Кировский районный суд города Омска
644015, <...>, официальный сайт суда: kirovcourt.oms.sudrf.ru
телефон: <***>, факс <***>
Дело № 2-1918/2025 УИД: 55RS0001-01-2025-001156-03
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
город Омск 16 мая 2025 года
Кировский районный суд города Омска в составе председательствующего судьи Чегодаева С.С.,
при секретаре ФИО3,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело
по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда,
с участием
старшего помощника прокурора Кировского административного округа города Омска ФИО4,
истца ФИО5, его представителей ФИО12, ФИО8, действующих на основании доверенности,
представителя ответчика ФИО6, действующего на основании доверенности,
представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, УМВД России по г. Омска – ФИО7, действующего на основании доверенности,
представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФКУ ЦХиСО УМВД России по Омской области – ФИО9, действующей на основании доверенности,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, в обоснование заявленных требований указав, что ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес>, произошло дорожно-транспортное происшествие (далее по тексту – ДТП), с участием автомобиля «Lada GFL110 Lada Vesta», государственный регистрационный номер № (далее по тексту – Lada), под управлением находящегося при исполнении инспектора ДПС ПДПС ГАИ УМВД России по г. Омску ФИО1, и автомобиля «Nissan Qashqai Navi Pack», государственный регистрационной знак № (далее по тексту – Nissan), под управлением ФИО2 Виновником ДТП признан истец, что подтверждается постановлением Куйбышевского районного суда города Омска от ДД.ММ.ГГГГ, однако наличие или отсутствие вины ответчика в данном ДТП указанным постановлением не устанавливалась. В результате ДТП истцом были получены телесные повреждения, в связи с чем ему причинен моральный вред.
На основании изложенного, просил взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, установив вину обоих водителей в ДТП в процентном соотношении, а также судебные расходы и расходы на услуги представителя.
Определением Кировского районного суда г. Омска от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ПАО СК «Росгосстрах», СПАО «Ингосстрах».
Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме, пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ при исполнении должностных обязанностей двигался на служебном автомобиле с включенными проблесковыми маячками по средней полосе дороги проспекту Карла Маркса, когда автомобиль ответчика внезапно начал совершать перестроение вправо на его полосу движения, не включив сигнал поворота. Чтобы избежать столкновения, он применил экстренное торможение, пытался уйти от удара, но из-за высокой скорости движения, обусловленной ведением преследования иного автомобиля, произошло столкновение с автомобилем ответчика. Полагал, что, несмотря на привлечение к административной ответственности, его вина в совершении ДТП отсутствует, а ответчик нарушил пункт 8.1 ПДД. В результате ДТП ему был причинен легкий вред здоровью, сотрясение, что подтверждается заключением эксперта. После ДТП он долгое время находился на больничном, принимает успокоительные.
Представитель истца ФИО12 в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме, полагал, что в произошедшем ДТП имеется обоюдная вина истца и ответчика, поскольку последний также нарушил пункт 8.1 ПДД.
Представитель истца ФИО8, в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме.
Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом.
Представитель ответчика ФИО6 в судебном заседании против удовлетворения заявленных требований возражал, подтвердил, что автомобиль Nissan принадлежит ответчику на праве собственности, оспаривал факт перестроения ответчика на среднюю полосу движения, утверждал, что в момент ДТП ответчик двигался прямо по своей полосе. Дополнительно указал, что его доверитель до настоящего времени не обращался в страховую компанию, поскольку у него отсутствовали необходимые документы.
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, УМВД России по г. Омска – ФИО7 в судебном заседании против удовлетворения заявленных требований возражал, поскольку вина истца в совершении ДТП установлена вступившим в законную силу постановлением суда.
Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФКУ ЦХиСО УМВД России по Омской области – ФИО9 в судебном заседании против удовлетворения заявленных требований возражала, поскольку вина истца в совершении ДТП установлена вступившим в законную силу постановлением суда, подтвердила, что на момент ДТП автомобиль Lada принадлежал ФКУ ЦХиСО УМВД России по Омской области.
В соответствии со статьями 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд счел возможным рассмотреть дело при данной явке.
Выслушав представителей сторон, изучив материалы дела, материалы дела об административном правонарушении Куйбышевского районного суда города Омска № № (далее по тексту – дело №), заслушав заключение старшего помощника прокурора Кировского административного округа города Омска ФИО4, оценив совокупность представленных доказательств с позиции относимости, достоверности и достаточности, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее по тексту – Постановление Пленума № 33), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
По правилам пункта 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 ГК РФ.
