Судья Главатских Л.Н.

Дело № 2-1219/2023

74RS0002-01-2022-008717-24

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

дело № 11-8744/2023

07 июля 2023 года г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Доевой И.Б.,

судей Елгиной Е.Г., Стяжкиной О.В.,

при секретаре судебного заседания Алёшиной К.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО2 к ООО «Станкоресурс» о признании незаконным приказа об увольнении, изменении основания и даты увольнения, взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда, судебных расходов,

по апелляционной жалобе Общества с ограниченной ответственностью «Станкоресурс» на решение Центрального районного суда г. Челябинска от 09 марта 2023 года.

Заслушав доклад судьи Елгиной Е.Г. о доводах апелляционной жалобы, возражений, пояснения представителя ответчика ФИО3, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратилась в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Станкоресурс» (далее - ООО «Станкоресурс») у учетом уточнения требований о признании незаконным приказа от 16 сентября 2022 года № о расторжении трудового договора от 09 сентября 2019 года №, изменении формулировки основания увольнения с увольнения по пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации на увольнение по инициативе работника, изменив дату увольнения на 23 сентября 2022 года с внесением записи в трудовую книжку, взыскании денежных средств в счет компенсации за неиспользованный дополнительный отпуск в размере 14536,24 рубля, компенсации морального вреда в размере 15 000 рублей.

В обоснование иска указала, что с 09 сентября 2019 года по 16 сентября 2022 года работала в ООО «Станкоресурс» в должности <данные изъяты>. С 12 августа 2022 года по 12 сентября 2022 года находилась на листе нетрудоспособности, о чем сообщила работодателю. 13 сентября 2022 года была лишена рабочего места. 21 сентября 2022 года в письменной форме была уведомлена о расторжении трудового договора 16 сентября 2022 года по п.п. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с прогулом. Кроме того, работодатель не выплатил ей при увольнении компенсацию за неиспользованный дополнительный отпуск за период 2020 – 2022 годы. Полагает действия работодателя незаконными, нарушающими ее трудовые права (л.д. 4-6, 83-88 том 1).

В судебном заседании суда первой инстанции истец ФИО2 и ее представители ФИО4 и ФИО5, действующие на основании доверенности 16 августа 2022 года (л.д. 8 том 1) на удовлетворении уточненных исковых требованиях настаивали.

Представитель ответчика ООО «Станкоресурс» - ФИО6, действующий на основании доверенности от 10 января 2023 года (л.д. 75 том 1) в судебном заседании в удовлетворении исковых требований просил отказать.

Представитель третьего лица Государственной инспекция труда по Челябинской области в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания извещался.

Дело рассмотрено при данной явке.

Обжалуемым решением иск удовлетворен частично, признан незаконным и отменен приказ о расторжении трудового договора от 16 сентября 2022 года № с ФИО2; изменена дата и формулировка основания увольнения с «пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (прогул)» на «п. 3 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (по инициативе работника)» 23 сентября 2022 года с внесением записи в трудовую книжку; с ответчика в пользу истца взыскана компенсация за неиспользованный отпуск в размере 14 536,24 рубля, компенсация морального вреда в размере 5 000 рублей, расходы на представителя в размере 10 000 рублей. В удовлетворении остальной части требований отказано. С ООО «Станкоресурс» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в сумме 881,45 рублей (л.д. 191- 196 том 1).

В апелляционной жалобе ответчик просит решение отменить, считает его незаконным и необоснованным по причине неправильного применения норм материального и процессуального права.

Указывает, что судом оставлен без внимания тот факт, что истец заявление об увольнении подала ответчику только 13 сентября 2022 года, при этом в августе от нее документов, в том числе, заявления об увольнении в организацию не поступало.

В судебном заседании свидетели подтвердили тот факт, что истец выражала намерение уволиться в августе и подать заявление, но никто из свидетелей лично не видел и не подтвердит факт передачи заявления как в бухгалтерию предприятия, так и непосредственно руководителю предприятия. При этом, из прослушанной записи разговора между директором и работником достоверно установить факт подачи заявления на увольнение не представляется возможным.

Ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрена возможность для работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, при этом единственное требование - предупредить об этом работодателя не позднее чем за две недели до даты увольнения. Цель указанного предупреждения состоит в том, чтобы работодатель имел возможность принять меры, обеспечивающие замену увольняющегося работника другим работником. При этом намерение работника об увольнении без подачи заявления работодателю не может рассматриваться как необходимость в принятии работодателем мер, обеспечивающих замену работника другим работником. ФИО2 подала заявление 13 сентября 2022 года и самовольно беспричинно оставила рабочее место. Истец не отрицает тот факт, что не выходила на рабочее место с 13 сентября 2022 года по 15 сентября 2022 года, и, соответственно, допустила прогул, который в дальнейшем и послужил основанием для увольнения.

Как следует из материалов дела, по факту отсутствия ФИО2 13 сентября 2022 года работодателем посредством СМС сообщения было запрошено у ФИО2 объяснение по факту отсутствия на рабочем месте 13 сентября 2022 года, которое 15 сентября 2022 года было представлено истцом. В данном объяснении она подтвердила свое отсутствие на рабочем с 13 сентября 2022 года без уважительных причин. Считает, что работодатель имел право уволить ФИО2 за прогул, допущенный 13 сентября 2022 года.

Вывод суда о необходимости истребования у истца объяснений по факту ее отсутствии на рабочем месте в период с 14 по 16 сентября 2022 года является неверным, так как законом предусмотрена возможность расторжения трудового договора за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей.

При этом факт подписания приказа о расторжении трудового договора утром, либо вечером не может влиять на возможность работодателя прекратить трудовые отношения с работником по своей инициативе.

Считает вывод суда о нарушении работодателем порядка увольнения является несостоятельным, все действия работодателя осуществлялись в соответствии с Трудовым кодекса Российской Федерации (л.д. 199-200).

На апелляционную жалобу ответчика истцом поданы возражения, в которых он просит оставить решение без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Считает решение суда законным и обоснованным, указывая, что вопреки доводам апелляционной жалобы истцом было подано заявление об увольнении по собственному желанию в августе 2022 года, что подтверждают свидетели, в том числе свидетель ФИО19 которая имела право принять ее заявление об увольнении, указанный факт подтверждается аудиозаписью, исследованной в судебном заседании и имеющимся в материалах дела заявлением об увольнении от 11 августа 2022 года (л.д. 210-211).

О времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции истец ФИО2, третье лицо - Государственная инспекция труда в Челябинской области извещены надлежаще, в суд апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили, о причинах неявки суд апелляционной инстанции не уведомили, с ходатайством об отложении судебного заседания не обратились. С учетом положений ст.ст. 167,327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия рассмотрела дело в отсутствие указанных лиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах указанных доводов в соответствии с ч.1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу, что оснований для отмены решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы не имеется, исходя из следующего.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ООО «Станкоресурс» является действующим юридическим лицом, уставом которого определены его структура, предмет деятельности, имущественная ответственность общества, права и обязанности участников, руководителем данного Общества является Свидетель №1 (л.д. 103-125 том 1).

09 сентября 2019 года между ООО «Станкоресурс» и ФИО1 заключен трудовой договор №, по условиям которого она принята на должность <данные изъяты> на неопределённей срок. Работнику установлена пятидневная рабочая неделя с выходными в субботу и воскресенье, время работы определено с 08:00 часов до 17:00 часов. По распоряжению работодателя при необходимости работник может эпизодически привлекаться к выполнению своих трудовых функций за пределами нормальной продолжительности рабочего времени.

Работнику предоставляется ежегодный оплачиваемый отпуск в количестве 28 календарных дней (л.д.148-149 том 1).

Приказом генерального директора от 09 сентября 2019 года ФИО2 принята в ООО «Станкоресурс» на должность <данные изъяты> (л.д. 151).

Дополнительным соглашением от 01 июня 2020 года № к трудовому договору от 09 сентября 2019 года № раздел 4 договора изложен в новой редакции, а именно указано о выполнении работником работы на условиях ненормированного рабочего дня и предоставлении работнику дополнительного оплачиваемого отпуска в размере трех дней, за работу в условиях ненормированного рабочего дня (л.д.150 том 1).

