: Дубровина Е.А.,

при секретаре: Кузнецовой В.В.,

с применением средств аудиопротоколирования хода судебного разбирательства, видеоконференцсвязи с использованием сети «Интернет», рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, взыскании убытков,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратилась в суд с иском к ответчику о компенсации морального вреда в размере 100000 рублей, взыскании убытков в размере 350000 рублей.

Исковые требования мотивированы тем, что по заявлению ФИО2 от 12 июля 2021 года в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.128.1 УК РФ. Во время рассмотрения дела, 21 февраля 2022 года мировым судьей в отношении ФИО1 был вынесен оправдательный приговор по основаниям, предусмотренным п.1 ч.2 ст.302 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления. Данный приговор был обжалован ФИО2, он был отменен Калининским районным судом города Тюмени, с направлением на новое рассмотрение. Постановлением мирового судьи судебного участка №5 Калининского судебного района города Тюмени от 29 сентября 2022 года уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО1 по предъявленному обвинения частными обвинителем ФИО2 в совершении преступления предусмотренного ч.1 ст.128.1 УК РФ, было прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, за отсутствием состава преступления. За ФИО1 было признано право на реабилитацию. Уголовное преследование ФИО1 продолжалось на протяжении одного года и двух месяцев. За это время было более 20 судебных заседаний. Находит, что частный обвинитель преследовала цель причинить ФИО1 вред, в связи с неприязненными отношениями по факту затопления квартиры истца по вине ТСЖ «Дорожник» которое возглавляет ответчик. Ответчик добивался того, чтобы со стороны жильцов многоквартирного дома по адресу: <адрес> в отношении истца сформировалось негативное мнение. В результате незаконного уголовного преследования здоровье истца было подорвано, длительное время она находилась в стрессовом состоянии и сильном душевном волнении, вследствие чего у неё стало резко повышаться давление, в результате чего ей пришлось проходить лечение в Тюменском кардиоцентре. ФИО1 была вынуждена обратиться за помощью к адвокатам и оплатить их услуги.

Истица в судебном заседании исковые требования поддержала по доводам, изложенным в иске.

Представители истца - ФИО3, ФИО4, действующие на основании ордеров, в судебном заседании требования своей доверительницы поддержали. Дополнительно суду пояснили, что злоупотреблением со стороны ответчика стало то, что ответчик обратился с заявлением о возбуждении уголовного дела, подал жалобу на оправдательный приговор.

Ответчик в судебном заседании исковые требования не признала, мотивируя свои возражения тем, что умысла на причинение вреда у неё не имелось. Во время рассмотрения уголовного дела она поняла, что истец ошибочно ассоциирует её действие с действиями ТСЖ, тем самым имеет быть место добросовестное заблуждение со стороны ответчика.

Представитель ответчика - ФИО5, действующий на основании доверенности, в судебном заседании с иском не согласился по доводам, изложенным в письменных возражениях на иск. Считает, что причинение морального вреда действиями ФИО2 истице объективно ничем не подтверждено.

Суд, заслушав объяснения лиц, присутствующих в судебном заседании, исследовав материалы настоящего гражданского дела, установил следующие обстоятельства и пришел к следующим выводам:

Как следует из материалов дела, 29 сентября 2022 года мировым судьей судебного участка №5 Калининского судебного района города Тюмени принято к производству заявление ФИО2 о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности по ч.1 ст.128.1 УК РФ.

Приговором 21 февраля 2022 года мировым судьей в отношении ФИО1 был вынесен оправдательный приговор по основаниям, предусмотренным п.1 ч.2 ст.302 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления. Данный приговор был обжалован ФИО2.

Апелляционным постановлением Калининского районного суда города Тюмени приговор мирового судьи от 21 февраля 2022 года был отменен, дело направлено на новое рассмотрение.

Постановлением мирового судьи судебного участка №5 Калининского судебного района города Тюмени от 29 сентября 2022 года уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО1 по предъявленному обвинения частными обвинителем ФИО2 в совершении преступления предусмотренного ч.1 ст.128.1 УК РФ, было прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, за отсутствием состава преступления. За ФИО1 было признано право на реабилитацию.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В силу ст. 49 Конституции РФ, каждый обвиняемый в совершении преступления считается виновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке.

Уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 115 частью первой, 116.1 и 128.1 частью первой Уголовного кодекса Российской Федерации, считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой настоящей статьи, и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым. Примирение допускается до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора, а в суде апелляционной инстанции - до удаления суда апелляционной инстанции в совещательную комнату для вынесения решения по делу.

Частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

На основании пункта 1 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Согласно части 2.1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, в порядке, установленном настоящей главой, по уголовным делам частного обвинения имеют лица, указанные в пунктах 1 - 4 части второй настоящей статьи, если уголовное дело было возбуждено в соответствии с частью четвертой статьи 20 настоящего Кодекса, а также осужденные по уголовным делам частного обвинения, возбужденным судом в соответствии со статьей 318 настоящего Кодекса, в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и оправдания осужденного либо прекращения уголовного дела или уголовного преследования по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 и 5 части первой статьи 24 и пунктами 1, 4 и 5 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения.

Ввиду того, что уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения (за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 части 1 и частью 4 статьи 147 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации) возбуждается частным обвинителем и прекращение дела либо постановление по делу оправдательного приговора судом первой инстанции не является следствием незаконных действий со стороны государства, правила о реабилитации на лиц, в отношении которых вынесены такие решения, не распространяются.

Вместе с тем лицо имеет право на реабилитацию в тех случаях, когда обвинительный приговор по делу частного обвинения отменен и уголовное дело прекращено по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, в связи с новыми или вновь открывшимися обстоятельствами либо судом апелляционной инстанции после отмены обвинительного приговора по делу постановлен оправдательный приговор.

Согласно пункту 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 г. N 42 "О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам" не подтверждение в ходе судебного разбирательства предъявленного обвинения само по себе не является достаточным основанием для признания незаконным обращения к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения и, как следствие, для принятия решения о взыскании процессуальных издержек с частного обвинителя.

Разрешая данный вопрос, необходимо учитывать, в частности, фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя либо, напротив, о злоупотреблении им правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения.

Согласно части 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

С учетом изложенного требования о компенсации морального вреда, причиненного необоснованным предъявлением частного обвинения в совершении уголовного преступления, в тех случаях, когда должностными лицами органов предварительного следствия и дознания уголовное дело не возбуждалось, обвинение не предъявлялось и обвинительный приговор судом не выносился, подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства на основании норм Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом того, что причинителем вреда является не государственный орган или должностное лицо, а частный обвинитель.

В соответствии со статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

Однако положения данной статьи подлежат применению в системном толковании с положениями статей 151, 1064, 1070 и 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Общие положения об ответственности за причинение морального вреда установлены статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Общие основания ответственности за причинение вреда установлены статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Таким образом, указанные выше положения устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определенных случаях должны быть прямо закреплены в законе.

Такие исключения установлены специальными нормами для предусмотренных статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации случаев, а именно: для случаев причинения вреда распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно пункту 1 которой гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности; для случаев причинения вреда жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности - статьей 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно пункту 1 которой юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего; для случаев причинения вреда гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ - пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет соответствующей казны в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса. Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу.

Таким образом, из положений статей 1064, 1079 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в их системном толковании следует, что компенсация морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, осуществляется независимо от вины причинителя в случаях наступления последствий, указанных в пункте 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, и при условии причинения его должностными лицами либо государственными органами, указанными в данной норме закона.

В соответствии с конституционно-правовой позицией, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17 октября 2011 года N 22-П по делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан Т.В., ФИО6, применимость специального порядка возмещения государством вреда предрешается не видом уголовного преследования, а особым статусом причинителя вреда, каковым могут обладать лишь упомянутые в части 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации государственные органы и должностные лица - орган дознания, дознаватель, следователь, прокурор и суд - независимо от занимаемого ими места в системе разделения властей (пункт 3).

Специфика правовой природы дел частного обвинения, уголовное преследование по которым осуществляется частным обвинителем, ограничивает применение к ним положений главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Вынесение мировым судьей оправдательного приговора в отношении подсудимого по такому делу не порождает обязанность государства возместить причиненный ему вред (если он не был причинен иными незаконными действиями или решениями судьи), поскольку причинителем вреда в данном случае является частный обвинитель, выдвинувший необоснованное обвинение (пункт 5).

Отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном порядке (части 1, 3, 5 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации), привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в указанном выше Определении от 02 июля 2013 года N 1059-0, истолкование статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости.

В соответствии с частью 1 статьи 45 Конституции Российской Федерации каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Статья 22 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает право лица выдвигать и поддерживать обвинение по уголовным делам частного обвинения в установленном данным Кодексом порядке.

Таким образом, суд делает вывод о том, что возможность обращения к мировому судье с заявлением в порядке частного обвинения предусмотрена законом; использование данного способа защиты нарушенного права не является противоправным.

Суд находит, что реализация ответчиком своего конституционного права на обращение с заявлением к мировому судье в порядке частного обвинения носила намерение защитить свои права и законные интересы и не преследовала цели причинить вред истцу.