По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.
При обращении с иском о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, каждая сторона должна доказать отсутствие своей вины и вправе представлять доказательства наличия такой вины другой стороны, при этом, истец обязан так же доказать причинение ущерба и его размер, наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и причинением истцу ущерба.
Таким образом, исходя из положений указанных правовых норм, основанием для возникновения у лица обязательств по возмещению имущественного вреда является совершение им действий, в том числе связанных с использованием источника повышенной опасности, повлекших причинение ущерба имуществу, принадлежащему другому лицу.
Пунктом 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 (далее по тексту – ПДД), установлено, что водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.
В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 134 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 01:00 часов в районе строения <адрес> из-за нарушения истцом пункта 9.10 ПДД произошло ДТП с участием автомобиля Lada, под управлением ФИО1, и автомобиля Nissan под управлением ФИО2
Постановлением Куйбышевского районного суда <адрес> по делу об административном правонарушении № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 по факту данного ДТП признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.24 КоАП РФ, за которое ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 5 000 рублей (т. 1 л.д. 242-257 дела №).
Решением Омского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ вышеуказанное постановление оставлено без изменения, жалоба защитника ФИО1 – без удовлетворения (т. 2 л.д. 33-36 дела №).
В силу части 4 статьи 61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Поскольку постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности вступило в законную силу, суд с учетом вышеприведенных положений закона считает установленным факт нарушения ФИО1 правил дорожного движения, установленных пунктом 9.10 ПДД.
Заявляя настоящие требования исковая сторона указывала, что ДТП произошло по вине обоих водителей транспортных средств, в том числе и по вине ответчика который нарушил пункт 8.1 ПДД РФ, и не убедившись в безопасности начал совершать манёвр перестроения в правую от своей полосы движения полосу, по которой двигалось транспортное средство под управлением истца. Поскольку истцу был причинен вред здоровью, он оценивает компенсацию причиненного вреда в размере 200 000 рублей, однако ввиду того, что вина водителей В ДТП является обоюдной, при этом по мнению исковой стороны равной, то есть по 50 % у каждого, истец просил взыскать компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.
Давая оценку данным доводам суд исходит из следующего.
Как ранее отмечено, ДД.ММ.ГГГГ около 01:00 часов в районе строения № 38 по проспекту Карла Маркса в городе Омске из-за нарушения истцом пункта 9.10 ПДД произошло ДТП с участием автомобиля Lada, под управлением ФИО1, и автомобиля Nissan под управлением ФИО2
Согласно протоколу №, составленному ДД.ММ.ГГГГ инспектором по ИАЗ ПДПС Госавтоинспекции УМВД России по г. Омску, ДД.ММ.ГГГГ в 01:00 часов ФИО1, управляя автомобилем Lada, двигался в <...> со стороны ул. Циолковского в направлении ул. Котовского в районе строения № 38, в нарушение требований пункта 9.10 ПДД РФ, не выдержал безопасную дистанцию до движущегося впереди автомобиля Nissan под управлением ФИО2
Из схемы места совершения административного правонарушения, а также протокола осмотра места происшествия и фототаблицы к нему, следует, что место столкновения автомобиля Lada с автомобилем Nissan расположено на проезжей части пр. К. Маркса, в районе дома № 38 по пр. К. Маркса в г. Омске; на расстоянии 8,3 м до правого края проезжей части (по направлению движения в сторону ул. Котовского), дорожное покрытие для двух направлений шириной 21,8 м, вид покрытия – асфальт, состояние покрытия – сухое.
В рамках административного дела также были опрошены участвующие в ДТП лица.
