Решение по делу № 2-4190/2022 от 14.12.2022 - о признании увольнения незаконным, изменении формулировки и даты увольнения, взыскании задолженности по заработной плате, заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

УИД: 78RS0014-01-2022-002692-97

Дело №2-4190/2022 14 декабря 2022 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Московский районный суд Санкт-Петербурга в составе

председательствующего судьи Лемеховой Т.Л.

при секретаре Миркиной Я.Е.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по искам ФИО1, ФИО2, ФИО4 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о признании увольнения незаконным, изменении формулировки и даты увольнения, взыскании задолженности по заработной плате, заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истица ФИО4 обратилась в суд с иском к ИП ФИО3 о признании увольнения от 14.01.2022 незаконным, изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию, даты увольнения – на дату вынесения решения суда, взыскании задолженности по заработной плате за сентябрь 2021 года в размере 25 000 руб., за период с 01.10.2021 по 06.10.2021 в размере 9523,81 руб., заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда в размере 20 000 руб.

В обоснование указывала, что была принята на работу к ответчику на должность швеи; выполняла свои должностные обязанности надлежащим образом, однако с октября 2021 года ей перестала выплачиваться заработная плата; заработная плата за сентябрь 2021 года (за исключением аванса) также выплачена не была.

При этом, 07.10.2021 истица была отстранена от работы со ссылкой на якобы произведенные ею (и другими работниками [ФИО1 и ФИО2]) хищения материалов работодателя; истице был закрыт доступ к рабочему месту и на территорию предприятия, ответчик обратилась с заявлением о хищении товарно-материальных ценностей в правоохранительные органы, указав в качестве лица, виновного в хищении, в том числе истицу, однако в возбуждении уголовного дела было отказано. Несмотря на это истица и другие отстраненные сотрудники так и не были допущены к рабочему месту и не смогли приступить к исполнению трудовых обязанностей.

Более того, 11.02.2022 истице из информационных ресурсов Пенсионного фонда Российской Федерации стало известно, что 14.01.2022 она уволена ответчиком по п.7 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) за совершение виновных действий работником, непосредственного обслуживающими денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя. Считает увольнение незаконным, поскольку ее вина в хищении не доказана, кроме того работодателем нарушен порядок увольнения.

Истица ФИО1 обратилась в суд с иском к ИП ФИО3 с аналогичными требованиями, ссылаясь на те же самые обстоятельства.

Истица ФИО2 обратилась в суд с иском к ИП ФИО3 с аналогичными требованиями, ссылаясь на те же самые обстоятельства.

Определением Московского районного суда Санкт-Петербурга от 08.11.2022 указанные иски объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Истицы ФИО4, ФИО1 и ФИО2, а также их представитель по доверенностям ФИО5 в судебное заседание явились, исковые требования поддержали.

Представитель ответчика ИП ФИО3 по доверенности ФИО6 в судебное заседание явилась, против удовлетворения исковых требований возражала.

Выслушав объяснения участников процесса, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно п.7 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

В силу ст.192 ТК РФ увольнение работника по основанию п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ является дисциплинарным взысканием.

Согласно ст.193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Дисциплинарное взыскание, за исключением дисциплинарного взыскания за несоблюдение ограничений и запретов, неисполнение обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки – позднее двух лет со дня его совершения.

Из материалов дела следует, что истица ФИО4 была принята на работу к ИП ФИО3 на должность швеи 02.11.2020, что подтверждается трудовым договором №2020/11/02 от 02.11.2020.

Истица ФИО1 была принята на работу к ИП ФИО3 на должность швеи 01.11.2020; 01.12.2020 с ней был заключен бессрочный трудовой договор №2020/12/01, согласно которому с 01.12.2020 она принимается на должность заведующей складом.

Истица ФИО2 была принята на работу к ИП ФИО3 на должность швеи 09.12.2019; 20.07.2021 с ней был заключен бессрочный трудовой договор №ТД-2021/06/01, согласно которому с 20.07.2021 она принимается на должность мастера производства-технолога.

