Решение по делу № 2-213/2025 от 11.06.2025 | Усть-Катавский городской суд (Челябинская область)

УИД 74RS 0042-01-2025-000348-70

Дело № 2-213/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

9 июня 2025 года г. Усть-Катав

Усть-Катавский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего Баранцевой Е.А.,

при секретаре Ковлягиной Т.Н.,

пом.судьи ФИО1,

истца ФИО2,

представителей ответчика ФИО3,

ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к прокуратуре Челябинской области о признании незаконным и об отмене приказа прокурора Челябинской области Донгаузера И.В. от 2.04.2025г №136-к «Об освобождении и увольнении ФИО2», восстановлении на службе,

установил:

ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением с учетом уточнений к прокуратуре Челябинской области о признании незаконным и об отмене приказа прокурора Челябинской области Донгаузера И.В. от 2.04.2025г №136-к «Об освобождении и увольнении ФИО2», восстановлении на службе, взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование иска указал, что в органах прокуратуры Челябинской области он проходил службу с 10.08.2015 по 22.06.2016 в должности <данные изъяты>. С 29.06.2016 по 28.06.2017 проходил службу в <данные изъяты>. С 17.07.2017 по 07.04.2025 проходил службу в органах прокуратуры Челябинской области в должности <данные изъяты>.

Приказом прокурора Челябинской области Донгаузера И.В. от 02.04.2025 № 136-к на основании ст. 18 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации», п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации он уволен 07 апреля 2025 года из прокуратуры Челябинской области.

Данный приказ о его увольнении из органов прокуратуры Челябинской области является незаконным, поскольку вынесен с нарушением требований трудового законодательства, регламентирующего порядок увольнения работника по инициативе последнего, а его рапорт, послуживший основанием для издания данного приказа, был написан им в результате длительного принуждения к увольнению со стороны отдельных сотрудников прокуратуры Челябинской области.

В адрес работодателя - прокурора Челябинской области Донгаузера И.В. истцом 01.04.2025 направлен рапорт об освобождении от занимаемой должности помощника <данные изъяты> и увольнении по собственному желанию 07 апреля 2025 года. Данный рапорт был подан в отсутствие добровольного волеизъявления на прекращение трудовых отношений с прокуратурой Челябинской области.

Его подача в адрес работодателя обусловлена оказанием на истца психологического давления с целью принуждения к его подаче. Психологическое давление с целью принуждения его к подаче выше указанного рапорта об увольнении по собственному желанию осуществлялось начальником отдела кадров прокуратуры Челябинской области ФИО9, а также Ашинским городским прокурором Челябинской области ФИО8

В октябре 2024 года в прокуратуру Челябинской области поступили сообщения начальника <данные изъяты> ФИО5 и заместителя начальника по экономическим вопросам <данные изъяты> <данные изъяты> ФИО6, в которых они указали на необходимость проведения в отношении него служебной проверки и привлечения его к дисциплинарной ответственности. Прокурором Челябинской области Донгаузером И.В. 02.12.2024 в отношении истца инициирована служебная проверка, по результатам проведения которой приказом последнего от 26.12.2024 № 145-пн ему объявлен строгий выговор.

В последствии Прокурором Челябинской области Донгаузером И.В. 27.12.2024 утвержден план работы на 1 полугодие 2025 года, где п. 22 данного плана в марте 2025 года запланирована проверка с оказанием практической помощи организации прокурорского надзора за исполнением федерального законодательства и организации работы по рассмотрению обращений и приему граждан в Ашинской городской прокуратуре Челябинской области.

