Судья Альхеев Г.Д.
Судья-докладчик Сальникова Н.А. по делу № 33-5883/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
3 июля 2023 года г. Иркутск
Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:
судьи-председательствующего Герман М.А.,
судей Васильевой И.Л., Сальниковой Н.А.,
при секретаре Макаровой Н.И.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-334/2023 (УИД 85RS0006-01-2023-000244-43) по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области о признании права на назначение досрочной страховой пенсии
по апелляционной жалобе Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области на решение Эхирит-Булагатского районного суда Иркутской области от 24 апреля 2023 года,
установила:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику, в обоснование которого указала, что является матерью инвалида с детства (данные изъяты) Дата изъята г.р., в связи с чем по достижению возраста 50 лет обратилась в Пенсионный фонд с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости. Ответчик отказал в назначении досрочной страховой пенсии по старости. Основанием для отказа стало отсутствие документов (справка об инвалидности, выписка из акта освидетельствования ребенка-инвалида), подтверждающих право на получение досрочной страховой пенсии. С данным решением ответчика истец не согласна, так как ею представлены все документы-оригиналы, которые ей выдавались в Дата изъята . при оформлении инвалидности дочери.
Истец ФИО1 просила суд признать незаконным решение от 24.10.2022; обязать ответчика назначить ей досрочную страховую пенсию по старости в соответствии с п. 1 ч.1 ст. 32 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», начиная с 11.11.2022; признать за ней право на назначение досрочной страховой пенсии по старости, начиная с 11.11.2022; взыскать с ответчика госпошлину в размере 300 руб.
Решением Эхирит-Булагатского районного суда Иркутской области от 24.04.2023 исковые требования удовлетворены.
В апелляционной жалобе представитель ОСФР по Иркутской области ФИО2 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований. В обоснование доводов к отмене решения представитель указал, что среди предоставленных ФИО1 документов отсутствуют подтверждающие установление инвалидности детям, решение судом принято в силу косвенных признаков.
Письменных возражений относительно апелляционной жалобы не поступило.
Лица, участвующие в деле, о времени и месте разбирательства дела судом апелляционной инстанции извещены надлежаще, в заседание судебной коллегии явились.
Заслушав доклад судьи Иркутского областного суда Сальниковой Н.А., выслушав объяснения представителя ОСФР ФИО3, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, полагавшей решение суда подлежащим отмене, истца ФИО1, полагавшей решение суда законным и не подлежащим отмене, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда по правилам ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия не находит оснований для его отмены и удовлетворения апелляционной жалобы.
Суд апелляционной инстанции установил, что ФИО1, Дата изъята года рождения, является матерью (данные изъяты) Дата изъята г.р.
Решением пенсионного органа № 350968/22 ФИО1 отказано в назначении страховой пенсии по старости в соответствии с п. 1 ч.1 ст. 32 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в связи с отсутствием правоустанавливающих документов. Среди представленных ФИО1 документов отсутствуют подтверждающие установление инвалидности детям.
Согласно ответу на письменное обращение, ответчик сообщил истцу, что документами, подтверждающими право на получение досрочной страховой пенсии по данному основанию являются: свидетельство о рождении ребенка; справка об инвалидности; выписка из акта освидетельствования, выданная федеральным учреждением медико-социальной экспертизы.
Пенсионное дело (данные изъяты) в архивной картотеке ПФР не найдено, в связи с чем, ПФР не имеет возможности установить досрочную страховую пенсию (л.д. 10).
Из ответа на обращение в Главное Бюро медико-социальной экспертизы по Иркутской области от 22.02.2023 исх. № 337 следует, что данные об освидетельствовании (данные изъяты) в учреждении отсутствуют, так как в период до 2000 г. установление категории «ребенок-инвалид» осуществляли органы здравоохранения по месту жительства (л.д. 16).
Согласно ответу от 27.01.2023 исх. № 97, ОГБУЗ «Областная больница №2» сообщила, что не имеется возможности предоставить какую-либо медицинскую документацию за Дата изъята . на имя (данные изъяты)., Дата изъята г.р., в связи с истечением срока давности (л.д. 15).
Вместе с тем, из медицинской карты на имя (данные изъяты) следует, что в ней имеется запись от 04.08.1998 следующего содержания: «Оформлено мед.заключение согл. прик. № 117 на 2 года. Состояние после оперативного вмешат-ва – (данные изъяты) (л.д. 13).
Удовлетворяя исковые требования ФИО1, суд первой инстанции исходил из того, что у нее, как у родителя, воспитывавшего ребенка-инвалида до достижения им возраста 8 лет, имеется право на назначение пенсии в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 32 Федерального закона № 400-ФЗ.
Оснований не согласиться с указанным выводом суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется, поскольку он соответствует фактическим обстоятельствам дела, основан на правильном применении норм материального права, регулирующего спорные правоотношения, верной оценке представленных в материалы дела доказательств.
Согласно п. 1 ч. 1 ст. 32 Федерального закона №400-ФЗ от 28.12.2003 «О страховых пенсиях» (далее - Закон № 400-ФЗ), страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 одному из родителей инвалидов с детства, воспитавшему их до достижения ими возраста 8 лет: мужчинам, достигшим возраста 55 лет, женщинам, достигшим возраста 50 лет, если они имеют страховой стаж соответственно не менее 20 и 15 лет.