При этом в юридически значимый период времени ФИО4, ФИО1 и ФИО2 работали в ателье ИП ФИО3 в составе одной смены, что не оспаривалось сторонами в ходе рассмотрения настоящего дела.

Как следует из объяснений ответчика, содержащихся в отзывах на исковые заявления, после проведения инвентаризации 21.09.2021 ответчиком была выявлена недостача, проведена проверка с просмотром видеокамер, установленных на производстве. По результатам проведенной проверки было выявлено, что ФИО4, ФИО1 и ФИО2 на регулярной основе в рабочее время осуществляли пошив сторонней продукции, не относящейся к ассортименту ИП ФИО3, выносили с территории работодателя нитки и фурнитуру и т.д.

В подтверждение указанных объяснений ответчиком суду представлены:

- приказ ИП ФИО3 №1СР от 04.10.2021 о создании комиссии для проведения служебного расследования по факту выявленной недостачи,

- акт о результатах проведенного служебного расследования №06/10-21 от 06.10.2021, согласно которому комиссия пришла к выводу о том, что ФИО1 – зав.склада, ФИО4 – швея, ФИО2 – бригадир смены, которые являются материально-ответственными лицами, в силу условий трудового договора и своих должностных инструкций совершали на протяжении длительного времени хищения готовой продукции, материалов и трудовых ресурсов в совместном сговоре, при этом угрожая другим сотрудникам цеха организацией проблем на рабочем месте, в случае если кто-нибудь уведомит руководство о происходящем; размер выявленных недостач на складе готовой продукции составил 1 902 420,45 руб., из них на складе материалов недостачи составили 940 420,45 руб. и на складе готовой продукции в размере 962 000 руб.,

- инвентаризационная опись №1 от 25.05.2021 товарно-материальных ценностей,

- инвентаризационная опись №2 от 25.05.2021 товарно-материальных ценностей,

- инвентаризационная опись №3 от 21.09.2021 товарно-материальных ценностей,

- инвентаризационная опись №4 от 21.09.2021 товарно-материальных ценностей,

- сличительная ведомость №1 от 28.09.2021 результатов инвентаризации товарно-материальных ценностей,

- сличительная ведомость №2 от 28.09.2021 результатов инвентаризации товарно-материальных ценностей,

- акт №1 от 28.09.2021 о недостачах, выявленных при проведении инвентаризации,

- акт №2 от 28.09.2021 о недостачах, выявленных при проведении инвентаризации,

- видеозаписи с камер видеонаблюдения, просмотренные судом в судебном заседании 14.12.2022.

При этом, из материалов дела также следует, что 06.10.2021 ИП ФИО3 в отношении ФИО4 и ФИО1 составлены акты о совершении дисциплинарного проступка №1/2021 и №2/2021 соответственно, согласно которым за хищение принадлежащих ИП ФИО3 материальных ценностей, что является нарушением за которое работник должен быть привлечен к дисциплинарной ответственности, ФИО4 и ФИО1 следует подвергнуть дисциплинарному взысканию в виде увольнения.

14.01.2022 ответчиком изданы приказы №2022/З/У в отношении ФИО4 и №2022/2/У в отношении ФИО1 об увольнении по п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ за совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности.

В качестве оснований названных приказов указаны акт о совершении дисциплинарного проступка №1/2021 от 06.10.2021 в отношении ФИО4 и акт о совершении дисциплинарного проступка №2-2021 от 06.10.2021 в отношении ФИО1

Оценивая законность названных приказов, суд учитывает, что данные приказы изданы ответчиком за пределами установленного ст.193 ТК РФ месячного срока со дня обнаружения работодателем в действиях истиц дисциплинарного проступка (проступок обнаружен 06.10.2021, о чем составлены соответствующие акты, а приказы изданы только 14.01.2022); кроме того, доказательств истребования у истиц до применения дисциплинарного взыскания письменных объяснений по факту выявленных нарушений в соответствии с положениями ст.193 ТК РФ ответчиком суду в нарушение ч.1 ст.56 ГПК РФ не представлено.