Согласно объяснением ФИО2, данные им ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ около 01:00 часов он управлял личным технически исправным транспортным средством Nissan, с включенным ближним светом фар, пристегнутый ремнем безопасности. В автомобиле находился без груза, с четырьмя пассажирами. На переднем пассажирском сидении находилась ФИО13, пристегнутая ремнем безопасности. На заднем пассажирском сидении находились ФИО14, ФИО10, ФИО15 Двигался со скоростью около 40 км/ч по пр. К. Маркса со стороны ул. Циолковского в направлении ул. Котовского в крайнем левом ряду. Впереди в попутном направлении двигалось транспортное средство, марку и государственный регистрационный знак, которого пояснить не может. Во втором ряду попутного направления автомобили не двигались. В крайнем правом ряду двигался автомобиль марку и государственный регистрационный знак, которого пояснить не может. Подъезжая к светофору в районе строения № 38 по пр. К. Маркса ему горел зеленый сигнал светофора. Так как за светофором имеются трамвайные пути, он снизил скорость до 35 км/ч и, выехав на зеленый сигнал, начал их пересекать. Просмотрев в зеркала заднего вида, он не видел включенных проблесковых маячков и не слышал включенного звукового сигнала. На его полосе движения на трамвайных путях присутствовала небольшая яма, которую он попытался объехать по своей полосе движения, не выезжая за ее пределы и не перестраивая во вторую полосу движения. После чего он почувствовал резкий удар в заднюю часть его автомобиля. От удара его автомобиль отбросило в крайнюю правую полосу попутного движения к бордюру к строению 38 по пр. К. Маркса. На место ДТП прибыла бригада скорой медицинской помощи, которая увезла в больницу инспекторов ДПС. ДТП произошло со служебным автомобилем Lada. Он не пострадал в ДТП. В автомобиле велась видеозапись на видеорегистраторе.
Из объяснений ФИО13, данных ею ДД.ММ.ГГГГ, следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 01:00 часов она находилась в качестве пассажира в транспортном средстве Nissan. Сидела на переднем пассажирском сидении, пристегнутая ремнем безопасности. Двигались по пр. К. Маркса со стороны ул. Циолковского в направлении ул. Котовского в крайнем левом ряду. Впереди в попутном направлении двигалось транспортное средство (марку, государственный регистрационный знак пояснить не может). Во втором ряду попутного направления автомобили не двигались. В крайнем правом ряду двигался автомобиль, марку и государственный регистрационный знак, которого пояснить не может. Подъезжая к светофору, в районе строения № 38 по пр. К. Маркса горел зеленый сигнал светофора. Пересекая трамвайные пути в районе строения № 38 по пр. К. Маркса она почувствовала резкий удар в заднюю часть автомобиля. От удара автомобиль отбросило в крайнюю правую полосу попутного движения к бордюру к строению № 38 по пр. К. Маркса. В пути следования специальных звуковых сигналов не слышала.
Согласно объяснениям ФИО1, данных им ДД.ММ.ГГГГ, следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 01:00 часов он управлял технически исправным автомобилем Lada, с включенным ближним светом фар, пристегнутый ремнем безопасности. Двигался по пр. К. Маркса со стороны ул. Циолковского в направлении ул. Котовского, ведя преследование за автомобилем Ниссан Мурано, государственный регистрационный знак <***>. Ведя преследование проблесковые маячки и звуковой сигнал были включены. Двигались во втором ряду по пр. К. Маркса. Подъезжая к светофору, установленному в районе строения № 38 по пр. К. Маркса, им горел зеленый сигнал светофора. В крайнем правом ряду попутного направления двигалось транспортное средство (марку, государственный регистрационный знак пояснить не может). В левом крайнем ряду двигалось транспортное средство Nissan. Подъезжая, он начал снижать скорость, притормаживая. Неожиданно для него, транспортное средство Nissan начало смещаться вправо на его сторону полосу движения. Увидев это, он применил экстренное торможение. Что произошло дальше, он пояснить не может, так как не помнит. Скорость своего движения (движения транспортного средства), место столкновения, пояснить не может. Далее он помнит, что вышел из транспортного средства, увидел, что в районе строения № 38 по пр. К. Маркса слева от служебного автомобиля стоит транспортное средство Nissan. Он подошел к этому транспортному средству для оказания первой помощи. По приезду бригады скорой медицинской помощи, его увезли в БУЗОО БСМП № 1, где он был госпитализирован. С ним в автомобиле на заднем пассажирском сидении сидел ИДПС ФИО16
Из объяснений ФИО16, данных им ДД.ММ.ГГГГ, следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 01:00 часов он находился в качестве пассажира в служебном автомобиле Lada. Находясь на службе в составе экипажа № 262, вели преследование за транспортным средством Ниссан Мурано, государственный регистрационный знак <***>, с включенными проблесковыми маячками и звуковым сигналом. Он сидел на заднем пассажирском сидении справа, пристегнут ли он был ремнем безопасности, пояснить не может, не помнит. Двигались по пр. К. Маркса со стороны ул. Циолковского в направлении ул. Котовского в крайнем левом ряду. Впереди в попутном направлении двигалось транспортное средство Nissan, у которого он увидел, загорелись задние стоп-фары. После чего водитель ФИО1 начал перестраиваться во второй ряд. В крайнем правом ряду двигалось транспортное средство (марку, государственный регистрационный знак пояснить не может). Подъезжая к светофору, установленному в районе строения № 38 по пр. К. Маркса транспортное средство Nissan, переезжая через трамвайные пути, начал смещаться в сторону второго ряда, после чего водитель ФИО1 сместился в крайний левый ряд. Затем последовал удар в заднюю часть транспортного средства Nissan. После удара он потерял сознание, открыл глаза, почувствовал запах гари, затем самостоятельно вышел через правую заднюю пассажирскую дверь. По приезду бригады скорой медицинской помощи его увезли в БУЗОО БСМП № 1.