Аналогичное положение содержалось в подп. 1 п. 1 ст. 28 Федерального Закона от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».
В соответствии с подп. «д» п. 12 Перечня документов, необходимых для установления страховой пенсии, установления и перерасчета размера фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, назначения накопительной пенсии, установления пенсии по государственному пенсионному обеспечению, утвержденного приказом Минтруда России от 28.11.2014 № 958н (далее - Перечень) для назначения страховой пенсии по старости в соответствии со статьями 30 - 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» в дополнение к документам, предусмотренным пунктами 6 и 7 настоящего перечня, необходимы документы, подтверждающие, что ребенок признавался инвалидом с детства или ребенком-инвалидом (пункт 1 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях»). Согласно пункту 74 Перечня документом, подтверждающим, что гражданин, в том числе ребенок в возрасте до 18 лет, является (являлся) инвалидом, а также период инвалидности, дата и причина установления инвалидности является выписка из акта освидетельствования гражданина, признанного инвалидом, выдаваемая федеральным учреждением медико-социальной экспертизы.
Вместе с тем, согласно позиции, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 03.11.2009 № 1365-О-О, подпункт 1 пункта 1 статьи 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», устанавливающий право многодетной матери, одного из родителей (опекунов) ребенка - инвалида с детства на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, представляет собой дополнительную гарантию социальной защиты для лиц, выполнявших социально значимую функцию воспитания детей - инвалидов с детства, сопряженную с повышенными психологическими и эмоциональными нагрузками, физическими и материальными затратами. Необходимым условием для досрочного назначения трудовой пенсии по старости одному из родителей (опекуну) в соответствии с оспариваемым законоположением является факт признания ребенка инвалидом в установленном порядке.
На дату установления ребенку истца инвалидности – Дата изъята - порядок признания ребенка инвалидом регулировался Приказом Минздрава Российской Федерации от 04.07.1991 № 117 «О порядке выдачи медицинского заключения на детей - инвалидов в возрасте до 16 лет», согласно п. 4 которого, медицинское заключение по установленной форме оформлялось детскими городскими поликлиниками и больницами, городскими, центральными районными и районными больницами и поликлиниками, поликлиниками на водном и железнодорожном транспорте, специализированными диспансерами (отделениями, кабинетами) и другими лечебно-профилактическими учреждениями, оказывающими медицинскую помощь детям и подросткам, на основании коллегиального решения специалистов в соответствии с «Медицинскими показаниями, при которых ребенок в возрасте до 16 лет признается инвалидом». Медицинское заключение оформлялось за подписью главного врача лечебно-профилактического учреждения или заместителя главного врача по медицинской части и лечащего врача соответствующего профиля, представившего ребенка на инвалидность, заверялось круглой печатью и в 3-дневный срок направлялось в районный (городской) отдел социального обеспечения по месту жительства родителей или опекуна ребенка. На руки родителям (опекуну) выдавалась справка, подтверждающая, что медицинское заключение на их ребенка-инвалида направлено в отдел соцобеспечения.
Из объяснений истца следует, что в Дата изъята г. ее дочери (данные изъяты). было выдано медицинское заключение Усть-Ордынской ЦРБ в единственном экземпляре, которое они сдали в Пенсионный фонд по месту жительства для назначения социальной пенсии по инвалидности, как ребенку-инвалиду.
Вместе с тем, отсутствие у истца оригинала медицинского заключения не может лишать ее права на досрочную страховую пенсию как родителя ребенка, являвшегося инвалидом.
При таких обстоятельствах, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что оснований для отказа ФИО1 в назначении досрочной страховой пенсии по старости на основании п. 1 ч. 1 ст. 32 Закона № 400-ФЗ у пенсионного органа не имелось, поскольку необходимым условием для досрочного назначения страховой пенсии по старости по указанному основанию является факт признания ребенка лица, обратившегося за пенсией, инвалидом в установленном порядке.
Довод апелляционной жалобы об отсутствии у истца права на досрочную страховую пенсию по старости, основан на ошибочном толковании норм материального права, а отказ ответчика в назначении пенсии ущемляет конституционное право истца на социальное обеспечение по возрасту.
Судебная коллегия учитывает также, что пенсионным органом не оспаривался факт получения ФИО1 пенсии по инвалидности (данные изъяты) в период установления инвалидности с Дата изъята ., что подтвердила также в судебном заседании суду апелляционной инстанции представитель ОСФР по Иркутской области ФИО3, следовательно, сам факт установления инвалидности (данные изъяты) подтвержден и не опровергнут.
Все доводы апелляционной жалобы повторяют позицию ответчика, изложенную в суде первой инстанции, являлись предметом судебной проверки, обоснованно признаны несостоятельными, не содержат обстоятельств, свидетельствующих о нарушении судом норм материального и процессуального права, не опровергают правильность выводов суда и законность принятого решения.
Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Эхирит-Булагатского районного суда Иркутской области от 24 апреля 2023 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Судья-председательствующий М.А. Герман
Судьи И.Л. Васильева
Н.А. Сальникова
Определение в окончательном виде изготовлено 04.07.2023