Судья: Пермякова А.А № 33-11596/2023
24RS0048-01-2020-010629-52
2.205
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
20 сентября 2023 года
Судебная коллегия по гражданским делам Красноярского краевого суда в составе: председательствующего Крятова А.Н.
судей Русанова Р.А., Полянской Е.Н.
при ведении протокола помощником судьи Койновой Д.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Крятова А.Н.
дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании суммы задолженности по договору займа
по апелляционной жалобе ФИО2
на решение Советского районного суда г. Красноярска от 13 февраля 2023 года, которым постановлено:
«Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании суммы задолженности по договору займа, судебных расходов - удовлетворить.
Взыскать с ФИО2 (<данные изъяты>) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) сумму основного долга по договору займа в размере 500 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины 8 200 рублей, всего 508 200 рублей».
Заслушав докладчика, судебная коллегия
установила:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании суммы задолженности по договору займа.
Требования мотивированы тем, что 11 июня 2019 года между истцом и ответчиком заключен договор займа на сумму 500 000 рублей, сроком по 01 августа 2019 года, что подтверждается распиской. Денежные средства истцу ответчиком до настоящего времени не возвращены.
Просил взыскать с ФИО2 долг по договору займа в размере 500 000 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины 8 200 рублей.
Судом первой инстанции постановлено вышеприведенное решение.
В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение отменить. Указывает, что договор займа от 11 июня 2019 года не заключался. Расписка является безденежной и была написана им под угрозой со стороны истца, обоснована обязанностью ответчика возместить истцу ущерб, возникший в результате пропажи рабочего инвентаря, который был вверен ответчику в связи с трудовыми правоотношения ответчика с ООО «Буровые Технологии-Инжиниринг», руководителем которого является истец. 11 июня 2019 года между сторонами был заключен договор купли-продажи транспортного средства в возмещение данного ущерба. Судом первой инстанции необоснованно отклонены показания допрошенных по обстоятельствам дела в судебном заседании свидетелей <данные изъяты> <данные изъяты> которые дали последовательные показания о работе ответчика под руководством истца.
В возражениях на апелляционную жалобу представитель ФИО1 – ФИО3 просит оставить решение без изменения.
Лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте рассмотрения дела по апелляционной жалобе заказными письмами с уведомлением; в связи с чем неявка кого-либо из них не может служить препятствием к рассмотрению дела.
Проверив материалы дела и решение суда в пределах, предусмотренных ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заслушав объяснения ФИО2 и его представителя ФИО4, поддержавших жалобу, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия находит решение суда первой инстанции подлежащим отмене по следующим основаниям.
Обращаясь в суд, ФИО1 ссылался на то, что передал ФИО2 денежные средства на срок до 01 августа 2019 года, которые тот не возвратил.
В подтверждение заключения договора и его условий ФИО1 была представлена расписка от 11 июня 2019 года о том, что ФИО2 получил у ФИО1 денежные средства в сумме 500 000 рублей в качестве займа, которые обязуется возвратить в срок до 01 августа 2019 года.
Удовлетворяя исковые требования в полном объеме, суд первой инстанции сделал вывод о том, что между сторонами был заключен договор займа, по которому ФИО2 получил от ФИО1 денежные средства, однако доказательств, с достоверностью подтверждающих исполнение обязательства по их возврату не представил.
Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции, поскольку они не соответствуют обстоятельствам дела, сделаны при неправильном применении норм материального и процессуального права, что в соответствии с п. 3 и п. 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ является основанием для отмены решения суда первой инстанции в апелляционном порядке.
В процессе рассмотрения дела ответчиком были представлены достоверные доказательства наличия между сторонами трудовых отношений на момент написания расписки, однако в решении данные обстоятельства должной оценки не получили, суд первой инстанции сослался лишь на то, что факт существования трудовых отношений, не свидетельствует о не возможности заключения договора займа.
Между тем, место работы ответчика в момент написания расписки и наличие к нему имущественных претензий работодателя как имеющие значение для разрешения спора обстоятельства вообще не исследованы судом, хотя в соответствии с ч. 2 ст. 56 ГПК РФ следовало вынести данные обстоятельства на обсуждение сторон.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 года № 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», если судом первой инстанции неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 1 части 1 статьи 330 ГПК РФ), то суду апелляционной инстанции следует поставить на обсуждение вопрос о представлении лицами, участвующими в деле, дополнительных (новых) доказательств и при необходимости по их ходатайству оказать им содействие в собирании и истребовании таких доказательств.
В этой связи, судом апелляционной инстанции в качестве дополнительных доказательств, подтверждающих входящие в предмет доказывания обстоятельства, приняты копия удостоверения ФИО2, подтверждающего его квалификацию машиниста буровой машины и сведения из общедоступных источников указывающие на то, что основным видом деятельности ООО «Буровые технологии – Инжиниринг» являлось разведочное бурение; данное общество 26 июня 2023 года исключено из ЕГРЮЛ на основании решения налогового органа в связи с внесением записи о недостоверности сведений о таком юридическом лице.