Согласно объяснениям ФИО15, данных ею ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 01:00 часов она находилась в качестве пассажира в транспортном средстве Nissan. Сидела на заднем пассажирском сидении справа по ходу движения транспортного средства. Слева от нее сидела ее внучка ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ г.р., и ее дочь ФИО14, ДД.ММ.ГГГГ г.р. Двигались по пр. К. Маркса со сторону ул. Циолковского в направлении Железнодорожного вокзала. В какой-то момент почувствовала резкий удар в заднюю часть автомобиля. На место ДТП прибыла бригада скорой медицинской помощи, которая ее осмотрела, она от госпитализации отказалась.
Из объяснений ФИО14, данных ею ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 01:00 часов она находилась в качестве пассажира в транспортном средстве Nissan. Сидела на заднем пассажирском сидении слева по ходу движения транспортного средства. Справа от нее сидела ее дочь ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ г.р., и ее мать ФИО15, ДД.ММ.ГГГГ г.р. Во время движения в направлении Железнодорожного вокзала она задремала и за дорогой не следила. В какой-то момент почувствовала удар в спину. На место ДТП прибыла бригада скорой медицинской помощи, от осмотра врачами она отказалась.
Из анализа пояснений указанных лиц следует, в том числе ответчика и истца, а также пояснений истца и представителей сторон в судебном заседании при рассмотрении настоящего спора следует, что исковая сторона ссылается на совершение ответчиком маневра перестроения из крайней левой в центральную полосу, ответная сторона указывает, что данного манёвра не совершала.
В ПДД РФ не раскрывается понятия маневра, однако имеется понятие маневра «перестроения», под которым понимается выезд из занимаемой полосы или занимаемого ряда с сохранением первоначального направления движения.
Таким образом, отличительным признаком маневра от маневра «перестроения» является выезд из занимаемой полосы или занимаемого ряда.
Между тем, суд под маневром понимает любое изменение движения в том числе изменения траектории движения транспортного средства даже в пределах своей полосы.
Выше отмечено, что, ответчик обнаружив перед собой препятствие в виде небольшой ямы предпринял действия к объезду данного препятствия, но в пределах своей полосы движения с данным выводом суд соглашается на основании следующего.
Суд проходит к выводу что, ответчик пытался совершить маневр объезда препятствия в виде ямы на дорожном покрытии, при этом юридически значимым обстоятельством для разрешения настоящего спора является установление судом факта того, что данный маневр (объезд) ответчика не перерос в маневр перестроения, на что ссылается ответная сторона и не создавал опасность и помехи другим участникам дорожного движения.
Представленные материалы дела позволяют суду прийти с уверенностью к выводу, что доводы истца не состоятельны, и что ответчик совершал маневр в пределах той полосы без перестроения в другую, по которой двигался истец.
Указанный вывод суд делает исходя из следующего.
Из схемы места совершения административного правонарушения, а также протокола осмотра места происшествия и фототаблицы к нему, следует, что место столкновения автомобиля Lada с автомобилем Nissan расположено на расстоянии 8,3 м до правого края проезжей части (по направлению движения в сторону ул. Котовского), дорожное покрытие для двух направлений шириной 21,8 м.
Суд обращает внимание, что данные замеры не согласуются с фрагментом организации дорожного движения (далее по тексту – ОДД) на данном участке улично-дорожной сети, согласно которому ширина дороги в месте ДТП составляет 22 м., ширина проезжей части 11 м., каждая проезжая часть состоит из трех полос, при этом ширина крайней правой полосы составляет 4 м., оставшиеся две по 3,5 м.
Сторонами не оспаривалось, что до ДТП ответчик двигался по крайней левой полосе (3,5 м.), то есть его полоса начиналась на расстоянии 7,5 м. от правого края дороги, до 11 м. соответственно.
Согласно схеме ДТП, контакт транспортных средств произошел на расстоянии 8.3 м. от правого края дороги, то есть ДТП произошло в пределах крайней левой полосы дорожного движения по которой двигался именно истец, таким образом, доводы исковой стороны о том, что ДТП произошло в центральной полосе движения по которой двигался истиц не состоятельны.