В связи с изложенным суд приходит к выводу о том, что увольнение истиц ФИО4 и ФИО1 произведено ответчиком с нарушением порядка привлечения к дисциплинарной ответственности, что само по себе является основанием для удовлетворения требований данных истиц о признании незаконным увольнения на основании указанных выше приказов.

Разрешая требования истицы ФИО2 о признании увольнения от 14.01.2022 незаконным, суд не находит оснований для их удовлетворения, поскольку приказ об увольнении ФИО2 ответчиком не издавался, что не оспаривалось представителем ответчика в судебном заседании 14.12.2022.

При этом, доводы представителя ответчика о том, что истица ФИО2 не была уволена в январе 2022 года, так как она официально трудоустроена не была, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку опровергаются представленным данной истицей суду трудовым договором №ТД-2021/06/01 от 20.07.2021.

Оценивая доводы истиц о том, что они не совершали дисциплинарного проступка, которое было им вменено в вину ответчиком, суд принимает во внимание, что каких-либо доказательств, опровергающих представленную ответчиком совокупность доказательств пошива истицами сторонней продукции из сырья ответчика, истцовой стороной суду не представлено.

Согласно показаниям допрошенной судом в судебном заседании 14.12.2022 свидетеля О., менеджера по продажам, все заказы проходят через нее; при просмотре видеозаписей свидетель видела, что истицы шили костюмы из ткани, на которые не было заказов; конкретно шили истицы ФИО1 и ФИО2, ФИО4 не шьет, она администратор склада, вела заказы и отгружала продукцию, передавала в транспортные компании заказы.

Соответствующие пояснения свидетель О. дала также при просмотре судом в судебном заседании 14.12.2022 видеозаписей, представленных ответчиком суду.

Свидетель Р., швея, допрошенная судом в судебном заседании 14.12.2022, также сообщила суду, что в 2021 году она получала указания от мастера ФИО2; ФИО2 предлагала свидетелю шить в обход ФИО3, но из других тканей, просто просила помочь до начала рабочего времени, но на рабочем месте; руководство об этом не знало.

Показания свидетелей последовательны, непротиворечивы, свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, не заинтересованы в исходе дела. Оснований сомневаться в достоверности свидетельских показаний у суда не имеется.

В опровержение указанных свидетельских показаний истицы ссылались на то, что работали в экспериментальном цехе, поэтому свидетели об указанных заказах были не осведомлены.

Действительно, свидетели О. и Р. пояснили суду, что с заказами экспериментального цеха не работали.

Между тем, суд учитывает, что каких-либо доказательств кроме объяснений истиц, подтверждающих работу ФИО2, ФИО1 и ФИО4 в экспериментальном цехе с заказами, о которых никто из свидетелей не знал, истцовой стороной суду не представлено; в свою очередь, ответчик указанные объяснения в ходе судебного разбирательства отрицал.

При этом, суд также принимает во внимание, что на одной из просмотренных судом в судебном заседании 14.12.2022 видеозаписей, положенных ответчиком в основу вывода о виновности истиц, видно, как когда в цех заходит ответчик ФИО3, ФИО4 быстро убирает ткань, с которой она перед этим работала, под стол.

Какие-либо объективные причины для такого поведения кроме сокрытия от работодателя посторонней работы, по мнению суда, отсутствуют.

К доводам истицы ФИО4 о том, что таким образом она убрала свое рабочее место, суд с учетом характера, времени и обстоятельств указанных действий относится критически.

Вместе с тем, суд полагает, что в рассматриваемом случае факт совершения истицами дисциплинарного проступка не является основанием для отказа в удовлетворении их исковых требований, поскольку в ходе настоящего судебного разбирательства установлен факт нарушения ответчика порядка привлечения истиц к дисциплинарной ответственности.

Согласно ст.394 ТК РФ в случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может по заявлению работника принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что требования истицы ФИО4 и ФИО1 об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию подлежат удовлетворению.

