Председательствующий - судья Маркова Н.В. Дело № 22-7388/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Красноярск 21 сентября 2023 года
Красноярский краевой суд
в составе председательствующего судьи Цыбули Ю.Н.,
при секретаре судебного заседания Кипоровой Т.А.,
с участием прокурора Петровой Е.В.,
адвоката Бурлак В.Г.,
осужденной ФИО1,
защитника, наряду с адвокатом – Меньшикова В.Л.
рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционными жалобами адвоката Бурлака В.Г. и защитника наряду с адвокатом – Меньшикова В.Л. в интересах ФИО2 на приговор Октябрьского районного суда г. Красноярска от 06 июля 2023 года, которым ФИО2, <данные изъяты>,
осуждена по ч.1 ст. 293 УК РФ к исправительным работам на срок 6 месяцев с удержанием из заработной платы осужденной 5 % в доход государства ежемесячно.
Освобождена ФИО2 от назначенного наказания, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, в соответствии с п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ.
Указанным приговором разрешена судьба вещественных доказательств.
Доложив краткое содержание приговора и доводы апелляционных жалоб, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции
УСТАНОВИЛ:
ФИО3 признана виновной в халатности, то есть ненадлежащем исполнении должностным лицом своих обязанностей по должности, что повлекло существенное нарушение прав и законных интересов граждан, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.
В апелляционной жалобе адвокат Бурлак В.Г. в защиту интересов ФИО2 с приговором не согласен. Полагает, что довод следствия и суда о существенном нарушении прав и законных интересов новорожденных, поскольку ребенок с момента рождения имеет право знать своих родителей и право на их заботу, и в результате действий правоохранительных органов дети этого права были лишены, что выводы суда об осведомленности ФИО2 о наличии в учреждении детей, рожденных суррогатными матерями, что врач-ревматолог Свидетель №12 не была ознакомлена с приказами о возложении на нее обязанностей и должностной инструкции заместителя главного врача, не обоснованы. Указывает, что не нашло своего подтверждения и обвинение в выдаче медицинской сестре Свидетель №10, бланков учетных форм «Медицинское свидетельство о рождении» заверенных подписью ФИО2, тем самым предоставив возможность вносить в бланки медицинских свидетельств ложные сведения о матерях детей, то есть совершать подделку официального документа. Что выдача обусловлена наличием выходных и праздничных дней, ни при каком уровне внимательности и осторожности невозможно предусмотреть совершение преступления коллегой по работе. Просит отменить приговор в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела.
В апелляционной жалобе защитник Меньшиков в защиту интересов ФИО4 указывает, что считая показания ФИО4 недостоверными в части того, что она не знала о наличии в учреждении суррогатного материнства, суд фактически опровергает позицию стороны обвинения, поскольку в обвинительном заключении утверждается, что ФИО2 не организовала и не контролировала деятельность заведующих лечебно-диагностическими подразделениями, главной медицинской сестры и других сотрудников учреждения, вследствие чего о наличии в учреждении детей, рожденных суррогатными матерями, не знала, что причиной ее не информированности, по мнению следствия, является бездействие, что ссылка суда на показания ФИО16 и ФИО17 относительно договоров на заместительное вынашивание беременности является несостоятельной, поскольку проверка медицинских карт родильниц в должностные обязанности ФИО4 не входила, поскольку она отвечала только за педиатрию, эти вывода суд содержат существенные противоречия. Суд в приговоре не привел доказательств оставления детей без родителей, подтвердив только факт передачи детей ФИО48, приводя по тексту жалобы показания допрошенных лиц указывает, что показания суррогатных матерей в приговоре приведены не полностью, что в учреждении не было детей, оставленных без попечения родителей, что исключает применение приказа № 138 работниками в отношении детей, рожденных суррогатными матерями. Приводя по тексту жалобы положения должностной инструкции ФИО4 указывает, что в обвинительном заключении и приговоре появились дополнительные обязанности, которые ни чем не подтверждены, что стороною защиты неоднократно обращалось внимание на недопустимость искажения должностной инструкции. Приводя по тексту жалобы механизм передачи детей ФИО48 полагает, что таковой свидетельствует о непричастности ФИО4 к передаче детей третьему лицу, что ФИО18 о причине не извещения ФИО2 о наличии в Учреждении суррогатных матерей и рожденных ими детей пояснил, что это не входило в круг ее (Меньшиковой) обязанностей. Обращает внимание, что в периоды времени исполнения обязанностей главного врача не была ознакомлена с должностной инструкцией главного врача, о чем Меньшикова сообщала в ходе предварительного следствия и в суде. При этом обращает внимание, что Меньшиковой уже вменена передача детей ФИО75 как заместителем главного врача по медицинской части, и вменение дважды передачи этих же детей третьему лицу, являются необоснованным и неправомерным. Указывает, что в должностной инструкции Меньшиковой как заместителя главного врача имеется только подпись, без указания даты ознакомления, и ее показания о том, что ознакомилась в феврале 2021 года, когда в учреждении проводились обыски и изымалась документация, и эти показания не опровергнуты. Приводя по тексту жалобы показания ФИО19 указывает, что данные обстоятельства опровергают вывод суда о том, что Меньшикова передавала ФИО67 незаполненные бланки медицинских свидетельств о рождении. Указывая, что умышленные преступные действия сотрудников Учреждения исключают какую-либо халатность со стороны Меньшиковой, и ей фактически предъявлено обвинение за умышленные виновные действия других сотрудников Учреждения, просит приговор отменить и постановить в отношении ФИО2 оправдательный приговор.