Давая оценку расхождениям фактическими измерениями сделанными сотрудниками ГИБДД на месте ДТП и проекту ОДД суд принимает во внимание, что разница составляет 20 см., при этом данная разница по мнению суда могла возникнуть как ввиду несоответствия дороги ОДД, так и погрешности при измерении сотрудниками ГИБДД.
Между тем, как при расчете по ОДД, ДТП произошло в крайней правой полосе, о чем указано выше, так и основываясь на фактических размерах ДТП произошло в этой же полосе, поскольку при размерах которые установили сотрудники, 21.8 м., проезжая часть в которой двигались стороны составляет 10,9 м, соответственно разница для нее с ОДД составляет лишь 10 см. (11 м. – 11,9 м.), которые с учетом как вычета (8.2 – 0,1), так и сложения (8.2 + 0,1) к установленному месту ДТП 8.2 м., свидетельствует о том, что ДТП произошло именно в крайней левой полосе.
Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что ответчиком маневр перестроения не совершался, поскольку контакт произошел именно в той полосе, в которой двигался именно ответчик.
Согласно пункту 8.1 ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.
Анализируя данное правило, суд приходит к выводу, что на водителей возложена обязанность по включению сигнала световыми указателями, только перед началом движения, в случае совершения маневра перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой.
Обязанности водителя включать сигналы при объезде препятствия на своей полосе у ответчика не имелось.
Между тем, правила возлагают на водителей обязанность, что любой маневр не должен создавать помехи другим участникам дорожного движения, более того, согласно абзацу 1 пункту 1.5 ПДД участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.
Анализирую фактические обстоятельства дела, маневр объезд препятствия в границах полосы в которой ответчик двигался не выезжая на иные полосы не мог создавать опасность для истца который двигался в соседней полосе, поскольку истец двигался по центральной полосе позади ответчика, который двигался по крайней левой полосе, соответственно именно у ответчика было преимущество движения по крайней левой полосе, в которой он и предпринял данный маневр в границах полосы.
Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что ДТП произошло по вине исключительно ФИО1, нарушенного пункт 9.10 ПДД РФ, что в том числе подтверждается видеозаписями с патрульного автомобиля (с наружного видеорегистратора), с камеры, расположенной на театре кукол «Арлекин», из которых следует, что автомобиль Lada, двигаясь по пр. К.Маркса, проезжая театр кукол «Арлекин», движется по крайней левой полосе, непосредственно перед перекрестком перестраивается в среднюю полосу движения, пересекая перекресток, на котором разметка отсутствует, смещается левее, в районе трамвайных путей передней частью автомобиля Lada происходит столкновение с задней частью движущегося впереди транспортного средства Nissan.
Подтверждая заявленные доводы, исковая сторона ссылается на заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ которым установлено, что при развитии данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Nissan должен был руководствоваться требованиями абзаца 1 пункта 8.1 ПДД с учетом абзаца 1 пункта 1.5 ПДД (т. 1 л.д. 72-74 дела №).
Согласно абзацу 1 пункту 1.5 ПДД участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.
Пунктом 8.1 ПДД установлено, что перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны – рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.
Суд критически относится к выводам специалиста, данных в указанном заключении, по изложенным выше установленным судом обстоятельствам, более того, юридическая квалификация действий является исключительной компетенция суда, а не эксперта-автотехника.
Таким образом, с учетом представленных сторонами доказательств, суд не усматривает наличие в действиях водителя автомобиля Nissan нарушений требований абзаца 1 пункта 8.1 ПДД и абзаца 1 пункта 1.5 ПДД, соответственно приходит к выводу о том, что вина ФИО2 в данном ДТП отсутствует.
Доказательства обратного суду не представлены, ходатайств о назначении судебной экспертизы сторонами заявлено не было, несмотря на то, что право о том разъяснялось судом.
Поскольку судом установлено, что вина ответчика в ДТП, в результате которого здоровью истца был причинен вред, отсутствует, оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда не имеется, в связи с чем исковые требования следует оставить без удовлетворения.
В связи с отказом в удовлетворении заявленных исковых требований, требования истца о возмещении судебных расходов и расходов на услуги представителя также не подлежат удовлетворению.
руководствуясь статьями 194 – 199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда – оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Омский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в Кировский районный суд города Омска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья п/п С.С. Чегодаев
Мотивированное решение изготовлено 30.05.2025
<данные изъяты>