Доводы ответчика, согласно которым в случае признания судом неправомерным увольнения истицы по п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ ответчик полагает возможным изменить формулировку увольнения на пп.«а» п.6 ст.81 ТК РФ (увольнение в связи с прогулом), не могут быть приняты судом во внимание по следующим основаниям.

Так, Верховный Суд Российской Федерации в п.61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №2 от 17.03.2004г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснил, что если при разрешении спора о восстановлении на работе суд признает, что работодатель имел основание для расторжения трудового договора, но в приказе указал неправильную либо не соответствующую закону формулировку основания и (или) причины увольнения, суд в силу части 5 ст.394 ТК РФ обязан изменить ее и указать в решении причину и основание увольнения в точном соответствии с формулировкой Кодекса или иного федерального закона со ссылкой на соответствующие статью, часть статьи, пункт статьи Кодекса или иного федерального закона, исходя из фактических обстоятельств, послуживших основанием для увольнения.

Вместе с тем, в ходе настоящего судебного разбирательства судом установлено, что на момент издания приказов об увольнении истиц от 14.01.2022 ответчик не имел оснований для расторжения трудового договора с ними по инициативе работодателя за вменяемый им проступок, поскольку им был пропущен срок привлечения к дисциплинарной ответственности, а также не истребованы письменные объяснения, что является необходимым в силу прямого указания ст.193 ТК РФ.

Кроме того, содержание части 5 ст.394 ТК РФ позволяет суду изменить лишь формулировку основания увольнения и причины увольнения, но не предоставляет права изменять само основание увольнения, право выбора которого принадлежит работодателю.

Данный вывод согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, содержащейся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.04.2019г. №18-КГ18-260.

Учитывая изложенное, поскольку причиной увольнения истиц послужил конкретный дисциплинарный проступок (хищение принадлежащих ИП ФИО3 материальных ценностей), выявленный 06.10.2021, и в качестве основания для увольнения истиц за данный проступок ответчиком был избран п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ, у суда отсутствует право изменения данного основания увольнения на увольнение истиц пп.«а» п.6 ст.81 ТК РФ за иной дисциплинарный проступок (прогул), совершенный, согласно объяснениям ответчика в иной период времени (после 07.10.2021).

С учетом изложенного суд полагает вышеприведенные доводы ответчика о возможности изменения формулировки увольнения на пп.«а» п.6 ст.81 ТК РФ (увольнение в связи с прогулом) основанными на неправильном применении норм материального права.

В силу положений ст.394 ТК РФ если в случаях, предусмотренных настоящей статьей, после признания увольнения незаконным суд выносит решение не о восстановлении работника, а об изменении формулировки основания увольнения, то дата увольнения должна быть изменена на дату вынесения решения судом.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО4 и ФИО1 об изменении даты увольнения с 14.01.2022 на 14.12.2022 (дату вынесения настоящего решения) подлежат удовлетворению.

При этом, правовые основания для удовлетворения требований ФИО2 об изменении формулировки основания и даты увольнения отсутствуют, поскольку факт увольнения данной истицы в ходе рассмотрения настоящего дела установлен не был.

Согласно ст.394 ТК РФ орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном ст.139 ТК РФ.

В соответствии со ст.139 ТК РФ для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале – по 28-е (29-е) число включительно).

Согласно ч.3 ст.139 ТК РФ расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 месяцев, предшествующих моменту выплаты.

Расчет среднего заработка при взыскании денежных сумм за время вынужденного прогула, исходя из пункта 9 Постановления Правительства РФ от 24.12.2007 года №922 «Об особенностях порядка исчисления заработной платы» производится путем умножения среднего дневного заработка на количество дней вынужденного прогула. Средний дневной заработок, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

Согласно п.6 указанного постановления Правительства РФ в случае если работник не имел фактически начисленной заработной платы или фактически отработанных дней за расчетный период или за период, превышающий расчетный период, либо этот период состоял из времени, исключаемого из расчетного периода в соответствии с пунктом 5 настоящего Положения, средний заработок определяется исходя из суммы заработной платы, фактически начисленной за предшествующий период, равный расчетному.

