УИД – 59RS0042-01-2022-000715-72

Дело № 33-7719/2023 (2-1/2023)

Судья – Мень О.А.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе: председательствующего судьи Варовой Л.Н., судей Смирновой М.А., Хузяхралова Д.О. при секретаре Говорухиной Е.И. рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Перми 10 августа 2023 года гражданское дело иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Геофизическая Компания «Алтерна» о взыскании неосновательного обогащения,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Чернушинского районного суда Пермского края от 14 апреля 2023 года.

Изучив материалы дела, заслушав доклад судьи Смирновой М.А., пояснения представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «Геофизическая Компания «Алтерна» о взыскании неосновательного обогащения в размере 6567607,29 рублей.

В обоснование исковых требований указано, что в период с сентября 2020 года по март 2022 года ООО «ГФК «Алтерна» находилось в процедуре банкротства. Определением Арбитражного суда Пермского края производство от 17.03.2022 по делу **/2020 о банкротстве ООО «ГФК «Алтерна» прекращено. В настоящее время сведения о нахождении общества в процедуре банкротства исключены из ЕГРЮЛ. Сведения о регистрации ФИО1 в качестве предпринимателя исключены из ЕГРИП 26.08.2020. Единственным источником доходов ООО «ГФК «Алтерна» от осуществления обществом финансово-хозяйственной деятельности в период с 2017 года по август 2019 года являлись поступления от ООО «Юганснефтегазгеофизика» - заказчика по договорам на выполнение работ «по производству геофизических исследований скважин и интерпретации геофизического материала в скважинах». То обстоятельство, что поступления от ООО «ЮНГГФ» по договорам в указанный период являлись единственным источником дохода для ООО «ГФК «Алтерна», а также размеры дохода ООО «ГФК «Алтерна» от ООО «ЮНГГФ» за 2017-2019 годы подтверждаются выпиской по счету ООО «ГФК «Алтерна». Работы в отношении каждой скважины, принимавшиеся у ООО «ГФК «Алтерна» ООО «ЮНГГФ» (и оплачивавшиеся последним) производились в два этапа: 1) проведение полевых работ с использованием погружного оборудования непосредственно на месторождениях: погружение оборудования в скважину, получение данных с оборудования (геофизических материалов/материалов ГИС – геофизических исследований скважин), извлечение оборудования; 2) обработка (интерпретация) геофизического материала (материалов ГИ) оформлением результата в виде заключения по результатам геофизических исследований. Оба перечисленных этапа являются взаимосвязанными. Осуществление обработки геофизического материала (проведение интерпретации материалов ГИС) с оформлением заключений по результатам предусмотрено в качестве обязательного этапа работ по геофизическим исследованиям скважин РД 153-39.0-072-01 «Техническая инструкция по проведению геофизических исследований и работ приборами на кабеле в нефтяных и газовых скважинах». Геофизические материалы, полученные с погружного оборудования (на 1-м этапе), сами по себе ценности для заказчика не представляли - результаты работ по каждой скважине принимались (и оплачивались) со стороны ООО «ЮНГГФ» после подготовки заключений по результатам геофизического исследования (по завершении 2-го этапа), и, в свою очередь, принятия заключений у ООО «ЮНГГФ» со стороны его заказчика (ПАО «Роснефть»). Договорами ООО «ГФК «Алтерна» с ООО «ЮНГГФ» предусматривалась оплата за проведение работ (исследований скважин и интерпретации геофизического материала) в целом, то есть без разделения на этапы и без отдельной фиксации стоимости работ по интерпретации. Согласно письму ООО «ЮНГГФ» при составлении калькуляций стоимости работ по проведению геофизических исследований скважин, стоимость интерпретации (в практике ООО «ЮНГГФ») принимается равной 30% от общей стоимости работ по проведению геофизических исследований. Опираясь на данный метод, следует, что стоимость работ по проведению интерпретации в структуре доходов, полученных ООО «ГФК «Алтерна» от ООО «ЮНГГФ» в 2017- 2019 годах составила: во 2 полугодии 2017 года выполнено ООО «ГФК «Алтерна» работ на сумму 3 363 547,17 рублей, поступило на счет ООО «ГФК «Алтерна» 5550105,98 рублей, в 2018 году выполнено ООО «ГФК «Алтерна» работ на сумму 5249494,47 рублей, поступило на счет ООО «ГФК «Алтерна» 7367328, 58 рублей, в 2019 году выполнено ООО «ГФК «Алтерна» работ на сумму 7771119,02 рублей, поступило на счет ООО «ГФК «Алтерна» 3151942,23 рублей. В период с сентября 2018 года по август 2019 года работы по интерпретации материалов ГСИ в отношении скважин, исследовавшийся ООО «ГФК «Алтерна» по договору с ООО «ЮНГГФ», выполнялись физическими лицами П., Б., Ф. Факт выполнения работ именно перечисленными лицами подтверждается документами: 1) заключениями по результатам промыслово-геофизических исследований /подписаны перечисленными физическими