В деле имеется заявление ФИО2 от 11 августа 2022 года на имя директора ООО «Станкоресурс» об увольнении по собственному желанию, которое получено юрисконсультом Свидетель №3 11 августа 2022 года (л.д.11,13 том 1).

28 августа 2022 года ФИО2 подано дополнение к заявлению об увольнении, с изменением даты увольнения в связи с уходом на больничный лист с 28 августа 2022 года. В заявлении отражено, что дату увольнения сообщит по выздоровлении закрытии больничного листа (л.д.15 том 1). Указанное заявление направлено работодателю посредством почтовой связи (л.д. 16 том 1).

Как следует из электронного листка нетрудоспособности, ФИО2 в период с 12 августа 2022 года по 12 сентября 2022 года осуществляла уход за больным членом семьи – несовершеннолетним ребенком ФИО1 (л.д.18-28 том 1).

В соответствии с письмом ООО «Станкоресурс» от 07 сентября 2022 года о возврате сим-карты по причине длительного периода нахождения больничном листе, 13 сентября 2022 года бухгалтером ООО «Станкоресурс» получена от сотрудника ФИО2 сим-карта в связи с увольнением сотрудника (л.д. 27-28 том 1).

13 сентября 2022 года истцом подано дополнение к заявлению об увольнении с 13 сентября 2022 года, которое принято бухгалтером ООО «Станкоресурс» Свидетель №2 13 сентября 2022 года (л.д. 17 том 1). Указанное заявление зарегистрировано в Журнале учета входящей корреспонденции от 13 сентября 2022 года и поименовано «з-е на увольнение», «доп. Заявлению на увольнение ФИО2» (л.д. 154-155 том 1).

В соответствии с табелями учета рабочего времени, в период с 12 августа 2022 года по 12 сентября 2022 года проставлен работодателем ФИО2 как «Больничный», период с 13 сентября 2022 года по 15 сентября 2022 года как «Неявка» (л.д.134-141 том 1).

Приказом генерального директора от 16 сентября 2022 года № ФИО2 уволена на основании подпункта «а» пункта 6 части 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации - за прогул.

Основаниями издания приказа указаны: акт об отказе предоставить пояснения об отсутствии работника на рабочем месте от 16 сентября 2022 года, служебные записки о нарушении трудовой дисциплины от бухгалтера Свидетель №2 от 13, 14,15 сентября 2022 года, служебные записки о нарушении трудовой дисциплины от начальника цеха ФИО8 от 13,14,15 сентября 2022 года (л.д. 157, 160-166 том 1).

Разрешая требования истца о признании незаконным приказа от 16 сентября 2022 года № о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) с изложенной в нем формулировкой увольнения, суд первой инстанции, сославшись на нормы трудового законодательства, регламентирующие порядок увольнения работника по инициативе работодателя, пришел к правильному выводу о нарушении работодателем порядка привлечении истца к дисциплинарной ответственности, а также об отсутствии оснований для увольнения работника по указанному в приказе основанию.

Поскольку увольнение незаконно, а истец, реализуя свое право, просил изменить формулировку основания увольнения с пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации - увольнение за прогул на п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации - увольнение по собственному желанию, а также изменить дату увольнения на дату вынесения судом решения, суд обоснованно удовлетворил заявленные требования ФИО2 в этой части.

Руководствуясь положениями ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации, суд первой интанции произвел расчет компенсации за неиспользованный отпуск (8 дней) и определил ко взысканию с ответчика в пользу истца 14 536,24 рубля.

Установив нарушение трудовых прав истца, руководствуясь ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о взыскании в пользу истца денежной компенсации морального вреда, определив его размер с учетом требований разумности и справедливости в 5 000 рублей.

Судебная коллегия оснований не согласиться с приведенными выводами суда первой инстанции не усматривает, поскольку эти выводы соответствуют материалам дела, нормам права, подлежащим применению к спорным отношениям, и доводами апелляционной жалобы не опровергаются.