Данная проверка проведена в период с 26 по 27 марта 2025 года, когда истец находился в ежегодном оплачиваемом отпуске (с 17.03.2025 по 31.03.2025). По выходу из отпуска 01.04.2025 Ашинский городской прокурор Челябинской области ФИО8 потребовал от него, чтобы он написал рапорт на увольнение по собственному желанию. Свое требование он мотивировал тем, что данная проверка фактически проводилась из-за него, а также тем, что из-за его ухода зависят результаты вышеуказанной проверки в части решения вопроса о привлечении его коллег к ответственности. Кроме того, ему стало известно о том, что в его отсутствие Ашинский городской прокурор Челябинской области ФИО8 склонял коллектив Ашинской городской прокуратуры Челябинской области к тому, чтобы работники повлияли на него в целях его увольнения по собственному желанию. Данное обстоятельство Ашинский городской прокурор Челябинской области ФИО8 подтвердил лично в ходе разговора с ним 01.04.2025. Совокупностью данных обстоятельств Ашинский городской прокурор Челябинской области ФИО8 подавил его волю на продолжение служебной деятельности в прокуратуре Челябинской области, и он был вынужден 01.04.2025 в свой первый рабочий день после выхода из ежегодного оплачиваемого отпуска написать рапорт об освобождении его от занимаемой должности помощника Ашинского городского прокурора Челябинской области и увольнении по собственному желанию 07 апреля 2025 года. Таким образом, в период с 19.12.2024 по 01.04.2025 начальник отдела кадров прокуратуры Челябинской области ФИО9 во взаимодействии с Ашинским городским прокурором ФИО8 осуществляли в отношении меня моббинг-процессы, которые выразились в вышеизложенном.

Также считает, что при расторжении трудового договора работодателем нарушена процедура увольнения. Так, исходя из его рапорта об освобождении его от занимаемой должности помощника Ашинского городского прокурора Челябинской области и увольнении по собственному желанию от 01.04.2025 и приказа прокурора Челябинской области от 02.04.2025 № 136-к «Об освобождении и увольнении ФИО2» от 02.04.2025 следует, что между ним и работодателем достигнуто соглашение о дате прекращения трудового договора - 07.04.2025 между тем, оспариваемый приказ издан 02.04.2025. После его издания он поступил в его личный кабинет автоматизированного информационного комплекса «Надзор-WEB» для ознакомления в утреннее время 03.04.2025, что может быть подтверждено протоколом ознакомления с документом. Тем самым, работодатель в нарушение положений ч. 4 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации лишил его возможности на отзыв его рапорта об увольнении по собственному желанию, который было возможно осуществить в период с 02.04.2025 по 07.04.2025. Хотя дата увольнения с 07.04.2025 указана для того, чтобы подумать и принять окончательное решение о возможности продолжения службы в органах прокуратуры Челябинской области несмотря на оказываемое на него психологическое давление со стороны работодателя.

За время вынужденного прогула он потерял заработок за период с 08.04.2025 по 03.06.2025 в размере 202 978 рублей 67 копеек.

Указанными нарушениями ему причинены нравственные страдания, которые он оценивает в размере 100 000 рублей. (т. 1 л.д. 5-7, 227-228).

Определениями суда от 20 мая 2025 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора привлечены, Прокуратура Российской Федерации,Государственная инспекция труда по Челябинской области.

Истец ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении в полном объёме, просил их удовлетворить.

Представители ответчика Прокуратуры Челябинской области и третьего лица Прокуратуры Российской Федерации, действующие на основании доверенностей ФИО3, ФИО4, в судебном заседании исковые требования не признали. Пояснили, что увольнение произведено законно и обоснованно. Никакого давления на истца не оказывалось (т. 2 л.д. 181-183).

Представитель третьего лица Государственная инспекция труда по Челябинской области в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, (т. 1 л.д. 217).

Заслушав стороны, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд считает, что заявленные ФИО2 исковые требования подлежат частичному удовлетворению в связи со следующим.

Частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, право на судебную защиту предполагает наличие гарантий, позволяющих реализовать его в полном объеме и обеспечить эффективное восстановление в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям равенства и справедливости (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 2020 года N 36-П, от 22 апреля 2011 года N 5-П, от 27 декабря 2012 года N 34-П, от 22 апреля 2013 года N 8-П и др.).

Сроки обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлены статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации.

Частью первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 Трудового кодекса Российской Федерации) у работодателя по последнему месту работы.