лицами/, 2) реестрами актов-нарядов, подписанными между ООО «ГФК «Алтерна» и ЮНГГФ /отраженные реестрах актов-нарядов в отношении каждой скважины реквизиты (месторождение, № скважины, № куста, № партии, дата акта-наряда) совпадают с реквизитами, отраженными в соответствующих заключениях; 3) актами выполненных работ, подписанными между ООО «ГФК «Алтерна» и ООО «ЮНГГФ» (стоимость принятых работ совпадает с итоговой суммой по соответствующему реестру актов-нарядов). Перечисленные выше физические лица являлись работниками ИП ФИО1 и в каких-либо отношениях с ООО «ГФК «Алтерна» не состояли. Выпиской по счету ООО «ГФК «Алтерна» также подтверждается то обстоятельство, что ООО «ГФК «Алтерна» с 2018 по 2019 год не несло никаких затрат, связанных с проведением интерпретации в пользу каких-либо иных физических и/или юридических лиц (за исключением оплат в пользу ИП ФИО1 по договору подряда по обработке и интерпретации материалов ГИС № 1 от 01.07.2017). Изложенное свидетельствует о том, что значительная часть доходов, полученных ООО «ГФК «Алтерна» от ООО «ЮНГГФ» в 2018-2019 годах получена в результате выполнения ИП ФИО1 работ по интерпретации. Решением Арбитражного суда Пермского края от 03.11.2020 по делу **/20, вынесенным по иску одного из двух участников ООО «ГФК «Алтерна» - Х. договор подряда по обработке и интерпретации материалов ГИС № 1 от 01.07.2017, заключенный между ООО «ГФК «Алтерна» (заказчиком) и ФИО1 (исполнителем) признан недействительной (ничтожной) сделкой. В порядке применения последствий недействительности сделки с ФИО1 в пользу ООО «ГФК «Алтерна» взысканы денежные средства, выплаченные ООО «ГФК «Алтерна» в пользу ИП ФИО1, в размере 5119000 рублей. Признавая указанный договор недействительной сделкой, суд исходил из того, что договор заключен с нарушением требований корпоративного законодательства, а также является мнимой сделкой, оформленной со злоупотреблением правом. Вывод суда о нарушении указанных норм права обоснованы установленными им обстоятельствами, а именно: 1) отсутствие согласия второго участника (Х.) на заключение договора; 2) необычными (сомнительными) обстоятельствами заключения договора; 3) недоказанности экономической целесообразности заключения такого рода договора для ООО «ГФК «Алтерна» как в принципе, так и целесообразности его заключения с ФИО1 (дочерью директора и второго участника ООО «ГФК «Алтерна» - А.); отсутствием доказательств исполнения сделки (выполнения работ по обработке и интерпретации материалов ГИС) со стороны ФИО1 Решение Арбитражного суда Пермского края от 03.11.2020 по делу № **/2020 постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.02.2021 оставлено без изменения. Судебные акты не содержат выводов об оценке соответствующих документов и основаны на выводах о недоказанности факта выполнения ФИО1 (а также ее работниками) работ по интерпретации. Соответственно, оценка данным доказательствам (и обстоятельствам) судом в рамках дела № **/2020 не давалась. Вопрос о выполнении / невыполнении ФИО1 работ в период с сентября 2018 года по август 2019 года предметом исследования в рамках дела **/2020 не являлся. Принятие указанного решения исключило возможность взыскания ФИО1 на основании договора оплаты работы, выполненных с сентября 2018 года по август 2019 года работ. При этом, ООО «ГФК «Алтерна», получая доход со стороны ЮНГГФ в виде оплаты за работы по проведению геофизических исследований и интерпретации материалов ГИС и не неся при этом никаких затрат на проведение работ по интерпретации, неосновательно сберегло денежные средства в размере фактичекской стоимости работ по интерпретации, выполненных с августа 2018 года по сентябрь 2019 года. Учитывая, что работы выполнялись лицами, являвшимися работниками ФИО1, на стороне ООО «ГФК «Алтерна» имело место неосновательное обогащение за счет ФИО1 Решение по делу № **/2020 не исключает возможности взыскания ФИО1 действительной стоимости фактически выполненных в период с сентября 2018 по август 2019 года работ по правилам предусмотренным ст. 1102 Гражданского кодекса РФ. При расчете действительной стоимости выполненных работ ФИО1 исходит из соотношения собранных данных о рыночной стоимости работ по интерпретации (согласно собранным данным - в среднем 30% от стоимости работ по исследованию скважин согласно письму ООО «ЮНГГФ» от 08.09.2021), а также данных о размере затрат, которые были бы понесены ООО «ГФК «Алтерна» в случае выполнения работ по интерпретации собственной интерпретационной службой (представленные ООО «ЮНГГФ» калькуляции себестоимости в зависимости от видов работ по интерпретации). Согласно расчету рыночная стоимость (без НДС) работ по интерпретации, выполненных за период с сентября 2018 года по август 2019 года 1059513,20 рублей; стоимость на основе представленных ООО «ЮНГГФ» 08.09.2021 калькуляций себестоимости работ - 6567601,29 рублей.