Определяя размер среднедневного заработка истиц по правилам указанного выше постановления Правительства Российской Федерации №922, суд учитывает, что среднедневной заработок каждой из них составляет 2485,55 руб.

Таким образом, заработная плата каждой из истиц (ФИО4 и ФИО1) за период вынужденного прогула с 15.01.2022 по 14.12.2022 составляет (2485,55 руб. * 230 раб.дн.) = 571 676,50 руб.

В отношении истицы ФИО2 заработная плата за время вынужденного прогула взысканию не подлежит, поскольку в признании ее увольнения незаконным и изменении даты увольнения было отказано, то есть в данном случае отсутствует период вынужденного прогула, с которым ст.394 ТК РФ связывает взыскание в пользу работника среднего заработка.

Правовые основания для взыскания с ответчика в пользу истиц заработной платы за время вынужденного прогула за период с 07.10.2021 по 14.01.2022 отсутствуют, поскольку по смыслу ст.394 ТК РФ вынужденным прогулом признается период с момента незаконного увольнения работника по день его восстановления на работе либо изменения даты увольнения судом.

Кроме того, суд также считает заслуживающими внимания доводы ответчика о том, что в период с 07.10.2021 по 14.01.2022 истицы ФИО4, ФИО7 и ФИО2 находились в прогуле, так как отсутствовали на рабочем месте без уважительных причин.

Так, из материалов дела усматривается, что 07.10.2021 с учетом выявленных фактов допущенных истицами нарушений ИП ФИО3 обратилась в полицию, что подтверждается представленными ею в материалы дела заявлением на имя начальника УМВД России по Московскому району Санкт-Петербурга о привлечении истиц к уголовной ответственности за хищения (вх.№10243 от 07.10.2021), а также объяснениями ФИО3 в рамках проводимой по ее заявлению проверки.

07.10.2022 сотрудники полиции пришли на производство и сопроводили истиц в отдел полиции для дачи объяснений, что не оспаривалось обеими сторонами и подтверждается показаниями допрошенных судом в судебном заседании 14.12.2022 свидетелей Д., О. и Р.

При этом, после 07.10.2022 ФИО4, ФИО1 и ФИО2 на работу к ИП ФИО3 не выходили, что ими не отрицалось в ходе судебного разбирательства, хотя, как следует из показаний свидетелей Д., О. и Р., объективных препятствий для истиц попасть на свое рабочее место в рабочее время не имелось.

Каких-либо приказов об отстранении истиц от работы ответчиком не издавалось; доказательств физического недопуска истиц на рабочее место суду не представлено; доказательств, опровергающих показания свидетелей о наличии возможности для истиц попасть на рабочее место в пределах рабочего времени, суду также не представлено.

Учитывая изложенное, оснований для взыскания в пользу истиц с ответчика каких-либо сумм за период их отсутствия на рабочем месте без уважительных причин не имеется.

Разрешая требования всех истиц о взыскании задолженности по заработной плате за сентябрь 2021 года и за период с 01.10.2021 по 06.10.2021, суд учитывает, что согласно ст.21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

Согласно ст.133 ТК РФ месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда.

В соответствии со ст.133.1 ТК РФ в субъекте Российской Федерации региональным соглашением о минимальной заработной плате может устанавливаться размер минимальной заработной платы в субъекте Российской Федерации.

Разработка проекта регионального соглашения о минимальной заработной плате и заключение указанного соглашения осуществляются трехсторонней комиссией по регулированию социально-трудовых отношений соответствующего субъекта Российской Федерации в порядке, установленном статьей 47 настоящего Кодекса.

Если работодатели, осуществляющие деятельность на территории соответствующего субъекта Российской Федерации, в течение 30 календарных дней со дня официального опубликования предложения о присоединении к региональному соглашению о минимальной заработной плате не представили в уполномоченный орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации мотивированный письменный отказ присоединиться к нему, то указанное соглашение считается распространенным на этих работодателей со дня официального опубликования этого предложения и подлежит обязательному исполнению ими.