Согласно объяснениям ответчика ФИО2 с февраля по декабрь 2019 года он работал машинистом буровой установки в ООО «Буровые технологии – Инжиниринг». На данную должность его принял генеральный директор данной организации ФИО1 В его рабочие обязанности входило бурение скважин на проекте «Сила Сибири» с командировкой в Амурской области. В начале мая 2019 года в связи с поломкой автотранспорта, ФИО2, выполняющим обязанности мастера, и его помощником <данные изъяты>. на площадке в лесу был оставлен рабочий инструмент – пневмомолот, который в дальнейшем с данной площадки пропал. По факту пропажи оборудования ни ФИО2, ни руководитель ФИО1 в полицию не обращались. В июне 2019 года по приезде в Красноярск в рабочем кабинете ФИО1, ответчик под угрозой насилия и уголовного преследования был вынужден написать расписку о займе денежных средств в счет возмещения ущерба. Также в счет возмещения ущерба ФИО2 передал ФИО1 свой автомобиль Mazda Capella, подписав договор купли-продажи. С июня по декабрь 2019 года ответчик продолжал работать в ООО «Буровые технологии – Инжиниринг» по городу Красноярску и один раз был направлен в командировку, в счет заработной платы получил около 20 000 рублей, полагая, что невыплаченная часть идет на возмещение ущерба. В декабре 2019 года получил на руки трудовую книжку с записью об увольнении с датой 28 июня 2019 года, никаких претензий по поводу невозмещенного ущерба ФИО1 озвучено не было.
Указанные объяснения являются последовательными, были даны ответчиком как в суде первой инстанции со ссылкой на показания работавших совместно с ним свидетелей, а также даны им и в суде апелляционной инстанции.
В подтверждение факта работы в данном обществе ответчик представил трудовую книжку (л.д. 49-50 т.1), согласно которой 04 февраля 2019 года он был принят на должность машиниста буровой установки в ООО «Буровые технологии – Инжиниринг», уволен 28 июня 2019 года, что удостоверено подписью руководителя общества ФИО1
Представитель истца ФИО1 – ФИО3 в судебном заседании суда первой инстанции 07 октября 2021 года признал тот факт, что ФИО5 и ФИО2 являлись работниками ООО «Буровые технологии – Инжиниринг», при этом до 2019 года ФИО1 являлся генеральным директором данного общества.
Согласно выписке из ЕГРЮЛ смена генерального директора произведена 17 июля 2019 года, то есть после внесения записи об увольнении ответчика из указанного общества, что также полностью согласуется с объяснениями ФИО2 о служебном характере отношений и нахождении его в подчинении у истца.
Указывая на отсутствие факта передачи ему денежных средств, ФИО2 ссылался на написание расписки под угрозой своего работодателя ФИО1, от которого он находился в зависимом положении.
Согласно разъяснениям, изложенным в п. п. 50, 86 - 88 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу ст.153 ГК РФ при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей
Мнимость или притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.
При наличии сомнений в реальности существования обязательства по сделке в ситуации, когда стороны спора заинтересованы в сокрытии действительной цели сделки, суд не лишен права исследовать вопрос о несовпадении воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий, в том числе, оценивая согласованность представленных доказательств, их соответствие сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений, наличие или отсутствие убедительных пояснений разумности действий и решений сторон сделки и т.п.
Согласно п. 2 ст.812 ГК РФ, если договор займа должен быть совершен в письменной форме (статья 808), оспаривание займа по безденежности путем свидетельских показаний не допускается, за исключением случаев, когда договор был заключен под влиянием обмана, насилия, угрозы или стечения тяжелых обстоятельств, а также представителем заемщика в ущерб его интересам.
Учитывая положения данной нормы права, обстоятельства утраты оборудования работодателя, которое было вверено ответчику в связи с исполнением буровых работ, а также написания расписки ФИО2 в силу служебной зависимости от работодателя подтверждаются показаниями свидетелей <данные изъяты> и <данные изъяты> которые вопреки выводам суда являются допустимыми доказательствами, подтверждают объяснения ответчика и согласуются с другими материалами дела.
Сведений о состоянии ФИО1 и ФИО2 в дружеских или семейных отношениях в материалах дела не представлено, заинтересованность истца в выдаче займа, как лица, не осуществляющего такую деятельность на профессиональной основе, ничем не обоснована.
Также надлежащей оценки в решении суда первой инстанции не получил и факт отчуждения истцу принадлежащего ответчику автомобиля, в подтверждение которого представлен договор купли-продажи от 11 июня 2019 года, то есть от той же даты, что и расписка.
Ответчик настаивает на том, что вынужден был переоформить автомобиль на своего работодателя в целях возмещения ущерба за пневмомолот, а так как стоимости автомобиля было недостаточно, он вынужденно и написал расписку о займе денежных средств, которых фактически не получал. Передачу ответчиком истцу автомобиля без уплаты покупной стоимости также подтвердили допрошенные свидетели.
Таким образом, логически не обоснованы действия сторон по заключению договора займа и договора купли-продажи автомобиля в один и тот же день, когда покупатель автомобиля одновременно предоставляет заем на сумму, превышающую стоимость автомобиля.