Проверив материалы дела, доводы апелляционных жалоб, выслушав участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
Выводы суда о доказанности вины ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и основаны на непосредственно исследованных в судебном заседании доказательствах: показаниях представителя потерпевших ФИО20, ФИО49, свидетелей ФИО21, Свидетель №2, Свидетель №12, Свидетель №8, Свидетель №5, ФИО22, Свидетель №11, Свидетель №7, Свидетель №6, ФИО23, ФИО24, Свидетель №3, ФИО17, ФИО25, ФИО26, Свидетель №4, ФИО27, Свидетель №13, ФИО28, ФИО29, Свидетель №9, ФИО30, ФИО31, Свидетель №1, ФИО32, Свидетель №10, ФИО19, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36, ФИО37, ФИО38, ФИО71., ФИО39, ФИО40, ФИО41, ФИО42, ФИО43, ФИО48, ФИО44, ФИО45, ФИО73 ФИО72., ФИО46, протоколами обыска, выемок, осмотра документов, предметов, должностными инструкциями, иными доказательствами, подробно приведенными в приговоре.
Суд первой инстанции всесторонне, полно и объективно исследовал доказательства по уголовному делу, дал им надлежащую оценку в их совокупности, не согласиться с данной оценкой доказательств у суда апелляционной инстанции нет оснований.
Приведенные судом первой инстанции в приговоре мотивы оценки доказательств, суд апелляционной инстанции находит соответствующими закону и материалам дела.
Каких-либо сведений о заинтересованности свидетелей при даче изложенных в приговоре показаний в отношении осужденной, оснований для оговора ими ФИО2, равно как и противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение судом первой инстанции не установлено.
При этом возникшие в ходе допроса свидетеля ФИО23 противоречия устранены судом путем оглашения показаний указанного свидетеля в ходе предварительного расследования, которые суд обоснованно принял во внимание, признав допустимым достоверным доказательством.
Вопреки доводам жалоб судом первой инстанции дана надлежащая оценка позиции стороны защиты относительно невиновности ФИО2, того, что она не знала, что в медицинском учреждении имеются суррогатные матери и с должностной инструкцией главного врача ознакомлена не была, а со своей должностной инструкцией была ознакомлена в феврале 2021 года, что за выпиской пациентов не следила, и эта позиция судом признана противоречащей фактическим обстоятельствам по делу, установленным при судебном разбирательстве и опровергающийся совокупностью доказательств исследованных в судебном заседании.
Из положений должностной инструкции заместителя главного врача по медицинской части (педиатрии) с которой ФИО2 была ознакомлена в 2015 году, следует, что она обязана организовывать и контролировать деятельность заведующих лечебно-диагностическими подразделениями, сотрудников Учреждения в части выполнения требований Приказа № 138, а также лично выявлять детей, оставшихся в Учреждении без попечения родителей, составлять акты оставления ребенка матерью в родильном доме, информировать территориальные органы опеки и попечительства о таких детях, контролировать порядок приема больных в Учреждение, вследствие чего знать о наличии в Учреждении детей, рожденных суррогатными матерями, контролировать выписку новорождённых детей из Учреждения.