Из приобщенных к делу первичных объяснений следует, что доводы ответчика как заявителя были подтверждены письменными объяснениями свидетеля ФИО7, ФИО8 отобранными на стадии проверки сообщения УУП ОП-7 УМВД России по городу Тюмени

Доказательств, свидетельствующих о злоупотреблении ответчиком, предусмотренным статьей 22 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации правом на обращение к судье в порядке частного обвинения, что обращение в частном порядке не имело под собой никаких оснований, об изложении им ложных сведений с целью причинить истцу вред, в материалы дела не представлено.

Оценивая представленные доказательства, суд считает, что истцом не представлено доказательств свидетельствующих о том, что ФИО2 предъявляя истцу частное обвинение, имела умысел причинить истцу вред, а не защитить свои права.

Также возможность обращения к мировому судье с заявлением в порядке частного обвинения предусмотрена законом; использование данного способа защиты нарушенного права не является противоправным, реализация ФИО2 своего конституционного права на обращение с заявлением к мировому судье в порядке частного обвинения носила намерение защитить свои права и законные интересы и не преследовала цели причинить вред ФИО1

Противоправность действий частного обвинителя ФИО2 приговором мирового судьи также не установлена. Сам факт вынесения мировым судьей постановления о прекращении уголовного дела и уголовного преследование за отсутствием состава преступления по делу частного обвинения в отношении ФИО1 не является безусловным основанием для возложения ответственности по компенсации морального вреда на частного обвинителя ФИО2

В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на обращение в государственные органы и право на судебную защиту, выступающее, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, гарантированных Конституцией Российской Федерации.

Доводы истца о том, что злоупотребление имеет быть место поскольку ответчик обратилась к мировому судье в заявлением о возбуждении уголовного дела частного обвинения, что в последующем обжаловал приговор не говорит о противоправности её действий, поскольку как указывалось ранее это есть право каждого гражданина.

Доводы возражения ответчика о том, что имеет быть место добросовестное заблуждение, суд находит заслуживающим внимания.

Так в ходе рассмотрения дела истец по прежнему утверждал, что вред от затопления причинил непосредственно ответчик, а не возглавляемое ей ТСН «Дорожник», из чего суд делает вывод, что истец ассоциирует действия самого ответчика с действиями ТСН «Дорожник».

При таких обстоятельствах у суда отсутствуют основания для возложения на ответчика ответственности по возмещению морального вреда, при таких обстоятельствах суд полагает отказать истцу в удовлетворении иска в этой части.

Разрешая требования о взыскании убытков, связанных с оплатой услуг адвокатов при рассмотрении дела частного обвинения суд принимает во внимание п. 3.1 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 года N 1057-О по жалобе гражданина С. на нарушение его конституционных прав пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что в системе действующего правового регулирования, в том числе в нормативном единстве со статьей 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, расходы на оплату услуг представителя не относятся к числу процессуальных издержек, а могут расцениваться как вред, причиненный лицу в результате его необоснованного уголовного преследования по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Эти расходы могут быть взысканы на основании и в порядке, предусмотренном статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации. Ее положения следует трактовать в контексте общих начал гражданского законодательства, к числу которых относится принцип добросовестности. Иными словами, истолкование положений статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости.

При этом, как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, взыскание в пользу реабилитированного лица расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности, однако возложение на частного обвинителя обязанности возместить лицу, которое было им обвинено в совершении преступления и чья вина не была доказана в ходе судебного разбирательства, понесенные им вследствие этого расходы не может расцениваться как признание частного обвинителя виновным в таких преступлениях, как клевета или заведомо ложный донос, - принятие решения о возложении на лицо обязанности возместить расходы, понесенные в результате его действий другими лицами, отличается от признания его виновным в совершении преступления как по основаниям и порядку принятия соответствующих решений, так и по их правовым последствиям и не предопределяет последнего.

В п. 2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 26 мая 2016 года N 1141-О также разъяснено, что необходимость обеспечения требования Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации о реабилитации каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (часть вторая статьи 6), не исключает использования гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17 октября 2011 г. N 22-П).

Соответственно, уголовное преследование впоследствии оправданного подсудимого по уголовному делу частного обвинения не может быть основанием для взыскания с частного обвинителя убытков в виде расходов на оплату услуг представителя обвиняемого без исследования и установления юридически значимых обстоятельств, связанных со злоупотреблением правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения или добросовестным заблуждением.

Поскольку судом не установлено злонамеренности ответчика причинить ущерб истцу, суд не находит оснований для удовлетворения оставшейся части иска.

Руководствуясь ст.ст.10, 15, 151, 1064, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.ст.20, 132-133, 147 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», ст.ст.12, 56, 67-68, 98, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд –

РЕШИЛ:

В иске ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, взыскании убытков, отказать.

Решение может быть обжаловано в Тюменский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы, через Калининский районный суд города Тюмени.

Председательствующий судья: Дубровин Е.А.

Мотивированное решение изготовлено 17 апреля 2023 года.