В числе основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений, статьёй 2 Трудового кодекса Российской Федерации названы принципы равенства прав и возможностей работников, установления государственных гарантий по обеспечению прав работников и работодателей, осуществления государственного контроля (надзора) за их соблюдением, обеспечения права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту, обязанности сторон трудового договора соблюдать условия заключённого договора, включая право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя и право работников требовать от работодателя соблюдения его обязанностей по отношению к работникам, трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

В силу части первой статьи 3 ТК РФ (запрещение дискриминации в сфере труда) каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав.

Согласно ст. 80 ТК РФ, работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены ГК РФ, иными федеральными законами (абзац второй части первой статьи 21 ТК РФ).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров (абзац второй части второй статьи 22 ТК РФ).

Работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

В случаях, когда заявление работника об увольнении по его инициативе (по собственному желанию) обусловлено невозможностью продолжения им работы (зачисление в образовательную организацию, выход на пенсию и другие случаи), а также в случаях установленного нарушения работодателем трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, локальных нормативных актов, условий коллективного договора, соглашения или трудового договора работодатель обязан расторгнуть трудовой договор в срок, указанный в заявлении работника.

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

По истечении срока предупреждения об увольнении работник имеет право прекратить работу. В последний день работы работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку или предоставить сведения о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у данного работодателя, выдать другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет.

Если по истечении срока предупреждения об увольнении трудовой договор не был расторгнут и работник не настаивает на увольнении, то действие трудового договора продолжается.

Как разъяснено в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (п. 1 ч. 1 ст. 77, ст. 78 Трудового кодекса РФ), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 Кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами.

Согласно разъяснений в п. 22 названного Постановления Пленума Верховного Суда РФ (подлежащих применению и в споре об увольнении по соглашению сторон), расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими установлению с учетом исковых требований и доводов ФИО2, возражений ответчика относительно иска и особенностей регулирующих спорные отношения норм материального права являлись следующие обстоятельства: имелось ли добровольное взаимное волеизъявление сторон на прекращение трудовых правоотношений и не оказывалось ли со стороны работодателя давление на работника, принуждение его к подписанию соглашения об увольнении.

Таким образом, увольнение работника по собственному желанию должно осуществляться при наличии волеизъявления лица, которое должно быть добровольным, в случае вынужденности увольнения, если на это ссылается истец, такие обстоятельства подлежат проверке судом с соблюдением требований гражданского процессуального законодательства.

Из приведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора). Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

В соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при разрешении спора суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы; суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности; результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истец в органах прокуратуры Челябинской области проходил службу с 10.08.2015 по 22.06.2016 в должности <данные изъяты>. С 29.06.2016 по 28.06.2017 проходил службу в <данные изъяты>. С 17.07.2017 по 07.04.2025 проходил службу в органах прокуратуры Челябинской области в должности <данные изъяты>. (т. 1 л.д. 112-117).

Приказом прокурора Челябинской области Донгаузера И.В. от 21 февраля 2025 года № 25-о, ФИО2 находился в ежегодном оплачиваемом отпуске с 17 по 31 марта 2025 года (т. 2 л.д. 156-174).

В обоснование данного приказа работодатель положил рапорт истца от 1 апреля 2025 года, в котором он просит уволить его по собственному желанию 7 апреля 2025 года. (т. 1 л.д. 59).

Разрешая спор, суд исходит из того, что согласно ст. ст. 55, 67, ч. 1 ст. 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, объяснения сторон об известных им обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, являются доказательствами, которые подлежат проверке и оцениваются судом по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех имеющихся в деле доказательств.

Как следует их объяснений истца, в октябре 2024 года в прокуратуру Челябинской области поступили сообщения начальника <данные изъяты> ФИО5 и заместителя начальника по экономическим вопросам <данные изъяты> ФИО6, в которых они указали на необходимость проведения в отношении него служебной проверки и привлечения его к дисциплинарной ответственности. Прокурором Челябинской области Донгаузером И.В. 02.12.2024 в отношении истца инициирована служебная проверка, по результатам проведения которой приказом последнего от 26.12.2024 № 145-пн ему объявлен строгий выговор.

