БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

31RS0020-01-2023-002532-92 33-4704/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Белгород 26 сентября 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Белгородского областного суда в составе:

председательствующего Переверзевой Ю.А.,

судей Фурмановой Л.Г., Тертышниковой С.Ф.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Суворовой Ю.А.,

с участием прокурора Чекановой Е.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, действующего в своих интересах и интересах несовершеннолетней Р.В.В., к ФИО2 о компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО2

на решение Старооскольского городского суда Белгородской области от 21.06.2023.

Заслушав доклад судьи Переверзевой Ю.А., объяснения ФИО2, его представителя ФИО3, поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителя ФИО1 – ФИО4, возражавшей против удовлетворения жалобы, заключение прокурора Чекановой Е.Н., считавшей решение суда законным и не подлежащим отмене либо изменению, судебная коллегия

установила:

ФИО1 в своих интересах и интересах несовершеннолетней Р.В.В. обратился в суд с указанным иском, в котором просил взыскать с ФИО2 в свою пользу в интересах несовершеннолетней Р.В.В. в счет компенсации морального вреда 400 000 рублей, в свою пользу – 100 000 рублей и расходы по оплате услуг представителя в размере 35 000 рублей.

В обоснование заявленных требований указал, что 16.01.2023 около 18 часов 00 минут по адресу: <...> водитель ФИО2, управляя транспортным средством DAEWOO NEXIA, государственный регистрационный знак №, допустил наезд на пешехода Р.В.В. ДД.ММ.ГГГГ рождения.

В результате ДТП Р.В.В. получила травмы, находилась в стационаре с 16.01.2023 по 24.01.2023, ей был выставлен диагноз: <данные изъяты>

Решением суда иск удовлетворен в части. С ФИО2 в пользу ФИО1 – законного представителя несовершеннолетней Р.В.В. в счет компенсации морального вреда взыскано 150 000 рублей, в пользу ФИО1 – в счет компенсации морального вреда 50 000 рублей и расходы на услуги представителя в размере 15 000 рублей. В удовлетворении остальной части иска отказано. С ФИО2 в доход бюджета Старооскольского городского округа Белгородской области взыскана государственная пошлина в размере 600 рублей.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение суда отменить, принять новое решение, снизив размер компенсации морального вреда до разумных пределов.

Относительно доводов апелляционной жалобы истцом поданы возражения.

В судебное заседание ФИО1 и Р.В.В. не явились, извещены своевременно и надлежащим образом электронными заказными письмами (конверты возвращены в связи с истечением срока хранения), обеспечив участие своего представителя, что позволяет в силу положений части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, выслушав ответчика, представителей сторон, заключение прокурора, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 16.01.2023 около 18 часов 00 минут по адресу: <...> водитель ФИО2, управляя транспортным средством DAEWOO NEXIA, государственный регистрационный знак №, допустил наезд на несовершеннолетнего пешехода Р.В.В., ДД.ММ.ГГГГ рождения, переходившую проезжую часть дороги в неустановленном месте, в зоне видимости пешеходного перехода слева направо относительно направления движения автомобиля.

В результате ДТП несовершеннолетняя Р.В.В. получила травмы, с которыми доставлена в медицинское учреждение.

Согласно заключению эксперта от 23.03.2023 у Р.В.В. каких-либо повреждений в медицинской документации не отмечено. Установленный диагноз <данные изъяты> должен складываться из субъективных данных <данные изъяты> и объективной неврологической симптоматики <данные изъяты>, а также описания вышеизложенной симптоматики в регрессе и динамике, которые в предоставленной медицинской документации не указаны. Ввиду вышеизложенного судить о характере и степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, относительно выставленного диагноза <данные изъяты> не представляется возможным. У Р.В.В. в представленной медицинской документации установлен диагноз: <данные изъяты>, который не может быть оценен по тяжести вреда здоровью, так как данные в представленной медицинской документации малоинформативные, отсутствуют записи врачей, характеризующие конкретные виды <данные изъяты> с описанием их морфологических свойств <данные изъяты>), без которых не представляется возможным судить о характере и степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека. Какие-либо <данные изъяты>, указанные в диагнозе в сопроводительном листе ОГБУЗ «ССМП» Белгородской области, в локальном статусе представленной медицинской карты стационарного больного ДТО ОГБУЗ «СОБ Св.Луки Крымского» не описаны.

Постановлением инспектора группы по ИАЗ ОР ДПС ГИБДД УМВД России по г. Старому Осколу от 23.03.2023 прекращено производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 на основании пункта 2 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в связи с отсутствием в его действиях состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

На основании статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен учитывать также степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в частности в том случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, в том числе нематериальные блага (жизнь, здоровье и т.п.). Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 12 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, и другие негативные эмоции).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска.

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

Моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 ГК РФ).

Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункты 14, 15, 18, 21, 22, 25, 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Вред здоровью Р.В.В. причинен источником повышенной опасности, что влечет бесспорное право потерпевшей на компенсацию морального вреда, поскольку причинение вреда здоровью во всех случаях связано для потерпевшего с физическими и нравственными страданиями.

Разрешая исковые требования, суд первой инстанции, руководствуясь вышеуказанными нормами права, правомерно исходил из того обстоятельства, что ФИО2 должен нести правовые последствия в виде возложения на него, как на владельца источника повышенной опасности, независимо от вины, обязанности по компенсации морального вреда, причиненного потерпевшей Р.В.В. в результате ДТП.