Решением Чернушинского районного суда Пермского края от 14 апреля 2023 года в удовлетворение исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит отменить решение по мотиву нарушения судом норм материального и процессуального права. Ссылаясь на судебные акты, суд не учел, что квалификация действий ИП ФИО1 и А. при заключении договора от 01.07.2017г. дана исходя из обстоятельств, имевших место в 2017 году, отсутствия у ФИО1 необходимой квалификации и опыта, отсутствия доказательств выполнения каких-либо работ для ООО «ГФК «Артерна» работниками ФИО1 и за ее счет. Именно исходя из объема представленных доказательст, суды пришли к выводу о том, что договор от 01.07.2017г. является мнимой сделкой, применив последствия недействительной сделки. В материалы настоящего дела истцом представлены доказательства осуществления интерпретации в спорный период работниками ИП ФИО1 Выводы судов о создании формального документооборота с целью вывода денежных средств не могли быть приняты судом при рассмотрении настоящего иска. Исковые требования не направлены на переоценку выводов по ранее рассмотренным делам, т.к. его исполнение рассматривалось в период до 2018 года. Суд, ограничившись указанием в решении на количество штатных единиц, не дал оценки тому, что в штатных расписаниях ООО «ГФК Алтерна» отсутствовали должности интерпретаторов. Судом не дана оценка доказательствам о выплате ИП ФИО1 заплат работникам, отсутствию у нее задолженности по налогам и сборам; не учтены показания свидетеля ФИО4. Судом не дана оценка доказательствам значительной стоимости услуги по интерпретации (по каждому из 5-ти показателей за одну скважину). Признавая недопустимым доказательством судебное заключение № 04/2023 от 15.03.2023г. о фактической стоимости оказанных услуг, суд не учел, что при определении стоимости сравнительным подходом подбор объектов – аналогов должен быть осуществлен лицом, проводившим оценку. Назначив судебную экспертизу и признав заключение эксперта недопустимым доказательством непосредственно при вынесении решения, суд ограничил право истца на представление доказательств.

В суде апелляционной инстанции представитель истца на доводах апелляционной жалобы настаивал.

Представитель ответчика полагал решение суда законным. просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились. Учитывая, что данные лица были надлежащим образом извещены о дате времени и месте рассмотрения дела, в силу части 2 статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы размещена заблаговременно на интернет-сайте Пермского краевого суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», с учетом изложенного, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия находит возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

Согласно статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Согласно статье 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения: 1) имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное; 2) имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности; 3) заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки; 4) денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Из материалов дела следует, что между ООО «Юганскнефтегазгеофизика» (подрядчик) и ООО «Геофизическая компания «Алтерна» (субподрядчик) заключены договоры № ** от 01.01.2013г., № ** от 01.01.2018г. на проведение геофизических исследований и работ, по которой субподрядчик принял на себя обязательства по производству геофизических исследований и интерпретацию геофизического материала в скважинах на месторождениях, обслуживаемых подрядчиком (т. 1 л.д. 31-50).