Из жалобы ФИО6 и ФИО5 представленной в материалы дела, следует, что заявители просят провести проверку и дать оценку действиям ФИО2 за что он нарушил кодекс этики прокурорского работника.

По итогам проверки ФИО2 был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде строго выговора (т. 1 л.д. 25-47).

Прокурором Челябинской области Донгаузером И.В. 27.12.2024 утвержден план работы на 1 полугодие 2025 года, где п. 22 данного плана в марте 2025 года запланирована проверка с оказанием практической помощи организации прокурорского надзора за исполнением федерального законодательства и организации работы по рассмотрению обращений и приему граждан в Ашинской городской прокуратуре Челябинской области. (т. 1л.д. 60-66).

Свидетели ФИО9, ФИО12, ФИО13, ФИО16 ФИО8, суду пояснили, что никакого давления на истца не оказывалось. Решение об увольнении им принято самостоятельно. Рапорт написан собственноручно. Последствия увольнения ему никто не разъяснял.

Свидетель ФИО14 суду пояснил, что ФИО2 жаловался на то, что на работе его заставляют написать рапорт на увольнение, в виду того, что он якобы участвовал в гражданском процессе и нарушил кодекс этики прокурорского работника.

Из представленных аудиозаписей следует, что ФИО8 уговаривает написать рапорт на увольнение, так как после этого все в прокуратуре выдохнут и от его решения зависит результат справки и будущая работа Ашинской городской прокуратуры. (т. 2 л.д. 1-18, 136-156, 184).

Оценивая представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд учитывает, что при оформлении заявления об увольнении истец своего намерения на увольнение по собственному желанию не выразил, работодатель причины обращения истца с соответствующим заявлением не устанавливал. Работодатель, действуя добросовестно, получив такое заявление от работника, обязан был выяснить причину поспешного увольнения сотрудника, разъяснить работнику возможность отозвать поданное заявление.

При этом, будучи несогласным с увольнением, истец обращался с претензией к работодателю. (т. 1 л.д. 193-202).

Разрешая спор, суд приходит к выводу о доказанности вынужденности подписания истцом рапорта об увольнении.

Данный вывод основан не только на объяснениях истца, не опровергнутых ответчиком, но и на других представленных в материалы дела доказательствах.

В силу требований ч. 1 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснений, содержащихся в п. 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Учитывая, что увольнение истца признано незаконным, суд считает необходимым восстановить истца на работе в ранее занимаемой должности с 8 апреля 2025 года.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

В силу ст. 394 ТК РФ в пользу истца подлежит взысканию с ответчика заработная плата за время вынужденного прогула с 8 апреля 2025 года по 9 июня 2025 года.

Пунктом 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 года № 2 предусмотрено, что средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 ТК РФ. Поскольку Кодекс (статья 139) установил единый порядок исчисления средней заработной платы для всех случаев определения ее размера, в таком же порядке следует определять средний заработок при взыскании денежных сумм за время вынужденного прогула, вызванного задержкой выдачи уволенному работнику трудовой книжки (статья 234 ТК РФ), при вынужденном прогуле в связи с неправильной формулировкой причины увольнения (часть восьмая статьи 394 ТК РФ), при задержке исполнения решения суда о восстановлении на работе (статья 396 ТК РФ). При этом необходимо иметь в виду, что особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного статьей 139 Кодекса, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений (часть седьмая статьи 139 ТК РФ).

В абзаце четвертом пункта 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету. Однако при определении размера оплаты времени вынужденного прогула средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на суммы заработной платы, полученной у другого работодателя, независимо от того, работал у него работник на день увольнения или нет, пособия по временной нетрудоспособности, выплаченные истцу в пределах срока оплачиваемого прогула, а также пособия по безработице, которое он получал в период вынужденного прогула, поскольку указанные выплаты действующим законодательством не отнесены к числу выплат, подлежащих зачету при определении размера оплаты времени вынужденного прогула.