Кроме того, в период с 17.08.2010 года по 28.08.2010 года и с 14.10.2020 года по 27.10.2020 года ФИО2 исполняла обязанности главного врача Медицинского учреждения, обязана была определить порядок выписки новорожденных детей, рожденных женщинами по программе суррогатного материнства.
При этом доводы стороны защиты о неознакомлении или ненадлежащем ознакомлении с должностными обязанностями ФИО2, а равно и иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, аналогичны доводам в судебном заседании, полно и всесторонне проверены судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты как не нашедшие своего подтверждения. Принятое решение мотивировано в приговоре надлежащим образом.
Свидетель Свидетель №8 показала, что если сотрудник исполняет обязанности другого сотрудника он знакомиться с его должностной инструкцией. ФИО2 на протяжении длительного времени исполняла обязанности главного врача, руководила Учреждением, сама издавала приказы и распоряжения, обязательные для исполнения всеми работниками Учреждения. При этом на период замещения подписывала ходатайства о согласии исполнения обязанностей главного врача, что подтверждается и соответствующими вышеуказанными приказами о возложении на нее обязанностей главного врача.
Из показаний свидетеля Свидетель №6 следует, что суррогатные матери поступают в учреждение с договорами из частных клиник, договора заключены еще до ЭКО на вынашивание беременности, эти договоры они вкладывают в истории, и было понятно, что женщина суррогатная мать.
Согласно показаниям свидетеля ФИО17 о том, что женщины являются суррогатными матерями указано в их медицинской документации по родом специалистами учреждения.
При этом свидетель Свидетель №7 показала, что она дважды сообщала ФИО2 о наличии суррогатных матерей, когда та подписывала документы главного врача.
Из показаний свидетелей Свидетель №5, ФИО22 следует, что порядок действий руководителей Учреждения при выявлении детей, оставшихся без попечения родителей, регламентирован нормативными документами и подразумевает совершение руководителями Учреждения определенных действий, включая составление акта об оставлении ребенка матерью в родильном доме, информирование о таких детях органов опеки и попечительства.
Согласно показаниям свидетеля ФИО47 забирать ребенка должна либо сама женщина, родившая ребенка, поскольку она вправе отказать в передаче ребенка до его регистрации и выдачи свидетельства о рождении, где будут указаны биологические родители, либо может быть выдана доверенность на представителя. Ребенок передается либо суррогатной матери, либо ее представителю по доверенности. Суррогатные матери остаются законными представителями до момента регистрации ребенка и выдачи свидетельства, и биологические родители не имеют право выдать доверенности до получения свидетельства о рождении. При суррогатном материнстве стороной выступает либо одинокая женщина, либо лица, состоящие в браке. При выдаче ребенка учреждение убеждается, что ребенок выдается надлежащему лицу. Учреждение дает документ о согласии суррогатной матери на внесение биологических родителей в свидетельство о рождении. Если суррогатная мать выписывается, не забирает ребенка и не пишет отказ, то учреждение должно действовать, как в случае с брошенным ребенком.
Из показаний свидетеля ФИО25 следует, что она присутствовала при выписке один раз, суррогатной матери при выписке не было, ребенок передавался ФИО48 по доверенности.
Из показаний других свидетелей, подробно приведенных в приговоре следует, что новорожденные дети Учреждением передавались ФИО48 по доверенности от биологических родителей.
В соответствии с приказом главного врача Учреждения № 5 от 16.01.2015 года «О введении в КГБУЗ КККЦОМД новой формы (№ 103/у) медицинской документации, удостоверяющей случаи рождения» на ФИО2 возложены обязанности по обеспечению сохранности бланков учетных форм № 103/у «Медицинское свидетельство о рождении», утвержденных Приказом № 1687н, подтверждающих факт рождения детей, а также по заверению бланков учетной формы № 103/у личной подписью и основной печатью Учреждения.
При этом, согласно показаниям свидетелей Свидетель №10 и ФИО19 у ФИО2 получались незаполненные бланки справок о рождении уже с подписью ФИО2, что в нарушение вышеназванного приказа предоставило возможность Свидетель №10 вносить в бланки медицинских свидетельств о рождении ложные сведения о матерях детей.