При этом, месячная заработная плата работника, работающего на территории соответствующего субъекта Российской Федерации и состоящего в трудовых отношениях с работодателем, в отношении которого региональное соглашение о минимальной заработной плате действует в соответствии с частями 3 и 4 статьи 48 настоящего Кодекса или на которого указанное соглашение распространено в порядке, установленном чч.6-8 настоящей статьи, не может быть ниже размера минимальной заработной платы в этом субъекте Российской Федерации при условии, что указанным работником полностью отработана за этот период норма рабочего времени и выполнены нормы труда (трудовые обязанности).

Доказательств отказа ответчика от присоединения к региональным соглашениям о минимальной заработной плате в Санкт-Петербурге суду не представлено.

В Санкт-Петербурге Региональным соглашением о минимальной заработной плате в Санкт-Петербурге на период с 01 мая 2021 год (заключено 30.04.2021) минимальный размер заработной платы был установлен 19 190 руб., а на период с 01 октября 2021 года – 19 650 руб.

Таким образом, заработная плата истиц за спорные периоды не могла быть ниже указанного минимального размера заработной платы.

Все истицы указывают, что полностью отработали сентябрь 2021 года, а также 4 рабочих дня в октябре 2021 года.

Согласно п.4.1 трудового договора, заключенного с ФИО4, размер ее заработной платы составляет 18 000 руб. в месяц, что менее минимального размера заработной платы, следовательно, за сентябрь 2021 года истице подлежала выплате заработная плата не менее 19 190 руб., за 4 дня в октябре 2021 года – не менее (19 650 / 21 р.д. * 4 р.д.) = 3742,86 руб., где: 19 650 – минимальный размер заработной платы в Санкт-Петербурге в октябре 2021 года, 21 р.д. – количество рабочих дней в октябре 2021 года согласно производственному календарю на 2021 год, 4 р.д. – количество отработанных истицей дней в октябре 2021 года.

Таким образом, общая сумма денежных средств, подлежавших выплате ФИО4 за сентябрь-октябрь 2021 года, составляла (19 190 + 3742,86) = 22 932,86 руб. до вычета НДФЛ (с учетом НДФЛ, то есть на руки – (22 932,86 – 13%) = 19 951,59 руб.).

В исковом заявлении ФИО4 указывает, что за спорный период ответчиком ей фактически была выплачена сумма в размере 25 000 руб., следовательно, задолженность за названный период перед истицей у ответчика в рассматриваемом случае отсутствует.

Согласно п.4.1 трудового договора от 01.12.2020, заключенного с ФИО1, за выполнение трудовых обязанностей ей устанавливается должностной оклад в размере 19 000 руб., что менее указанного выше минимального размера заработной платы.

Следовательно, за сентябрь 2021 года истице подлежала выплате заработная плата не менее 19 190 руб., за 4 дня в октябре 2021 года – не менее (19 650 / 21 р.д. * 4 р.д.) = 3742,86 руб., где: 19 650 – минимальный размер заработной платы в Санкт-Петербурге в октябре 2021 года, 21 р.д. – количество рабочих дней в октябре 2021 года согласно производственному календарю на 2021 год, 4 р.д. – количество отработанных истицей дней в октябре 2021 года.

Таким образом, общая сумма денежных средств, подлежавших выплате ФИО1 за сентябрь-октябрь 2021 года, составляла (19 190 + 3742,86) = 22 932,86 руб. до вычета НДФЛ (с учетом НДФЛ, то есть на руки – (22 932,86 – 13%) = 19 951,59 руб.).

В уточненном исковом заявлении ФИО1 указывает, что за спорный период ей фактически была выплачена сумма в размере 21 965 руб., следовательно, задолженность за названный период перед истицей у ответчика отсутствует.