Указанные фактические обстоятельства также полностью согласуются с объяснениями ответчика о зависимом положении от своего работодателя в вопросе возмещения ущерба, что оставлено судом первой инстанции без надлежащей оценки.
Согласно представленным стороной истца сведениям о денежных переводах, в феврале 2019 года ФИО2 выплачена заработная плата в сумме 25 000 рублей, в апреле – 80 000 рублей, тогда как после инцидента с пропажей оборудования – в мае 2019 года – 1 100 рублей, в июне – 1 000 рублей, в июле – 500 рублей, в сентябре – 10 000 рублей, в ноябре – 12 000 рублей. Осуществление выплат в июле-ноябре также подтверждает продолжение трудовой деятельности ФИО2 в ООО «Буровые технологии – Инжиниринг» уже после внесения записи об увольнении в трудовую книжку. Размер же данных выплат и отсутствие претензий по данному факту со стороны ФИО2 соответствует его объяснениям в части удержания с него денежных средств, как он полагал в счет возмещения ущерба.
Судебная коллегия не видит оснований не доверять объяснениям ответчика ФИО2, которых он последовательно придерживался на протяжении всего процесса рассмотрения дела, поскольку они логичны и полностью соответствуют доказательствам как представленным в материалах дела, так и дополнительно принятым судом апелляционной инстанции, которые подтверждают обстоятельства, входящие в предмет доказывания по настоящему делу, не вынесенные на обсуждение сторон судом первой инстанции.
Совокупность изложенных фактических обстоятельств не оставляет у судебной коллегии сомнений в том, что выданная ФИО2 расписка от 11 июня 2019 года является безденежной, так как она написана по требованию его работодателя в целях возмещения ущерба в виде утраты рабочего инструмента - пневмомолота.
Взаимная связь приведенных фактов – место работы истца в ООО «Буровые технологии – Инжиниринг», руководство данной организацией ФИО1, утрата оборудования работодателя, вверенного ответчику, составление ответчиком расписки и договора купли-продажи автомобиля в пользу лица, являющегося генеральным директором работодателя ответчика в один день, изменение размера выплачиваемой заработной платы после июня 2019 года, позволяет судебной коллегии сделать вывод о том, что расписка написана ФИО2 в качестве гарантии возмещения причиненного работодателю ущерба.
Из положений ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.
Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.
На основании ст.812 ГК РФ заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от займодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре;
если в процессе оспаривания заемщиком договора займа по его безденежности будет установлено, что деньги или другие вещи в действительности не были получены от займодавца, договор займа считается незаключенным.
Поскольку для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками) именно на условиях договора займа, то в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.
Между тем, фактических обстоятельств, при которых передавались средства, составляющие сумму 500 000 рублей, а также для каких целей они были переданы, сторона ФИО1 в лице его представителя суду сообщить не смогла. Не обоснована и экономическая составляющая договора займа, так как он подписан как беспроцентный.
На это суд первой инстанции также внимания не обратил, ограничившись воспроизведением текста расписки.
При наличии возражений со стороны ответчика относительно природы возникшего обязательства следует исходить из того, что заимодавец заинтересован в обеспечении надлежащих доказательств, подтверждающих заключение договора займа, и в случае возникновения спора именно на нем лежит риск недоказанности соответствующего факта.
Положениями пунктом 1, 5 ст. 10 ГК РФ установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.
Соответственно, предполагается, что содержание волеизъявления полностью соответствует действительному намерению, действительной воле лица - участника сделки до тех пор, пока не будет доказано обратное.
Ответчик, ссылаясь на изготовление расписки при оказании давления на его волю как гарантии работодателю возмещения ущерба, представил соответствующие доказательства и совокупность их не позволяет считать, что ФИО1 передавал ФИО2 наличные денежные средства на сумму 500 000 рублей в долг.
Согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 года, в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.
При таких обстоятельствах, судебная коллегия признает соответствующим фактическим обстоятельствам дела утверждения ФИО2 о том, что договор займа между ним и ФИО1 не заключался, а денежные средства в сумме 500 000 рублей ему ФИО1 не передавались, что является основанием для отказа в удовлетворении иска.
Доводы апелляционной жалобы нашли свое полное подтверждение в суде апелляционной инстанции.
С учетом изложенного, решение суда первой инстанции нельзя признать законным и обоснованным, оно подлежит отмене.
Разрешая требования по существу, судебная коллегия считает необходимым отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании с ФИО2 денежных средств по договору займа от 11 июня 2019 года в сумме 500000 рублей в связи с установленной судом апелляционной инстанции достаточной совокупности достоверных доказательств, подтверждающих безденежность расписки от 11 июня 2019 года и изготовлением ее как гарантии возмещения предполагаемого ущерба.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия
определил а:
решение Советского районного суда г. Красноярска от 13 февраля 2023 года - отменить.
Принять по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании 500 000 рублей в качестве займа по договору от 11 июня 2019 года - отказать.
Председательствующий: А.Н. Крятов
Судьи: Р.А. Русанов
Е.Н. Полянская
Изготовлено в окончательной форме 27 сентября 2023 года