Согласно выписке из ЕГРН ООО «ГФК «Алтерна» является юридическим лицом (т. 2 л.д. 5-10). По состоянию на 26.05.2020 года участниками общества являлись Х. и А. с долями в уставном капитале общества по 50% у каждого, А. также являлся единоличным исполнительным органом общества. ФИО1 является дочерью А. ФИО1 была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя в период с 29.06.2017 по 03.02.2021.

Между ООО «ГФК «Алтерна» в лице директора А. (заказчик) и индивидуальным предпринимателем ФИО1 (подрядчик) заключен договор подряда по обработке и интерпретации материалов ГИС от 01.07.2017 № 1, по условиям которого подрядчик обязуется в установленный договором срок провести работы по обработке и интерпретации материалов ГИС, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять результат выполненных работ и оплатить его; срок начала выполнения работ - 01.07.2017 года (т. 2 л.д. 42-44).

Предприниматель ФИО1 на основании арбитражного соглашения от 01.12.2017, подписанного ею с обществом «ГФК «Алтерна» в лице директора А., обратилась в третейский суд, созданный сторонами для разрешения конкретного спора (ad hoc), в составе единоличного арбитра К., с иском о взыскании с общества «ГФК «Алтерна» 5836500 рублей задолженности по договору подряда от 01.07.2017 № 1 и 67047,46 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами с последующим начислением с 17.03.2020 по день фактического исполнения денежного обязательства, 100000 рублей третейского сбора. Решением третейского судьи К. от 27.03.2020 года требования удовлетворены в полном объеме (т. 2 л.д. 33-59).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 23.06.2020 года по делу № **/2020, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 29.09.2020 года, в удовлетворении требования о выдаче исполнительного листа отказано (т. 2 л.д.61-68).

Решением Арбитражного суда Пермского края от 03.11.2020 года по делу № **/2020 договор подряда по обработке и интерпретации материалов ГИС № 1 от 01.07.2017 года, заключенный ООО «ГФК «Алтерна» и ИП ФИО1, признан недействительной сделкой, применены последствия недействительности сделки (т. 1 л.д. 226-239).

Разрешая спор, руководствуясь положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ФИО1 не доказан факт неосновательного обогащения ответчика за счет истца. При этом суд исходил из того, что бесспорные, достоверные доказательства, подтверждающие совокупность обстоятельств, а именно, наличие обогащения, обогащение за счет другого лица, отсутствие правового основания для такого обогащения, суду не представлены. В поведении истца судом установлено злоупотребление правом.

Судебная коллегия считает правовую позицию суда первой инстанции правильной. Доводы жалобы основанием к отмене обжалуемого решения не являются, выводы суда не опровергают, основаны на неправильном толковании норм материального права.

Как указано в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации 1 (2014) в целях определения лица, с которого подлежит взысканию необоснованно полученное имущество, суду необходимо установить наличие самого факта неосновательного обогащения (то есть приобретения или сбережения имущества без установленных законом оснований), а также того обстоятельства, что именно это лицо, к которому предъявлен иск, является неосновательно обогатившимся лицом за счет лица, обратившегося с требованием о взыскании неосновательного обогащения.

Обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения, а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке.

В соответствии с требованиями части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте положений части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Из обстоятельств дела следует, что доказательств, подтверждающих увеличение имущества приобретателя и уменьшения в результате этого имущества потерпевшего, размера приобретения (сбережения) имущества в силу положений статьи 1102 Гражданского кодекса РФ, истцом ФИО1 суду не представлено.