Согласно п.4.1 трудового договора, заключенного с ФИО2, заработная плата работника составляет 25 000 руб. в месяц, следовательно, за сентябрь 2021 года истице подлежала выплате заработная плата в размере 25 000 руб., за 4 дня в октябре 2021 года – (25 000 / 21 р.д. * 4 р.д.) = 4761,90 руб., где: 25 000 – заработная плата истицы в месяц, 21 р.д. – количество рабочих дней в октябре 2021 года согласно производственному календарю на 2021 год, 4 р.д. – количество отработанных истицей дней в октябре 2021 года.

Таким образом, общая сумма денежных средств, подлежавших выплате ФИО2 за сентябрь-октябрь 2021 года, составляла (25 000 + 4761,90) = 29 761,90 руб. до вычета НДФЛ (с учетом НДФЛ, то есть на руки – (29 761,90 – 13%) = 25 892,85 руб.).

В исковом заявлении ФИО2 указывает, что в спорный период ей фактически было выплачено 30 000 руб., следовательно, задолженность за названный период перед истицей у ответчика отсутствует.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что оснований для взыскания с ответчика в пользу истиц задолженности за сентябрь 2021 года и октябрь 2021 года в рассматриваемом случае не имеется.

Доводы истиц о том, что между сторонами была достигнута договоренность о том, что размер фактической ежемесячной заработной платы составлял сумму, которая превышала заработную плату, указанную в трудовых договорах, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку допустимых и достаточных доказательств этому истцовой стороной в нарушение ч.1 ст.56 ГПК РФ суду не представлено, а ответчик данное обстоятельство в ходе рассмотрения дела отрицала, указывая, что производимые ею дополнительные выплаты являлись премиями за работу, что относится к поощрениям и является исключительной компетенцией работодателя.

Представленные истицами сведения о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица в рассматриваемом случае указанных выше выводов не опровергают, поскольку факт неперечисления ответчиком пенсионных отчислений в отношении работников сам по себе не свидетельствует о наличии у него перед работниками задолженности по заработной плате.

Согласно ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба

Поскольку нарушение трудовых прав истиц ФИО4 и ФИО1, выразившееся в незаконном увольнении, нашло свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, их требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.

Вместе с тем, учитывая характер и степень вины ответчика в допущенном нарушении трудовых прав каждой из истиц, характер допущенных ответчиком нарушений, обстоятельства указанных нарушений, а также установленные в ходе настоящего судебного разбирательства обстоятельства, послужившие основанием для привлечения истиц к дисциплинарной ответственности, характер допущенных истицами дисциплинарных проступков, отношение каждой из них к данному проступку и иные значимые для дела обстоятельства, включая индивидуальные особенности каждой из истиц, суд полагает требуемую истицами сумму компенсации морального вреда в размере по 20 000 руб. в пользу каждой завышенной и подлежащей снижению до 10 000 руб. в пользу каждой, что при установленных в ходе настоящего судебного разбирательства обстоятельствах в большей степени отвечает требованиям разумности и справедливости.

При этом, поскольку каких-либо нарушений трудовых прав истицы ФИО2 со стороны ответчика в рамках настоящего судебного разбирательства установлено не было, суд приходит к выводу о том, что требования истицы ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

Ответчиком в ходе судебного разбирательства заявлено о пропуске истицами срока на обращение в суд.

Согласно ст.392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении – в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении

Из материалов дела следует, что истицы ФИО4 и ФИО1 были уволены ответчиком по п.7 ч.1 ст.81 ТК РФ 14.01.2022, при этом согласно их объяснениям, содержащимся в исковых заявлениях, о данном увольнении узнали из информационных ресурсов Пенсионного фонда Российской Федерации 11.02.2022; истица ФИО2 в исковом заявлении указывает, что также была уволена 14.01.2022, о чем от коллег по работе узнала 11.02.2022.

При этом, истицы ФИО4 и ФИО1 направили исковые заявления в суд по почте согласно почтовым штемпелям на конвертах 20.02.2022; истица ФИО2 – 07.10.2022.