Согласно ст. 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда (ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п.3 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

Ч.1 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее, чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (ч.2 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу ч.4 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации до истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

В силу ч. 1 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям.

При этом в соответствии с ч. 3 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации к дисциплинарным взысканиям законодатель, в частности, отнес увольнение работника по основаниям, предусмотренным п. 6 ч.1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Так, согласно пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, решение работодателя о признании конкретной причины отсутствия работника на работе неуважительной и, как следствие, увольнение его за прогул может быть проверено в судебном порядке. При этом, осуществляя судебную проверку и разрешая конкретное дело, суд действует не произвольно, а исходит из общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной ответственности (в частности, таких, как справедливость, соразмерность, законность), и, руководствуясь подпунктом «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с другими его положениями, оценивает всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе причины отсутствия работника на работе (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 февраля 2009 г. № 75-0-О, от 24 сентября 2012 года, № 1793-О, от 24 июня 2014 года, № 1288-О, от 23 июня 2015 года № 1243-О и др.).

В п. 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части 1 статьи 81 Кодекса, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

По смыслу приведенных нормативных положений трудового законодательства, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при рассмотрении судом дела по спору о законности увольнения работника на основании подпункта «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул обязательным для правильного разрешения названного спора является установление обстоятельств и причин (уважительные или неуважительные) отсутствия работника на рабочем месте. При этом с учетом таких общих принципов юридической, а значит, и дисциплинарной ответственности, как справедливость, соразмерность и законность, суду также надлежит проверить обоснованность признания работодателем причины отсутствия работника на рабочем месте неуважительной.

В соответствии разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в п. 23 постановления от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Согласно п. 34 этого же постановления Пленума на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к увольнению, в действительности имело место и могло являться основанием для расторжения трудового договора и работодателем были соблюдены предусмотренные частями 3 и 4 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации сроки для применения дисциплинарного взыскания.

Согласно п. 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Оценив пояснения истца, показания свидетелей Свидетель №3, Свидетель №4 допрошенных в суде первой инстанции, содержание прослушанной аудиозаписи между ФИО2 и генеральным директором ООО «Станкоресурс» Свидетель №1, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что 11 августа 2022 года ФИО2, действительно, подавалось заявление об увольнении, которое отказалась принять генеральный директор и бухгалтер Свидетель №2, а приняла юрисконсульт Свидетель №3, являвшая на этот период действующим сотрудником ООО «Станкоресурс». При этом из прослушанной аудиозаписи следует, что между истцом и руководителем имеется конфликт, что также подтверждается претензией ФИО2, направленной в адрес работодателя и прокуратуры Челябинской области 16 августа 2022 года о том, что нее изъяли рабочее место, не выплачивают заработную плату (л.д. 34-42 том 1).

Допрошенные в суде первой инстанции свидетели ФИО9 – бухгалтер ООО «Станкоресурс», Свидетель №1 – директор и собственник данного Общества, указанные обстоятельства не опровергли. Свидетель №1 признал, что отказался принять у истца данное заявление от 11 августа, так как она подала его 12 августа, аудиозапись разговора не оспаривал.

Как пояснила в суде апелляционной инстанции представитель ответчика, ими оспаривается только полнота представленной аудиозаписи. При этом, не указала, какая часть разговора на ней отсутствует, о чем он.

Между тем, из данной аудиозаписи не следует, что директор отказывается принять заявление об увольнении от истца по причине неверной даты его составления, более того, препятствий поставить верную, как он считает, дату подачи заявления и номер входящий корреспонденции, у руководителя не было, обратного не доказано.

Кроме того, на заявлении об увольнении с 25 августа 2022 года указано, что оно принято юрисконсультом ФИО10 именно 11 августа. При этом, суд апелляционной инстанции учитывает, что Свидетель №1 является заинтересованным лицом по данному делу.

Более того, направляя в адрес работодателя заявления об изменении даты увольнении 25 августа 2022 года и вручая соответствующее заявление 13 сентября истец указывала, что они являются дополнениями к ранее поданному заявлению об увольнении, что вопросов у работодателя не вызывало. Работодатель факт получения указанных заявлений не оспаривал.