В основу доводов о возникновении на стороне ответчика за счет истца неосновательного обогащения ФИО1 указывает на то, что все работы по геофизическому исследованию скважин, порученные ООО «Юганскнефтегазгеофизика» ООО «ГФК Алтерна» по договорам № ** и № ** в период сентября 2018 года по август 2019 года выполнялись непосредственно ИП ФИО1, а не ответчиком, соответственно, стоимость выполненных и принятых ООО «Юганскнефтегазгеофизика» работ фактически является вознаграждением ИП ФИО1, в связи с чем у ответчика отсутствует право на сбережение денежных средств в размере 6567607 рублей, перечисленных ООО «Юганскнефтегазгеофизика» за указанные работы. В подтверждение заявленных исковых требований истцом представлены суду письменные доказательства (трудовые договоры о дистанционной работе, заключенные между ИП ФИО1 и П., Б., Ф., формы отчеты СЗВ-ТД сведения о трудовой деятельности указанных лиц, штатные расписания ООО «ГФК «Алтерна» на 2018-2019г.г., письмо ООО «ЮНГГФ» о порядке исполнения договоров от 01.01.2013 № **, от 01.01.2018 № **, заключенных между ООО «ГФК «Алтерна» и ООО «ЮНГГФ», акты, реестры актов – нарядов, заключения в отношении скважин, содержащие подписи П., Б., Ф., экспертное исследование Союза Пермской торгово – промышленной палаты «Центр оценки» № 519-С от 05.07.2022 года об определении рыночной стоимости работ по обработке (интерпретации) материалов ГИС при проведении геофизических исследований в эксплуатируемых скважинах, и свидетельские показания Б. (т. 1 л.д. 52-225, т. 2 л.д 174-175..233-235, приложения № 1-13).

В силу части 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу судебные постановления, а также законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и обращения судов являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

В силу части 3 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении гражданского дела обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда, не должны доказываться и не могут оспариваться лицами, если они участвовали в деле, которое было разрешено арбитражным судом.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении", обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному гражданскому делу, обязательны для суда.

Согласно правовой позиции, содержащейся в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2011 г. N 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности. Таким образом, не допускается оспаривание установленных вступившим в законную силу судебным постановлением обстоятельств, равно как и повторное определение прав и обязанностей стороны спора, путем предъявления новых исков.

Удовлетворяя исковые требования о признании сделки – договора подряда по обработке и интерпретации материалов ГИС № 1 от 01.07.2017г., заключенного между ООО «Геофизическая компания Алтерна» и ИП ФИО1, по основаниям, предусмотренным ст.ст. 10, 168, п. ст. 170 Гражданского кодекса РФ, и применяя последствия недействительности сделки, Арбитражный суд Пермского края по делу № **/2020 исходил из того, что оспариваемая сделка является сделкой с заинтересованностью для участника и директора общества А., фактически работы по оспариваемому договору не выполнялись, доказательства реальности сделки не представлены, согласованные действия директора общества А. и ответчика направлены на создание видимости гражданско-правовой сделки, на незаконный вывод денежных средств из общества в пользу аффилированного лица (т. 1 л.д. 226-233). Проверяя законность судебного постановления Седьмой арбитражный апелляционный суд в постановлении № ** от 05.02.2021 года признал выводы арбитражного суда о недействительности спорного договора по основаниям, предусмотренным ст.ст. 10, 168, п. ст. 170 Гражданского кодекса РФ, правильными, соответствующими представленным в материалы дела доказательствам (т. 1 л.д. 234-239).

Доводы жалобы о том, что предметом рассмотрения арбитражных судов являлся иной период, не являющийся спорным, судебной коллегией признаются несостоятельными, основанными на неправильном толковании норм права.

Из разъяснений, изложенных в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий для участников данной сделки. Согласно пунктам 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Для квалификации сделки как ничтожной является достаточным установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, то есть на достижение определенного правового результата. Признание сделки мнимой является достаточным доказательством, свидетельствующим об отсутствии фактического исполнения сторонами положенных в ее основу действий. В настоящем случае выполнение ФИО1 работ по интерпретации для ООО «ГФК Алтерна».

Сделка признана судом недействительной по признаку мнимости не в какой-либо ее части, а в целом. Таким образом, судебными постановлениями арбитражных судов установлено, что работы по интерпретации ИП ФИО1 для ООО «ГФК Алтерна» в том числе за спорный период с сентября 2018 года по август 2019 года не выполнялись. Соответственно, доводы жалобы о невозможности применения принципа преюдиции судебных актов на спорный период являются несостоятельными.