Учитывая отсутствие доказательств вручения истицам ФИО4 и ФИО1 приказа об увольнении либо трудовой книжки ранее 11.02.2022, суд полагает, что срок на обращение в суд с требованиями об оспаривании увольнения данными истицами не пропущен.

Между тем, срок на обращение в суд с требованием об оспаривании увольнения истицей ФИО2 пропущен, поскольку с соответствующим требованием она обратилась в суд лишь через 8 месяцев с момента, когда ей стало известно об указанном ею увольнении согласно ее объяснениями.

Представитель истицы в судебном заседании 14.12.2022 просил восстановить срок для обращения в суд, в случае если суд приходит к выводу о его пропуске, однако никаких доводов об обстоятельствах, препятствовавших ФИО2 своевременно предъявить требования об оспаривании увольнения, истцовой стороной суду приведено не было, доказательств наличия уважительной причины пропуска данного срока на обращение в суд не представлено.

С учетом изложенного суд полагает, что в рассматриваемом случае основания для восстановления ФИО2 пропущенного ею срока на обращение в суд по заявленным ею требованиям об оспаривании увольнения и, соответственно, производным от этого требованиям о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула отсутствуют.

Пропуск ФИО2 срока на обращение в суд по указанным требованиям является самостоятельным основанием для отказа ей в иске в данной части.

По требованиям о взыскании задолженности по заработной плате за сентябрь 2021 года всем истицам могло и должно было стать известно в октябре 2021 года при получении соответствующей заработной платы, за период с 01.10.2021 по 06.10.2021 – в ноябре 2021 года при получении соответствующей заработной платы.

Таким образом, с учетом даты подачи истицами ФИО4 и ФИО1 исковых заявлений (20.02.2022), а также ФИО2 (07.10.2022) установленный ст.392 ТК РФ годичный срок на обращение в суд с указанными требованиями ими не пропущен.

Между тем, указанное обстоятельство не может служить основанием для взыскания соответствующих сумм в пользу истиц, поскольку в удовлетворении их требований в данной части судом было отказано по существу.

Согласно ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая изложенное, принимая во внимание положения ч.3 ст.56, ч.2 ст.61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации, ст.ст.333.19, 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, с ИП ФИО3 в доход бюджета Санкт-Петербурга подлежит взысканию государственная пошлина, исчисленная по правилам ст.ст. 333.19, 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, в размере (300 + 300 + 300 + 300 + 300 + 300 + (13 200 + 0,5% * ((571 676,50 + 571 676,50) – 1 000 000))) = 15 116,77 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 и ФИО4 – удовлетворить частично.

Признать незаконным увольнение ФИО4 на основании приказа №2022/З/У от 14.01.2022 по п.7 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающими денежные или товарные ценности.

Изменить формулировку увольнения ФИО4 на увольнении по собственному желанию в соответствии со ст.80 Трудового кодекса Российской Федерации, изменить дату увольнения – на 14 декабря 2022 года.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу ФИО4 заработную плату за время вынужденного прогула в размере 571 676 (пятьсот семьдесят одна тысяча шестьсот семьдесят шесть) руб. 50 коп., компенсацию морального вреда в размере 10 000 (десять тысяч) руб.

Признать незаконным увольнение ФИО1 на основании приказа №2022/2/У от 14.01.2022 по п.7 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающими денежные или товарные ценности.

Изменить формулировку увольнения ФИО1 на увольнении по собственному желанию в соответствии со ст.80 Трудового кодекса Российской Федерации, изменить дату увольнения – на 14 декабря 2022 года.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула в размере 571 676 (пятьсот семьдесят одна тысяча шестьсот семьдесят шесть) руб. 50 коп., компенсацию морального вреда в размере 10 000 (десять тысяч) руб.

В остальной части исков ФИО1 и ФИО4 – отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 – отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в доход бюджета Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 15 116 (пятнадцать тысяч сто шестнадцать) руб. 77 коп.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд через Московский районный суд Санкт-Петербурга в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Т.Л. Лемехова