Определяя размер компенсации морального вреда в сумме 150 000 рублей, подлежащего взысканию с ФИО2 в пользу Р.В.В., суд первой инстанции учел характер и объем причиненного последней вреда, обстоятельства его причинения, степень тяжести вреда здоровью, его последствия, длительность лечения.

Из выписки из медицинской карты стационарного больного ОГБУЗ «Старооскольская окружная больница Святителя Луки Крымского» следует, что Р.В.В. находилась на стационарном лечении с 16.01.2023 по 24.01.2023. Указано, что 16.01.2023 она была сбита легковым автомобилем, обстоятельства травмы не помнит, доставлена МСП, поступила с диагнозом <данные изъяты>. При выписке ей даны лечебные рекомендации: амбулаторное лечение у невролога поликлиники, явка в детскую поликлинику 25.01.2023, прием лекарственного препарата: глицин в течение 1 месяца.

При осмотре у невролога 25.01.2023 Р.В.В. жаловалась <данные изъяты>. Установлен диагноз: <данные изъяты>, рекомендовано наблюдение в динамике, при остром приступе <данные изъяты> - таблетки ибупрофен или парацетамол, а также мексидол в течение 1 месяца.

В суде первой инстанции представитель истца пояснял, что в связи с полученными травмами Р.В.В. была лишена возможности заниматься физкультурой, испытывала головные и мышечные боли, вынуждена была изменить привычный образ жизни, испытывает стресс, нервное напряжение, боль в области ушиба, боится самостоятельно переходить дорогу, находиться в транспортных средствах.

Не соглашаясь с доводами апелляционной жалобы, судебная коллегия считает, что размер подлежащей взысканию в пользу Р.В.В. компенсации морального вреда определен судом верно, с учетом требований разумности и справедливости, исходя из конкретных обстоятельств дела. Оснований не согласиться с выводом суда в части размера компенсации морального вреда у судебной коллегии не имеется.

Обстоятельства, влияющие на размер взыскиваемой компенсации, судом первой инстанции были учтены, оснований к его уменьшению, исходя из доводов жалобы, судебная коллегия не усматривает.

Изложенные в апелляционной жалобе доводы о наличии в действиях несовершеннолетней грубой неосторожности не могут повлечь отмену или изменение обжалуемого решения суда и подлежат отклонению, поскольку в силу возраста потерпевшей (<данные изъяты> на момент ДТП), не обладающей полной дееспособностью, грубая неосторожность в ее действиях как форма вины не может быть установлена.

Простая неосмотрительность потерпевшей не может повлечь снижение определенного судом первой инстанции размера компенсации морального вреда, поскольку судом правильно определены критерии размера компенсации, с учетом характера и степени причиненных физических и нравственных страданий, тяжести полученных травм, длительности лечения, индивидуальных особенностей (несовершеннолетнего возраста).

Определяя размер компенсации морального вреда в пользу ФИО1 – отца потерпевшей, суд первой инстанции исходил из того, что он переживал за состояние дочери, водил ее по врачам для прохождения процедур, обследования, тем самым испытывал моральный вред.

Оснований не согласиться с указанным выводом у судебной коллегии также не имеется. Данным происшествием со всей очевидностью ФИО1 причинены нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях за физическое и психологическое состояние здоровья близкого человека – несовершеннолетней дочери, ее безопасность и по поводу возможных отрицательных последствий.

Приведенные в судебном заседании стороной ответчика доводы о тяжелом материальном положении не могут служить основанием для изменения решения суда, поскольку достаточных и объективных доказательств в обоснование тяжелого имущественного положения, не позволяющего исполнить решение суда, ответчиком не представлено.

Наличие группы инвалидности у отца ответчика достаточным доказательством для вывода о тяжелом имущественном положении не является. Ответчик в силу молодого возраста является работоспособным, иждивенцев не имеет.

Судом первой инстанции снижен размер компенсации морального вреда по сравнению с первоначально заявленной суммой. Оснований для большего снижения размера компенсации морального вреда и исключительных обстоятельств, дающих право для применения положений пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, по мнению судебной коллегии, не имеется.

Выводы суда первой инстанции соответствуют требованиям норм материального права, которыми правильно руководствовался суд, и имеющимся в деле доказательствам, которые судом исследованы и оценены по правилам, установленным статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

При принятии по делу решения суд первой инстанции правильно установил правоотношения сторон и обстоятельства, имеющие значение для дела, представленным доказательствам дал надлежащую правовую оценку, нормы материального права судом применены и истолкованы верно. Нарушение либо неправильное применение норм материального права, существенные нарушения норм процессуального права судом не допущены.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с выводами суда, однако не опровергают их, являлись предметом исследования суда первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку суда, не содержат каких-либо подтвержденных данных, свидетельствующих о незаконности постановленного решения, и не могут повлечь его отмены или изменения. Учитывая фактические обстоятельства, судебная коллегия не находит законных оснований для иной оценки доказательств по делу.

Руководствуясь статьями 327.1, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Старооскольского городского суда Белгородской области от 21.06.2023 по гражданскому делу по иску ФИО1 (СНИЛС №), действующего в своих интересах и интересах несовершеннолетней Р.В.В. (СНИЛС №), к ФИО2 (СНИЛС №) о компенсации морального вреда оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня вынесения апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы (представления) через Старооскольский городской суд Белгородской области.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 27.09.2023.

Председательствующий

Судьи