Кроме того, в ходе рассмотрения дела № **/20220 по заявлению ФИО1 о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда о взыскании задолженности по договору от 01.07.2017г. за период с сентября 2018 года по декабрь 2019 года Арбитражным судом Пермского края в определении от 23.06.2020 года признаны обоснованными доводы Х. о том, что договор от 01.07.2017г. реально не исполнялся, контрагент по сделке (ФИО1) не имел возможности исполнять обязательства по договору, документы о выполнении работ оформлены формально с целью получения решения третейского суда и последующего получения исполнительного листа, сделка заключена с притворной целью вывода активов денежных средств общества директором А. в пользу аффилированного лица, его дочери ИП ФИО1 Оставляя без изменения указанное определение, Арбитражный суд Уральского округа выводы Арбитражного суда Пермского края признал правильными, а также отметил, что предпринимателем ФИО1 и ООО «ГФК Алтерна» не представлены доказательства, указывающие, что в совершении сделки имелась производственная необходимость и сделка реально исполнялась предпринимателем.

Доводы жалобы о том, что судом неверно дана оценка доказательствам, не являются основанием к отмене решения суда, так как право оценки доказательств в силу ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации принадлежит не сторонам, а суду первой инстанции, который вправе оценивать представленные сторонами доказательства по своему внутреннему убеждению.

Представленные истцом документы также не позволяют сделать однозначный вывод о том, что в период с сентября 2018 года по август 2019 года на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение за счет истца.

Трудовые договоры, заключенные ИП ФИО1 с П., Б., Ф., сведения о трудовой деятельности указанных лиц по форме СЗВ-ТД подтверждают лишь факт возникновения трудовых отношений между предпринимателем и указанными лицами на условиях совместительства, дистанционно по месту своего жительства. Факт выполнения указанными работниками работ по интерпретации для ООО «Юганскнефтегазгеофизика» в интересах ИП ФИО1, трудовые договоры не подтверждают, в представленных документах отсутствует информация о том, что включает в себя трудовая функция – инженер-геофизик, какие указанным работникам предпринимателем выдавались задания, в том числе поручалась ли ИП ФИО1 указанным лицам работа по интерпретации в спорный период в рамках договора от 01.12.2017 года. Согласно письма ООО «Юганскнефтегазгеофизика» от 08.09.2021 года размер оплаты за работы по интерпретации состоит из трех составляющих: оплата труда специалиста, расходы на материалы и амортизацию оборудования (бумага, картриджи, компьютер, плоттер) и рентабельность. Расходы ни одному из составляющих элементов ФИО1, расчеты упущенной выгоды в виде неполученного дохода (рентабельность) суду не представлены, что опровергает доводы апеллянта о выполнении ИП ФИО1 в спорный период обозначенных в иске работ и, соответственно, возникновения на стороне ответчика за ее счет неосновательного обогащения.

Выводы суда о том, что показаниями свидетеля Б. не опровергаются выводы судов о создании ИП ФИО1 формального документооборота, являются правильными. Оценивая в совокупности представленные истцом доказательства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что они направлены на переоценку обстоятельств установленных вступившим в законную силу решением суда.

При рассмотрении дела не установлено, что ответчик безосновательного получил денежные средства от ООО «Юганскнефтегазгеофизика» за счет истца.

С учетом установленных по ранее рассмотренным арбитражными судами делам обстоятельств, доводы жалобы о возникновении неосновательного обогащения на стороне ответчика, основанного на факте выполнения работниками ИП ФИО1 – работ по интерпретации, принятых за основу выполнения обязательств ООО «ГФК Алтерна» перед заказчиком в рамках договоров от 01.01.2013 № **, от 01.01.2018 № **, судебная коллегия признает несостоятельными.

В силу статей 196, 199 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Разрешая ходатайство ответчика о пропуске срока исковой давности, суд пришел к выводу о том, что о нарушенном праве истцу стало известно с 05.02.2021 года в связи с вступлением в законную силу решения Арбитражного суда Пермского края № **/2020. Судебная коллегия не может согласиться с таким выводом суда.