Помимо этого, как следует из расписки от 13 сентября 2022 года бухгалтера ООО «Станкоресурс» Свидетель №2, ею получена от сотрудника ФИО2 сим-карта именно в связи с увольнением сотрудника.

С учетом изложенного вывод суда первой инстанции о том, что ФИО7 11 августа 2022 года работодателю было подано заявление об увольнении по собственному желанию является верным, данный вывод основан на представленных доказательствах, которым дана оценка, отвечающая требованиям ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, оснований для переоценки которых судебная коллегия не усматривает.

С учетом указанных обстоятельств, срок, предусмотренный ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации работником был соблюден, с учетом даты подачи указанного заявления, периода нетрудоспособности, дополнений к заявлению, с 13 сентября 2022 года ФИО7 вправе была не присутствовать на рабочем месте.

Проанализировав представленные сторонами доказательства, в части наложения на ФИО2 дисциплинарного взыскания, суд первой инстанции также пришел к выводу о незаконности вынесенного приказа об увольнении. При этом суд указал на отсутствие доказательств истребования у истца объяснения по факту отсутствия на рабочем места в период с 14 по 16 сентября 2022 года, и нарушение требований ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

Установлено и никем не оспаривается, что ФИО2 давалось объяснения по факту отсутствия на работе только 13 сентября 2022 года, в соответствии с смс, поступившим от работодателя также 13 сентября 2022 года (л.д.52-53).

Действительно, прогул –это отсутствие на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Межу тем, несмотря на то, что за совершение указанного дисциплинарного проступка предусмотрено взыскание в виде увольнения, работодатель также обязан при наложении дисциплинарного взыскания учесть неблагоприятные последствия, которые для него наступили а также предшествующее поведения работника.

Из оспариваемого приказа не следует, что работодателем было учтено предшествующее поведения работника, а также наступившие неблагоприятные последствия в связи с отсутствием истца на работе.

Указанных доказательств ответчиком не предоставлено ни в суд первой, ни в суд апелляционной инстанции.

Более того, из данного приказа следует, что истец уволен именно за отсутствие на работе с 13 по 15 сентября 2022 года.

Суд первой инстанции обосновано не принял акт от 15 сентября 2022 года, составленный работодателем об отказе предоставить ФИО2, поскольку по факту отсутствия 13 сентября 2022 года объяснения были предоставлены, доказательств истребования объяснений по факту отсутствия на рабочем месте 14 и 15 сентября 2022 года работодателем ни в суд первой ни в суд апелляционной инстанции не предоставлено. Более того, на предоставление указанных объяснений работнику дано два дня, между тем, на момент издания оспариваемого приказа указанный срок не истек (приказ подписан работником в 10 часов 16 сентября 2022 года).

Доводы апелляционной жалобы о том, что к ФИО2 применено дисциплинарное взыскание именно за прогул от 13 сентября 2022 года, когда были отобраны объяснения у истца, являются несостоятельными, поскольку в приказе о расторжении трудового договора основанием увольнения по подпункту «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации явились служебные записки о невыходе на работу ФИО2 в том числе 14 и 15 сентября 2022 года, однако объяснения за указанные дни у истца работодателем не испробованы.

Данные нарушения являются самостоятельным основанием для признания приказа об увольнении незаконным, и свидетельствуют о нарушении работодателем процедуры увольнения, что правильно указал суд первой инстанции.

Вывод суда первой инстанции, что работодателем при наложении дисциплинарного взыскания в виде увольнении учтено отсутствие работника на работе и 16 сентября 2022 года на правильность выводов сужа первой инстанции о незаконности произведенного увольнения с учетом установленных обстоятельств не повлияли.

Следовательно, доводы апеллянта о том, что работодателем не учитывался факт отсутствия ФИО2 на работе 16 сентября 2022 года также не могут являться основанием для отмены судебного акта.

В соответствии с ч.ч. 4 и 7 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может по заявлению работника принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию.