Вопреки доводам апелляционных жалоб суд первой инстанции правильно принял во внимание, как указанные, так и другие, приведенные в приговоре доказательства, в том числе и положения должностных инструкций, как заместителя главного врача по медицинской части (педиатрии), так и главного врача, чьи обязанности ФИО2 исполняла, и пришел к выводу о том, что ФИО2 являясь должностным лицом, имея реальную возможность надлежащим образом исполнять свои должностные обязанности, не организовала и не контролировала деятельность заведующих лечебно-диагностическими подразделениями, главной медицинской сестры и других сотрудников Учреждения в части выполнения требований Приказа № 138, а также сама лично не выявляла детей, оставшихся в Учреждении без попечения родителей, не составляла акт оставления ребенка матерью в родильном доме и не информировала территориальные органы опеки и попечительства о таких детях, не контролировала порядок приема больных в Учреждение, в следствие чего о наличии в Учреждении детей, рожденных суррогатными матерями, не знала, не контролировала в Учреждении выписку новорожденных детей, и с этими выводами суда суд апелляционной инстанции согласен.
Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что ненадлежащее исполнение ФИО2 должностных обязанностей повлекло существенное нарушение прав и законных интересов новорожденных детей, которые находились в социально опасном положении, поскольку ФИО48 в соответствии с законодательством РФ не нес ответственность за их жизнь и здоровье, физическое, психическое, духовное и нравственное развитие, а новорожденные дети были лишены права знать своих родителей, права на их заботу, права на воспитание своими родителями, а также, временно оставшись без попечения своих родителей, лишены права на особую защиту и помощь, предоставляемые государством. При этом ФИО2 не предвидела наступления указанных выше последствий в результате ненадлежащего исполнения ею своих обязанностей по должности, хотя в силу уровня образования и профессионального опыта, при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть эти последствия, и указанные общественно-опасные последствия находятся в прямой причинно-следственной связи с халатностью ФИО2
Вопреки доводам апелляционных жалоб суд апелляционной инстанции считает, что правильно установив фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции дал верную юридическую оценку действиям ФИО2, обоснованно квалифицировав их по ч. 1 ст. 293 УКК РФ, и оснований для иной квалификации ее действий, отмены обвинительного приговора и постановления оправдательного приговора в отношении ФИО2, как о том просят авторы апелляционных жалоб суд апелляционной инстанции не усматривает, и признает несостоятельными доводы жалоб о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела.
Данную в апелляционных жалобах оценку доказательств, суд апелляционной инстанции не может рассматривать как безусловное основание к отмене или изменению постановленного судом приговора, а доводы стороны защиты о том, что новорожденные имели соответствующее обеспечение и сопровождение о невиновности ФИО2 не свидетельствуют.
Уголовное дело рассмотрено судом объективно и беспристрастно. Как видно из материалов дела, судом соблюдался установленный уголовно-процессуальным законом порядок рассмотрения дела и принцип состязательности и равноправия сторон, которым предоставлялась возможность исполнения их процессуальных функций и реализации гарантированных законом прав на предоставление доказательств, заявление ходатайств, а также иных прав, направленных на отстаивание своей позиции.
Все заявленные стороной защиты ходатайства разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и по ним приняты мотивированные решения.
Наказание осужденной ФИО2 назначено с учетом степени тяжести и общественной опасности совершенного преступления, влияния назначенного наказания на исправление осужденной и на условие жизни ее семьи, с учетом данных о личности ФИО2, смягчающих ее наказание обстоятельств и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств.
При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции полагает, что назначенное осужденной наказание в виде исправительных работ является справедливым, соответствует тяжести совершенного преступления и данным о ее личности.
При этом, суд первой инстанции правильно пришел к выводу, что на основании ч. 1 ст. 78 УК РФ, ч. 8 ст. 302, п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ ФИО2 подлежит освобождению от назначенного наказания за совершение указанного преступления, относящегося категории небольшой тяжести, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.
Нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение постановленного приговора, судом первой инстанции не допущено, и оснований для удовлетворения апелляционных жалоб суд апелляционной инстанции не усматривает.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
Приговор Октябрьского районного суда г. Красноярска от 06 июля 2023 года в отношении ФИО2 оставить без изменения, апелляционные жалобы адвоката Бурлака В.Г. и защитника, наряду с адвокатом – Меньшикова В.Л. в интересах ФИО2- без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного решения.
Судья Ю.Н. Цыбуля
КОПИЯ
Судья Ю.Н. Цыбуля