Фактически требование истца о взыскании неосновательного обогащения основано на возврате исполненного по недействительной сделке от 01.07.2017 года за период, по которому ФИО1 отказано определением арбитражного суда в выдаче исполнительного листа на основании решения третейского суда, то есть фактически является требованием о применении последствий недействительности сделки. Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, регулирующей обязательства вследствие неосновательного обогащения, применяются к требованиям о возврате исполненного по недействительной сделке (статья 1103 ГК РФ). Однако это не исключает применение к требованию о возврате исполненного по ничтожным сделкам срока исковой давности, установленного пунктом 1 статьи 181 ГК РФ. В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки (для сторон сделки). Поскольку, как утверждает истец, работы по обработке и интерпретации материалов ГИС исполнялись ИП ФИО1 в период с сентября 2018 гола по август 2019 года, передавались с согласия ООО «ГФК Алтерна» напрямую непосредственному заказчику работ - ООО «Юганскнефтегазгеофизика», о чем представлены соответствующие заключения по результатам промыслово-геофизических исследований и реестры акты-нарядов, подписанные ООО «ГФК Алтерна» и ООО «ЮНГГФ», в суд с иском ФИО1 обратилась 02.06.2022 года, то срок исковой давности по требованиям о взыскании денежных средств за период с сентября 2018 года до 02.06.2019 года ФИО1 пропущен. Поскольку о применении срока исковой давности заявлено стороной спора, следовательно, в силу статьи 199 Гражданского кодекса РФ истечение срока исковой давности является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу конституционного положения об осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон (ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации) суд по каждому делу обеспечивает равенство прав участников судебного разбирательства по представлению и исследованию доказательств и заявлению ходатайств. В связи с необходимостью установления юридически значимых обстоятельств и достижения иных целей гражданского судопроизводства, определенных статьей 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, невозможностью рассмотрения дела без использования специальных знаний, суд может назначить по делу судебную экспертизу, при этом суду следует исходить из представленных истцом и ответчиком доказательств.

Из материалов дела следует, что истцом расчет неосновательного обогащения произведен из соотношения собранных данных о рыночной стоимости работ по интерпретации (в среднем 30% от стоимости работ по исследованию скважин согласно письму ЮНГГФ от 08.09.2021г.) и данных о размере затрат, которые были понесены ООО «ГФК Алтерна» в случае выполнения работ по интерпретации собственной интерпретационной службой (калькуляция ЮНГГФ себестоимости в зависимости от видов работ по интерпретации). Согласно указанному письму (т. 2 л.д. 245-250) приложенные к нему калькуляции отражают размер фактических затрат на проведение интерпретации ГИС (за вычетом графы «Рентабельность») исходя из расценок при выполнении работ специалистами, соответствующим минимальным квалификационным требованиям, и минимального необходимого количества расходных материалов (бумаги, картриджей), амортизации минимально необходимого оборудования (компьютера, плоттера), в обоснование требований истцом представлены письменные документы и расчеты.

Поскольку относимых и допустимых доказательств, подтверждающих факт неосновательного обогащения ООО «Алтерна» за счет ФИО1 истцом суду не представлено, правовых оснований для назначения судебной оценочной экспертизы с целью определения рыночной стоимости услуг по обработке и интерпретации материалов ГИС не имелось. Кроме того, после проведения судебной экспертизы исковые требования ФИО1 не уточнялись, требований о взыскании денежных сумм на основе выводов судебных экспертов не заявлялось. Позиция представителя истца в суде апелляционной инстанции в части применения расчета сумм неосновательного обогащения, указанного в иске, осталась неизменной. С учетом изложенного доводы жалобы о несогласии с выводами суда первой инстанции о признании недопустимым заключения, подготовленного по результатам проведения судебной экспертизы, основанием к отмене обжалуемого решения не являются.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

С учетом положений статьи 10 Гражданского кодекса РФ, вышеуказанных разъяснений Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25, оценив поведение участников процесса, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что в действиях ФИО1 имеются признаки недобросовестного поведения, заявляя данный иск и ссылаясь на возникновение у ООО «ГФК «Алтерна» неосновательного обогащения, истец имеет намерение извлечь преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения, что в силу пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса РФ является основанием для отказа лицу в защите принадлежащего ему права.

Оценив доказательства в совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 67 ГПК РФ, применив положения Гражданского кодекса РФ, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии совокупности обстоятельств, необходимых для удовлетворения заявленных в соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса РФ исковых требований.

В целом доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали изложенные выводы и выводы суда первой инстанции, направлены на переоценку собранных по делу доказательств, в связи с чем не могут служить основанием для отмены или изменения решения суда.

При таких обстоятельствах, решение суда является законным и обоснованным, соответствует требованиям статьи 198 ГПК РФ, основания к отмене решения суда, установленные статьей 330 ГПК РФ отсутствуют.

Руководствуясь статьями 199, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Чернушинского районного суда Пермского края от 14 апреля 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий: подпись

Судьи: подписи

а