В материалы дела представлены сведения о перечислении работодателем истцу денежных средств в счет оплаты компенсации за неиспользованный отпуск в сумме 71 823 рубля 75 копеек.

Определяя размер заработной платы за время вынужденного прогула, подлежащей взысканию в пользу истца с ответчика, суд с учетом требований статьи 139 Трудового кодекса РФ, а также Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного постановлением Правительства РФ от 24 декабря 2007 г. N 922, и справки ответчика о расчете среднедневного заработка истца - 5 485 рублей 91 копейка, и периода времени вынужденного прогула 40 рабочих дней с 08.04.2025 по 09.06.2025, заработок за время вынужденного прогула в пользу истца составит за вычетом компенсации за неиспользованный отпуск в сумме 71 823 рубля 75 копеек: 147 612 рублей 65 копеек (5485 руб. 91 коп. *40-71 823 руб. 75 коп.) (т. 2 л.д. 178-180).

Исковые требования о взыскании компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению, по следующим основаниям.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

По данному гражданскому делу судом установлено, что ФИО2 был уволен незаконно, в результате чего установлено нарушение работодателем трудовых прав истца, тем самым, ответчиком причинены ему нравственные страдания.

В обоснование требований о взыскании компенсации морального вреда в связи с увольнением за прогул без уважительной причины по пп. а п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ истец указала, что испытывала и испытывает по настоящее время негативные эмоции; нуждается в причитающихся ей денежных средствах, поскольку иного источника дохода не имеет, воспитывает одна несовершеннолетнего ребенка, у неё обострилось имеющееся заболевание.

Поскольку в судебном заседании нашло свое подтверждение нарушение трудовых прав истца, связанных с незаконным увольнением, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, которую определяет в размере 10 000 руб., с учетом объема нарушенных прав истца, незаконно произведенного увольнения, степени вины ответчика, продолжительности нарушения трудовых прав, требований разумности и справедливости.

Статьёй 210 ГПК РФ предусмотрено, что решение суда приводится в исполнение после вступления его в законную силу, за исключением случаев немедленного исполнения, в порядке, установленном федеральным законом.

В соответствии со ст. 211 ГПК РФ немедленному исполнению подлежит судебный приказ или решение суда о взыскании алиментов; выплате работнику заработной платы в течение трех месяцев; восстановлении на работе; включении гражданина Российской Федерации в список избирателей, участников референдума.

Поскольку ФИО2 восстановлен на работе в должности <данные изъяты>, то суд считает необходимым решение суда в части восстановления на работе обратить к немедленному исполнению. Учитывая, что срок обжалования решения суда составляет один месяц, суд считает, что не приведение к немедленному исполнению решения суда в части восстановления на работе, может привести к необоснованному затягиванию исполнения решения суда в разумные сроки и нарушению прав истца.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 12, 14, 56, 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО2 к прокуратуре Челябинской области о признании незаконным и об отмене приказа прокурора Челябинской области Донгаузера И.В. от 2.04.2025г №136-к «Об освобождении и увольнении ФИО2», восстановлении на службе, удовлетворить частично.

Признать увольнение ФИО2 с должности <данные изъяты> <данные изъяты>, незаконным.

Восстановить ФИО2 в должности <данные изъяты>, с 8 апреля 2025 года.

Взыскать с прокуратуры Челябинской области, ИНН <***>, в пользу ФИО2, паспорт №, заработную плату за дни вынужденного прогула за период с 8 апреля 2025 года по 9 июня 2025 года в размере 147 612 рублей 65 копеек, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, а всего 157 612 (сто пятьдесят семь тысяч шестьсот двенадцать) рублей 65 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 отказать.

Решение в части восстановления на работе обратить к немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Усть-Катавский городской суд Челябинской области.

Председательствующий подпись Е.А.Баранцева Решение не вступило в законную силу

Полное мотивированное решение составлено 11 июня 2025 года