Если в случаях, предусмотренных настоящей статьей, после признания увольнения незаконным суд выносит решение не о восстановлении работника, а об изменении формулировки основания увольнения, то дата увольнения должна быть изменена на дату вынесения решения судом. В случае, когда к моменту вынесения указанного решения работник после оспариваемого увольнения вступил в трудовые отношения с другим работодателем, дата увольнения должна быть изменена на дату, предшествующую дню начала работы у этого работодателя.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно признал увольнение истца из ООО «Станкоресурс» за совершение прогула незаконным, изменил формулировку основания увольнения на увольнение по собственному желанию, дату увольнения – на день предшествующий дню начала работы у нового работодателя ООО «ТМК Этерно» (л.д.69 том 1).

Апелляционная жалоба ответчика не содержит самостоятельных оснований о несогласии с решением суда в части удовлетворения требований о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск.

Как пояснил представитель ответчика в суде апелляционной инстанции с решением суда в данной части они согласны.

Истцом решение суда в данной части также не оспаривается.

Суд первой инстанции с учетом положений ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации, условий дополнительного соглашения к трудовому договору пришел к правильному выводу о взыскании не выплаченной при увольнении компенсации, руководствуясь представленным расчетом ответчика (л.д. 153 том 1).

Указанный расчет проверен судом апелляционной инстанции, суммы заработка, количество отработанных дней, отраженные в нем, соответствуют представленным в суд апелляционной инстанции расчетным листам истца, а также табелям учета рабочего времени.

Между тем, как следует из приказа ООО «Станкересурс» от 09 января 2022 года № с 01 января 2022 года всем работника Общества была повышена заработная плата в связи с индексацией на 1,0839 (л.д. 3 том 2).

Однако с указанным приказом ФИО2 ознакомлена не была, как следует из расчетных листов работника, фактически индексация заработной платы с указанной в приказе даты не производилась.

При этом судебная коллегия учитывает, что в суде первой инстанции истцом требований о взыскании заработной платы в связи с индексацией заявлено не было, суд апелляционной инстанции не может выйти за пределы иска. Между тем работник не лишен право обратится с иском о взыскании не выплаченной заработной платы, компенсации с учетом данной индексации.

В связи с чем, судебная коллегия полагает расчет компенсации за неиспользованный отпуск, рассчитанный исходя из фактически выплаченных ФИО2 сумм, произведен судом первой инстанции в рамках рассматриваемого спора верно.

Удовлетворяя частично требования о взыскании компенсации морального вреда, суд апелляционной инстанции, руководствуясь ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, исходил из того, что права истца незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности, не выплатой при увольнении в полном объеме компенсации за неиспользованный отпуск нарушены, и, приняв во внимание, нравственные страдания истца, пришел к выводу о взыскании компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей.

Апелляционная жалоба ответчика также не содержит самостоятельных оснований по несогласию с решением суда в данной части. Факт нарушения трудовых прав работника работодателем нашел свое подтверждение в суде, данные требования основаны на личных переживаниях истца.

При этом судебная коллегия также учитывает, что решения суда первой инстанции истцом не обжалуется.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для выхода за пределы заявленных доводов апелляционной жалобы.

При таких обстоятельствах выводы суда об удовлетворении исковых требований ФИО2 о признании обжалуемого приказа незаконным, изменении даты и формулировки увольнения, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда являются верными.

Также апелляционная жалоба ответчика не содержит самостоятельных доводов в части несогласия с решением суда об определении размера взысканных в пользу истца расходов на оплату услуг представителя.

Истцом решение суда в данной части также не оспаривается, выводы суда первой инстанции о взыскании указанных расходов основаны на положении ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия также не находит оснований для выхода за пределы доводов апелляционной жалобы ответчика.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, повторяют позицию ответчика в возражениях на иск, сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом подробного исследования и оценки суда первой инстанции, не содержат правовых оснований, установленных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены решения суда.

Все юридически значимые обстоятельства установлены судом первой инстанции верно, правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, определены правильно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая оценка.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о том, что решение суда является законным и обоснованным, оснований к отмене решения суда, предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 327-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Центрального районного суда г. Челябинска от 09 марта 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью «Станкоресурс» – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10 июля 2023 года.